Балаланские. Inktober

Тишина салона убаюкивала, но спать Игорю отчего-то совсем не хотелось, поэтому он коротал время, рассматривая Леру. Она мило хмурилась во сне. Волосы, стянутые в хвост перед полётом, растрепались, и несколько прядей теперь спадали вниз, очерчивая контур её лица. Не скрытые тональным кремом, на щеках и кончике носа красовались маленькие и едва заметные веснушки. Губы её были слегка приоткрыты. Игорь улыбнулся. Рука адски затекла, а колени устали упираться во впереди стоящее кресло, но двинуться и как-то поменять положение он не смел, боясь тем самым разбудить Леру. Она редко спала в поездках, но долгая дорога из отеля, задержка обратного рейса и усталость таки взяли своё. Восходящее солнце за стеклом иллюминатора окрасило облака в розовый и персиково-оранжевый. Лучи, проникая в салон, били прямо по глазам, и Игорь, поморщившись, всё же нагнулся, протянул руку и опустил шторку, возвращая блаженный сумрак. Лера под боком недовольно что-то проворчала, крепче обхватила его рукой за талию и, устроив голову поудобнее, снова тихо засопела. Игорь накрыл её руку своей, пробегая пальцами по загорелой коже, и удовлетворённо вздохнул. К роли лериной подушки он подходил чрезвычайно серьёзно и ответственно. Время в пути тянулось медленно. Чтобы не заскучать, Игорь повторял про себя материал спектаклей, размышляя, что ещё можно было бы привнести в ту или иную роль. Затем, откинув голову на спинку, просто сидел и разглядывал узор ткани впереди стоящего кресла, рычажок, удерживающий откидной столик и слегка затёртые надписи, на двух языках сообщающие, что спасательные жилеты находятся под сидениями их кресел. Вдруг раздался мягкий звонок, табло над их головами зажглось, а из динамиков вежливый голос стюардессы оповестил: "Самолёт приступил к снижению. Просим занять свои места, застегнуть ремни безопасности, привести спинки кресел в вертикальное положение, опустить подлокотники, поднять откидные столики и открыть шторки иллюминаторов". Игорь нежно провёл кончиками пальцев по щекам и носу Леры и прижался губами к её лбу. — Солнышко, — тихо позвал он. — Просыпайся. Лера протестующе замычала, утыкаясь носом ему в плечо. Игорь ласково усмехнулся и погладил её по спине. — Просыпайся, просыпайся. Мы идём на посадку, нужно опустить подлокотник, а то будут ругаться. Словно дождавшись этой его фразы, рядом с ними тут же возникла одна из стюардесс. Нагнувшись, она резким движением открыла шторку, впуская яркий солнечный свет. Игорю пришлось даже немного проморгаться от резко ударивших в лицо лучей. — Опустите, пожалуйста, подлокотник, — безукоризненно вежливо попросила девушка. Игорь кивнул, соглашаясь, но рукой показывая на всё-таки медленно просыпающуюся Леру. — Да, да. Конечно, — он всё-таки смог чуть отстранить Леру и опустить подлокотник между ними. Стюардесса кивнула и двинулась дальше по салону. Игорь снова повернулся к Лере. Сидя в своём кресле, она тёрла глаза и отчаянно зевала, а на её щеке отпечатался шов его футболки. — Выспалась? — с ласковой улыбкой спросил он, протягивая руку и заправляя выбившиеся пряди ей за ухо. — Мгм, — сонно ответила Лера и, прикрыв глаза, прижалась к его руке. — Скоро приедем домой, и сможешь нормально поспать, — он наклонился к ней, целуя её в лоб и в кончик носа. — А ты? — Лера снова привалилась к его боку, игнорируя жёсткий подлокотник кресла между ними. — И я. Куда я от тебя денусь-то? — Игорь усмехнулся. Лера что-то удовлетворённо угукнула. Солнце продолжало бить Игоря по глазам. Самолёт плавно снижался.