У господина Шэня два правила

***

Течка застала на рабочем месте. Господин Шэнь смотрел в экран — таблица расплывалась. Пальцы дрожали, буквы складывались в слова через раз. Шум в офисе стал далёким, как сквозь толщу воды, а запахи пробрались до самого мозга.   Цзю деловито отодвинул верхний ящик рабочего стола, достал блистер и выдавил на вспотевшую ладонь хищно-алую капсулу.   Рядом выросла тень, и знакомая рука протянула пластиковый стаканчик.   Цзю взял воду, не поднимая головы. Тень не уходила. Запах дразнил.   — Инженер Ло, у вас ко мне вопрос?   — Господин Шэнь, я мог бы помочь с внеплановым заказом.   Цзю откинулся на спинку стула и повернул голову. Зелёные глаза смотрели с весельем и злостью.   — С каким ещё внеплановым заказом?   Бин-мэй нервно сглотнул, оглянулся назад, туда, где за перегородкой замер с напряжённой спиной Бин-гэ.   — Должно быть, я ошибся. Прошу прощения.   Цзю сощурился, смотря вслед удирающему на своё место инженеру, а затем перевёл взгляд на причину беспорядка в личной жизни — менеджер Ло сжимал челюсти с обидой и вызовом.   Цзю показательно выдавил ещё одну капсулу, демонстративно положил на розовый язык и запил, шумно сглатывая и не отводя взгляд. Бин-гэ выглядел так, как будто желал убить или убиться. Бин-мэй выронил степлер и сокрушаясь полез под стол.   Господин Шэнь вернулся к таблицам. От стука чужого затылка о дерево по телу растеклось приятное удовлетворение.  

***

  Время шло к обеду, а симптомы на новый уровень. Накопительный эффект капсул уже давно сошёл на нет. Цзю слишком долго не пил подавители, полагаясь на два крепких… плеча.   Однако упрямство и гордость брали своё.   Господин Шэнь дышал ровно, двигался медленно, небрежно промакивал салфеткой вспотевший лоб и упорно игнорировал недоумённые взгляды и обращённые чуткие носы в свою сторону.   Бин-гэ сломал три карандаша. Когда к господину Шэню подошёл очередной вдруг не знающий, что делать менеджер, встал ближе, чем следовало и склонился ниже, чем требовалось, с хрустом почил четвёртый.   Цзю сказал бы, что веселья в ситуации больше, чем неудобств, и бессовестно бы соврал. В штанах болезненное «тесно» перешло в неподобающее «мокро». В животе начал сворачиваться неприятно давящий узел.   Рядом снова выросла тень.   Пахло резче, чем от старшего брата. Бин-гэ выдержкой не отличался, за что и расплачивался.   — Господин Шэнь, кажется, в мужском туалете случился инцидент.   — Не думаю, что подобные вещи стоят моего внимания, менеджер Ло.   Цзю продолжал стучать по клавишам и с упоением слушать попытки Бин-гэ контролировать гнев и дыхание.   — Уверен, это то, что стоит именно вашего внимания.   Запах ударил подло и резко. Сердце пропустило удар, а затем бешено заколотилось. Пальцы зависли над клавиатурой. Цзю сглотнул и потянул выдвижной ящик на себя. Чужая рука опередила. Бин-гэ сцапал блистер.    — Кажется, это вам не помогает.   Цзю не спешил отбирать и делать выговор. Для слов заплетался язык, для борьбы дрожали ноги. Бин-гэ догадался. Сжал ненавистный блистер в кулак и наклонился чуть ниже. Запах парализовал.   — Вам нехорошо? Отвести умыться?   — Принеси стакан воды.   Менеджер Ло скрипя зубами выполнил просьбу.   Прохлада во рту и глотке вернула в реальность. Цзю приложил стаканчик ко лбу, глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Ничего страшного. Сложно, но терпимо.   Краем глаза господин Шэнь заметил, как Бин-мэй склонился к уху младшего брата, что-то прошептал, а затем поднялся. Братья покинули зал.   Время обеда.   Цзю поспешил в туалет.  

