Часть 1
16 октября 2024 г., 11:29
Кабинет декана факультета Слизерин Северуса Снейпа. Тихо потрескивали дрова в камине, в воздухе летал запах свежесваренного кофе, а сам хозяин кабинета спокойно сидел за рабочим столом и проверял домашние задания студентов. Тишина и идиллия продлились недолго, с негромким хлопком в его кабинете появилась женщина, чёрные вьющиеся волосы, собранные в причёску, серые глаза и хитрая улыбочка — Леди Беллатриса Поттер собственной персоной; домовик, что её перенёс, поклонился профессору Снейпу и так же исчез с тихим хлопком. Северус отложил пергамент.
— Чем обязан вашему визиту, миссис Поттер?
— Директор Снейп, меня министр прислала к вам на должность психолога. Что будем делать? Кстати, я вам антидепрессантов привезла. Попробуйте, специально для вас из России выписала.
— Присаживайся, Белла, и убери, пожалуйста, эту бормотуху, опять с Антонином встречалась? Твой Поттер совсем, что ли, с ума сошёл? Какой из тебя психолог, да ты детей до нервного недержания доведёшь!
— Но-но-но! Я бы попросила! Я в Кащенко лечилась, а потом в Первом меде училась. Вот диплом. Мои мозги, между прочим, послужили материалом для диссертации пятерым менталистам! И Грейнджер я тоже пользовала. Мои тараканы пили с её тараканами в течение десяти сеансов. Я психолог, и это звучит прикольно! Так Пупсик говорит. Я сейчас его тётку лечу. Там столько дерь… То есть незакрытых гештальтов. И тебя вылечу тоже, и Минерву!
— Мордред, Моргана, за что! Твой кабинет в мед.крыле. Студентов не пугать, с их тараканами не контактировать, «лекарство» от Долохова на них не использовать. Ко мне не приближайся, у меня свой собственный психолог дома. Гермиона, кстати, знала о твоем назначении? Петуния ещё цела, или ты её уже «вылечила»?
— Я же сказала, Грейнджер меня сюда послала тебя нервного такого лечить. Мы с ней лечились запасами Антонина десять дней и все её душевные болячки вылечили! Правда, пострадало пару клубов в Лондоне и один полицейский участок, но не суть. Я по инструкции должна не только студентов пользовать, но и преподавателей. Поэтому, дорогой мой коллега, начнём тестирование! Смотри, Герми передала твою любимую детскую игрушку, чтобы ты чувствовал себя уютнее. — Белла достала из мантии старого плюшевого мишку серого цвета.
— Так вот где она ту неделю пропадала! — Северус забрал своего медведя из рук ведьмы и, нежно погладив по серой «шерсти», осторожно посадил его на полку с книгами. — Это называется научная конференция! Убери от меня самогон, я уже боюсь представить, из чего твой любезный дружок его варит. Для такого лечения у меня есть качественный огденский. Гермиона… Оставайся в кабинете, только ничего не трогай!
Встав из-за стола, он просканировал гостью грозным взглядом, взмахнул мантией и, используя летучий порох, скрылся в зелёном пламени камина.
— Ничего не трогай… а как мне психологический профиль составить? — Белла воровато оглянулась, коварно усмехнулась и полезла в шкаф с личными делами преподавателей. — Так-так-так, что тут у нас. Это не интересно, это я уже читала. Спасибо Пупсику. О, нашла.
В руках у ведьмы была толстая папка с надписью: «Северус Снейп, директор школы Хогвартс, декан факультета Слизерин.
— Ну-с, почитаем. Строгий, высший бал по профпригодности, лоялен к Министерству, ага, знаем, как он лоялен, его жена — министр, — Белла тихо хихикает и дегустирует заначку декана.
— О, вот это уже интересненькое: «Пугает студентов одним своим взглядом». Вот это мне надо, с этим я могу работать. Хотя компромата книзл наплакал. Так, проведём для всех сотрудников тест на способность контролировать агрессию. Преподам же это надо! — Белла захихикала и принялась перемешивать друг с другом все ингредиенты для зелий, которые стояли в шкафу с пометкой «для личного использования». — Главное, зафиксировать его реакцию, — пробормотала Белла, доставая колдокамеру. — Потом пойду выпью у МакКошки всю валерианку. А у Спраут испорчу её успокаивающую тайную теплицу.
