AFERA

Холодная, слегка влажная трава отражает свет луны и свет заклинания Люмос от маленьких капель. Зубы уже немного стучат друг о друга, потому что становится холоднее. Первое дежурство в роли старосты Гриффиндора, я фантазировала об этом пять лет, и все оказалось не так радужно. Ведь ближайший час после отбоя надо будет выходить на проверку территорий, и иногда даже на улицу, как сегодня. Я открыто считаю, что это глупо и бесполезно, ведь никто и не собирается выходить из школы осенней ночью, когда температура воздуха понижается чуть ли не до мороза. На улице пахнет свежестью и лесом после дождя, ноги двигаются очень медленно и расслабленно, мысли вообще улетели, а задача этой ночной прогулки уже давно потеряна из памяти. Как вдруг за спиной слышится хруст сучьев, словно кто-то бежит. Я заинтересовано оглядываюсь вокруг, остановившись на половине пути до ворот. Вдалеке показывается фигура какого-то парня, бежавшего прямиком мне на встречу. Я хмурюсь, и ожидаю, когда неизвестная персона дойдет до ближнего поля зрения. И увидев на парне слизеринский галстук уже хочется молча закатить глаза и уйти, но вдруг в нем я узнаю своего знакомого. Не близкого, просто знакомого. Теодор Нотт, кажется. — Понсэйр, прекрасно выглядишь! — опустившись руками на колени, восстановил дыхание Теодор, и подмигнул. Ну и придурок. Я раздражённо закатываю глаза, сложив руки на груди. Мне было бы параллельно на него, и его швыряния по улице, но в этом году от таких балванов зависит и моя судьба, тоже. — Чего ты тут делаешь? — равнодушно кидаю я, в одно мгновение осматривая его с ног до головы. Ничего не ответив, Тео выпрямляется и продолжает зачем-то осматриваться по сторонам, пока его взгляд случайно не ловит ещё одну палочку светящуюся при помощи заклинания. Она близится к нам все быстрее, поэтому слизеринец жалобно смотрит на меня и опускает холодные руки на мои плечи. — Прошу, скажи ему, что я с тобой, типа помогаю, или что нибудь такое, — тревожно тараторит Нотт. Я, очевидно сомневаясь, окидываю его неопределенным взглядом. Хотя, мне что-то подсказывает, что дела эти не слишком чистые, в прочем, я в этом не разбираюсь, да и положение не кажется таким критичным. Тем более, он чем-то встревожен, а отказать в такой ситуации было бы слишком не по-гриффиндорски, поэтому я недоверительно щурюсь, но все таки киваю, после чего брюнет глубоко выдыхает и обнадеживающе улыбается, когда профессор Снегг уже оказывается напротив. Мужчина сурово оглядывает нас. Я, все ещё со сложенными руками на груди метаю взгляд по всему замку за спиной профессора, боясь зрительного контакта, и прикусывая щеку изнутри. «А у нас неплохие окна..» Нотт обаятельно улыбается своему декану, выражая свое «полностью бескорыстное» уважение, тот в ответ лишь продолжает пилить бедных нас взглядом. — Мистер Нотт, почему вы разгуливаете без спроса за пределами замка, так ещё и после отбоя? — слышится томный голос Северуса, и я начинаю чувствовать себя в какой-то новелле, где нужно выбирать, что сказать, изменяя ход сюжета. Так и сейчас, от того, что нам удастся придумать, зависит многое. Мы встречаемся с Теодором взглядами, безмолвно советуясь в ответе. Я киваю в его сторону, будто говоря "Сам". — Знаете, Я просто... — неуверенно пытается придумать на ходу Нотт, а я лишь молюсь чтоб все прошло удачно, а иначе и мою спасательную натуру подвергнут наказанию, — Я просто помогал своей подруге. Она рассказала мне, что никак не может справиться с дежурством, я решил помочь. Я прикрываю глаза и мысленно хлопаю себя по лбу. — Для вас пройти круг вокруг замка — это трудное задание, мисс Понсэйр? — подозревающе перемещает кончик горящей палочки Снегг уже в сторону моей мантии. Я готова убить того, кто стоит по мое левое плечо. — Дело в том, что вторая староста Грейнджер не смогла прийти на дежурство, а разгуливать ночью вокруг замка одной мне было страшно, А Нотт мой хороший друг и ...