 ***

В кабинках никто не топтался, так что можно было без стеснения спустить штаны с бельём, упереться в тонкую перегородку одной рукой, прогнуться в пояснице так, как будто сзади давили и нависали, а затем обхватить липкий член и запрокинуть голову.   Цзю кончил, не успев начать. Рука дрожала, ноги едва держали, хотелось ещё. Внутрь.   Господин Шэнь выровнял дыхание, убрал беспорядок и вышел всполоснуть руки и лицо. Вода холодила кожу, мысли возвращались в голову.   Входная дверь скрипнула.   Цзю в отражении зеркала увидел менеджера, чьего имени не помнил. Парень неловко кивнул и заскочил в кабинку.   Следом накрыло знакомым запахом. Бин-гэ прошёл, угрожающе стуча каблуками, до занятой кабинки и бесцеремонно шарахнул кулаком по дверце.   — Какого чёрта? — испуганный голос парня взлетел на высокие ноты.   — Выметайся. Мне надо.   — Там полно свободных.   — Мне в эту надо.   — Псих!   Бедолага выскочил, толком не заправив рубашку, столкнулся с убийственным взглядом Бин-гэ и решил, что может помыть руки и в другом месте.   Менеджер Ло закрыл входную дверь на замок. Цзю прислонился к раковине, сложил руки на груди.   — Что за представление?   — Господин Шэнь, это мой вопрос.   — Неужели?   Цзю не сдвинулся с места, когда Бин-гэ подошёл в упор. Не повёл и бровью, когда между ягодиц намокло. Физиология не повод ронять лицо.   Бин-гэ считал иначе.   — По-хорошему помочь или как обычно?   — Как обычно больше не будет.   Неуверенность пополам со страхом промелькнули в глазах напротив. Последний раз Цзю заставил Бин-гэ так нервничать, когда ответил отказом… в пятый раз.   На седьмой Бин-гэ пригласил в ресторан, где можно готовить посетителям. С Бин-мэем на тот момент Цзю встречался уже три месяца. Несмотря на кулинарные таланты, Бин-мэй ни разу не жарил для Цзю осьминогов. Как выяснилось, он их боялся.   Бин-мэй боялся.  Цзю обожал. Бин-гэ мог подать так, что губы, испачканные в приправе и масле, складывались в одобрительном «да», а потом в туалете ресторана в частый «да» на выдохе.   Жарил Бин-гэ отменно не только осьминогов.   И всё же. Это не отменяло правил. Железных правил. У Цзю их было не так много. Но их нарушение ему обходилось слишком дорого. Бин-гэ знал. И Бин-гэ нарушил.   Цзю смотрел и ждал. Раздражённый, но желающий примирения любовник метался в мыслях между «взять» и «сдержаться». Взгляд темнел, запах напирал. Слишком долго. В дверь деликатно постучали.   — Я ещё не закончил! — менеджер Ло огрызнулся зло и с ноткой отчаянья. Брат из-за двери ответил с сочувствием в голосе.   — Господин Шэнь забыл свой телефон. У него входящий от некого Мобея.   Бин-гэ бросил удивлённый взгляд на Цзю, а затем опасные искорки загорелись на дне зрачков.   Дверь распахнули с яростью и телефон тут же выдернули из рук.   Бин-мэй извинился за брата взглядом. Цзю осуждающе покачал головой. Бин-гэ уже нажал на «принять вызов» по громкой связи.   — Господин Шэнь, доставки мяса сегодня не будет.   — Какое ещё мясо? — Бин-гэ не понравился голос. Молодой, сильный, уверенный. Опасно.   В трубке замолчали.   — Свежемороженое. Говядина. С кем я разговариваю?   Братья как по команде повернули головы к Цзю.   — Он не ест говядину, — отрезал Бин-гэ.   Бин-мэй смотрел изучающе. Бин-гэ сжимал трубку сильнее, чем следовало.    — Ест, не ест, а каждый вечер к девяти доставляю.   Господину Шэню надоел спектакль, рука вытянулась вперёд ладонью вверх. Бровь предостерегающе выгнулась.   Бин-гэ поджал губы, поколебался, но в итоге вернул телефон владельцу.   — Что за проблемы? — сухо поинтересовался Цзю.   — Машина сломалась.   — Если заеду на своей, будет удобно?   — Более чем.   — Договорились.   Господин Шэнь сбросил звонок. Повисло молчание. Первым заговорил Бин-мэй.   — Ты ешь говядину?   — Не ем. Мне вечером нужна машина.   — Подвезём, — поспешил согласиться Бин-гэ, а затем завыла сирена.  