*=*=*=*=*=*=*=*=
Пока ПСИХолог всея Хогвартса воплощала в жизнь свой гениальный план, Северус прошёл через камин в личный кабинет министра магии Гермионы Снейп. — Ну здравствуй, дорогая! Гермиона оторвалась от бумаг и удивлённо взглянула на мужа. — Северус? С утра вроде виделись, ты уже успел соскучиться? — женщина грациозно встала из-за стола и подошла к мужу, встав на носочки, поцеловала его в губы. Северус обнял её и, смотря прямо в глаза, тихим бархатистым шёпотом проговорил: — Белла всё рассказала о твоей командировке. Ничего не хочешь мне сказать? Гермиона лишь тихо рассмеялась и вновь поцеловала мужа. — Так она уже в Хогвартсе? Быстро, я только утром подписала разрешение. А по поводу командировки, знаешь, она нам нужна была. Между нами всё время стояла какая-то недосказанность. Сознаюсь, мы выпили лишнего и немного покуролесили. — Немного? Цитирую «Правда, пострадало пару клубов в Лондоне и один полицейский участок». Участок, Гермиона! — В своё оправдание могу сказать, что они нас хотели посадить в обезьянник за нарушение социальных норм поведения. Ну выпили, ну подрались немного, зато пар выпустили. А они! Даже слушать не стали! Сразу в камеру! Белла и показала им, чем их решётки отличаются от камер Азкабана. Зато теперь тамошние сидельцы и полицаи знают слова песни «Азкабанская тюрьма, ветер северный». Мы обогатили их внутренний мир! — Ага, приобщили к прекрасному. Мне почему не рассказала? — Не хотела, чтобы ты переживал. — Беллу зачем в школу отправила, она же там кавардак наведёт? — Мне надо растормошить это болото. Минерву не вытащить ни на одно собрание, дела, дела, как будто у меня дел нет! Вот пусть теперь попляшет. Да и тебе надо взбодриться, а лучше Беллы этого никто не сделает. А где она, кстати? — Оставил в моём кабинете. — Её? Одну? В кабинете, где куча зелий и ингредиентов? — Блядь! Извини, дорогая, мне пора. — Снейп, предчувствуя катастрофу, влетел в свой кабинет. Он ожидал увидеть руины, пожар, труп Филча, изрисованные портреты директоров, но не это… Белла, ведь это же точно она… Ну точно, кто же с этой фирменной причёской и горящим взором чёрных глаз. Но… На столе директора среди разлитых зелий и разбитых флаконов сидела белка. Крупная такая белочка с копной чёрных кудрей и злым взглядом. — Снейп, ты охренел такое хранить! — взвыла белка голосом Беллы и затопала задними лапками. Северус впервые за всю свою жизнь ржал, не смеялся, не ухмылялся, а именно ржал. Даже Пивз, летевший по коридору Хогвартса, испугался и заозирался по сторонам. Северус поднял ругающуюся белку за шкурку и чуть-чуть встряхнул. — А это, Белла-белочка, тебе урок, чтобы не трогала чужие вещи. Я же тебя предупреждал. Белка, вися в воздухе, возмущённо запищала. — Я о тебе, балбесе, забочусь, тебе нужно сбросить свою броню. Раскрепоститься, отпустить прошлые ошибки и жить настоящим. — И поэтому ты решила превратить мой кабинет в это? — Северус обвёл помещение рукой. Сверху капало одно из экспериментальных зелий, хорошо, что оно не получилось, этот экземпляр ничего не делал, просто жутко вонял. — Вы тут засели в своём Хогвартсе, и никак вас не расшевелить. Зато теперь твой кабинет весёленький. И вообще расколдовывай меня! — Не могу. Это экспериментальное зелье осознанной анимагии, которое выявляет саму суть каждого человека. Не надо тренироваться, достаточно выпить зелье. Но оно не закончено, поэтому действие продержится не более суток. Через сутки станешь собой. А пока наслаждайся свой сучностью, то есть сущностью. — Хм, а знаешь, это даже весело! Мне, Беллатрисе, бывшей Лестрейндж, из рода Блэк никто не доверится. А вот милой белочке — очень даже! — Что ты задумала, жертва произвола маньяка-импотента?! — Я пойду поболтать с Минервой! Этой кошке давно пора выпустить пар и очистить желудок от лишней шерсти! — Беллатриса!.. Собака! — взвыл Снейп, схватившись за укушенный палец. — Не скучай! И я белка, а не собака! — весело пропищала белка и сиганула в окно. — Когда же это закончится! — Северус хотел уже выйти из кабинета, но вдруг остановился возле самой двери. — Кабинет разгромлен, сам я воняю похлеще соплохвостов Хагрида, но опять собираюсь мчаться и всех спасать. Спрашивается, зачем? Они все взрослые люди. Гермиона сказала, что до студентов Белле нет дела, а профессора сами разберутся, тем более Минерва должна была получить распоряжение от Министерства. Сами. Пусть теперь всё сами разгребают. Северус скинул мантию и стал отмывать свой кабинет. После закрыл на все заклинания, что знал, и отправился отмокать в расслабляющей ванне.=*=*=*=*=*=*=*=