— с бешено стучащим сердцем выдумываю я, но не успеваю договорить, как учитель перебивает: Говорить, что Нотт является моим хорошим другом — это и есть самое трудное задание. — Из вас некудышная староста, мисс Понсэйр, — завершает Снегг. Эти слова звучат с чего-то слишком обидно, ведь мои стремления, казалось, обесценили одним лишь глупым поступком. Я яростно смотрю на Теодора, невинно стоящего рядом. — На первый раз прощаю, так как это ваша первая неделя, и то, это только потому что я очень хочу верить в рассказанную вами версию, — протягивает Снегг, и окидывает своего подопечного слизеринца суровым взглядом, — А сейчас, можете отправляться в спальни. Профессор разворачивается, и Нотт ликующе вскидывает кулак в воздух. Наклоняется ближе, и положив одну руку мне на плечо, шепотом произносит: — С меня должок. Я только неудовлетворённо свела брови, ничего не ответив. Мне от него ничего не нужно было. *** — Гарри, ты уже в третий раз пишешь это слово неправильно, меня это уже начинает раздражать! — явно недовольно высказывается Гермиона Поттеру, сидящему уже около часа над домашним заданием по Истории Магии. Мне оставалось только молча ликовать, что мне больше не грозят вечные учения Грейнджер и непрекращающийся поиск ошибок в моих эссе, ведь в прошлом году я значительно подтянулась по школьной программе, и теперь уже нахожусь, можно сказать, на одном уровне с ней. Не сказать, что ее это как-то волнует, она даже наоборот счастлива видеть как за мои сочинения, написанные в течение пяти минут, наш факультет получает баллы. Мне легко даются гуманитарные предметы. Время было уже где-то за восемь, ребята всех возрастов ещё не собирались уходить из гостиной, в которой мы все вместе дружно делали домашние задания. Закончив последнюю строчку задачи по ненавистной нумерологии, я откидываю учебник в сторону. Почувствовав сильную усталость, я вынимаю держащий мою прическу карандаш из густых светлых волос, которые сегодня особенно сильно вились на концах. Локоны падают на плечи, и я сонно съезжаю со стула, положив голову на спинку. Ещё и недели с начала учебного года не прошло, а мне уже хочется обратно домой, в теплую постель, и играть сутками напролет с отцом в магические настольные игры, даже заранее зная, что тот будет жульничать. Слегка улыбнувшись от недавних воспоминаний, я быстро закидываю все в сумку, и кидаю куда-то в сторону диванов, решив направиться наконец в душ. Уже подойдя ближе к спальням, я вижу выходящую из нашей общей комнаты с Лавандой Браун, злобно прожигающую меня взглядом Ромильду Вейн. Я отвечаю на ее жест непонимающим выражением лица, а та только пнув меня под плечо, уходит. Странно, но как-то насрать. У этой девчонки всегда найдется повод позлиться на любую ученицу, которая ей и слова не сказала. Проходя в спальню, ко мне тут же бросается Лаванда. Она кокетливо дёргает бровями и держа меня за руки начинает какие-то расспросы: — Ну же, Эш, расскажи мне про него! Мы весь вечер на месте не сидим! — она начинает с чего-то нетерпеливо прыгать, а я опять смотрю своим фирменным недоумевающим взглядом. — Ты вообще о чём, Лаванда? — развеиваю перед ней облака ее фантазий. Она удивлённо раскрывает глаза. — Ты чего? Мы про романтическую записку на твоей тумбе! Записку? Мой вид становится ещё растеряннее, такого у меня точно никогда не было. Я с два шага дохожу до своей кровати и схватываю уже во всю перемятую и, скорее всего, перетроганную всем факультетом бумажку. Сильно хочется предъявить Браун за то, что она вообще трогала вещи с моей тумбы, но это было бы чересчур глупо, я слишком хорошо знаю Лаванду, чтоб хоть как-то реагировать на такое. «Спасибо за спасение ещё раз, ты знаешь, я весь твой. » и снизу мелким корявым почерком написано: «(к слову, ты очень похорошела за лето, Понсэйр)» Послание было никем не подписано, но догадаться не трудно. Сказать, что я удивлена — ничего не сказать. Вроде мило, а вроде слизеринец. Я сминаю бумажку в руке и закидываю в карман мантии, так и не ответив Лаванде на вопросы про адресанта. Ближайшие дни она только и будет, что пытаться увидеть меня с кем нибудь в парочке. Нетерпение получить личную спальню, как привилегию старост, становилось все сильнее, но профессор Макгонагалл обещала предоставить мне ключи после первой недели обучения. *** Слегка холодный ветер обдувает лицо, отчего светлые волосы развеваются. Внутренний дворик кипит старшекурсниками, почти все из них держат в руках по сигарете, а может что и похуже. Увидев всю эту картину, я в сотый раз брезгливо