Однажды на уроке Рун

Гермиона старательно выводила руны на доске, даже высунув язык от усердия. В классе было тихо, только перья скрипели о пергаменты, быстро записывая материал. — Очень хорошо, мисс Грейнджер, очень хорошо, — профессор Бабблинг одобрительно кивнула. Гермиона усмехнулась себе под нос, продолжая расписывать древнее заклинание османских волшебников, чей свиток был найден в 19 веке. Гермионе нравилась такая атмосфера. Когда студенты прекращали бурные обсуждения и, не отрываясь, следили за ее движениями глазами. Она запнулась на странном крючке, чье значение было двояким, и в этот момент дверь класса отворилась. Сквозняк залетел из коридора, немного шелестя пергаменты, и неторопливой походкой в кабинет зашел Малфой. Гермиона не обратила на него никакого внимания, буравя взглядом доску и чувствуя спиной взгляды учеников на себе. — Что, Грейнджер, слишком сложная задачка для твоего маленького мозга? — обронил Малфой, проходя мимо нее, и ухмыльнулся. Губы Гермионы скривились в гримасу. Уже не первый раз он всячески дергал ее на Рунах, словно пытаясь навязать ей комплекс насчет интеллекта. Но если он хотел внушить его лучшей ученице школы, то это была глупая затея. — Отвали, — рыкнула Гермиона, отмахиваясь от него, на что Малфой опять засмеялся. — Ну не расстраивайся, может, когда-нибудь мозгов станет побольше, — хмыкнул он. Гермиона сжала зубы и резко повернулась, вытягивая ногу вперед. Малфой тут же запнулся об нее и полетел на впереди стоящие парты. Послышался грохот и шипенье, а следом возмущение студентов, чьи чернильницы он опрокинул, пытаясь за что-то схватиться. — Грейнджер! — процедил он, поворачиваясь. Гермиона удовлетворенно посмотрела на черные пятна на его жилетке и рукавах рубашки. — Минус 20 очков Слизерину и Гриффиндору! — громкий голос профессора моментально отрезвил их. — Она толкнула меня! И я еще виноват? — Малфой сделал шаг вперед, не обращая внимания на цоканье Падмы, чью тетрадь он испачкал. — Ты достал меня, Малфой! Или ты рассчитывал, что я вечно буду это терпеть? — Гермиона сузила глаза от злости, моментально забывая о доске и слове, которое писала. — Хватит! — А если бы я умер, профессор? — не унимался Малфой. — Я бы мог удариться головой. — Но ты не ударился, — подчеркнула Гермиона. — В любом случае, никто плакать не станет, Малфой, — выплюнула она. — Я сниму 50 очков с каждого факультета, если вы не угомонитесь! — рявкнула профессор Бабблинг. Студенты заерзали в классе, переживая за свои факультеты. — Молчи, Драко, — шикнула Дафна Гринграсс, напряженно сжимая губы. — Замечательно, — профессор села, удовлетворенная эффектом своих слов. — А теперь прошу в кабинет директора. — Что? — Гермиона уставилась на нее. — Но я же… — Без вопросов, — отрезала профессор Бабблинг. — Я не хочу разбираться со взрослыми людьми, как с первокурсниками. — Но я не виноват, — Малфой сдвинул брови к переносице. — Я тоже… — Я не собираюсь это слушать, — прервала она Гермиону твердым тоном. Грейнджер посмотрела на профессора круглыми глазами — у них были хорошие отношения, Гермионе нравилось думать, что она — любимица профессора Бабблинг. Но сейчас та сидела с таким невозмутимым видом, даже не глядя на студентов, будто была знакома с ними один день. — Прошу, — она жестом указала на дверь, все еще не желая поворачивать голову, хотя Гермиона отчаянно пыталась поймать ее взгляд. Малфой сдался первый. Прорычав что-то себе под нос, он схватил свои вещи и вылетел из класса, распахнув дверь полностью. Волосы Гермионы упали ей на лицо под дуновением ветра. — Вам нужно особенно приглашение, мисс Грейнджер? — наконец профессор посмотрела на нее взглядом абсолютного безразличия к дальнейшей судьбе ученицы. Гермиона едва заметно кивнула, осознав, что пощады не будет, и, собрав вещи, покинула кабинет, тихо затворив дверь. Она сложила свои письменные принадлежности к себе в сумку и фыркнула себе под нос. Она училась в Хогвартсе уже восьмой год, и вот ее, почти выпускницу, отправляют к директору, как нашкодившую первокурсницу. И все из-за кого? — Надеюсь, ты довольна, Грейнджер. — Малфой прислонился к подоконнику и смотрел на нее с ленивым прищуром. Осеннее солнце светило ему в спину, заставляя волосы светиться золотом. Гермиона на секунду задержала взгляд. — Да пошел ты, — она остановилась напротив, деловито скрестив руки на груди. — Обязательно было возвращаться на урок? — Грейнджер, я всего лишь вышел в туалет, как я мог не вернуться? — Драко прижал руку к груди, деланно удивленно распахивая глаза. — Ты часто так делаешь, Малфой, — она дернула плечом и направилась дальше по коридору. — Ты очень спешишь для того, кого сейчас будет ругать МакГонагалл, — усмехнулся Драко, следуя за ней. Ее быстрые четкие шаги отскакивали от стен, в то время как его расслабленные, мягкие были словно эхом. — Меня никто не будет ругать, — отрезала она. — Я объясню ей всю ситуацию, к тому же, — она резко развернулась, так что Драко чуть не врезался в нее, — я ей нравлюсь. — Профессору Бабблинг ты вроде тоже нравишься, — буднично заметил Драко. — Однако это тебе не помогло. — Иди на хрен, — прорычала Гермиона и крутанулась, ударив его волосами, устремляясь к лестницам. — Грейнджер, успокойся, — Драко закатил глаза, становясь с ней рядом и ожидая появления лестницы. — Я просто не понимаю, Малфой, — Гермиона посмотрела на него, — зачем ты это делаешь? Это очень отвлекает от учебы. — Мне нравится, — он пожал плечами, глядя на нее с высоты своего роста. — Что? Общаться с директором? — съязвила Гермиона. — Нет. Дразнить тебя. Гермиона закатила глаза, поворачивая голову к подлетающей ступени. — Боже, — пробурчала она и уже занесла ногу, как вдруг Драко дернул ее на себя. — Малфой! — Подожди ты хоть минуту, — проворчал он, прислоняя ее к своей груди и зарываясь в волосы. — Ты правда не понимаешь, зачем я это делаю? — пробормотал он. — Нет… — прошептала Гермиона, расслабившись в его руках. — Грейнджер, ты же умная, подумай, — он повернул ее к себе лицом и убрал пряди с ее лица. — Драко… — Гермиона быстро осмотрела пространство вокруг них. — Нас могут увидеть. — Да плевать мне, Мерлин, — он обхватил ее за талию и подтащил к стене, которая немного скрывала их от студентов на других этажах. — А директор?.. — Подождет, — отмахнулся Драко, целуя ее в губы. — Мне не хватает тебя, Грейнджер, и я готов делать все, что угодно, чтобы ты говорила со мной, — он снова завлек ее в поцелуй, обхватывая ладонями лицо, — смотрела на меня, — еще один поцелуй, — что угодно, — пробормотал он. — Ты можешь делать это не с таким усердием, иначе однажды я действительно случайно убью тебя, — прошептала Гермиона, обнимая его за шею и вставая на мыски. — Это будет самая счастливая смерть, поверь мне.