А в это время в кабинете директора Минервы МакГонагалл хозяйничала маленькая белочка. — Ты кто? — Минерва Макгонагалл, которая после трудного рабочего дня захотела накатить виски с валерианкой, с изумлением смотрела на здоровенную лохматую белку, сидящую на её столе. — Я твоя белочка, пришла, чтобы ты облегчила мне душу, Мини. Минерва, которая уже хорошо расслабилась, икнула и, отхлебнув из фляжки, произнесла: — Никогда ещё до белочки не напивалась. До синих пикси было, до говорящих лимонных долек было, но до белочки… Я и выпила-то чуть-чуть. — Давай, Минерва, расскажи, что тебя гнетёт, легче будет. Минерва выпила остатки виски, сгребла пискнувшую белку в охапку и произнесла: — Исповедаться, говоришь, — изволь. Но учти, мой отец, пастор, после моей исповеди ходил к психологу. Он был маггл. Так что слушай… Альбус, мать его, Дамблдор так школу запустил, что я до сих пор выгребаю. Лимонные дольки в каждом углу кабинета запрятаны, даже магия эльфов не может их все вынести. Про бумаги я вообще молчу, в них сам Мерлин не разберётся. Ещё Министерство со своими новыми законами, попечители с проверками, а валерьянка уже не помогает. Вот скажи, как тут можно работать — не школа, а цирк. Пивз на прошлой неделе что-то не поделил с Плаксой Миртл и устроил ей бойкот, смог как-то закрыть от неё туалет для девочек, так она поселилась в ванне для старост и следила за молодыми парнями. Мерлин, призрак-подросток — это что-то. — Вам надо расслабиться и перебросить часть обязанностей на заместителей. Вспомнить, что вы наконец женщина. — Да ладно тебе, белочка. Ко мне уже коты даже в марте на крышу поорать не приходят. Какое тут «вспомнить, что женщина». — А вы отпустите себя, выпустите на свободу своего внутреннего зверя, я уверена, что огонь в вас ещё не потух. Вот скажи, когда ты была в последний раз в отпуске? Или хотя бы тусила в маггловском клубе? — Да что ты такое говоришь! — Нужное тебе. Вот распусти волосы, ты ж в своём кабинете, что ты этот пучок накрутила, небось от него только голова болит. Накрасить, принарядить и вуаля — леди высший класс. Лёгкий румянец окрасил щёки директрисы, она щёлкнула пальцами, и волосы, что были собраны в тугой пучок, легли пышными локонами на плечи. — Вот, другой разговор! Скажи, а нет ли у тебя на сердце раны от какого-либо козла? Которому можно через камин устроить сеанс связи? — Бывшему позвонить, что ли? — с восторгом воскликнула Минерва. — Да! И вылить на него всю злость! Минерва встала, пошатнулась, но, ухватившись за стол, сохранила равновесие. Затем шатающейся походкой проковыляла к камину, рухнула на колени, кинула горсть летучего пороха и пьяным голосом, растягивая гласные, проорала: — Магазин Антонина Долохова «Весёлые бутылочки»! Белочка стремительно прыгнула, устроившись рядом с Минервой, и засунула в камин лохматую голову. Антонин спокойно сидел в своём кабинете, дегустируя новый напиток, когда камин его вдруг зашипел, выкидывая угольки на натёртый паркет, и заговорил до боли знакомым голосом. — Антонин! Ты! Ловелас-переросток! Сколько лет назад влез в моё сердце, потоптался по душе и убежал, поджав хвост, как псина сутулая! — Мини, радость моя. Что ты такое говоришь? Я к тебе тогда всей душой. Серенады под окном, лучший самогон по рецепту моей бабуленьки, а ты на меня шипела только. А потом я в тюрьме сидел. — Ага, и кто в этом виноват? На кой тебя понесло к этому безносому уроду?! — Я думал, ты меня не любишь, я тебе не нужен и вот. По пьяни считал, что ставлю крутую татушку, а она оказалась… — Идиот, пьяньчуга недобитая. Как можно так вляпаться! И я никогда тебя бы не прогнала, будь ты хоть чуточку серьёзней! Серенады надо петь под окном в лунную ночь, а не перед всеми в Большом Зале, и что это за «Ты моя зайка, я твой зайчик, ты морячка, я моряк, рыбка моя, я твой тазик!» — Ты помнишь! — Забудешь уж тут. Мне потом коллеги ещё долго припоминали твои песни. — Мини, ну Минипусечка моя, а давай сходим в ресторан или ещё куда-нибудь. Куда хочешь. У бабуленьки шикарная дача с банькой. Я тебя хорошенько попарю, потом шашлычок под коньячок. — Я… — Она согласна, — белочка, несмотря на её маленький размер, просто закинула Минерву в камин и отправила её в объятья Долохову. — Хи-хи, Антонин и Минипусечка, всё интереснее и интереснее. Так, что у нас там дальше по списку?=*=*=*=*=*=*=
Белочка выскочила из окна кабинета МакГонагалл и поскакала к библиотеке. Библиотекарь мадам Пинс сидела в своей конторке за вечерним чаем с плюшками и очередным романом из маггловского магазина. — Вулкан страсти, — вслух прочла белочка название на обложке. — Ты кто?! — взвизгнула Ирма Пинс. — Я… М-м-м, твоё вдохновение! — выпалила белочка, подумав, что среди книг надо врать что-то творческое и креативное. — Да-а?! — Ирма расплылась в улыбке и потянулась к белочке. Та машинально отпрянула. Слишком уж алчущий взгляд был у Ирмы. — Чего руками-то?! — Да где ты шлялась, сволочь?! Я тебя уже лет двадцать жду! Тухну на этой работе, где меня никто не ценит! Никто не ценит книги так, как я! А уж романы! У меня так и не случилось любви в жизни, хотела роман написать о любви, но не получается! Тебя всё нет и нет! Эти мерзкие дети, не ценящие книг, не знающие трепета перед новой книгой! — Да ладно?! А Грейнджер? — Гермиона — единственное исключение из правил! А остальные! — А вот была такая Беллатриса Блэк… — Которая потом к Пожирателям примкнула?! — Она просто втрескалась в Риддла, а потом всё поняла, но закрутило, понесло… — У неё тоже не случилось любви! — библиотекарша всхлипнула. — Всё зло от мужиков! — А Снейп? А Поттер? — Все гады! — Тебя просто гложет обида на судьбу. Давай выплеснем это на страницах романа! — Моего романа?! — Конечно твоего. — Кстати, а почему ты так странно выглядишь? — Ну вот такая у тебя муза. Давай, накидывай сюжет романа, а я подхвачу. Ирма прокашлялась, покраснела и начала: — Колдунья из другого мира по имени… Ира должна спасти весь мир. Она