I wish you were here...

Опустевший, тёмный коридор с узкой полоской света от единственного освещённого в это время помещения, напоминал тихую гладь реки, и взошедшую над ней луну. Тёплые, жёлтые блики и правда будто бы растекались и двигались по наливному полу, зазывая внутрь уборной, где гремел ведром технический работник. Благо, он всё ещё был здесь, отдраивая мужской туалет от очередного набега старшеклассников, и матеря за то, что те изрисовали все стены, выломали дверь в кабинку, и накидали бычков. Завтра всё неизменно повториться, заставляя его раз за разом переживать "день сурка" вплоть до самого увольнения. Он не первый и, увы, не последний, кто попадает на работу в выгребную яму под названием "Старшая школа Де-Мойна", являющуюся настоящим кругом ада, на который попадают самые отчаянные. Не только для него, впрочем. Джоуи навалился на приоткрытую дверь плечом, тяжело выдыхая. Внимание он всё равно привлечёт, хоть и не очень этого хочет, но уже никуда не денешься. Главное теперь - повернуться так, чтобы и к раковинам пройти максимально не тревожа старика, и чтоб его перепачканое в крови лицо не заметили. - Оу! Чёрт тебя дери! - Сутулый, пожилой мужчина всё же резко дёргается, и косится в сторону незваного гостя, как отвлеченный от еды коршун; - Какого ты тут забыл, все уже разошлись давно? Время попутал что-ли? Джоуи слегка мотает головой, и запускает пальцы в волосы, стараясь прикрыться прядями: - У меня просто была секция по музыке... Крайне неуверенно, но сойдёт. Тем более ни капли не соврал - занятия и правда были. Только вот после них он бы с удовольствием свалил куда-нибудь, а не таскался б по этим трижды проклятым коридорам в поисках хоть одного открытого туалета, где можно было смыть с себя последствия "разговора" с одноклассниками. Их, как всегда, было трое на одного. Так же, как в предыдущие дни, с момента перевода Джордисона сюда в девяностом году, и до этих пор. Они цепляются к выделяющемуся однокласснику, находя, порой какие-то совершенно тупые поводы для этого. Сегодня таким вновь стали длинные волосы, что Джоуи отрастил ещё в средних классах в Уоки*, до которых там особо не было дела никому. Здесь же, казалось, собрали самый сброд со всех школ в округе, оставшийся из тех, кто не потянул колледж, и тех, кто участвовал в спортивных командах. Джоуи со спортом связан не был, и колледж, разумеется, не потянул, следовательно, являлся таким же, как и все, но со своими нюансами, выделяющими его из толпы. Которыми он непременно привлекал внимание всех вокруг, включая учителей, но то уже отдельная "песня". Он ненавидел буквально всё вокруг: рутинную учёбу, бестолковые, но обязательные подработки в гребаном похоронном бюро отчима, что погрязало в долгах и проблемах; ненавидел тех самых "простых пацанов с пригорода", для которых кто-то отличный от них - полный урод, которого надо загнобить и уничтожить; ненавидел потакающих этому учителей, выгораживающих своих любимчиков, и считающих Джоуи "гвоздём" всего класса, что тянет на дно коллектив; ненавидел себя за то, что он родился вот таким неправильным, и за свою слабость; ненавидел эти стены, за которыми твориться чёрт знает что, и прав лишь тот, кто "звезда спорта", а не хрупкий, маленький ботан; ненавидел свой дом, где нельзя было спрятаться от внешнего кошмара, потому, как там притаилось что-то гораздо хуже и сложнее... - Надо собраться... - Шепчет он самому себе, открывая кран с холодной водой под бубнёж уборщика. - ... Чтоб вы все передохли. Вот что ты припёрся сюда? Мало дня тебе было, блять?! Всё итак засрано, иди домой, и там намывайся. Ему и без этого было достаточно на сегодня. Дома ждёт скандал от пьяной матери, от отчима, что ждал его сегодня в бюро на работу, но он так безбожно опоздал туда. А ещё он обещал заехать к больному деду, и перезвонить Полу Грею вечером... Пол Грей. Этот человек всего за год стал для Джоуи буквально всем: дал почувствовать, что он не занимается какой-то "херней", по словам отчима, а довольно неплохой музыкант; старался помочь, и ненавязчиво быть рядом, когда даже сёстры боялись подойти. Джоуи безумно дорожил их