Memory of him

Август 2005 года На детской площадке бегают дети. Рядом на скамейках сидят их родители или родственники. Мамы с одного подъезда обсуждают своих детей. Кто сколько болел, кто в туалет чаще ходит, кто кушать отказывается. Детишки радостно смеются, катаются с горки, просят друг друга покачать на качели. Вопли детей прекращаются ближе к двенадцати часам дня. Все родители загоняют их на обед. Уже через минуту ни души на площадке. Все дети зашли кушать свежиприготовленную еду. Хан смотрит на них. Как они медленно бегут оттуда по своим подъездам и квартирам. Он слезает с подоконника и направляется к выходу. Тишина воцарилась во дворе. Теперь он может спокойно кататься и качаться. Ползать по турникам и громко смеяться сам с собой. Больше не будет такого, что ему не дадут скатиться или повисеть. Здесь сейчас нет ни одного задиры, что вечно обижали его. Чужие дети не любили его. Их мамы тоже всегда смотрели на него, а потом звали своего ребенка и что-то шептали ему на ухо. Хан никогда не понимал за что с ним так поступают. Тогда, когда он гулял со всеми детьми вместе. Его часто толкали и не давали подойти к разным спортивным объектам. Уже готовясь скатываться с его любимой самой длинной горки. Его просто взял за шкирку мальчик старше его на несколько лет и вышвырнул с нее. Не забыв пригрозить чтобы, он туда больше не приближался. С ним перестали общаться даже девочки, которые часто звали его поиграть в дочки-матери. Сейчас они нашли ему замену. Куда красивее и интереснее Джисона. Были случаи, когда Джисону не раз давали по лицу и не только. Матушка нежно обрабатывала все его раны и ссадины. Она ни разу не спросила, что с ним случилось. Отец же, видя опухшую губу и ссадину, уводил его к себе в кабинет. Нет, не для того, чтобы поговорить, не тревожа мать. Там он орал на сына и бывало даже бил. Орал за то, что Хан не мог себя защитить, бил за его бессмысленное существование. Было больно и неприятно. Мать каждый такой раз тихо плакала в гостиной, а потом как будто ничего не было спокойно говорила с мужем. Но вопрос всегда оставался один. За что с ним так обращались? На этот вопрос, он получит ответ только через несколько лет. Сейчас у него есть только Ли Минхо. Такой же маленький мальчик с его двора. Живет в соседнем подъезде. Он единственный кто с ним до сих пор общается. Они познакомились еще когда были совсем малышами. Хану было три года, а Минхо пять. В тот день Хан вышел на площадку после захода солнца. Было темно и детей почти не было. Родители обычно не отправляли детей гулять в такое время. А его родителям было плевать на это. Часто за ним смотрели прислуги, что сидели в черных машинах. Иногда мать приглядывала за ним с балкона. Хан бегал с палкой в руках и пугал голубей, что сидели на крыше домиков со счетами вместо стен. Копался в песочнице. Строил замок из песка и готовил куличи для выдуманных гостей. Представлял, что он птица и расправив руки в разные стороны, лавировал между деревьями. Ему было весело одному. А потом он резко услышал мяуканье. Оно доносилось из-за большого куста вдоль забора. Джисон моментально побежал туда. Маленький рыжий котёнок прижался к забору и дрожал. Ему было холодно. Хан аккуратно взял дрожащий комок шерсти на руки. И завернул в свою кофту, крепче прижимая его к себе. Джисон понёс его в укромное местечко, где их никто не найдет. Сев на траву, Хан начал гладить малыша и пытаться согреть своими руками. Ничего не выходило. Он все так же продолжал громко плакать. Ему тоже стало грустно, и Джисон заплакал. Теперь никакое укромное место их не спасало. Оба рыдали. Послышались