попадает в магическую Британию, где встречает его… Высокий, стройный блондин с голубыми глазами и обладатель приза «магического еженедельника» за самую обаятельную улыбку не менее пяти раз подряд. Златопуст Локонс. Писатель, авантюрист и прохвост, каких свет не видывал. Ирма застрочила по пергаменту, белочка бегала рядом и подсказывала ей в своей манере. — Вот тут напиши: «После ужасной ночи в Тайной комнате Салазара Локонс потерял свою память, но Ира не бросила его. Она решила, что сила её любви исцелит мага. И любила его и днём, и ночью». — А разве это не перебор? — Я тут муза! Ты пиши, пиши, не отвлекайся. А скажи, тебе правда нравился этот напыщенный индюк. — Ну-у, он любил приходить в библиотеку, когда тут работал, и даже подарил мне сборник своих сочинений. Он знает цену книгам. — В галлеонах. — Чего? — Ничего-ничего, так что там у нас дальше: «И отлюбила она своего героя так, что он, бедняга, не смог подняться с кровати. Забыв даже, что он забыл всю свою жизнь». Чего глазами хлопаешь? — Представляю. Эх… — Так-так-так, ну-ка расскажи мне всё, поведай, как личному дневнику, все свои тайны. — А роман? — Ну, ты же уже «прынца» вылечила, значит, конец и жили они долго и счастливо. — Я люблю книги, но иногда мне тоже хочется, как в этих романах, огня, страсти, поцелуев, — воровато оглянувшись и тихим голосом чуть ли не на ушко белочки. — Поцелуев везде, вот прям всю. — Мужика тебе надо. — Не надо, от них одни проблемы. — Да ты не поняла, в бордель тебе надо на вечерочек, чтобы пыль с твоего переплета смахнули. Эх, что бы вы без меня делали. Динки! Возле стола библиотекаря появился личный домовик Поттеров. — Что желает гос… — Молчи и слушай. Берешь эту даму, сначала к мадам Рози её, расслабить, масочки там, массажик, а потом в Алый Закат и смотри, чтобы мужчина был блондином с голубыми глазами и чтобы на всю ночь. Деньги знаешь где взять. Исполняй! — Да зачем! Ты что творишь! — Я и фея, и муза — всё в одном лице. Ирма, удивлённая, но не противившаяся домовику, исчезла, а белочка побежала искать себе новую работу или жертву избавления от психологической проблемы.*=*=*=*=*=*=*
У кабинета Флитвика белочка притормозила. Всё-таки он полугоблин. Вдруг прибьёт и всё… Но работа есть работа! Так говорил дядя белочкиного мужа. А Дурслю в этом можно было доверять. Маггл, а из низов выбился. Белочка пару раз дёрнула себя за хвост и проскользнула в кабинет. Профессор Флитвик крутился перед зеркалом в очень смешных и странных ботинках на подошве высотой сантиметров двадцать. —Хотел бы быть повыше, Филлипс? — смело пискнула Белка. — А?! — тот круто развернулся и грохнулся на пол. — Ты кто? — пропыхтел Флитвик, доставая палочку. — Спокойно, я порождение твоего подсознания, которое хочет решить твою проблему. — Что за бред! — Ну ты же о чём-то сейчас страстно мечтаешь? — А что, не видно?! Я искусный мастер чар, а надо мной даже первокурсники смеются! — выпалил Флитвик. — И подсознание похоже на смесь белки и пуделя! Белла дёрнула себя за хвост, но решила не реагировать на выпад клиента. — Комплекс лилипута? — В мире людей маленьких не любят, — буркнул Флитвик. — А может, тебе поговорить с Хагридом? Он бы рассказал, что рост счастья не принесёт. — Ты здесь, чтоб решить мою проблему?! Решай! — Не ори. Один француз был очень мелкого роста, а полмира завоевал. — Француз? — Про Наполеона слышал? — Маггловский Император? — Да! Вот ещё тебе имена: «Пабло Пикассо. Этот знаменитый испанский художник был всего лишь в 163 см, но его вклад в искусство невозможно переоценить. Даниэль Девитто 147 см — актер, продюсер и режиссер, который получил множество наград и признаний за свою работу в кино и на телевидении. Николай Гоголь. Украинский писатель, рост которого составлял всего 158 см. Бенито Хуарес. Пять раз занимал пост президента Мексики, его рост составлял всего 135 см». И многие другие. Им рост не мешал покорять страны, людей своим искусством и творчеством. Так почему ты, Мастер Чар, первый дуэлянт Хогвартса, комплексуешь? — Студенты смеются, коллеги тоже иногда. — Студентов надо занимать работой, вот учись у Снейпа, чуть что — отработка! А коллеги, пф, тоже мне, в разгар любого корпоратива заставь их плясать с помощью заклинания или подвесь под потолком и спрашивай: «а сейчас достаточно высоко, чтобы видеть меня?» Сразу отучатся. — Это же варварство! — Это действенно, а значит, нормально. Нельзя вешать ярлыки на людей или полугоблинов, как в твоём случае, это делают лишь невоспитанные люди и хамы. Их надо учить. Я бы подсказала тебе парочку заклинаний, но они запрещены нашим Министерством, увы, а так «Круцио» отменно прочищает всем мозги. — Это непростительное. Ты точно не моё подсознание! — Ой, да ладно тебе, скажи, что ни разу не хотел такого шутника «приласкать»? Себе не ври, уж я-то знаю. — Ну-у-у… Бывало, конечно, но я же профессор, Мастер! Уважаемый маг! Декан умников! — Вот и не забывай об этом. А если хочется попробовать взглянуть на мир свысока, сходи на Астрономическую башню и посмотри. Полугоблин отбросил ботинки на платформе и, выпятив грудь, сказал: — Ты права, не рост определяет меня, а мои заслуги и звания! А про отработки и шутки я запомню. Надо держать и себя, и окружающих меня магов в тонусе, чтоб не забывались. — Молодец! Ну я пошла. — Куда? — Как куда? Обратно в твой разум и всё такое. Пока. Взмахнув пушистым хвостом, белочка убежала из комнат Флитвика. — Да уж, что-то я прям такая умная, аж самой страшно, — и, напевая песенку «а я бегу такая вся в шкурке белячей», ускакала дальше.=*=*=*=*=*=*=
