Чистое Небо

Время шло, а я никак не мог выбросить из головы кое-какие слова Виолетты Церновны. Спросила она меня: -Что ты о своей невесте вообще думаешь? -Славяна... Самая-самая... Готовит-стирает-убирает... Доить умеет... Покорная ласковая, нежная спокойная... Вот... Медсестра цокнула и я почему-то, ощутив царапки кошек на душе, вспомнил слова преподши по испанскому, что накатала на меня заяву ректору или как это называется... Дело было про образ жизни, распорядок дня, выслушав которые, бабища заявила: -Вам жену надо или казашку или татарку, которая бы готовила-стирала-убирала, покорно сидела смирно и пискнуть в ваш адрес боялась, когда вы за полночь с гулянок возвращаетесь! Первым делом, как перед покупкой чего-то строго утилитарного меня возмутило, чисто момент в магазине из к/ф "Бриллиантовая Рука": нельзя ли такую же, но рыжую, максимально бело-бледнокожую зелёноглазую, ещё бы говорила на красивейшем для меня, в своей готической громоздкости, немецком языке. Виола же вернула меня в реальность: -Не любишь ты невесту свою. -Как это? -А вот так! Описал как... Как стиральную машину новую или холодильник! А она... -Чего... "Она"? - спросил я, сглотнув слюну и сжавшись скромным пай-мальчиком сидя на кушеточке. Виола смерила меня взглядом, улыбнулась как-то горько и выдохнула тягостно: -Глаза, улыбка, голос, твои привычки, шрамы, руки, обнимашки, одеколон, воспоминания... Только твоё лицо и привычки, взгляд, что нравится, что нет... Ты её мне описал как тумбу, а она тебя - так подробно как в первую очередь, человека личность, своего любимого мужчину... Немножко даже, признаюсь, девушка может сама по неопытности того не понимая, этак похвастываясь и отпугивая конкуренцию... Как ты с нею каждое утро воркуешь... - тут Виола нахмурилась и буркнула: -А ты! А тебе! Ну сволочь, только попробуй ей сердце разбить, я тебе как дам! Я тяжело взохнул и улыбнулся: -Не надо мне давать! Это только хуже сделает для нашей семейной жизни, я имею в виду со Славянушкой, точно. Улыбнулись, помолчали я и снова тяжело вздохнув, признался: -Я вон трижды неразделённо влюблялся. Каждое действие рождает равное противодействие. Вон какой злой. А если... Если я откроюсь, если выну своё израненное сердце, а она ужаснётся всей его зачерствелой уродливости, всей его жёсткости и отринет меня, как добро зло... Какая-ж обратная реакция пойдёт? А я знаю какая. Закидаю всех рапортами, пусть возьмут меня на пограничные миры. Пусть там меня гибель постигнет. Пускай всё это уже закончится... Фу, какой злой, любить надо, тогда и боевитость нужная будет. Ахахахаха мля марите какой лошара, ща щеманём. Ой, опять злой и злее прежнего! Тьфу, блять. Я и девушку ни одну не знаю... Которая бы добро не воспринимала слабостью... Альфа-самец не должен проявлять доброту... Вон сколько баб мужья избивают, а они терпят-терпят. А я даже не могу представить чтобы руку на зайку поднять можно было и чего? И где мне? У этих блять, жёны и дети! А мне за доброту что? НИ-ФИ-ГА! Как говорил один клоун: "ХВАТИТ ЭТО ТЕРПЕТЬ!" Виола улыбнулась скверно и промурлыкала: -Ну и как, хорошо тебе было в дни непонятного риска венерическим здоровьем? Помнится мне ты в сердцах отчаянно плевал вообще на всё, отовсюду выйти, из состава партии, из всего и остаток жизни провести в разбое и умереть при задержании - медсестра скорчила хмуро-самодурственную рожу и спародировала: -"Хоть умру как мужик, по-человечески!" Я тяжело вздохнул. Виола тихо заметила: -Ты же был убеждён, что панические атаки оставят тебя только после смерти... А они ушли... И вот ты на те же грабли наступаешь... А помнишь, как ты ворчал когда я тебя подбодрить всякий раз пыталась? -"Ох и повезёт твоей невесте..." - с улыбкой вспоминал я Виола бурчала пародируя: -"Какой невесте! Что ты несёшь! Я уже отработанный материал! Поезд ушёл! Стыдосрамно поздно о таком вообще заикаться! Кого мне в невесты?! Разве что как в художественном фильме "Леон"!". Мы рассмеялись. Виола добавила: -Вечно ты убиваешь в себе надежду, чтобы не разочароваться и с каждым мгновением без неё тебе всё хуже и хуже и хуже... Сначала ты говоришь, что у тебя "всё нормально", а потом опять загоняешь себя тренировками до травмы, уткнёшься в свой сатанинский метал и потом опять, начнёшь пугать куда пущей жестокостью и кровожадностью по пустякам. Я вздохнул, чисто будто давая добро доктору на ампутацию: "Режьте!" и зажмурившись, ответил: -Ладно. Постараюсь. Попробую. Открыться. Убежит она от моей доброты, за слабость примет... -Это же Славяна! Ну что ты за человек! Ты... Ты... Можешь уже начать воспринимать прекрасный пол как людей, как личностей? Не ответили тебе взаимностью и чего теперь, ну? Оставь свою мстительность! Выбрось ты пузырь и бычок, возьми морковку и ступай! -Про морковку не понял. -Ну ты же сам её называешь... "Зайка-зайка". -Аааа... О, я понял, да... - спустя мгновение я криво улыбнулся и посмотрев искоса на врача, негодуя помотал головой при ассоциации с зайкой и моей морковкой: -Виолетта Церновна-свет-Коллайдер, как же вам не стыдно такие аналогии прово... Та, покраснев и улыбаясь, уже принялась выталкивать меня из кабинета, звонко тараторя: -Всё давай-давай иди, совет вам да любовь! И никакой ты больше не Распутин, ты этот... Хелбой! Во! Чертёнок в правильном переводе... Такой же громоздкий и капризный!