морщусь. Летая где-то в своих мыслях, все вокруг становится как в тумане, и даже любимый вопрос Джинни: «Как думаешь стоит ли подойти к Поттеру?», удалось услышать лишь отдаленно. — Да, Джинни, мне кажется, что Гарри прекрасный парень, умный, веселый, добрый, красивый, да-да, — раздражённо выдохнув, проговариваю в очередной раз «правильный» ответ на любимый вопрос своей рыжей подруги. Но она наигранно сердито сщурится, — Про красивого я не говорила, от себя добавила? Я взрываюсь смехом. Я понимаю, что Джинни шутит, но иногда она говорит слишком абсурдные вещи. Я немного дернулась от поступившего холодного ветра, на мне не было ничего кроме обыкновенной школьной мантии. Пора бы уже надевать что нибудь потеплее, да лучше с капюшоном. Моя гиперактивная подруга, не способная стоять на месте даже минуты, вдруг хватает меня под локоть и так резко дёргает, что я чуть не путаюсь в собственных ногах. Она в очередной раз вырывает меня из облаков. Я с секунду смотрю на нее разъяренно, но она этого не замечает, так как пилит своими медовыми глазами место, от которого мы только отошли. К серой холодной колонне приложился Малфой. Его ледяные глаза кажутся словно нетрезвыми, и какая-то необычная по виду сигарета между его пальцев это доказывает. Он с пару секунд молча смотрит на нас, еле-заметно расслабленно двигая ногой, опираясь на холодный камень. — Что, Понсэйр, пугало напомнил? Странно, твоя сестрёнка от меня так не прыгала, — усмехается тот, но как-то равнодушно, выдыхая последний раз дым и выкидывая бычок куда-то на землю. Ну и мерзость. — Про пугало отличное попадание, — с неприязнью отвечаю я. Я старательно игнорирую все то, что он говорит про моих родственников, считая, что его слова не имеют никакого веса ни в моей жизни, ни в целом. Моя сестра Эва, которая старше меня на два года, в прошлом году закончила седьмой курс как ученица слизерина, и сейчас идёт только первый год моего одиночного обучения в Хогвартсе. Из-за этого я чувствую себя в сто раз тоскливее, и понимаю, что именно сейчас, на шестом году, мне придется стать старше. И идиот Малфой, как обычно знает, за какие темы хвататься, чтоб задеть. Он же и вырывает меня из мыслей: — О, смотри, твой идёт, — насмешливо произносит Малфой, кивая в сторону толпы слизеринцев. Они везде плетутся за ним. Даже жалко как-то, ни секунды не побыть одному. Я непроизвольно кидаю туда взгляд, замечая идущего впереди Теодора, и сразу понимаю, что Малфой имел ввиду его. — Мой? Ну уж нет, спасибо, — я хватаю замолчавшую Джинни за рукав, и уже собираюсь уводить нас обратно в школу, как вдруг слышу откуда-то сзади свою фамилию, с мерзким фоновым присвистыванием. Я оборачиваюсь, наблюдая как ученики Слизерина заполоняют пространство словно плесень, все больше и больше расширяя территорию своих владений. Аж отойти хочется. Нотт выглядит довольно неагрессивно, и лёгким движением руки подзывает меня к себе. Плохого он мне ничего не сделал, а выслушать, чтоб он наконец отстал — перспектива неплохая. Я успокаивающе киваю для Джинни, словно говоря, чтоб та не волновалась. И она остаётся в стороне. Расслабленно, явно показывая нежелание, подхожу к парню, в ожидании складывая руки на груди. — Эшли, ещё раз спасибо за помощь, я хотел... О, Мерлин, в мою голову уже приходят мысли, что та его вечерняя прогулка связана с самым жесточайшим криминалом, а иначе ну сколько можно? Я почти закатываю глаза, и перебиваю: — Слушай, я понимаю, ты благодарен и всё такое, но, пожалуйста, отстань от меня. Я даже не успеваю посмотреть его реакцию, как вдруг со стороны доносится насмешливый голос кого-то со слизерина, на который я тут же оборачиваюсь: — Нотт, ради всего Святого, сгинь оттуда, не хочу чтоб ты притащил в нашу гостиную какую-нибудь гриффиндорскую заразу. Вся свита одобряюще воет, а я от злости прикусываю щеки изнутри. Больно мне нужно самой здесь стоять. Это буквально одолжение. Я с секунду смотрю на Тео, который так и не успел ничего мне ответить, если это вообще нужно было, и сверкнув сердитым зелёным взглядом, убираюсь с этого места. Но конечно решаю не оставить колкость без ответа. — Ваш факультет — и есть одна большая зараза, — говорю я специально громко, нарочно задевая Малфоя плечом. Хоть