Белка, выскочив через окно кабинета Флитвика на улицу, сначала хотела рвануть к кабинету Спраут, но, понюхав воздух, решительно поскакала в сторону леса. Там у самой опушки располагалась тайная теплица Спраут. На ней висел по меньшей мере десяток отталкивающих заклинаний, но о её расположении знал каждый первокурсник. Сейчас над крышей теплицы вился тонкий вонючий дымок. Белка ловко пролезла в вентиляционное окошко и огляделась. Всё пространство теплицы занимали ровные ряды каких-то кустов. На подушке в углу сидела сама Помона, курила коричневого цвета самокрутку и закусывала эклером. Рядом с ней валялось пять уже пустых коробок от эклеров. — Привет. Куришь? Жрёшь? — в качестве приветствия пропищала белочка. — А ты кто? — выпустив дым, медленно произнесла Спраут. — Глюк твой! Я сегодня для всех глюком работаю. — А-а-а, — невесело ответила Помона, протягивая гостье самокрутку, — будешь? Чистый табак с добавлением толчёных лимонных долек. — Фу-у! Курение вредит здоровью! — зажала нос белка. — Ну и глюки пошли, — фыркнула Помона, — вот раньше глюки были! Грин-де-Вальд приезжал на розовом слоне! Голый Снейп тоже. — Что?! — А что, он красив, козёл! — Ты ж уважаемая дама, зачем тебе эта гадость? — Уважаемая?! — Помона вдруг вскочила, как разъярённая баньши, утратив расслабленность и безразличный вид. — Мой факультет никто не уважает! Всё Гриффиндор да Слизерин! Им весь почёт! А нас называют тупицами! Когтевранцы тоже в стороне, но их не обзывают! И им пофиг! А мои барсучки страдают от этого пренебрежения! Вот так стресс снимаю. Помона затолкала в рот последний эклер и произнесла, жуя: — Лутше бы я не шоглашалашь на клашное руковоштво! Белка выбила из рук Помона сигарету: — А как же Диггори?! А Тонкс?! Разве они не принесли славу и почёт вашему факультету?! И вообще в этом стравливании слизней с гриффами Дамблдор виноват! Из-за него все только за этим противостоянием и смотрели. Вас тупицами называли, а нас… Слизерин с ловкой руки этого долькоеда чуть ли не маньяками считали! Целый факультет маньяков в школе. Только ленивый нас… Слезирин сволочами не считал! Что, разве у Слизерина каждый бандитом и убийцей был?! — Нет, конечно, один Северус чего стоит. А про моих Диггори и Тонкс все уже забыли, типа исключение из правил только подтверждает это правило. — Помона вновь потянулась за новой упаковкой эклеров. Белочка не задумываясь укусила её за палец. — Ай, ты что творишь, глюк несчастный! Да я тебя сейчас в компост превращу! Белла встала на задние лапки и воинственно посмотрела на взрослую ведьму. — Напоминаю тебе, что даже у маленького зверька есть зубки. А ты! Декан барсуков! Мастер травологии! Заедаешь тут обиду кондитеркой и куришь всякую дрянь. Ах, мой факультет никто не ценит, какая я бедная-несчастная! А скажи мне, пожалуйста, когда ты в последний раз приходила в гостиную факультета? Узнавала, что интересно твоим студентам? Сидишь тут в своих травках, закопалась в навозе, как жук какой-то! — Да много ты понимаешь! Я за своих студентов всем рога пообломаю, они же все мне как дети! — Ой не ври, ой не верю. Если бы это было так, ты бы не хуже Минервы на каждой игре в квиддич твоей команды кричала поддерживающие слоганы громче всех! Даже вон, летучая мышь подземелья чуть ли не каждый вечер у своих змеек обитает. Узнаёт, сколько балов заработали, у кого отработки и всё остальное. — Я часто встречаюсь со своими студентами, а на играх не кричу, так как считаю, что взрослой ведьме, как я, не пристало так себя вести. Белочка начала смеяться, схватившись маленькими лапками за животик. — Ой, не могу, взрослой ведьме не пристало. Ты серьёзно? Посмотри на МакГонагалл и Снейпа. Они что, не взрослые или не строгие деканы. А как болеют за своих! Где твой огонь! Покажи своим барсучкам, что тебе есть до них дело, и сама увидишь, как дети изменятся. И плюнь на остальных! У твоих студентов есть только ты! Так докажи им, что тебя волнуют не только оранжереи. Помона взмахнула палочкой, и все упаковки резко превратились в кучку перегноя, который взмыл в воздух и улетел на ровные грядки. Белла чуть вздрогнула: «Вот тебе и любительница растений, раз — и ты перегной, хорошо, что я с ней в бою не встречалась, бр-р, опасная женщина». —Так, ты права, глюк, мои барсучки лучше всех. Придумала! Я возьму на выходные всех своих студентов, и мы поедем в один из самых больших магических заповедников на континенте. Поход всем вместе со всеми удобствами. Надо поднять дух моих барсусков. Кубок школы в этом году будет нашим! А если и не будет, то всё равно мои малыши самые умные, добрые и бесстрашные!=*=*=*=*=*=*