***

Железные ставни опустились. Здание погрузилось в полумрак, включился аварийный красный свет. Служащие спешно выстраивались перед дверью.   По радио раздался бодрый голос Шан Цинхуа.   — Прорыв на первым уровне. Всех просим пройти в убежище и ожидать команду зачистки.   Бин-мэй шёл впереди, Бин-гэ пристроился сзади, Цзю хотел сменить группу, но не позволили. Бин-гэ сцапал за талию и прижал к себе.   — Не глупи, — любовник выдохнул на ухо с угрозой. Бин-мэй обернулся на возню, убедился в безопасности обоих и двинулся дальше по коридору.   Двери убежища разблокировали. Железные створки разъехались, впуская прибывших.   Люди недовольно перешёптывались.   — Уже третий за неделю.   — Работать невозможно.   — Куда смотрит руководство!   Цзю помрачнел, нашёл взглядом любимое кресло за книжными полками и направился к нему.   Шёпотки продолжали догонять.   — О чём ты? Сами себя сберечь не смогли, куда уж о нас позаботиться.   — Тшш… и директор Юэ погиб не в «Пике».   — А где же?   — Любовника он своего доставал. Из «Водной».   — «Водная»?! Работать на них, как срок отбывать.   — Вот-вот.   Цзю прижался лбом к деревянной полке, прикрыл глаза. Голова слегка кружилась. В животе распирала боль. Сильные руки потянули в сторону, а затем вниз.   Бин-гэ утащил за собой в кресло. Цзю устало откинул голову на широкое плечо, опустил взгляд. У ног расположился Бин-мэй.   — Господин Шэнь, — старший брат аккуратно, но настойчиво развёл ноги Цзю в стороны. — Позвольте о вас позаботиться?   Рука Бин-гэ уже грела живот, унимая боль, хотелось приглушить и другой дискомфорт. Цзю расстегнул ремень, ширинку и приподнял бёдра, Бин-мэй тут же спустил мешающую ткань вниз. Бин-гэ жадно сцапал вставший член, пришлось сжать зубы, чтобы заглушить стон.   Старший брат предостерегающе положил руку на уже испачканные в предэякуляте пальцы.   — Это моё. Займись другим.   Член Цзю выпустили с неохотой, липкие пальцы долго не скучали. Пробрались под рубашку, приласкали сосок. Цзю задышал часто. Член Бин-гэ упирался сквозь ткань в ягодицы. Между ног текло.   — Господин Шэнь, — голос Бин-гэ был тихим и слегка дрожал, — вы намочили мне брюки.   Цзю вместо ответа задохнулся — рот Бин-мэя накрыл головку, а затем жадно заглотил остальное.   Господин Шэнь потёк ещё бесстыдней.   Свободная рука Бин-гэ скользнула вниз, три пальца вошли сразу и без прелюдий.   Цзю почти утратил способность видеть, повернул голову, слепо ища взгляд Бин-гэ, нашёл губы и с нетерпением засосал чужой язык.   Стало привычно полно. В четыре руки, два рта и два тела. Не хватало двух членов.   Рот Бин-мэя возносил, а пальцы Бин-гэ входили так хорошо и грубо, что Цзю почти готов был простить и впустить в себя сразу двоих.   Почти.   Внутри всё сжалось, семя излилось и… отпустило. Цзю выдохнул, отпихнул ногой старшего брата, поднялся, застегнул брюки и оправил рубашку. Сексом и течкой разило за версту. Браться, где сидели, там и остались. С горящим взглядом и стояком.   Шан Цинхуа объявил по радио об успешно проведённой зачистке.   Время возвращаться к работе.   На дрожащих ногах, но с прямой спиной Цзю покинул убежище.  