это говорил и не он. Просто бесит. Тот кидает мне в спину короткий мат. Вообще, такое поведение, обычно мне не свойственно, да и все с Гриффиндора вежливо просят никак не отвечать всем этим озлобленным людям, но иногда это просто бывает невыносимо. — Эшли! Что это сейчас было? Что ему от тебя нужно? — подлетает ко мне Джинни, яростно схмурив брови, а я просто иду в сторону школы, пока подруга плетется за мной. Я только обнадеживающе кладу руку на ее плечо, и говорю: — Да забей, Джин, им от всех всегда что-то нужно. Но ее этот ответ не устраивает, определенно. Окинув меня недоверчивым взглядом, она вдруг останавливается. — Не хочешь мне говорить, ну и ладно. Я думала мы подруги, — бросила она обиженным тоном. Я цокнув, оборачиваюсь к ней, но ее рядом не оказывается. Пошла другой дорогой, чтоб изобразить обиду. Во мне на мгновение даже проскакивает чувство вины, но тут же одернув себя, я раздражённо сжимаю кулаки, и пинаю ногой разрастущуюся траву. Меня всё здесь бесит. — Тише, Понсэйр, ты хоть свою подругу побереги, а то выглядишь словно собираешься сейчас ее прикончить, — хохотнул Малфой, а я даже не хочу обращать на него свое внимание, — Хотя, не хочу признаваться, в этом мы с тобой похожи, тоже порой хочется кинуть Аваду в кого-нибудь из Уизли. Он брезгливо морщится, а его компания тут же начинает гоготать, так мерзко и надменно. — Побойся, чтоб я в тебя Аваду не кинула, идиот. Отвечаю ему кратко, хотя внутри все просто бушует. Хочется перерезать ему глотку. Дёрнув головой, что волосы разлетелись по сторонам, я собираюсь направляться в замок. — Хотя, мелкая, наверное, исключение. Может фигурка нормальная, но это уже по части Блейза, — зачем-то продолжает он. Забини толкает его под плечо, и начинает смеяться. Мое терпение лопается. Подрываюсь со своего места, и подойдя почти вплотную к придурку Малфою, окидываю его самым недоброжелательным взглядом из возможных, и свожу брови, процедив: — Моя подруга никогда в жизни бы не притронулась к таким, как вы, даже не мечтайте, ищите себе других кандидаток. Но бледные мужские губы вновь превратились в насмешливую ухмылку: — Других? Тебя например, Понсэйр? — он, словно с отвращением, оглядывает меня и снова с омерзением морщится, наклоняясь ближе, — Не бойся, дорогая, мы руки пачкать не будем. — Тогда друг другу сосите, полоумные. И наконец, удалось выбраться с этого чертового заднего дворика, в этот раз решаю просто ускользнуть, стараясь не слышать, что мне вдруг скажут в ответ. *** Драко отсиживался в подземельной гостиной, выгнав всех мельчешущих младшекурсников. Он неохотно читал учебник по ЗОТИ, готовясь к ближайшей работе. Рядом расположилась Паркинсон, то и дело «случайно» задевая его своей маленькой ручкой, а иногда от смеха «невзначай» опрокидывала голову на его плечо, когда в компании слышалась хоть чуть-чуть смешная шутка. Не сказать, что Драко это раздражало, ему по большей части, было все равно, но ему просто было непонятно стремление Пэнси все также угождать, хотя он тысячу раз говорил ей всё, как есть. Поэтому Малфой просто равнодушно смотрел на нее, в надежде, что когда-то до нее дойдет. Нотт и Забини расположились на диване напротив, первый жевал яблоко с ужина, расслабленно покачивая ногой, а Блейз о чем-то негодующе пытался с ним говорить. Драко только на секунду прислушался и сразу пожалел. — Зачем она тебе нужна, Нотт? — рассмеялся Блейз, закидывая коротко подстриженую голову на спинку дивана и устало подтянулся. Теодор лишь хмыкнул, и в ответ сказал: — По мне, с ней все в порядке. Забини хлопнул себя по лбу, и снова хохотнув, добавил: — Понсэйр тебя ненавидит, проснись, — щелкнул он перед лицом своего друга. Но тот убрал резким движением кисть Блейза от своего лица, и уже серьёзнее бросил: — Ну, конечно, если вы будете продолжать в том же духе, — перевел взгляд на Малфоя, — то она точно меня возненавидит. Драко стало вдруг смешно. Она ему реально понравилась, или Нотт, как обычно, ищет новый объект обожания, чтоб просто не было скучно? — Принципиально затравлю ее, — поднимая ледяной взгляд и игриво сущурясь, вставил он. Нотт закатил глаза, показывая всем своим видом, что не согласен со своими одноклассниками. Но в это особо никому не верилось.