Белочка незаметно убежала, приговаривая: «Так, кто там следующий на выздоровление?» — Ну вот, — белочка, чихнув, вылезла на вольный воздух и потёрла носик, — куряку эту на путь наставила, пора наведаться к алкогольной провидице. Она поскакала по веткам дерева, а потом по замковой стене всё выше и выше, пока не достигла окошка кабинета школьной стрекозы. Сибилла Трелони сидела в шали на голое тело и что-то писала на листе пергамента, поминутно отпивая из стоящей рядом бутылки. — Э-э-э, кажется, я опять муза? — вырвалось у изумлённой белки, огромными глазами оглядывающей наготу Сибилы. — О, ты моя муза?! А ты миленькая! Дай я тебя поглажу! — Трелони совсем не удивилась гостье, а наоборот обрадовалась. И это напугало уже саму белочку. — Без рук! — пискнула она и отскочила. — Ты что тут делаешь, стрекоза коньячная?! — Сегодня я не коньячная, а висковая! Минерва угостила. Я решила, что это раскроет моё творческое око! И вот пришла ты! Я рада! Послушай мои стихи. — Сибилла встала на стул ногами, распахнула шаль и начала читать нараспев томным голосом: — «Помона уснула, Минерва в салате, Синистра и Поппи держат волосы Хагрида. Северус наш Снейп танцует стриптиз И, поскользнувшись, падает вниз! Педсовет удался, скажу не тая. Но вот вам загадка. Скажите, где я?» Как тебе? — Потрясающе… Особенно про стриптиз. — Да, мне это тоже кажется чудесным, как тело Снейпа! — А мне кажется, что ты самоубийца… Трелони сгребла пискнувшую белку в охапку и продолжила: — «Я совершенно перестала огорчаться. Ну хоть убейте, хоть ударьте в нос, Всё равно я буду улыбаться, Что б этот сраный день мне ни принёс!» — Чудесно! — пропыхтела белочка из подмышки Сибилы. — Мерлин, ну и запах! Я как будто опять с Сивым сижу в засаде на болоте у дома Уизли! И так же пахнет ношеными носками, мокрой псиной и подгоревшими котлетами! Кто-нибудь знает, что ты пишешь стихи? — В этом и проблема! Мои предсказания, даже если правдивы, не пользуются популярностью. Поэтому я боюсь свои стихи показывать этим грубым людям! Ах, как сейчас помню свой первый день в Хогвартсе! «Я вспоминаю первый день, Знакомство наше… То утро, школьное холодное крыльцо. Когда изящная нога Минервы вдруг постучала мне в лицо».* — Стихоплет из тебя ещё тот. — Да! Я прекрасно чувствую ритм. — Скажи мне, поэтесса несостоявшаяся, а почему у тебя во всех стихах присутствует Снейп? Ты знаешь, что он женат? — Ах, тебе ли не знать, муза, что неразделённая любовь даёт вдохновение на творчество, а Северус, он такой неприступный, гордый, статный… Белочка выбралась из «страстных» объятий Сивиллы. Встряхнулась. И побежала по заваленному пергаментами столу. Всё было исписано стихами. «Его ствол блестел в лучах луны». «Он был опасен и прекрасен». «О мой зельевар, приди и наполни мой котелок». «Я твой проводник, ты мой Херес». — Жуть, жуть, жуть, — белочка закрыла лапками глаза. — Лучше мне этого не читать и не видеть, иначе кошмары мне обеспечены, — повернувшись к «поэтессе», Белла продолжила своё лечение новой подопечной. — А ты не думала всё это… Эм-м-м… Творчество опубликовать? — Да что ты! А если ОН узнает? — А ты завуалируй и поговори с министром. Гермиона хоть не считает тебя настоящим профессором, но у неё хорошее чувство юмора. — Гермиона? — Сивилла смотрела на Беллу через толстые линзы очков затуманенным взором. — А, помню, та девочка, у которой нет дара в прорицании. Такая же сухая, как и книги, что она читает. Белла тихо проговорила: «ага, сухая, если они со Снейпом забывают заглушающее, то даже наши домовики с ума сходят». — Чего ты говоришь, муза? — Кхе-кхе, говорю, что надо поделиться своим творчеством с другими, а можно показать твои стихи Селестине. — О-о-о! Эта певица, она знает, о чём поёт, её тексты попадают прямо в душу слушателям. Ты думаешь, они ей понравятся? — Ещё как! И тихо про себя: «Эта со своим «Котлом любви» любую глупость заберёт, лишь бы побольше ванили». Сивилла стала кружиться по своей комнате, напевая последнюю из песен исполнительницы. Браслеты тихо звенели на её руках. — Ах, моя муза, ты права! Я должна поделиться с народом моей любовью. Я пойду к Гермионе прямо сейчас, без её разрешения, конечно, лучше ничего не предпринимать, — прорицательница уже подошла к камину, когда дорогу ей перегородила злая Белка. — Ты куда? — Как куда? К Гермионе! Не зря мне сегодня снилось, как Хагрид поливал свои тыквы специальным удобрением. Это всегда хороший знак. — Ты в одном платке! Сначала одежда, потом поход к министру! — Ах да, ах, как ты права. Сивилла заходила по комнате, собираясь на аудиенцию. Белла тихо присела в уголке и проговорила: — Прости, Герми, но это всё во благо здоровья пациента, главное не прибей её, как прочитаешь эти стишки.=*=*=*=*=*=
— Мерлин, кажется, моё психическое состояние опять на волоске, — белочка, взлохматила свою шевелюру, выскакивая из кабинета Трелони. — Надо посмотреть на что-то спокойное, красивое и неизменное… Наведаюсь к Филчу! Там красоты ноль, зато неизменность железная! Собрав волю в кулак, белочка поскакала к каморке завхоза. Проскользнув в дверь, она замерла на полувдохе. Вся каморка Филча была забита кошками и котами. Не менее двадцати этих зверьков прыгали, бегали, дрались, спали и испражнялись в маленькой комнатке. Запах просто сшибал с ног. По сравнению с этим запахом вонь от Сивого, из Норы Уизли и из подмышек Трелони казалась райским ароматом. Сам Филч устроился на диване и гладил одного из котов, благостно улыбаясь. — Это что за… Вонючий котокошмар?! — выпалила белочка. — О, какая кошечка! — Филч потянулся к ней руками, выпустив кота. — Я белка! Хватит