завязашимися отношениями. Они познакомились совершенно случайно, на репетиции местной группы, куда Джоуи пришёл по совету преподавателя по ударным, и остался в полном восхищении. Не от группы, а от их басиста, что опоздал на долбаный час, но принёс с собой еды на всех; что был очень громким и шутил, но при этом принял Джоуи, единственного школьника среди двадцатилетних, как своего, и общался наравне, как со своим. В то время, как остальные снисходительно игнорировали заблудшего туда новичка. Перед Полом он раскрылся сначала как гитарист, а после, уже в греевском подвале, что иногда служил репетиционной точкой, как барабанщик. Джоуи не был уверен в своих способностях, так как учился сам по большей мере, но Пол дал понять, что всё идёт круто, и надо обязательно продолжать. Они даже объединились в группу вместе с парочкой музыкантов, но пока это всё было на стадии обсуждений. А ещё Пол так замечательно, широко улыбался, что невозможно было не улыбнуться ему в ответ. Даже не смотря на то, что Джоуи дико комплексовал из-за своей "некрасивой" улыбки, и торчащего в сторону левого клыка. Пол плевать на эти мелочи хотел. - Ты чё, оглох что-ли? А? - Голос уборщика выбил Джоуи из только что наметившегося равновесия, а последнее и такое желчное "а" было как плевок. Хоть Джоуи и умылся, но захотелось тут же сделать это снова. Парень закрыл кран, сжал в кулаках всю свою ярость, что рисковала излиться прямо тут, на голову пожилого мужчины, который, в общем-то, ни при чём, и сбежал, ударив по двери. Это послужило маленькой компенсацией за всё, что успело случиться. Однако, далеко убежать не получилось, ибо на стоянке у здания уже поджидала машина отчима, протяжно завыв при виде вышедшего парня. - Твою мать, только не это, - Джоуи приостанавливается, выдохнув слова в декабрьский, морозный воздух; - Этот день не мог закончится по другому, блять. Просто не мог. Кажется, и без того накалённые нервы сейчас снова подогреют. Отчим уже вышел навстречу и махнул рукой, закурив. Джоуи тоже хочется курить, но не настолько, чтобы отгребать ещё и за это. Сегодня итак весь день - сплошной конфликт одного неудачника со всем миром, но подливать бензина в этот огонь не стоит. Больше хочется зализать где-нибудь раны, и на что-то выплеснуть злость. Хорошо, если это будут барабаны, потому, что они стерпят любое проявление гнева, но и гитара тоже неплохой вариант. " - Только бы дозвониться до Пола, и только бы он был дома," - думал Джоуи, покусывая губы, отвлекаясь на план побега из своего дома, куда его готов завезти приперевшийся по его душу отчим. - Ты видел, блять, который час?! Что, так за знаниями тянешься, или опять с хуйней своей сидел? - выкрикивает мужчина, пока причина его вылазки с работы медленно приближается, пробуя справится со своей кипящей, будто кастрюля на открытом огне, злостью. - Мать уже извелась вся, - сообщает Майк*, возвращаясь на место водителя, когда Джоуи швыряет рюкзак назад, забираясь за ним следом, - твой гребаный дружок обзвонился! Раз двадцать уже позвонил... Это резко отвлекло от всего. - Пол звонил?! - слегка растерянно спрашивает Джоуи, глянув на мужчину в зеркало заднего вида. Майк громко хмыкает: - Смотри-ка, как оживился то сразу! Про нормальную работу слышать ничего не хочет, а стоило упомянуть твою хуету - сразу оживился! От его слов внутри снова поднялась целая буря эмоций - Джоуи сжал кулак, и ударил по сиденью: - Какого хрена?! Это не хуета никакая!.. - начал было парень, но тут же столкнулся с ответной реакцией старшего. - Ты у меня сейчас из тачки вылетишь, если ещё раз стукнешь, понял?! - отрезает отчим, выруливая со стоянки на шоссе, ведущее к пригороду, где теперь жили Джордисоны после переезда; - Сам будешь добираться до дома пешком. Скажи спасибо матери, что настояла на том, чтобы я забрал тебя отсюда. - Иди ты... - вышептал парень, продолжая злиться. Никто не имеет никакого права называть то, что приносит ему отдушину "хуетой", тем более - того, кем Джоуи настолько дорожил. Но сейчас это беспомощная злость, беззубая, от которой и деться некуда, и симметрично ответить не получится. Дом далеко, денег