Один прыжок в Бездну

«КАК ЖЕ МЕНЯ ВСЁ ЗАЕБАЛО», — мысленно орёт Шэнь Цинцю.  Система вопит предупреждениями, разлом в Бездну полыхает и стремительно сокращается, а Ло Бинхэ тупо смотрит глазами голодного телёнка и в эту самую Бездну падать не собирается. Зато пытается насадиться на меч и провалить не только квест, но и всю тупую сюжетку тупой грёбанной книги.  «Да катись оно в Бездну! Раньше сдохну, раньше это дерьмо закончится», — думает Шэнь Цинцю.  И с какой-то отстранённой решимостью убирает свой меч, подбирает с земли ещё один, потерянный кем-то. Впихивает ножны в лапы тупого Бинхэ, отходит подальше.  Времени остаётся всё меньше, Система надрывается, предупреждения уже не горят — полыхают алым.  Шэнь Цинцю разбегается и, сграбастав охреневшего ученика в охапку, вместе с ним сигает в разлом. Хорошо так сигает, прыжком и легко оттолкнувшись от края. «Что я творю, что я творю, чтоятворючтоятворючтоятворючтоятворю...» — не стихает у Шэнь Цинцю в голове. *** В Бездне Ло Бинхэ сам себе всё прекрасно додумывает. Тонет в слезах и соплях, валится в ноги и благодарит учителя, что решил отправиться вместе с ним совершенствоваться. И что понял замысел учителя, и что учитель велик, раз решил помочь недостойному обуздать и принять демонические силы... У Шэнь Цинцю начинается мигрень от его завываний — и от поздравительных уведомлений Системы, бесконечно начисляющей очки хрен-знает-чего и расположения. — Успокойся, Бинхэ, — говорит Шэнь Цинцю, которому ужасно хочется хотя бы десять минуть побыть в тишине. — Надо отдохнуть. А потом пойдём делать из тебя Гордого Бессмертного Демона. «Может быть, если я тебе помогу, ты меня потом просто быстро убьёшь».   *** — Ты совсем со своим мечом мозги растерял?! — вопит Шэнь Цинцю спустя четыре года и со всей дури бьёт возмужавшего ученичка по лбу изрядно истрепавшимся веером.  Сам Шэнь Цинцю за это время растерял и страх, и сомнения: сложно бояться того, с кем вынужден проводить всё время и регулярно сражаться спина к спине. Да и за ужасами демонического мира картинка с казнью оригинального Шэня потускнела заметно. А преданность Главного Героя, подросшего и обуздавшего силу, так выросла, что Шэнь Цинцю за заработанные баллы давно отрубил дурные двигатели сюжета и покупает теперь только «чётко расписанные сценарии™». И думает, как бы, наконец, выбраться из мира демонов. За всем этим бдительность лорда пика Цинцзин притупляется, и теперь вот приходится бить почти двухметрового дитятку веером по лбу. Потому что чёртов проклятый меч Синьмо, похоже, нашептал-таки Ло Бинхэ всякого нехорошего, да так, что тот полез целоваться, обжиматься и вообще прижал учителя к ближайшей скале. Даже раздеть попытался.  Шэнь Цинцю от возмущения забывает, что Ло Бинхэ злить нельзя, а то там, вообще-то, концовка хреновая, и думает, что его заебали эти сюжетные твисты. Система предлагает купить какую-то дурь типа Обожания Главного Героя, но никто давно на такую херню не ведётся. — Простите, учитель. — Ло Бинхэ смотрит глазами побитой собаки. — Этот недостойный действительно слишком долго слушал проклятый меч и стал видеть то, что не должен был... Замечать взгляды, которые учитель бросает на этого недостойного... Ло Бинхэ бормочет что-то ещё, но смысл его слов после произошедшего становится сразу понятен. — Какие-какие взгляды?! — восклицает Шэнь Цинцю и годы... ГОДЫ раздражения на дурость происходящего рвутся наружу. — Бинхэ, ты свихнулся, что ли? Что ты там, блять, увидел? Что я слежу, не надо ли прикрыть тебе спину или не устал ли ты в своём долбанном геройстве? Или я слишком много внимания уделял твоему обучению?! Или слишком долго на тебя опирался, потому что я, напоминаю тебе, болен? Что, вот ЧТО ты там увидел, шиппер несчастный?! Ты мне ученик и приёмный сын, а не... вот это вот! Ты хоть раз видел, чтобы отцы такое творили с сыновьями где-то, кроме похабных книжек, которые никак не вытравить из ученических спален?!  