***

— Так вы говорите, профессор Бабблинг отправила вас ко мне, потому что вы спорили насчет правильного ответа? — директор МакГонагалл недоверчиво посмотрела на довольного Драко и слишком спокойную Гермиону. — Именно так, — кивнул Малфой, переглядываясь с Грейнджер. — Мы пытались объяснить ей, что это здоровое любопытство, но она сказала, цитирую: «Я не хочу разбираться со взрослыми людьми, как с первокурсниками». Гермиона улыбнулась его пародии; профессор МакГонагалл нахмурилась, но ничего не сказала. — Что ж, хорошо, я поговорю с ней. Вы можете идти сразу на следующую дисциплину, полагаю, потому что Руны заканчиваются через 7 минут, — сказала она, взглянув на часы. — Спасибо, до свидания, — кивнула Гермиона. На выходе из кабинета они столкнулись в дверном проеме и рассмеялись под удивленным взглядом МакГонагалл. — Позволю тебе, Грейнджер, как даме, — Драко мягко толкнул ее по спине. МакГонагалл подавила желание протереть глаза.

***

— Она же узнает, что это неправда, — Гермиона села на подоконник полубоком, жмурясь от солнца. — Вряд ли нас вызовут из-за этого опять, — Драко улыбнулся, глядя на нее. — Раз у нас есть время, может, пообедаем в Башне Старост? Уверен, твоя подружка не будет против. — Тебе придется загладить свою вину, Малфой, потому что из-за тебя Гриффиндор потерял 20 очков, — она спрыгнула с подоконника и подмигнула ему. — У меня есть несколько вариантов.