Оковы рассудка и пламя страсти

Все мы знаем семью Майклсонов. Семья с тяжёлой историей и психологическими травмами. Элайджа был единственным сыном и братом, который сохранил в себе трезвый рассудок и элегантность. Он был одним из старших братьев и, как повелось в их семье, альфой. Он унаследовал это от своего отца, как и Финн, Кол, Ребека. Но в их семье ещё был один из братьев, кто был одарен судьбой их матери - Никлаус. Ник, благодаря их матери, был омегой и с самого детства страдал от припадков отца и братьев. Вечные избиения, угнетения и фразы а-ля "Ты приемыш". Но был и брат, который всегда отстаивал его и бил братьев за то, как они себя вели с Ником. Элайджа всегда отбивал Клауса у отца и позже, сидя в комнате Ника, помогал обрабатывать его раны и долго успокаивал младшего, пока тот не уснет. По исполнению совершеннолетия, каждый из детей этой семьи, покидал родной дом в поисках учебы, работы и своей семьи. Так, когда Элайджа ушел учиться, Ник всегда был понурым, почти не выходил из своей комнаты и старался не пересекаться с отцом. Позже он, будто еж, оброс иглами и превратился в грубого и беспощадного парня. Хоть с матерью они были в хороших отношениях, и та в свою очередь обучала Клауса всем премудростям и тонкостям омежъей жизни, Ник все равно продолжал вести себя как альфа. Вечно встрявал в уличные бойни и чаще всего, благодаря благородной крови Майклсонов, одерживал там победы. Покинув отчий дом, Ник уехал учиться в Новый Орлеан, где впервые встретил свою течку. Но благодаря маме, он знал что ему делать и как пережить этот кошмар. Лежа на кровати, Ник скулил и сжимал ногами одеяло, пытаясь немного утихомирить боль от дикого возбуждения. В глазах плыло и в голове всплывали образы прекрасного, статного, его БРАТА, Элайджи. После первой течки, Ник не мог долго прийти в себя. Он вспоминал, как тёрся своим членом об одеяло, и, содоргаясь в оргазме выкрикивал имя брата. Образы Элайджи вызывали у младшего дикое возбуждение ещё с малых лет, но Ник осознавал, что это неправильно и не нормально. Что ещё было хуже, Ник осознал, на сколько он слаб от прихода течки, и, что вся его жесткость улетучивается, открывая в нем покладистого и покорного щенка. Ник продолжил свое обучение, но часто попадал на пересдачи из-за своей вспыльчивости и омежъей сущности, так как университет был основан больше для Альф с уклоном на военное образование. Благодаря подавителям и своему характеру Ник смог убедить всех, что он бета и имеет все данные для обучения здесь. Посещая множество тусовок, Ник построил на себе образ дикого и безумно наглого парня. Ни одна попойка не заканчивалась дикой дракой, в которой Клаус получал дикое удовольствие, избивая более слабых оппонентов. Так и прошел его год в университете. На летних каникулах Ник решил приехать домой, чтобы повидаться с матерью и в очередной раз попытаться доказать отцу, что младший хоть чего то стоит. Какого было его удивление, когда на пороге его встретил старший брат, который, кажется, только проснулся. - Ник, какой неожиданный сюрприз! Проходи, чего стоишь. - Элайджа отошёл от двери, пропуская младшего внутрь дома. Но Клаус остался неподвижен с немного округленными глазами и отвисшей челюстью. В голове Ника роились мысли о том, на сколько сексуален и невероятен стал его брат после обучения. Точёные мышцы, широкие плечи, немного загорелая кожа, крепкие руки и ноги. Кроме тихого "Привет", Никлаус больше не смог из себя ничего выдавить, все слова застревали в горле. Немного проморгавшись, и, нацепив вновь маску жёсткости, он все же зашёл в дом. Элайджа, в свою очередь был удивлен, увидев столь резкую перемену в лице его младшего брата, ведь не таким он его запомнил, уходя на обучение. Поднимаясь по лестнице на верх в свою комнату, он ещё долго проигрывал их короткий разговор на пороге дома и пытался понять, что же случилось Клаусом. Ник, зайдя на кухню, уловил аромат завтрака, только приготовленного его матерью. Эстер встретила его милой улыбкой и тёплыми объятиями. Не желая упускать ни минуты общения со своим сыном, она стала расспрашивать, как прошел год у младшего в другом городе. Ник стал с упоением рассказывать все подробности его жизни, упустив лишь один момент. Он рассказал