меня трогать! — А зачем ты пришла? — опешив от такого заявления маленького существа, завхоз остановился на пол пути — У меня тут только кошки. Тебя Хагрид притащил из леса? — Ага, из леса! — белочка зажала нос. — Ты бы хоть попросил у наших учителей что-то от запаха! — Я и попросил. Снейп опрыскал чем-то мою дверь, и в коридоре не пахнет, — Филч был как-то странно и патологически спокоен. — А внутри?! — А внутри мне и так хорошо. — Но зачем тебе столько котов?! У тебя же только одна была! — Миссис Норрис меня бросила! — спокойствие Филча оказалось обманчивым. — Наверное, ей надоели дети-живодеры! И то, что я не волшебник и не могу её защитить! Одни только близнецы Уизли столько раз били и издевались над моей кисой! И после них другие! Особенно эти гриффиндорцы! Минерва ведь сама кошка, а ничего не делает! И вот она ушла-а! И я решил принести немного кис, чтобы заменить её. Вот смотри, говорящая белка Хагрида, — Филч стал указывать на всех котов по очереди и называть: — Это Альбус, — видишь, какой он пёстрый, постоянно к самцам сзади пристроиться хочет. Получает за это, но не сдаётся! И даже пытается ссорить других котов друг с другом. Это Минерва. Ходит важная и на всех шипит. Это Помона — все цветы съела. Это Поппи — всем раны зализывает. Особенно тем, кого Альбус поссорил. Это Северус. Чёрный и быстрый. Никак его не поймать. А это Волдемоша. Он лысый сфинкс. Злой, писклявый и всё трётся о вот этого белого пушистика Люциуса. А это Хагрид. Толстый, большой кот. Всё время ловит и облизывает пауков и тараканов, но не ест. Белла от избытка чувств плюхнулась на свой пушистый хвост. — Так, тут надо действовать и очень срочно. Слушай сюда, сквиб. Я нахожу твою миссис Норрис, ставлю на неё самую сильную магическую защиту, чтобы её никто больше не обидел. А ты сам убираешь всё в своей комнате. Котов Хагриду, он найдёт куда их пристроить, не волнуйся, этот полукровка к зверям относится лучше, чем к людям. Чтобы к моему приходу вся твоя комната сверкала чистотой и свежестью! Понятно! Филч почесал пятерней затылок и оглянулся, посмотрев на всех пушистиков. — Жалко как-то их. А вдруг у Хагрида им будет плохо? Студенты жестокие! Они обидят! — Хагрид сам кого хочешь может обидеть, не боись, он найдёт твоим питомцам хороших хозяев. Но в школе антисанитарию разводить нельзя. — Хорошо, но только если вернёшь Миссис Норрис! — Верну, верну. — Белочка выбежала из каморки завхоза и побежала к единственному магу, кто мог ей помочь в поиске кошки Филча. Дверь Снейпа была закрыта на все возможные заклятия, но разрешение от министра на прохождение в любое помещение Хогвартса давало ей спокойно поскрести по двери. Через несколько минут в проёме показался и сам хозяин комнат. Белла пробежала между его ног, вскочила на стол и громко пропищала. — Снейп, мне нужна твоя помощь! — Моргана, за что! — Я пока не фея озера, а просто милая белочка. Быстренько сделай мне ритуал поиска. Северус закрыл дверь. — Бегу и падаю, тебе надо — ты и делай. — Это нужно не мне, а тебе, когда кошачья моча на голову закапает, будет поздно. — Ты что, надышалась с Сивиллой? Что за бред? — Филч завёл в своей комнатушке свору котов. Это жутчайшая замена. Его нужно спасать! И школу вместе с ним. Ты находишь мне миссис Норрис, а Филч убирает всех котов и вновь становится грубым завхозом. — Почему ко мне? Почему не к Минерве? Она директор! — Она сейчас занята, восстанавливает свою личную жизнь. А ты вообще заместитель директора и муж министра. — Жди. Хотя тебя здесь оставлять чревато. Северус призвал зачарованную клетку. — Прошу. — Меня! В клетку?! — Или так, или ищи сама! — Самодур! — пропищала белочка и как королева прошла в клетку. Ритуал прошёл быстро. Как ни странно, миссис Норрис нашлась в Хогвартсе, в личных покоях Минервы. Белла провела переговоры с упрямой кошкой, договорились, что эльфы будут предоставлять специальное меню для миссис Норрис, и плюс заклятие защиты. Кошка согласилась вернуться к своему бывшему хозяину. Филч ждал их в постиранном, чистом костюме, в комнате, где больше не было ни пылинки и ни одного кота. Миссис Норрис царственно прошла в комнату, принюхалась к запахам, видимо оставшись довольной, подошла к Филчу и стала громко мурлыкать.=*=*=*=*=*
Беллочка, выдохнув, выскочила из кабинета Снейпа во двор. На летние каникулы большинство педагогов разъехались, это не при Дамблдоре, когда никто не смел сказать слово «отпуск». Не охваченной беличьим вниманием была только медсестра Помфри. — У этой психика как скала, — подумала Беллатриса, — столько лет беспутных детей лечила и терпела безобразные эксперименты Дамблдора. С лёгким сердцем белочка влетела в окно больничного крыла и, заверещав, рухнула в стоящую рядом пустую утку. Мадам Помфри! Чопорная и всегда деловая школьная медсестра стояла посреди больничной палаты, наряженная в облегающий кожаный чёрный костюм из короткой юбки и топика. На ногах её красовались высокие сапоги на шпильке, а в руках была гитара. Помфри ударила по струнам и заголосила что-то непонятное громким утробным голосом. — Откуда она взяла наряд моей мечты! — выпалила белочка, выглядывая из утки. — Мне Пупсик почти такой же дарил! Помфри не слышала, уйдя в нирвану от своего воя, который не повернулся язык назвать