Пазлы. Хроноопера

— Послушай, солнце. - призрак опустил глаза вниз сцепив пальцы в замок, болезненно впиваясь ногтями в руки. — Тебе лучше не иметь никаких связей со мной. Наши отношения тебя разрушают. Посмотри на себя. - с каждым словом его голос становился все тише, дрожал все сильнее. Ханако думать о расставании было невероятно больно, но экзорцист не отступится первым. Желание повисеть на своем партнёре в последний раз пересилило, да и ничего страшного, если это действительно их конец, так что черные туфли делают маленький шаг вперёд и руки силой прижимает широкую спину к себе. Может при других обстоятельствах он бы мог любить его вечно. Медленно постареть вместе и обожать каждую новую версию его парня кем бы он в конце концов не стал. — Меня беспокоит лишь то что я смогу вырости, а ты нет. Так что если мне так и не удастся избежать твоей смерти в прошлом, я могу стать нечистью вместе с тобой. - Коу тяжело вздыхает, взявшись за худые плечи, отстраняет их от себя, серьезно смотрит в два тигровых глаза. Но Седьмой только слегка отрывается от земли, чтобы прижать его голову к своей груди, и печально утонуть лицом в его волосах. — Ханако, ты меня не слушаешь, - приглушённо бормочет Минамото ему в пиджак. — все равно я спасу тебя, хочешь ли ты того или нет. — Не хочу! - другой переходит на повышенный тон. — Я не хочу чтобы ты в это ввязывался! Не хочу чтобы ты лишался человеческой жизни из-за меня! Не хочу видеть тебя таким! Я не стою твоих жертв! Не стою, понимаешь не стою! Всё кончено. И та моя личность из прошлого тем более не стоит! — Стоит хотя бы ради того кто ты есть сейчас. Ты делаешь хорошие вещи защищая учеников, а значит ты хорошая личность. - тон Коу по прежнему был спокойным и мягким, пытаясь успокоить парня напротив. Срываться и кричать бесполезно, даже если очень хочется во всех мирах. На него живого и мёртвого. На последнего особенно. — Думаешь достаточно делать хорошие вещи чтобы быть хорошим? - с иронией шепчет призрак. — Несмотря на то что я сделал? — Да. - пожимает плечами — особенно когда я знаю что это был за человек, если бы это только могло помочь, сам бы его голыми руками задушил бы. — Не помогло? - с насмешкой спросил Ханако почти сквозь слёзы. — Не важно: защищался ли ты сам? Оборонял кого-то? Мстил ли за смерть умерших? За каждый случай что я видел я тебя прощаю. Принятие приятно разжигалось в полупрозрачной груди, растворяясь в таких же тёплых объятиях, подставляясь под внимательные руки. — Я уже решил что буду идти до конца. Мы будем в порядке. Только прийду в себя после всего. Школьная тайна молчит. Молчит долго, думая как возразить, но он уже проиграл этот психологический поединок, только бьёт несильно кулачком в грудь. — Тогда оставайся погостить подольше. Добро пожаловать домой, милый. - призрак выдерживает паузу а потом нерешительно добавляет — Ты такой хорошенький, вот что мне с тобой делать, скажи мне, а? Ханако дёргает Коу за пучки волос, от чего тот жмурятся. Они подошли к окну в общем коридоре, и призрачное тело запрыгнуло на подоконную доску. — Эй, я просто хочу чтобы мои близкие люди были живы, и ты, и Мицуба, и мама. Я буду сильным потому что хочу этого. Безмерно. Сделаю невозможное возможным. — Конечно сделаешь, только потом. Я тебя на самом деле очень уважаю за это... — Уже прошло достаточно времени. Ты дал мне достаточно любви, я мило провел время в кругу Теру и Тиары. - парень отстраняет его от себя, беря его руки в свои. Между их встречей с Ханако и братом с сестрой впервые за долгое время Коу заново обрёл необычайную лёгкость. Он давно уже успел позабыть какого это. Свидания в гранях, под ночным небом и в кабинете готовки. Гора с грохотом покатилась с плеч, любовь и нежность заполнила разширяющиеся дыры, которые не все никак не хотели затягиватся обратно. Но нужно закончить начатое. Смотря во влюбленные глаза призрака, как никогда хотелось вернуть его к жизни и счастливо вместе постареть. А они ни за что оба не согласятся на тоже самое в фальшивом мире. "Нет нет нет это невыносимо," - заговорил страх внутри. "я ни за что не вернусь обратно, я не хочу возвращаться в то состояние, прекрати это сейчас же!" - но блондин отгоняет эти мысли в сторону. Это все не важно пока он не закончит то за что с таким большим упорством взялся. — Ты знаешь где находится дверь в нигде? - Ханако перебивает его поток мыслей. — А разве нельзя через Хранителей часов? Седьмой затих, его брови сперва опустились, а потом поползли вверх сильно округляя глаза. — Только не говори мне что ты просил помощи у Како? Внутренний голос Коу стал кричать ещё громче, и он просто кивает призрачному мальчику напротив. — Эти шарлатаны постоянно потдирают события что бедолаги пошедшие на сделку пытались изменить. У Минамото ручьем покатились слёзы гнева. Он кусает щеку и пинает стену тяжело дыша. — Пойдем я проведу тебя в место где ты сможешь поспать в моё прошлое не пользуясь их силами. — Твою мать! - он не выдерживает, хватает цветочный горшок и со всей дури бросает его об пол. Дальше они шли молча какое-то время, но после они смогли перейти на дружескую беседу в черном коридоре. Делились планами на их совместную жизнь, как у них будет дом с окнами на потолке, как они будут ездить на машине Коу в леса, как будут делить быт, и что они будут вместе несмотря не на что, после всего что они прошли. Как радость взаимной любви не пройдет с годами. Но вдруг ноги в тяжёлых кросовках с эхом останавливаются. — Мы ходим кругами. Черные туфли рядом ещё делают несколько шагов вперед, и разворачиваются в сторону парня позади. — С чего ты взял? Тебе кажется, Нигде - место огромное. — Не води меня за нос, ты просто не хочешь отпускать меня. Несмотря на проведенное время вместе по возвращению Минамото, они так и не смогли глубже поднять тему того что он там видел. Обоим было слишком неуютно поднимать эту тему. — Ханако, ты не доверяешь мне? — Я не хочу тебя потерять, глупый! Ты уже принял меня не смотря ни на что. Всегда принимал. Я за тебя беспокоюсь. — Я буду в порядке, обещаю. Мы вместе. И школьная тайна снова ломается. Он обнимает Коу, доверяя свои янтарные лужицы в его руки. Они стоят рядом обнявшись некоторое время, по ка холодные руки не отпускают белую рубашку, и нужная дверь не открывается.