***

  Зачисткой занималась фирма «Байчжань».   Ян Исюань, согласно протоколу, проверял сотрудников на заражение. Как и раньше Исюань задержался рядом со столом Цзю. Но теперь причины были иные.   До гибели Лю Цингэ Исюаня и Цзю связывали взаимная неприязнь и любовь к одному человеку, теперь — общая боль утраты.    — Господин Шэнь, если вам нужна помощь… выглядите неважно, — Исюань смотрел с искренним беспокойством.   — Не берите на себя больше, чем нужно, — Цзю не желал впускать в свой мир человека только потому, что на похоронах он вовремя подхватил и отвёл в сторону, не позволив потерять сознание и лицо.   Исюань был всегда упрям, под стать Лю Цингэ. Раздражающее упрямство проявил и сейчас.   — Господин Шэнь, я знаю, как вам тяжело расставаться с людьми…   — Полгода. Уже полгода как мы «расстались». Господин Ян, вам тоже бы следовало забыть и двигаться дальше. Ваша помощь, кому она нужна больше?   Цзю поднялся, угрожающе навис над бывшим коллегой и учеником Цингэ.   — Вы подходите ко мне, только чтобы воскресить «тогда», — голос Цзю дрогнул, но он закончил. — «Тогда» больше никогда не будет.   Глаза Исюаня заблестели, а затем тяжёлая рука опустилась на плечо. Позади стоял Бин-мэй, улыбался вежливо, сжимал плечо Исюаня предостерегающе.   — Господин Ян, вас проводить? — голос старшего брата был ласково-пробирающим.   Исюань сдался и позволил себя отконвоировать до выхода.   — Ты не рассказывал о Лю Цингэ… только о Юэ. — Бин-гэ будто вырос из-под земли.   Цзю поспешил надеть маску безразличия.   — Это имеет значение?   — Не люблю конкурировать с мертвецами. А их у тебя два.   — Ревнуешь к мёртвым? — Цзю не знал злиться или смеяться.   — Мёртвые идеальны, они не совершают ошибки.   — Верно…   Цзю смотрел перед собой и видел прошлое. От прошлого больно закололо в груди.   Кто-то со злостью швырнул папки на рабочий стол.    Цзю сморгнул и вернулся в реальность.     — Об этом я и говорю. — Бин-гэ процедил тихо и удалился на своё место.   Бин-мэй одарил обоих внимательным и обеспокоенным взглядом.   До конца рабочего дня оставалось два часа.  

***

  Первое правило, которое обозначил Цзю — он всегда ночует дома.   Бин-мэй следовал правилам беспрекословно, внешне… у Цзю были мысли на этот счёт. Но Бин-гэ… стоило старшему брату отбыть в командировку, как господина Шэня связали накрепко и не снимали с неутомимого члена до утра.   Бин-гэ нарушил первое правило.   Второе правило — никто и никогда не остаётся на ночь у Цзю.  

