Солнце

Вокруг начали медленно опускаться снежинки, но юноша, стоящий на шумной остановке, их не замечал. Он пристально смотрел на часы, словно надеясь, что от этого секунды начнут пролетать быстрее. Это ожидаемо не помогало. Теперь парень всматривался в толпу, что сновала вокруг него огромным серым потоком. Его взгляды мимолетно пересекались с лицами, полными усталости, с людьми, спешащими куда-то, стремящимися сбежать от зимней хандры. Почему все так погружены в свои заботы? Почему никто не остановится и не оценит этого волшебства, этого тихого зимнего чуда? Он частенько любил рассматривать людей, пока они этого не видели. Странно? Ничуть. Он всегда считал такую наблюдательность простым делом — иногда необходимо просто отвлечься от своих мыслей и заглянуть в чужие жизни, даже если никто об этом не знал. Такое времяпровождение не причиняло ему никаких проблем ровно до одного момента… Он даже и не помнил, когда впервые заметил именно её. Наверное, это было ещё на первом курсе, когда все только начинали знакомиться друг с другом, и она тоже подружилась с какой-то девушкой, с которой они теперь всегда вместе, как единый комплект. А он был не слишком общительным, хотя и дружил с парнем с соседнего потока. Конечно, это был его не единственный в жизни друг, но в этом университете он не нашёл себе больше приятелей. И в минуты шумных перерывов между парами он частенько бродил по огромному зданию учебного заведения, словно надеясь увидеть что-то интересное и заодно сделать перерыв между нескончаемыми потоками информации. Третий курс — это вам уже не шутки. А она оказалась очень ответственной и умной девушкой. Она отлично разбиралась и в экономике, и в философии, и даже в пугающей многих высшей математике — хотя до этого момента он думал, что девушек может интересовать только шопинг, макияж и сплетни шоу-бизнеса. Удивительно, как стереотипы могут сломаться, когда сталкиваешься с человеком, который переворачивает все твои представления с ног на голову. Нет, он не следил за ней — хотя кого он обманывал? Это было неизменно уже вот второй год. Он почему-то любил наблюдать за каждым её жестом и машинальным движением, как, например, когда она поправляла фенечки на руке. А они удивительно отлично сочетались с её стилем, который вроде и не копировал все модные тенденции, что менялись из месяца в месяц, но при этом был ей к лицу. Любил вслушиваться, если повезёт в шумной толпе, в её слова, что она говорила своей подруге, даже если они обсуждали очередной сериал. Она знала и все актуальные новости в мире фильмов, и даже, как он услышал однажды, умеет хорошо готовить. Ему уже даже стало интересно: а есть ли что-то такое, чего она не знает или не умеет? Иногда он замечал, как в её глазах появляется искорка, когда она увлекается чем-то. В такие моменты она казалась настоящим генератором идей: могла зажечь разговор о литературе, поделиться мыслями о философии или рассказать о последней выставке, которую посещала. Её энтузиазм был заразительным. Он часто смотрел на себя в зеркало и думал о том, чем он мог бы привлечь кого-то. Для себя он ведь был совсем обыкновенным. Таким обыкновенным, как и тысячи таких же ребят, что ходят по городу. А она, вопреки злым слухам группы, что распространялись пустыми, на его взгляд, людьми, казалась ему идеальной. Потом их поставили вместе делать задание по экономике. Он не любил эту дисциплину — строгие цифры и холодные формулы навевали на него скуку. Но она не только сделала бóльшую часть работы, но ещё и помогла разобраться ему. Он полюбил экономику. И латте, что она однажды предложила попробовать ему, когда они вместе сидели в перерыве между парами в ближайшей кофейне и разбирали очередную часть задания, окруженные запахом свежеобжаренного кофе и выпечки. Этот ароматный напиток, в котором так удачно сочетались уют и тепло, стал для него символом их общения. А он любит готовить пиццу. Она её любит тоже. И тёплые пушистые свитера. У неё их было столько, что он даже когда-то задумался, а видел ли он хоть раз на ней один и тот же. Оказалось, что они живут недалеко друг от друга. Обнаружилось это в битком забитой маршрутке, в которой они однажды встретились по дороге домой и поняли, что ехать им в одну сторону с разницей в пару остановок. Однажды возвращались из библиотеки под дождём, и она весело ловила дождевые капли рукой из-под зонтика, которым он с ней поделился. Он провёл её в этот день до дома, аргументируя это тем, что не хочет, чтобы она намокла, и рисуя в своём воображении образ рыцаря. Простой момент, который показался волшебным в рутине серых будней. Благодарил про себя природу и шёл домой по лужам, рассеянно глядя под ноги и всё ещё видя перед собой вместо луж её улыбку. А ещё тогда он от неё узнал, что у него красивые глаза. Он надеялся когда-то случайно встретить её в городе. Она когда-то упомянула, что иногда любит гулять. Каждый вечер он обрисовывал в своих мыслях маршруты, где бы она могла быть. Как часто его мысли блуждали по улочкам, где они могли пересечься! В какую уютную кофейню она могла зайти? В каком парке проводит время, когда хочет побыть наедине с природой? А ещё она один раз сказала, что кот — это её тотемное животное. Наверное, если бы они тогда не увидели маленького котёнка и не решили его покормить остатками бутерброда, она бы об этом и не вспомнила. Когда она держала малышку на руках, он задумался о том, как это просто — дарить радость и заботу. Однажды он решился пригласить её на прогулку, но она, вопреки его надеждам, дала несколько неясный ответ. «Посмотрим». И больше не заводила об этом разговор. А он и боялся напомнить. И сейчас он стоял здесь, возле той самой остановки, на которой он предложил ей встретиться, не зная, чем закончится этот день. Уйдёт ли он домой совсем скоро или… Он уже представлял себе, как они будут гулять по заснеженному городу, весело болтая, потом, когда замёрзнут, зайдут в кафе и выпьют тёплого чая или кофе, обсуждая всё и ничего, смеясь над шутками и наслаждаясь моментом. Но чем больше времени проходило, тем сильнее картинка начинала распадаться на куски. На мелкие, как мозаика. В конце концов, красивые глаза ещё ничего не значат. Снег начал идти сильнее, что не отпугивало многочисленных людей. Проехало несколько маршруток, из которых неустанно выходили и заходили массы народа. Где-то вдалеке тумана из снежной крошки мелькнул красный помпон вязаной шапки, что выделялся среди серой толпы, словно солнце в ненастный день. Это было его солнце…