Эстер о том, как прошла его первая течка, но упустил все подробности, сказав лишь, что все прошло почти гладко. Мать сочувствующие посмотрела на сына и нежно погладила по плечу, понимая, что именно пришлось пережить ее сыну. - Ник, милый, ты уже нашел себе пару? - спросила, с долей волнения, Эстер. - Если нет, то мне нужно тебе ещё кое что рассказать и подарить. - Женщина вглядывалась в лицо сына, пытаясь найти там ответы. Немного раздражённо, Ник скинул руку матери с плеча и фыркнул. - Нет... - немного помявшись, Клаус ошарашил мать своим ответом, - Мне не нужна пара. Я не планирую создавать свою пару. Эстер этот ответ ударил ледяным кинжалом в самое сердце. Она обеспокоенно смотрела на сына и не понимала, почему он так категоричен. - Но, Ник, это твоя сущность. Ты же не сможешь... - сын не дал ей договорить. - Я взрослый и сам могу решить, чтоя должен и что хочу. Никакая сущность не может мной управлять... - его речь оборвалась, когда он услышал приближающиеся шаги в коридоре. Обладателями этих шагов был Элайджа и отец - Майкл. Увидев Ника на кухне, Майкл сжал свои кулаки и уже хотел было зарядить младшему по лицу, но его успел остановить Элайджа. Клаус, на секунду взглянул на брата с благодарностью, но вновь остудил взгляд и достойно посмотрел отцу в лицо. - Здравствуйте, Отец. - Ника немного трясло от страха перед этим сильным альфой, но он держался молодцом. Эстер стала поспешно накрывать на стол, тем самым разряжая обстановку. За завтраком стояла гробовая тишина и никто не решался ее нарушить. После завтрака Ник поблагодарил мать за прекрасную еду и реши отправится на лёгкую прогулку по любимым и таким родным местам. Прогуливаясь по лесу и проходя небольшую горную реку, он остановился у дерева и присел, облокотившись спиной о его кору. Это место навеевало ему воспоминания. Сюда он часто убегал от отца с братьями, чтобы в тайне порисовать и полюбоваться природой. Часто к нему сюда приходил взволнованный Элайджа, чтобы узнать, в каком состоянии его младший братец. Здесь они часто болтали, обсуждали планы на будущее и просто приятно проводили время в присутствии друг друга. Вот и сейчас, Ник услышал шорох за спиной, но не обернулся. Он уже знал, кто это, и зачем он здесь явился. - Элайджа, можешь не подкрадываться, я знаю, что это ты... - Ник услышал тихий смешок и шорох прекратился. Рядом с ним сел его старший брат. Разговор между ними долго не вязался, так как они не знали, с чего начать разговор. Они не виделись так долго. Так много новостей и изменений произошло, что никто из них не знал, с чего начать. - Ник, как ты? Я слышал от матери, что ты сейчас учишься в Новом Орлеане? Как там? - начал немного неловко Элайджа, пытаясь вывести младшего на разговор. Клаус лишь выдал смешок, а позже начал - Новый Орлеан прекрасен. Большой город с очаровательной атмосферой. Кажется, будто каждый день - праздник. - Клаус стал увлекаться своим рассказом и его глаза стали сверкать, что не осталось незамеченным его братом. - Вижу, тебе и вправду все нравится... - Улыбнулся Элайджа и потрепал брата по волосам. Разговор завязался и каждый из них стал рассказывать, как провел эти четыре года. Рассказы сопровождались эмоциями, жестами и даже небольшими сценками. Каждый из них был счастлив поделиться кусочком этого времени с друг другом. Когда стало темнеть, браться сошлись на мысли, что пора возвращаться в дом. Идя домой, они все не умолкали и рассказывали о своих похождениях и ситуациях, с которыми сталкивались. Поужинав вновь в абсолютной тишине, братья лишь поблагодарили мать за ужин, и поднялись на второй этаж, разбредаясь по своим комнатам. Остановившись сначала возле комнаты Элайджи, они стали делать друг другу доброй ночи. Но резко Ника прошибла странная дрожь, после чего он обхватил одной рукой живот, а второй упёрся в стену. - Ник, ты в порядке? - тут же кинулся у нему Элайджа. Только коснувшись брата, он понял, что то весь горит и дрожит. - Ник... Клаус дышал очень прерывисто и весь покрывался испариной. Он учуял аромат, что исходил из комнаты старшего. Оттуда пахло невероятно приятно: лесом, нотками бурбона и мускусом. Ноги стали подкашиватся и все, что Ник запомнил, это взволнованные глаза брата, перед тем как отключиться.