Твоя душа такая холодная, хотя улыбка такая приветливая.

Поместье Олетуса поистине таинственное место. Место, где хранится уйма тайн, темноты, уходящей в грёзы страданий, небытия и даже разнообразием различных персон, поделённых на два класса. Сказать, что оба класса уживались мирно? Увы, довольно сложно ответить на данный вопрос, ведь правила в поместье на то и были установлены, дабы никто не навредил друг другу и уж тем более не осмеливался на намеренное покушение. Страшно звучит, не так ли? Но среди таких загадок было и то, что пускало луч яркого света, который рассеивал напряжённый поток тьмы, сковывающий все эмоции и всё самое хорошее, что таится в сердце этого загадочного места. Самой невинной и маленькой тут была "Маленькая девочка" по имени Мемори, которая была не только отчасти беззаботна, но и лучиком некой надежды для многих выживших. По крайней мере, для Эмили Дайер - это местный лекарь данного поместья, которая всегда помогала и лечила многих выживших после тяжёлого матча. Она была почти безэмоциональна или же, наоборот, стеснительна в проявлении своих эмоций, но, несмотря на это, она была очень сострадательна, трудолюбива и даже играла роль родительской фигуры для Мемори. Она никогда не пускала маленькую девочку на матчи и принимала тяжёлые удары на себя, она лечила всех выживших, рискуя собой и даже готова была лечь под удар охотника, дабы другие смогли убежать с победой в очередном матче, который никого не щадил. Эта девушка очаровывала всех своей интересной внешностью и миниатюрным тельцем, которое на вид казалось таким хрупким, что будто вот-вот развалится. Но такая хрупкость таила в себе немало загадок, которые будто промелькнули на её лице, в особенности когда она лечила других выживших, марая время от времени свои руки в крови, чтобы правильно обработать рану и правильно наложить повязку, состоящую из стерильного бинта в три слоя. Самый первый из таких слоёв был пропитан сильным антисептиком или же спиртовым раствором, чтобы в последствии рана не загноилась. Именно в такие моменты она была абсолютно строга и мрачна эмоционально. Её взгляд был строг и внимателен, ведь именно сейчас она была невозмутима, чтобы с арифметической точностью наложить повязку на глубокую рану Мемори. Рана была не просто глубокой, правильнее было сказать, что она была разодрана каким-то острым концом какого-то предмета. Причём удар был с точностью намечен на определённую часть тела, что свойственно делать немногим охотникам, ведь обычно многие бьют либо индивидуально, выучивая каждое слабое место выжившего, либо же куда попало. Но конкретно эта рана была не тем случаем, поскольку мало того, что рана была ужасно кровоточивой, но и очень точной. Не были повреждены другие части тела и другие сухожилия, только нога. Нога Мемори. А именно место в районе коленной чашечки, которое было не просто слабым, но и больным. - Зачем ты туда пошла? Резко и можно сказать неожиданно заговорила девушка. - Я тебе разве не запрещала ходить на так называемые "матчи"? Ты понимаешь, что могла просто не вернуться оттуда? Подняв и без того усталые глаза на девочку, Эмили продолжила: - Просто пообещай мне, что больше не пойдёшь туда... по крайней мере, без меня. Подняв золотисто-карие глаза, девочка лишь молча кивнула. Было видно, как она напугана, но смысла нагнетать не было. Мемори и без того была напугана и загнана в угол, она смотрела своими испуганными глазами в разные стороны, не зная, что ей следовало сказать. Она была всего лишь ребёнком, который стал заложником собственных интересов и в том числе страхов, которые и без того беспредельно господствовали в этом особняке. Обработав до конца рану и наложив плотную повязку, девушка аккуратно подняла девочку на руки. Держа её на руках, Эмили немного покачивалась на ногах, постепенно убаюкивая это маленькое и невинное создание на своих руках. Несмотря на то, что Мемори было восемь лет, она по-прежнему оставалась ребёнком, который тоже хотел тепла и любви по отношению к себе. Убаюкивая её, где-то в глубине души Эмили задалась вопросом: "А что, если мои грехи проникли к ней в душу? А что, если из-за меня она растворится в объятиях смерти?" Эмили не хотелось об этом думать. Сейчас её задачей являлось то, что надо было Проследить за физическим и моральным состоянием Мемори, а уже в дальнейшем выяснить, кто же нанёс такую злосчастную рану. Для Эмили это было не в тягость, поскольку, кроме неё, о Мемори никто так не заботился, как она. Заметив краем глаза, что маленький человечек на её руках уснул, она аккуратно положила её на кушетку, которая стояла подле столика с медикаментами, и укрыла пледом. К сожалению, она не могла в данный момент отнести её даже к себе в комнату, поскольку её никто не освобождал от своих обязанностей как лекаря. В её голове крутилась уйма навязчивых мыслей, которые она старалась отбросить, но от этого единственное, что хотелось сделать Эмили, - это лезть на стену и повязывать на свои руки жгут, дабы они ничего не сделали с ней и с её сознанием, которое, по её мнению, было "грешным". Борясь со своими внутренними демонами, Эмили старалась стереть старую себя, дабы построить путь счастливого "я", но сможет ли она обрести его тут? Хороший вопрос, который мучал её по сей день. Но резкий стук в её кабинет, скажем так, оживил нашего лекаря или же "местного доктора". Устало потерев глаза, девушка лишь резко, но вполголоса произнесла "Войдите". Она ожидала кого угодно, но не кого иного, как Эмму Вудс. - Эмили, там... нужна ты. Матч только закончился и... а? Зелёные глаза девушки, которые горели горечью и отчаянием, упали на спящую девочку, а вскоре на Эмили. - С ней всё хорошо?.. - Да... я обработала ей рану и... Наступило молчание размером в минуту, которое, казалось бы, длилось вечно, пока эту тишину не прервал голос Эммы: "Расскажешь попозже... пойдём". Лишь молча кивнув и взяв свою сумку со всем необходимым, Эмили вместе с Эммой потихоньку вышли из кабинета, плотно закрыв за собой дверь. Эмили знала, что у Мемори крепкий сон и проснётся она максимум через три часа, а учитывая, что та довольно плохо спала, то это было бы ей лишь на пользу. Голубые глаза опустились на усталую фигуру Эммы, которая с трудом шла, из чего можно сделать вывод, что матч был очень тяжёлым с непростым охотником. - Что с ней случилось? Поинтересовалась Эмма, прервав эту нудную и тягостную тишину. - Она... пошла на матч без разрешения, и... мы имеем то, что имеем. Обеспокоенно посмотрев на Эмили, Эмма поинтересовалась: - Сильная рана? - Да, причём по её слабому месту, по её больному колену и... - И удар был точным? Не повреждая другие конечности, мышцы и сухожилия... Девушка остановилась. Её голубые глаза пронзительно смотрели на Эмму, не имея представления, откуда та всё знает, ведь она не говорила ей всех подробностей . - Откуда ты знаешь? - Чёрт, Эмили, пожалуйста, не включай паникёра... Сказала Эмма с небольшим негодованием и, подняв руки, выставила их немного вперёд в знак капитуляции. Было видно, что даже она не горела бы желанием знать об этом, но, к сожалению, обстоятельства сложились иначе.