у него нет, посему придётся терпеть. Он вынужден терпеть, но до каких пор, и чем закончится - вопрос открытый. За злостью и горечью от несправедливости непременно придёт отчаяние, а это самое страшное чувство из всех. Оно выворачивало наизнанку, на живую, и заставляло калечить себя тайком от всех. Джоуи боялся, что оно и в этот раз совсем близко, и что однажды его никто не сможет от него спасти. Пол Грей... Именно у этого простого парня из глубинки пригорода есть возможность помочь; именно мысли о нём, и музыке, ещё как-то держали Джоуи от того, чтобы не рехнуться в круговороте проблем. Пол звонил ему. Сам... - Что-то случилось?.. - вырвалось у Джоуи само собой, после чего он сжался в комок на сидении. - Да вот, случилось, знаешь ли, - отзывается Майк, хотя те слова не относились к нему. Они были для Пола Грея, который присутствовал лишь в мыслях. - Нам с твоей матерью нужно срочно ехать в Уоки. Если б, как все нормальные люди, ты вернулся домой вовремя, то был бы в курсе, что твоя тётка заболела. И нам с Джеки надо быть там, помочь с детьми, и так далее, - машет рукой в сторону дороги, сворачивая на более узкую полосу. Парень хмурит брови, ибо эта новость застала его врасплох: - Чего?! Всё настолько серьёзно? - Пока не знаем. Неприятности никогда не спрашивают, когда им нагрянуть. И чаще всего приходят не по одной - а все сразу. Люди крайне хрупкие создания, и в любой момент, при стечении нужных обстоятельств, могут заболеть, или того хуже... Джоуи в свои семнадцать видел многое, работая в бюро, но всегда боялся одного - что однажды на столе окажется кто-то из его близких. Когда заболел дедушка, ему стало сильно не по себе - старшие жили отдельно, и наотрез отказывались переезжать, даже в силу своего возраста. Приходилось либо звонить им, либо приезжать и помогать, когда на то были возможности. Джордисон старался: звонил каждый вечер, приезжал, когда уроков было не так много, но этого было крайне мало для пожилых, которым нужен постоянный присмотр. И он до одури опасался того, что наступит момент, когда он не услышит голос деда в трубке; что больше не к кому будет приезжать, и никто в сто десятый раз не расскажет про молодость. А здесь ещё и новости про тётю, и необходимость срочно ехать на помощь туда. У Джоуи голова пошла кругом от всего, что вот так навалилось. Мать так и не рассказала толком, что произошло, засобиравшись сразу же, как только Джоуи переступил порог дома. Сестёр уже отправили к дедушке с бабушкой, чтобы там было кому присмотреть за стариками. А Джоуи... Его будто бы выкинули из жизни, оставив дома одного. Наедине с самим собой, и тем гребаным отчаянием, что пряталось здесь по тёмным углам, поджидая его. Конечно, он остался не для того, чтобы спугнуть потенциальных воров: во-первых тут и брать то нечего, а во-вторых - завтра у Джоуи должен быть важный тест, к которому, при всём этом, нужно как-то подготовиться. На самом деле, он лучше бы поехал к деду, но родители были непреклонны, и слушать его не стали. - Черт побери всё это, - он опустил плечи и бесполезно рухнул на продавленный диван, что сразу же хрустнул под весом. Потому, что помимо себя, Джоуи притащил сюда все проблемы разом. Тело болело и изнывало от недавних побоев, волнение за близких прокатывалось по нему лихорадочным ознобом. Он потянулся к телефону, набрав номер деда, но трубку взяла Кейт - сестра. Сообщила о том, что с удовольствием осталась бы вместо Джоуи дома, и на том попрощалась. Там ничего нового, и это худо-бедно должно было успокоить его расшатанные нервы... Но нет. Накрыло так, что завыть захотелось от несправедливости и ужаса; учёба, проблемы дома и с самим собой, необходимость терпеть... Бесконечно терпеть. И ради чего? Ради возможности когда-нибудь вырваться отсюда, и стать кем-то, кто сможет утереть нос и отчиму, и тем, кто ежедневно отравляет и без того непростую жизнь?! Прямо сейчас Джоуи хотелось, чтобы они все сдохли нахуй в муках, и ничего больше. А лучше, пусть прямо сейчас закончится он сам, дабы не мучиться, и не мучить родных. Тех, кого он так боялся потерять, увидеть их уход... Он скатился на пол в