***

  Бин-гэ сжимал руль и упорно смотрел на дорогу. Дворники надрывно работали. Ливень не унимался. Бин-мэй сидел рядом, напряжённый и неподвижный. Взгляд избегал зеркала заднего вида в салоне.   Цзю в рубашке и расстёгнутом пиджаке раскинул белоснежные ноги. Вибратор, засунутый до упора, гудел и надрывался. Цзю стонал, не сдерживаясь. Ногти расцарапали кожаную обивку. Пальцы на ногах поджимались. Цзю подбросил бёдра, чтоб достать поглубже — не вышло.   Тяжело выдохнув, господин Шэнь устало вынул вибратор и отбросил.   — Ммм в бардачке… — язык еле ворочался.   — Ч-что? — Бин-мэй ответил не сразу, узкая полоска зеркала отразила его загнанный взгляд.   — Драконий, который купил менеджер Ло… — Цзю пакостно улыбнулся.   — Ну уж нет! — Бин-гэ ударил брата по дрожащим пальцам, не позволив открыть бардачок. — Я не для этого его купил!   — А для чего же?   Бин-гэ свернул на обочину, остановил машину, а затем повернулся к Цзю. Взгляд прошёлся по затуманенным глазам, красным щекам, шеи, спустился к подрагивающему члену и замер на мокром пятне под ягодицами.   Бин-гэ сглотнул и медленно отвернулся. Ответил, смотря перед собой.   — Что именно ты хочешь? Как блять ты хочешь, чтобы я извинился?   — Мне не нужны слова. Мне нужны действия. Ты учишься держать себя в руках. Я решаю, когда достаточно.   Бин-гэ ударил по рулю.   — Хочешь сказать, ещё недостаточно?   — Нет. Хватит скулить. Открой чёртов бардачок и дай мне то, что я прошу уже во второй раз. На третий я возьму сам.   Бин-мэй уткнулся в окно, как будто сквозь завесу дождя можно было что-то рассмотреть.   Бин-гэ передал увесистую силиконовую игрушку под член дракона.   — Смазку, — сухо добавил Цзю.   — Куда тебе ещё! — Бин-гэ осёкся, встретившись с ледяным зелёным взглядом, и послушно вынул тюбик со смазкой.   — У нас гости, — меланхолично отозвался Бин-мэй, не отрывая тоскливого взгляда от залитого дождём стекла.   — Сколько? — заинтересовался младший.   — Пока вижу троих.   — Патроны?   — Справа.   Бин-гэ вышел из машины. Пикнула дверь багажника, а чуть позже раздался первый выстрел. Цзю как раз удалось насадить себя наполовину.   Бин-мэй развернулся, осторожность во взгляде сменилась проницательностью.   — Господин Шэнь, кажется, меня вы тоже наказываете.   — Не кажется, — Цзю включил лёгкую вибрацию, игрушка зашла глубже, так, что пришлось распахнуть рот и взять лёгкие под контроль.   — Но я не нарушал правило.   Цзю порядком устал от жара течки и бестолковой возни. С братьями было проще. Когда гормоны накрывали с головой, всё, что требовалось от него, быть мокрым и свободным. Братья сменяли друг друга, вбиваясь умело, Цзю задыхался и кончал, пока кончать было уже нечем. Удобно.   Игрушка прошлась не так, как желалось. Цзю поморщился, а затем сфокусировал взгляд на Бин-мэе.   Инженер Ло всё ещё ждал ответ.   Цзю улыбнулся вымученно, но с налётом торжества.   — Ты зачинщик.   Бин-мэй хмыкнул, отстегнулся и перебрался на заднее сиденье. Навис над Цзю, накрыл своей ладонью взмокшую руку, которая пыталась пропихнуть игрушку, и надавил.   — Что ты?! — Цзю испуганно распахнул глаза.   Бин-мэй одним махом протолкнул дилдо. Цзю выгнуло.   — Блять!   — Господину Шэню стоит хорошенько себя растянуть, потому что, когда он закончит со своей игрой в воспитание, к нему не будут снисходительны.   За окном раздался выстрел. Бин-мэй щёлкнул переключатель, выводя вибрацию на третью скорость, Цзю подбросило. Крепкая рука впилась в бок, не позволяя отползти и сняться с игрушки.   Цзю запрокинул голову, тихо завыл. Бин-мэй включил четвёртую скорость. Цзю замотал головой, дрожащей рукой вцепился в чужое запястье.   — Хва..тит…   — Здесь ещё два режима, — деловито отозвался Бин-мэй.   — Не надо…   — У нас зритель.   — Ч-что?   Цзю с трудом повернул голову к окну и сфокусировал взгляд. Разлагающаяся голова неестественно повисла на сломанной шее. Нижняя челюсть отсутствовала, язык свисал.   Раздался звук перезарядки дробовика, а затем Бин-мэй включил пятый режим.   Выстрел.   Ошмётки зомби размазались по стеклу, а сперма Цзю испачкала рубашку Бин-мэя и обивку салона.  