пением. Белочка прижалась к стенке утки, завороженно разглядывая дикий макияж Помфри из чёрных и фиолетовых оттенков. — Она сейчас вызовет Горшка! — выдохнула белочка, вспомнив любимого почившего исполнителя. Поппи отдавалась своему творчеству со всей душой, Белла встала, отряхнула хвостик и после последних завываний и аккордов захлопала в маленькие ладошки. — Браво. Хоть я и не поняла, о чём твоя готская душа тоскует, но струны гитары ты рвёшь мастерски. Поппи резко отбросила гитару, оглянулась в поисках того, кто говорил. В углу возле чистых уток стояла, подбочившись, маленькая белочка. — Так? Это ещё что такое? Перепутали чары трансфигурации, мисс, выпили что-то из магазинчика братьев Уизли, будь они неладны? Говорите, что случилось? — А, ты подумала, что я твой пациент. Не переживай, я сама по себе, мне помощь не нужна. Медиковедьма вытащила палочку и наставила её на белку. — Если ты не пациент, тогда кто? — Кто, кто, белка в пальто. Я твой помощник, друг, подельник — всё в одном лице. Новое распоряжение от Министерства получала о проверке психического здоровья коллектива Хогвартса? Поппи убрала палочку и села на рядом стоящий стул, одёргивая коротенькую юбку. — Получала. Значит, ты проверка? — Помощь я. ПсихоБелка! Ну что ты начала стесняться? Такие ножки прячешь под своими юбками — это ж преступление! — Но ведь не положено. Я тут… Это просто хобби, увлечение, не подумайте плохого. — А что плохого в песнях? И кем не положено? А где ты, кстати, такой костюмчик брала? Белла пробежала по помещению и быстренько взобралась на смотровой стол, села на краешек и стала ждать ответа от ведьмы. — Ну, нормы медицины, я должна быть всегда спокойна и собрана, мои пациенты всегда видят во мне профессионала, а это, — Поппи указала рукой на себя и тихо всхлипнула, — это никак не сочетается с образом медиковедьмы. А мне так нравится музыка Мерлина Менсона-а-а… Всхлипы стали громче, слёзы потекли из ясных глаз ведьмы, размазывая грим, превращая женщину из готки в панду. Белочка вздохнула и запела писклявым голоском: «Тёмный, мрачный коридор, Я на цыпочках, как вор, Пробираюсь, чуть дыша, Чтобы не спугнуть Тех, кто спит уже давно, Тех, кому не всё равно, В чью я комнату тайком Желаю заглянуть, Чтобы увидеть… Как бессонница в час ночной Меняет, нелюдимая, облик твой, Чьих невольница ты идей? Зачем тебе охотиться на людей?»** Поппи перестала плакать и удивлённо посмотрела на поющую белочку. Белла заметила, что привлекла медиковедьму, и, подмигнув ей, продолжила петь одну из любимых своих песен группы КиШ «Кукла колдуна». — Что удивляешься? — Но вы же работаете на Министерство! — И что? Я не имею право на маленькие радости, которые никому не вредят? — Имеете, конечно. — Во-от! А ты что тогда ревёшь? — Испугалась, что вы меня уволите. — С чего вдруг? Ну любишь ты «Тёмную тему», бывает. Все мы люди. Ты так и не ответила на вопрос о костюмчике. Поппи тихо рассмеялась. — Да в маггловском Лондоне есть такой интересный магазинчик, «Всё для взрослых утех», там костюмчики разные, есть и медсестра, и полицейская, и пожарная, и вот такая вот прелесть. А если вам интересно что-то более мрачное и с шипами, рекомендую «Гот до гроба». Там всё кожаное и качественное. Белочка довольно потирает лапки. — Адресок напиши, и я пойду. — Хорошо. А мне ничего не будет за хобби моё? — Нет, конечно. Ведьмам надо иногда выпускать пар, но в таком виде по коридорам школы лучше не ходить, чревато. — Чем? — Чем-чем — беременностью. Ладно, я побежала.=*=*=*=*=*=*
Белочка прибежала в кабинет Снейпа. Тот сидел, склонившись над пергаментом, и что-то писал. Психологиня бесшумно запрыгнула на стол и подкралась к Северусу. — Обнажённая Гермиона расположилась среди ингредиентов и промурлыкала: «Накажи меня, мой мастер зелий! Я была плохим министром, я приняла бюрократические законы…» — прочла Белочка. — Зааважу, распидорашу на части! — взвыл Снейп, молниеносно схватив белку за шею. — Хр-р, — испуганно захрипел та. — Тьфу, это ты, наказание моё психованное, — Снейп отпустил белку, и она шлепнулась на стол. — Ну ты силён, мужик, — отдышавшись, пропищала она, — но мой Пупсик тоже силён. — Чего под руку лезешь, психичка мохнатая? — Снейп сгрёб свою писанину. — Решила глянуть профессиональным взглядом, как ты, псих, напряжение скидываешь. — Это фанфик, — буркнул Снейп. — Чего?! — Фанатское творчество! — пояснил Снейп. — Я описываю нас с Гермионой в антураже средневековой Европы. — А, понятно. Гермиона в курсе? — Не твоего мохнатого хвоста дело! — Ну и ладно, я у неё напрямую спрошу. — Да знает она, знает. Сама мне предложила на бумаге в литературном жанре свои фантазии написать. Она сделает то же самое, а потом мы поменяемся историями. — Ух ты! Как интересно! Надо с Пупсиком так же сделать. Всё-таки Гермиошка жутко умная ведьма, хорошая у меня подруга. Ты уверен, что моя шкурка на следующий день сбросится и я вновь буду самой прекрасной ведьмой. — Будешь ты собой, до прекрасной тебе далеко. — Хам. Ну ладно, тогда побежала я домой, буду Пупсика встречать, удивлять. Не болейте и, если что, вызывайте меня. Ваша ПсихоБелка всегда придёт на помощь.
Примечания:
* Стихи мадам Полины из Камеди Вумен, немного изменены.
** песня "Кукла колдуна" группы Король и Шут.