беззвучной истерике, и обхватил голову. Тут можно - всё равно никто не придёт. Никто не придёт. Едва ли не сорвал голос от крика, и стёр ладонь от того, что бил ею пол, пока не перестал чувствовать боль. Тогда и зазвонил чертов телефон, заставив встать, и судорожно схватиться за трубку. Потому, что это могли быть родные с новостями. - Д-да?... - издал он, сглотнув подкативший страх. - О! Чувак! Джоуи! Это ты же? Бля, наконец то это ты! - раздался знакомый голос, пытающийся перекричать музыку и помехи телефонной связи. Голос, который принадлежит тому, кто заставляет идти дальше, и верить в лучшее. - Привет, чел, - отозвался Джордисон, тихо покашляв, чтобы не звучать, как прокуренный пьяница. - Как дела?... Майк передал, что ты звонил уже... - А? Да, я звонил, Джо, - бодро отвечает Пол, но затем меняет интонацию; - У тебя всё в порядке? Ты будто... Перекурил, я не знаю... - Ерунда, - он сжимает трубку крепче, словно хочет сломать её; - Перекурил, да... - Оу... Погоди, я отойду туда, где потише, и ты мне расскажешь всё, - Грей говорит с кем-то там, на другой стороне, пока Джоуи тут кусает свои губы, и ждёт... Хотя, чего ждать-то?! Грей где-то, где в сию минуту беспечно весело. И будет там по завершению. " - Должно быть, какая-то очередная вечеринка, " - Джоуи вздыхает, и снова сжимается в комок, лежа на полу. Бормочет тихое: - Не стоит, Пол... - Но вряд ли друг его слышит. - Ты ещё тут, чел? - интересуется Грей, подтверждая затем догадки; - С тобой точно всё в порядке? Не хочешь ко мне махнуть? У меня тут небольшая вечеринка для своих... Будет круто, если ты тоже приедешь, потому, что тебя, черт побери, сильно мне не хватает. - Вот оно как... - выдохнул Джоуи, прикрыв глаза, и готовы ответ; - Нет, я не хочу никуда, чел, извини. Я... Дома один, и... - И?... - ... И меня настолько всё бесит, что я рискую отравить там всех одним своим видом. Так что лучше буду дома. - Да брось! Если всё бесит, то вечеринка - это как раз то, что тебе нужно! - Он перестал посмеиваться, но продолжил убеждать: - Давай, решайся. Что одному то торчать?! Я за тобой заеду, давай? - Нет, не нужно, - Джоуи трет переносицу, понимая, что безнадёжен; - Ладно, - набирает в грудь побольше воздуха, чтобы завершить этот тупиковый разговор; - Рад, что ты сам в порядке, приятель, и отлично тебе отдохнуть. Созвонимся. Нажатая кнопка отмены оборвала связь, и, кажется, вместе с ней весь остальной мир. Дом быстро погрузился в ровную, безжизненную тишину. Джоуи не трогал лампу, позволив теням свободно разгуливать по гостиной, освещаемой лишь фарами изредка проезжающих по дороге машин. То самое чувство уже было здесь, оно дышало в макушку и обвивало костлявыми, холодными щупальцами, прижимая к себе, и шепча о том, что давно ожидало его в этих стенах. Джоуи поджимает ноги, и старается больше никак не двигаться, закрыть глаза, и притвориться мёртвым. Если бы не собственное тихое дыхание, и тупая боль в мышцах, то у него бы вполне получилось убедить себя в смерти. Вряд ли мать и отчим сегодня вернутся - они дали чёткую инструкцию перед отъездом готовиться к завтра, и ложиться, поэтому можно валяться вот так сколь душе будет угодно. До утра его всё равно никто не найдёт. Завтрашний день уже был предельно понятным - тест он обязательно провалит, ибо хорошую оценку отдадут однокласснице из богатой семьи просто так, родители устроят истерику по этому поводу, и польют дерьмом всё, к чему прикасаются его руки, потом, скорее всего, будет грязная работа в бюро. Уборка, так как именно этим Майк его обычно наказывал. Всё это до тошноты осточертело. Пол живёт свою жизнь, и даже не догадывается о том, как поддерживает чужую своим присутствием рядом. Он попробовал отвлечь и на сей раз, по своему, как умеет, позвав Джоуи с собой. Вот только тому не до гулянок совершенно - с собой бы справиться как-то, и пережить сегодняшнюю ночь. А она обещает быть очень долгой. Снова проехала машина, ненадолго подсветив потолок, только вместо привычной побелки, он будто бы увидел ровные грани кафеля. Того самого, из смотровой бюро, где отчим бальзамировал трупы. Ветер ударил по окну, оповестив