***

  Ливень сменился на морось.   Мобэй бросил равнодушный взгляд на новые лица за спиной господина Шэня и кивнул в сторону ящика с пакетами.   Братья переглянулись. Бин-гэ недовольно осмотрел Мобея с головы до ног, а после двинулся к упаковкам замороженного мяса.   — Думаю, завтра заеду только я, можно ваш номер? — Бин-мэй достал телефон.   Мобэй пожал плечами и надиктовал цифры, а после втянул воздух и поморщился.   — Подавители дать?   Цзю из-за шума в ушах хотел переспросить, но на плечо легла рука со знакомым теплом и надавила, заставив развернуться.   — Не стоит беспокойства, — Бин-мэй повёл в машину. Бин-гэ уже закончил погрузку.   Когда зарычал мотор, в окно постучали.   Стекло медленно опустилось. Мобэй бросил взгляд на заднее сиденье, где Бин-гэ бережно поддерживал обмякшего Цзю, а затем встретился с раздражением в глазах Бин-мэя.   — Кого он кормит, знаешь?   То, как был задан вопрос, инженеру Ло очень не понравилось. Как будто Мобэй знал больше о Цзю. Об их Цзю.   — Почему вас это волнует? — Бин-мэй улыбнулся, за улыбкой обозначились первые всполохи ярости.   Мобэй почувствовал и оскалился в ответ. Честно, остро, без намёка на вежливость.   — От вашей осведомлённости зависит, будут ли у нас проблемы.   — Нас?! — зло переспросил Бин-мэй.   Мобэй прочёл в его реакции ответ на свой вопрос, покачал головой и распрямился.   Дождь снова усилился.   Колёса зашуршали по гравию.  

***

  Дом господина Шэня располагался в конце улицы, ближе к лесу. Никаких соседей и лишних взглядов.   Железные ворота распахнулись, жёлтый свет фар выхватил мокрый асфальт и тёмную воду пруда.   Цзю недовольно отпихнул руку Бин-гэ и сам выбрался из машины, запрокинул голову, подставив лицо холодным каплям дождя.   Бин-мэй помог брату достать пакеты с мясом и направился ко входу.   — Господин Шэнь, вы не могли бы открыть дверь?   Цзю сморгнул влагу. Браться ждали на крыльце.   Идти не хотелось.   По напряжённо прямой спине Бин-мэя и решительной ярости в глазах Бин-гэ Цзю понял, сегодня братья попытаются нарушить второе правило.  