шаги со спины. К ним кто-то подошел и молча присел на корточки. Хан ничего не видел, его глаза были переполнены количеством влаги. Послышался приятный детский голос. — Если вы будете оба плакать, ни тебе, ни ему это не поможет. — Джи перестал громко плакать и вытер слезы. — Давай мы его для начала покормим. Может он голодный. У меня всегда есть с собой пакетик с их кормом. — нежно проговорил мальчик. Слезы полностью скрылись с его глаз, когда он увидел, как малыш уплетал мокрый корм. Когда закончился первый пакетик мальчик протянул Хану другой. Он радостно открыл его и продолжил кормить пушистого. Ребенок все это время внимательно наблюдал за ними. — Меня Минхо зовут. А тебя? — Э… Джисон или можно просто Хан. — с улыбкой на губах и опухшими глазами ответил Джи. — Хорошо, просто Хан. Будем знакомы. — не отрывая взгляда от мальчика сказал он. — Будем дружить? А как котенка назовем? Может Хани? В честь его спасителя. — за секунду проговорил Хо. Джисон был ещё маленьким и первого вопроса обработать в своем мозге не успел, а ему еще задали других. — Да, да, что? — Как кота назовем? — Ли выдерживает паузу. — Может Хани? В честь тебя. — Джисон тупо смотрит на него и не отвечает. Он был обворожён красотой Минхо. Хоть они малыши, но Хан с уверенностью может сказать, что в жизни такого красивого человека не видел. У него были такие глаза, как у кота на руках. Острый прямой нос как лезвие. И приятная улыбка. Он со всей добротой и трепетом смотрел на опухшего Джисона. В этот день каждый завел себе нового друга и общего питомца. Кота назвали Чани. Он жил дома у Минхо. Его родители согласились взять кота домой, но при одном условии. Если Хо не будет их слушатся и следить за котом, то они отдадут его в приют. С тех пор они вместе гуляли почти каждый день. Брали на прогулку котенка и бегали с ним по площадке. Иногда Джисон заглядывал к нему в гости. Его родители были хорошими людьми. Они заботились о Хане, как о втором сыне. Они с трепетом и пониманием растили его. Минхо стал его лучшим другом и человеком, который никогда его не бросит. *** Август 2015 года. Минхоша: Идем сегодня гулять? Хан-а Я: Уже одеваюсь Жди меня на качели Джисон впопыхах выбегает из квартиры, не сказав никому куда он и на сколько. Отец сам поздно возвращается домой, а мать не выходит из комнаты или гостиной. Когда-то он не вернулся домой, а пришел только днем следующего дня. Так никто и не заметил его исчезновения. – Долго ждал? – сразу интересуется Хан. – Тебя я могу ждать сколько угодно. Ну а так нет. Я сам только спустился. – ответил Хо. Минхо встал с качели, взял за руку Джисона и повел за собой к калитке. Они всегда ходили, держась за руки, особенно по ночам. Было тихо и спокойно в это время. Им никто не мешал. В это время были только они, шелест листьев и журчание реки. Они часто ходили на заброшенную набережную. Ее закрыли из-за обвала бетона и небезопасного выхода к воде. Там даже ограждений не было, бери и прыгай. Они сидят на своем любимом месте. Ничего не говорят. Просто мотают ногами над водою и глупо улыбаются. Потом завязывается небольшой разговор. Им двоим комфортно друг с другом. Им хватает лишь приятных касаний, молчания и теплых рук. – Знаешь, Джи, - вдруг резко начинает говорить Минхо. Прервав тишину. Джисон поворачивает голову и смотрит ему прямо в глаза. – Я вот думал и решил у тебя спросить. А что будет если все это закончится? – Что закончится? – Наше с тобой общение. Ведь все люди когда-то сходятся и расходятся. Вдруг мы с тобой перестанем дружить и станем врагами? - у него стали наворачиваться слезы на глазах. Он