о том, что началась настоящая, декабрьская метель. Это довольно редкое явление на западе, в основном зимы в этих краях тёплые и малоснежные, но сегодня, кажется, будет исключением. Джоуи даже встал, подойдя к окну, и отодвинув штору, дабы посмотреть на развивающееся представление стихии. Новый телефонный звонок. Оказалось, мать забеспокоилась о том, чем её сын занимается, и чтобы он закрыл все окна и двери. О здоровье тётушки ничего не сказала. - Пьяная уже, походу, - догадался Джоуи по голосу, и сбросил звонок. Отключить бы грёбаный телефон, выдернув вилку из розетки, но нельзя. Вдруг что случиться с дедом, и он пропустит это... Снег равномерно застилал мерзлую землю белым покрывалом; если подключить воображение, то можно представить вместо светящихся окон дома напротив - костры, а его крышу - далёкой горой, прячущейся за кронами деревьев. Настоящий мрачный, скандинавский лес, где путники разожгли огонь, чтобы погреться, но их застала врасплох буря, и теперь они рискуют умереть от её холодных объятий. Джоуи усмехнулся тихо, прикрыл занавес, и включил таки лампу. Никак не хотелось заниматься бессмысленной подготовкой, но нужно хотя бы взять в руки учебник. Впрочем, он тут же был отправлен в стену. Джоуи попробовал включить радио, но из-за непогоды по волнам передавали одно лишь шипение, посему он бросил попытки найти хоть что-то после десяти минут. - Бесит, - выцедил парень сквозь зубы, вновь опустившись на диван; - Всё бесконечно, блять, бесит. Можно было бы послушать любимые кассеты, или лечь спать, потупить перед телевизором наконец, но... Не хотелось абсолютно ничего. Музыку вновь заменит шум, даже в самой заслушанной записи, уснуть в таком подвешенном состоянии точно не получится, а телек рискует быть раздолбанным, ибо Джоуи ненавидел эту хрень с детства. Можно было попробовать потренироваться в отбивках, можно было бы взять гитару в руки... Всё можно, если б отпустили гребаная боль и усталость от всей жизни в целом. Каждое занятие, что приходило в голову - непременно разбивалось о стену нежелания. Где-то рядом остановилась чья-то очередная тачка, подсветив фонарями входную дверь. - Кто в своём уме, в такую погоду, вообще куда-то едет? Что за бред?! - Вопрос, высказанный вслух в никуда. Сквозь отрицание, Джордисон вновь поднялся на ноги, решив посмотреть на того придурка, что черт знает зачем выперся и, по видимому, благополучно застрял в снегу возле его жилища. Но мотор при том заглушил. Стук в дверь заставил вздрогнуть прямо у самого входа. - Твою ж... Какого чёрта? Кажется, он скоро задаст этот вопрос тому, кто мялся на пороге в это время. - Джо! - Послышалось на улице; - Открывай, а то меня тут нахер занесёт! Он послушался, и отпер все замки, впустив внутрь своего нежданного, подвыпившего гостя. - Ты... Ты что вообще здесь делаешь, чел? - Джоуи хлопал глазами, глядя на то, как Пол стряхивает с себя налипший снег, и снимает куртку; - Ты же, вроде как... - Да-да, я вроде как должен сейчас оттягиваться, все дела, - усмехается Грей, почесывая нос; - Но я же сказал, что тебя там пиздец, как не хватает... Поэтому, что? Поэтому, услышав, что тебе хуево, я быстро всех разогнал, и приехал сюда. Пожрать чего найдешь? Джордисон быстро кивает. И так же быстро, поддавшись своим чувствам, накинулся на него, обняв за шею, пощупав плечи, дабы убедиться, что Грей не плод его больной фантазии. - Пол... - Ну чего ты? - Грей аккуратно проводит ладонью по тёмной макушке, а затем, не дождавшись ответа, сам продолжает; - Услышав тебя по телефону я сразу всё для себя решил. Так, что нахуй вечеринку - устроим тут свою. - Пол, черт тебя дери... Я вообще не ожидал, что ты... Что ты приедешь вот так запросто, - Джоуи запинается от переизбытка чувств к этому человеку, и впивает пальцы в его джинсовую рубашку. Будто он вот-вот уйдёт, отдав Джордисона более привычному одиночеству. Он до головокружения рад, что настоящий Грей здесь, прямо в его чертовой гостиной, а не слышится далёким эхом в трубке. При этом ещё и дико стыдно от того, что Джоуи выдернул басиста из его привычной среды. - Иначе быть не могло. Таких тусовок ещё куча