***

  Цзю устало распаковал мясо и поставил размораживаться в микроволновку. Бин-мэй сложил руки на груди.   — И кого ты кормишь?   — Семью.   Бровь инженера Ло вопросительно взлетела вверх.   — Не слишком далеко от стола? — Бин-гэ хотел пододвинуть диван ближе к явно слишком далеко стоящему столику в гостиной.   — Оставь! — Цзю ответил резче, чем следовало.   Бин-гэ удивлённо замер, но почти сразу переключил своё внимание на девайс, найденный между подушек на диване.   — Что это?   Цзю смертельно устал, жар донимал, возбуждение сменилось слабостью. Братьев хотелось выставить за дверь и поскорее. Девайс был отобран и демонстративно защёлкнут на запястье.   — Это электронный браслет, — Цзю повертел рукой, показывая со всех сторон. — Прототип из «Водной», звуковые волны отпугивают мертвецов. Радиус воздействия можно менять.   Микроволновка пискнула, извещая о завершении разморозки.   Бин-мэй с тревогой следил за тем, как Цзю раскладывал куски мяса в две глубокие миски.   Бин-гэ же, не терпящий сидеть без дела, пытался найти в холодильнике что-нибудь подходящее для ужина.   Вынув яйца и помидоры, младший Ло выглянул из-за дверцы.   — Омлет, всмятку или пашот?   — Пашот, — отозвались в один голос.   Бин-мэй как раз помогал Цзю донести мясо до стола.   Господин Шэнь, молчаливый и подозрительный, расставил миски подальше друг от друга, а затем сел на диван и постучал по браслету. Панель девайса от касания пальца вспыхнула алым.   — У тебя собаки? — Бин-мэй осторожно сел рядом.   Цзю повернулся лицом к лицу. Взгляд был ищущим, с надеждой, злостью и отчаяньем одновременно.   — Вы не собираетесь уходить сегодня, я прав?   Бин-мэй кивнул.   Цзю болезненно усмехнулся, а после отвернулся к столу и замер.   — Хорошо. Это ваше решение.   На диван опустился поднос с хрустящими тостами, нежным яйцом и приправленными специями помидорами.   — Что будем пить? — Бин-мэй взял прожаренный хлеб и, прежде чем откусить, пододвинул ближе к Цзю его тарелку.   — Решим позже, — господин Шэнь откинулся на диван, к еде не притронулся, взгляд смотрел вперёд и в некуда.   Братья, привыкшие к странностям любовника, лишь переглянулись и продолжили есть.     Просторный зал тонул в полумраке. За окном лил дождь. Напольный фонарь освещал лишь диван и немного стол. Раздался скрип открываемой двери.   Бин-гэ обернулся.   — Это из сада?   — Из подвала, — меланхолично отозвался Цзю.   Бин-мэй со стуком поставил блюдце, вытер руки салфеткой и протянул чистую Бин-гэ.   Тот ответил брату недоумением во взгляде, но послушно отложил недоеденное и взял салфетку.   Дверь захлопнулась, а затем снова открылась, медленней. Как будто кто-то не решался войти.   Раздалось шарканье.   Цзю сжал браслет.   — Блять! — Бин-мэй подскочил.   Бин-гэ поднялся за ним.   К мискам с мясом покачиваясь и спотыкаясь шли два трупа.   Братья видели на фотографиях в «Пике» погибшего директора Юэ Цинъюаня. Теперь он выглядел… менее свежим.   — Второй, я так понимаю, Цингэ, — не отводя взгляда от мертвеца, предположил Бин-гэ.   — Лю Цингэ, да, — Цзю потянулся к своей тарелке как раз, когда бывшие любовники добрались до мисок с мясом.   — Разве их не кремировали? — уточнил всегда внимательный к мелочам Бин-мэй.   — Кремировали, но не их, — Цзю с хрустом откусил кусок от тоста.   — Ты выкрал их тела? — по голосу Бин-гэ было не понять, он в восхищении или ужасе.   Цзю смотрел спокойно, не вовлечённо. Как будто мыслями пребывал далеко от «здесь и сейчас».   — Подменил.   Мёртвые Цингэ и Юэ приступили к трапезе. Раздирающе громко и с брызгами во все стороны.   Цзю добрался до нежного желтка яйца пашот.   Бин-мэй медленно сел обратно. Бин-гэ прошёлся из стороны в сторону, зачесал волосы рукой назад.   Повисло молчание, прерываемое чавканьем и тихим рычанием.   Бин-мэй постучал пальцами по коленке, а затем повернулся к Цзю.   — Я немного другое предполагал, когда о тебе говорили «тяжело расстаётся с людьми».   Цзю коротко усмехнулся, но смотрел по-прежнему перед собой, избегая пересекаться взглядом с братьями.   — Мэй! — позвал младший. — Беру свои слова назад. Ты не псих.   Старший Ло сделал угрожающий взгляд, предполагающий заткнуться. Бин-гэ закусил губу и испуганно посмотрел на Цзю.   Господин Шэнь с пустым взглядом заговорил тихо и ровно.   — Я не оставляю тех, кто принадлежит мне. Никогда. В «Водной» исследуют антидот. Быть может, у них ещё есть шанс вернуться.   — Не думаю, — бестактно озвучил свою мысль Бин-гэ и получил очередное «замолчи» одним взглядом от Бин-мэя.   — Пусть так. Но сгниют они под моим присмотром.   Бин-гэ грузно сел, откинулся на спинку дивана и запрокинул голову.   — А-хре-неть.   Бин-мэй же молчал и думал. Когда мысль оформилась, лицо просветлело.   — Цзю… значит ли это, что даже если мы станем уродливыми бесполезными ошмётками плоти, ты всё равно останешься с нами?   Господин Шэнь, наконец, повернул голову. Губы тронула лёгкая улыбка. Взгляд потеплел.  