шмыгнул носом пару раз. – Ну что ты, Минхо. Это не закончится. – он прижал голову Хо к своей груди и начал медленно гладить по голове. Его нужно утешить. – Мы с тобой никогда не расстанемся. Ты же знаешь, что я люблю тебя. Я перед тобой на коленях стою. Я никогда не откажусь от тебя и навсегда останусь с тобой. Ты мое солнце. – кофта стала намокать от катившихся без остановки слез. Теперь плакали они вместе. Им это было необходимо. Они часто сидели вместе и плакали. Так становилось легче. Правда голова потом болела. – А знаешь, что. Сегодня мы закрепим нашу связь. – успокоившись и с самым умным лицом сказал Хан. Он встал на ноги и потянул за собой Минхо. Они стояли, держась и смотря в глаза. – Сегодня я хочу признаться тебе Ли Минхо. Я люблю тебя. Не как друга, а как человека и может в будущем своего парня. – пауза, чтобы отдышатся. – Поэтому сегодня я – Хан Джисон скреплю наши узы. Первым, что я сделаю… Его перебивает тепло на талии и на губах. Минхо просто устал уже ждать, когда же этот идиот поцелует его. Тепло распространяется по всему телу. Оно как мед, медленно стекает с губ. Поцелуй выходит неуклюжим и странным. Они оба не двигаются, боясь сделать лишнее действие. Джисон улыбается и решает начать двигаться. Он тихонько мнет и прикусывает, то верхнюю, то нижнюю губу. Минхо очнулся только через пару секунд. Ему нужно больше. Рука сама ползет с талии вверх и вплетается в корни волос Джисона. Он жмет его ближе к себе не желая отпускать такой шанс. Воздух заканчивается, и Хан первым отстраняется. Ясная улыбка видна на лицах обоих ребят. – А второе, что мы сделаем это купим одинаковые парные брелки. Согласен? – С тобой я на все согласен. *** Минхо вертит в руках брелок с плюшевым серым зайцем. Он всегда носит его с собой. Куда бы ни пошел. Для него этот брелок многое значит. Каждый раз, когда Минхо становится плохо. Он берет эту мягкую игрушку в руки. Берет зайчонка за лапу и мотает ей будто он ему махает. Этот брелок напоминает ему Джисона. О том удивительном дне. Об их истории. Сейчас он уже давно не ребенок. Ли уже взрослый дядя, которому больше двадцати пяти лет. Он каждый день ходит в строгом черном костюме. Проводит встречи в больших конференц-залах. Перебирает стопки бумаг из одной в другую. Его жизнь ничем не отличается от любого офисного работника его города. Только все они днями, неделями ходят грустные, а Ли нет. У него есть заяц и приятные воспоминания о былых днях. Их двоих разлучили. После того дня, когда Джисон признался в чувствах, Минхо его поцеловал и они купили себе вещь на память. Прошёл год. Они хотели в это день августа праздновать год их отношений. Но их судьбу разделил отец Джисона. За день до, папа позвал Хана вновь «поговорить» у себя в кабинете. Они зашли в комнату и начали беседу. – Как там твой друг поживает? Его ведь Минхо зовут? – Зачем тебе знать? Ты даже его имя не помнишь. Говори все сразу у меня дела есть. – Вот значит каким мы бойкими стали. Ну хорошо. – отец медленно подходит к Джисону все ближе. – А что ты мне ответишь. Если я скажу, что знаю все про твоего Минхо и тебя. И чем вы занимаетесь с ним. Ты будешь продолжать защищать его и себя? – надменная улыбка появилась на его лице. – может поподробнее расскажешь мне. Каково это трахаться с другим пацаном. Каково сосаться с ним. Скажи еще, что ты каждый день ему отсасываешь? – Джисон опускает голову, лишь бы не видеть лицо отца. Он знал, что если кто-то узнает из родственников, то они моментально все расскажут его отцу. Сильная пощечина прилетает ему по щеке. Отец хватает его за челюсть и поворачивает лицом к