Шэнь Цинцю замолкает, и в мыслях гудит протяжное: «Бляяяяяяяяяяяяяяяяяяя», вместе с осознанием, что вот теперь точно крышка. А Ло Бинхэ вдруг швыряет на землю свой демонический меч и падает на колени. Обхватывает ноги учителя и почти плачет.  Дурному юнцу после четырёх лет совместных странствий с лихвой хватает того, что Шэнь Цинцю признал его СЫНОМ.  *** Они вываливаются из мира демонов даже позже, чем нужно — спустя шесть лет и четыре месяца. Или восемь — Шэнь Цинцю до конца не уверен. Опоздание оправдано: Ло Бинхэ становится правителем, окончательно примиряется с собой и окружающим миром и собирается сделать его несколько лучше. Нет, действительно лучше, а не раздолбать всё и соединить. Система выдаёт хреналион баллов за исправление сюжетных арок... и обещание, что дерьмовой концовки точно не будет.  Шэнь Цинцю выдыхает и со спокойной душой тащится за учеником — названным сыном — обратно в мир людей. Ло Бинхэ открывает ворота прямо в родную школу, и всё бы хорошо, но... При переходе лорда пика Цинцзин настигает звук уведомления, и напоминает оно рекламу, а не что-то конкретное. [Бонусное задание! «Заслуженное счастье для усталого путника» Условия выполнения: не предусмотрено. Штрафы: не предусмотрено. Негативные последствия и эмоции пользователя: не предусмотрено. Задание можно отменить в любой момент. Дайте себе шанс насладиться вашей наградой!] «И заебаться ещё больше?» — спрашивает Шэнь Цинцю, оказавшись на окраине бамбуковой рощи. Улыбается при виде школы и домика, отлично сохранившегося за все эти годы. [Задание не требует от вас никаких усилий! Просто расслабьтесь и позвольте происходить хорошим событиям. Задание можно отменить в любой момент!] Система кажется странно настойчивой, но в знакомых горах слишком хорошо дышится, и с плеч будто груз сваливается, и Ло Бинхэ убегает, объявив, что собирается оповестить всех о возвращении...  Оставшись один, Шэнь Цинцю громко смеётся от облегчения и любуется ярким голубым небом. Машинально идёт к своему домику, машинально открывает дверь...  И обнаруживает на пороге Лю Цингэ, одетого примерно наполовину. Так, словно он тут живёт, а не завалился в дом к давно пропавшему шисюну.  Пауза повисает до крайности идиотская. Лю Цингэ смотрит как на мертвеца и бледнеет ещё больше, Шэнь Цинцю просто от шока не может отвиснуть... Первым в себя приходит, конечно, лорд пика Байчжань. — Шисюн..? — бормочет он, и маска спокойствия трескается. — Это я, — отзывается Шэнь Цинцю, наблюдая за настоящим ураганом эмоций, таким невозможным для Лю Цингэ. И вдруг понимает, что кошмарно соскучился по хмурому и мрачному, но такому АДЕКВАТНОМУ шиди.  Сейчас, впрочем, Лю Цингэ на адекватного мало тянет. Сгребает вдруг в объятия прямо через порог. Со всей дури прижимает к себе, пачкает щёку слезами и бормочет о том, как сильно он волновался и ждал. Шэнь Цинцю чувствует запах чего-то очень домашнего, машинально обнимает в ответ, и всё это ощущается до странного правильно. А ещё очевидно, что Лю Цингэ себе подобных порывов потом не простит, особенно прилюдных и в таком виде. И поэтому Шэнь Цинцю подталкивает его вглубь дома — сам переступает через порог, позволяет двери закрыться... Устало роняет голову на крепкое плечо человека, о котором не надо заботиться, и окончательно чувствует себя дома.  [Бонусное задание «Заслуженное счастье для усталого путника» принято!] — мигает системное уведомление, но Шэнь Цинцю на него уже наплевать.