***

  Несколько месяцев спустя.   С кухни доносилось шкварчение сковородки. Цзю накинул рубашку на голое тело, потянулся и вышел из спальни.   Бин-гэ приоткрыл дымящуюся кастрюльку, поворошил овощи деревянной лопаткой, шлёпнул грудку индейки на разделочную доску и застучал ножом.   Бин-мэй сидел на стуле, подогнув одну ногу, и читал вслух новости.   — «Водная» провела успешные тесты над подопытным 345. Проект «Реинкарнация» начал давать первые положительные результаты. Значит ли это, что эпоха живых мертвецов подошла к концу? На наши вопросы ответила руководительница исследовательской группы Сяо Гун...   Бин-мэй прервал чтение, когда Цзю приблизился.   — Как самочувствие?   — Голоден, — Цзю облокотился на стол.   — Скоро будет готово, — заверил младший из братьев.   Цзю, не спуская потемневший взгляд с Бин-мэя, лёг животом на столешницу, рука скользнула назад и подняла рубашку, заголяя ягодицы.   — Иначе голоден.   Бин-гэ улыбнулся, отправил нарезанную индейку пропитываться в оливковое масло и взялся за соус.   — Мэй? За эту сервировку сегодня отвечаешь ты.   Бин-мэй отложил телефон и поднялся. В штанах потяжелело ещё до того, как Цзю приглашающе распластался по столу. Запах наполнил кухню, распалил желания и требовал поскорее прижать любовника и не отпускать, пока по стройным ногам не потечёт сперма вперемешку со смазкой.   Цзю обернулся, когда Бин-мэй огладил ягодицы со следами укусов, оставленных ещё с ночи.   Тёмно-зелёный взгляд угрожал наказать за медлительность. Бин-мэй приспустил штаны и приставил головку.   Цзю удовлетворённо отвернулся и выгнулся, подаваясь назад.   Бин-гэ услышал протяжный стон, и почти сразу кухня наполнилась звуками коротких влажных шлепков.   Соус на вкус казался идеальным, но Цзю отличался придирчивостью во всём. Бин-гэ решил не рисковать, обмакнул два пальца и наклонился к любовнику, жадно хватающему ртом воздух от агрессивных толчков сзади.   — Как с солью?   Бин-гэ пропихнул пальцы в полуоткрытый рот, и Цзю заглотил глубже, чем желал из-за напора Бин-мэя.   — Хммф… мень..ше.хА   — Что меньше?   — Соли мень..Ах   Бин-мэй надавил на лопатки, прижав Цзю грудью к столешнице, и начал вбиваться так, что ножки стола жалостливо заскрипели.   Бин-гэ, получив ответ, облизал испачканные в чужой слюне пальцы и вернулся к готовке.   Когда горячее было подано, Цзю кончил уже дважды.   Течка обещала быть сытой во всех смыслах.