себе. – Я с тобой говорю. На меня смотри, идиот. - он притягивает его ближе, отпускает на секунду. И вновь неприятный удар кулаком. От такой силы Джисон падает на пол, а из носа начинает идти кровь. – Слушай сюда маленький кусок дерьма. У тебя есть время до завтрашнего вечера, чтобы попрощаться со своим якобы другом. Завтра в семь вечера мы с тобой улетаем в Японию без матери. Теперь жить мы будем с тобой вдвоем. Уяснил? - на живот приходится небольшой удар нагой. Хан быстро мотает головой лишь бы его больше не били. – А теперь вон из кабинета. - орет на него вновь отец. Хотелось блевать от всего происходящего. Хан вламывается в туалет, падает в бессилии на пол. Голова кружится, из носа текла кровь, перед глазами все плыло. Тошнота накатывала все сильнее, что хотелось опорожнить желудок. Он не выдерживает и нагибается над унитазом. Кровь, еда и желчь выходят из него вместе. Ужасные чувства и вкус на языке не дают отключиться. Джисон находит в себе силы доползти до раковины и сполоснуть рот. Не проходит и 5 минут как он уже лежит без сознания на коврике. Просыпаться тяжело голова все так же болит, а рядом с ним засохшая кровь на полу. И запачканная футболка. Хан еле поднимается на колени. В кармане пару раз вибрирует телефон. Он достаёт его и смотрит на яркий экран. Ему написал Минхо. Время на часах показывает около часа ночи. Он что был в отключке пять часов? Джисон снимает с себя всю одежду и ползет в ванную. Вода течет по ни живой плоти. Тело полностью холодное, как и ледяная вода. Это тело уже давно не чувствует. Вода мешается с кровью в ванной. Лезвие скользит по ноге. Из раны течет кровь. Он без остановки наносит все больше новых увечий, в поиске почувствовать хоть что-то. Через минуту на руке нет не одного живого места, как и на ноге. Это похоже на большой кусок мяса. От большого количества крови он вновь вырубается. Просыпается Джисон уже в больнице. Около его кровати кто-то сидит и держит за руку. В глазах плывет. Он медленно раскрывает веки кое-как. Тихие всхлипы разносятся по палате. Джисон тихонько приподнимает туловище и смотрит на человека рядом. Минхо резко поднимает голову и смотрит в ответ. – Хан-и, - все что он может проговорить и кидается в объятия любимого человека. – Что со мной случилось? – Ты идиот Хан Джисон. Зачем ты это сделал. Я волновался. – не выпуская из рук кричит он на него, слезы текут из его глаз. – Зачем ты резал себя. Мы нашли тебя только в 5 утра. Ты лежал без сознания в ванной, весь в крови. Зачем? – Минхо не мог остановиться. Он настолько перепугался за Хана, что уже был готов убить всех. Лишь бы спасти его. С этого дня начался настоящий ад для них двоих. После выписки из больницы, что произошла в двенадцатом часу. Джисон рассказал все что произошло у него с отцом. Этот день они провели вместе. Время близилось к 5 часам вечера. Настал момент рассказать Минхо всю правду. Он сказал. И они больше никогда не увидятся. Это был тяжелый день для обоих ребят. Они стояли в аэропорту и громко плакали друг другу в плечи. Отец долго не ждал, схватил Хана за руку и потащил в сторону самолета. Минхо пытался прорваться дальше. Из этого ничего не вышло. Его задержала охрана. Они не перестали общается. Минхо постоянно писал ему на протяжении года. А потом одним утром вместо переписки с Джисоном он получил уведомление. «Этот аккаунт был удален» Жизнь рухнула в этот день. Он думал, что все покончено. И Ли больше никогда не получит лаского сообщения от него. Годы шли. А ничего не менялось. Брелок продолжал висеть на сумке Хо. А потом в один день ему попадается в ленте новости из Японии.