будет, а ты у меня один. Джоуи готов был поклясться чем угодно, что после этих слов почувствовал мимолётный поцелуй в макушку. Но лучше оставит это в тайне, и не будет подсвечивать сей не менее волнительный момент. Джордисон даже и помыслить не может о том, что для Грея так же является безумно важным человеком. Настолько, что тот готов кинуть абсолютно всё, и примчаться на край света к нему по любому поводу. Что сейчас и было показано. Потому, что своим появлением Джоуи вручил Полу новый смысл жизни. До него басист, по его мнению, состоялся как музыкант, шёл себе по кривой дорожке, скучал, употреблял, пил, прожигал время на вечеринках, и ни к чему уже не стремился. А Джордисон напротив, не был так искушён, и жаждал большего, чем потянул Пола за собой из ямы. Грей завязал, начал серьёзнее относится к музыке, и помогать Джордисону во всём разбираться. Ему было до одури интересно, что получится из этого парня, кто прямо сейчас поражает его своими способностями. А ещё Джоуи ему просто нравился. Вообще всем. Нравилось проводить с ним время, разговаривать, джэмовать. С ним Пол чувствовал себя по настоящему живым и ценным, а не просто каким-то басистом, коих можно найти с десяток, и никто не заметит подмены. Они с Джоуи сыгрались сразу же, создав между собой особенную связь, которой до этого не было ни с одним знакомым, коих у Пола было немало и в Эл Эй, и здесь, в Айове. Хотелось бы назвать её "братской", да вот только Грею она казалась гораздо крепче любой земной, и не имела названия. Иногда Джоуи будто читал его мысли; иногда они могли высказать что-то одновременно, не сговариваясь. И всё это закрепилось за какой-то вшивый год. - ... Спасибо, - вышептывает Джордисон, наконец отстранившись от друга, и потерев кулаком и без того подбитый глаз; - Реально, спасибо, чувак. Ты просто не представляешь, как это, мать его, важно для меня. Грей мягко улыбнулся, осмотрев его, и подметив про себя ещё один синяк, что расползался по бледной щеке барабанщика. Он правда во время, и очень хорошо, что проявил инициативу, завёл свою грёбаную, едва дышащую тачку, и приехал. Он, конечно, не убережёт младшего от всего зла, что твориться вокруг, и как того хотелось бы, но поддержит так точно. Чем сможет - поможет, хоть Джо и не просит. - Короче, план такой - ты находишь что нам пожрать, а я, - басист лезет в карман куртки, достав оттуда парочку кассет, - подрубаю музыки в тему вечера. Это какой-то, - щурит взгляд, силясь прочесть незнакомые закорючки, - ... Какой-то лютый дум-метал для вот таких охуенных, зимних вечеров, как сейчас. Чарли сегодня притащил, сказал, чтобы я обязательно заценил. Джоуи тянется, чтобы посмотреть, но так же не понял, что перед ним такое: - Ну... Либо нас ждёт полный треш, либо что-то реально стоящее. По обложке напомнило то, что делал один мой знакомый чел - Крейг Джонс, дома на компьютере, - кивает в сторону лестницы, ведущей на второй этаж; - Моя комната - по лестнице, затем прямо, до самой последней двери. Иди на плакат "Megadeath" - не ошибешься. А я пока погрею остатки лазаньи, если осталась. - О, охуенчик! Мне и сэндвич сойдёт, но от полноценного ужина не откажусь, - Грей хотел было ещё раз потрепать Джордисона по макушке, но решился только на прикосновение к плечу, отпуская младшего на кухню. У него дома он впервые, хоть и подвозил пару раз сюда, и помнил дорогу. Гостиная хоть и подсвечена всего одной настольной лампой, но показалась очень уютной, в отличие от пустого жилища басиста. Потому, что здесь жила семья, и это чувствовалось во всём, а у него - одни гитары. Басист осторожно ступает на лестницу, но его тут же приостанавливает младший, неуверенным: - Хэй, чел! - Да я найдусь, чего ты?! - Грей усмехнувшись оборачивается к парню, и замечает, что тот слегка улыбнулся. - Не, я хочу сказать, - Джоуи мнётся и опускает взгляд на несколько секунд, потом жмурится, и, набравшись смелости, выдаёт: - Я люблю тебя, чел. За всё... Грей вздрагивает от этих робких слов, и от эмоций впивается пальцами в старые, скрипучие, деревянные перила, отзываясь тихо прежде, чем Джордисон скроется за углом: - И я тебя тоже, чел.