«Молодого человека избил отец до смерти.

Это произошло 16 августа 2020 года. Соседи сообщают, что слышали громкие крики из квартиры, где произошло убийство. А потом резкую тишину. Перепугавшись они вызвали полицию. Мужчина, что убил подростка, пытался скрыться с места происшествия. У него ничего не вышло. Полиция к этому моменту прибыла в комплекс домов. Мужчину задержали. Сейчас идет следствие о смерти этого человека. По предварительным данным в этой квартире проживал Хан Джисон и его отец Хан Джун.

Далее будут известны более точные данные. Ждите продолжение»

Сердце провалилось в пятки, руки тряслись от шока. Как такое может быть? *** После происшествия в августе 2020 года. Прошло пару лет. Минхо было тяжело пережить такую большую утрату. Любимый человек, с которым его разлучили – погиб. По самой ужасной причине. Ли сразу после знакомства с Джисоном узнал, что его отец любил поиздеваться над телом ребенка. Поэтому он постоянно звонил и писал ему, в случае чего сразу мог прибежать на помощь. После того как Джи оказался в больнице, Хо дал самому себе обещание защитить этого несчастного сорванца от любых невзгод и проблем. И если даже будет нужно, они сбегут вместе из этого города. Но у него не вышло. Не вышло спасти дорогого на тот момент подростка. Он так и остался в его памяти пятнадцатилетним парнем. А Минхо вырастит и повзрослеет. После всего пережитого, он смог смириться с этим. Но не без помощи. Родители и друзей, что прекрасно знали об этой короткой любви. Также психолог, которого наняли знакомые Лино. Ему хватило около 5 сеансов с ним, чтобы разобраться в своих чувствах, мыслях и переживаниях. Последнее, что сказали ему это: – Напиши ему письмо, в тот загробный мир.

«Я знаю это письмо всего лишь поток моих мыслей и чувств. И очень хочу, чтобы ты их прочитал, Джисон. Это письмо мой спаситель от мучительных ночей, что я проводил каждый день после новости. Это письмо в моем мире увижу только я, а там, где звезды падают и взрываются увидишь только ты. Это письмо как еще один наш общий секрет. Как вещь, созданная только для нас двоих.

Ты навсегда останешься в моем сердце пятнадцатилетним подростком с синими волосами. Твой голос я буду слышать в каждой нашей песне. Именно в тех, что мы вместе играли на гитаре, слушали и пели. Все они, впитали в себя наши голоса. Та гитара, которую ты вечно таскал с собой, до сих пор со мной. Она лежит у меня дома в своем черном чехле со значками. Я иногда достаю ее. Провожу рукой по ее струнам и тихо плачу.

Каждый раз.

Я плачу каждый день в подушку. Мне все ещё больно и тяжело принять то, что тебя больше нет. Я пытаюсь забыть это, не рвать больше волосы от переизбытка эмоций. Но это сложно. Я никогда не забуду тебя. Ты стал большой частью меня. Джисон в моем сердце занимает все свободное время. А его поверь у меня много.

Я часто прихожу на наши любимые места. Мне приятно вспоминать все былое. Я никогда не забуду твою храбрость в том августе. Ты был занудой, но я так люблю тебя. Я помню нашу первую ночь. Нет, не ту в которой мы не могли отлипнуть друг от друга в моей кровати. Ту первую ночь, в которую мы сбежали из дома. Мы вернулись тогда домой в девять утра. Наши родители думали, что мы тогда были друг у друга на ночевке. Ох, они сильно ошибались. Мы встретили наш первый восход, на высоком холме далеко за городом.

Это было незабываемо.

Ты дарил мне эти моменты, а все время ждал их. Теперь спустя столько лет, настала твоя очередь чуть-чуть подождать меня. Под землей. Я обязательно приду ночью августа и лягу рядом с тобой. Ты только жди меня, Джисон. Я вновь согрею тебя, как в те приятные ночи. Наши руки сплетутся в замок и навсегда останутся в таком положении. Мы будем вместе.

Я и ты.

Навсегда.

На вечно, Хан Джисон.

Я люблю тебя.

И никогда не забуду.»