Воспоминания и чуть–чуть на будущее

— Эх Тоха–Тоха... Не думал я, что ты у нас по чернухе шутить можешь.–смахивая слезинки из–за очередной шутки Петрова, за одну лишь мысль о которой тебя отправят в ад на вечные муки да страдания. — С моими–то друзьями с родного города и не такое можно услышать. Они и похуже говорили, там несовершеннолетним уши надо закрывать.–уже более спокойно сказала Антон, что уже по ощущениям накачал себе нехилый пресс за счет смеха. — А что в городе–то происходит нынче, на? Мы–то у тебя не просветленные жители местного Подзалупинска.–сказал Бяша, поглядывая в сторону Антона с большим интересом к предстоящему рассказу. — Да ничего особенного на самом деле. Думаю, что все как у вас, только опаснее и интереснее возможно.–хотел было он продолжить, но проснулась скандальная Ромкина личность. — Так–так гражданин Петров Антон, вы смеете клеветать на наше веселье или мне кажется?.–прищурив карий взор он ждал ответа или оправданий. — Ну... Можно и так сказать, товарищ полицейский. А что, хотите доказать мне обратное?. –приподняв бровь и слегка оскалившись, Петров уже был готов к словесному бою. — А может и хочу. Что с того? На слово вы мне не поверите, я вас знаю.–Пятифан также ухмыльнулся. — Ну так позволите ли нам, твоим верным проводникам в наше сельское веселье показать все прелести наших забав?.–Рома, словно реальный слуга, протянул руку Петрову, в знак договора. Протянутая рука была незамедлительно замечена.            Так и начался договор длиною в, скорее всего, все время проживания                                Тоши здесь.                                  Дальше ребята шли обсуждая прелести города, но необходилось без вкидов Пятифана про их, как он говорил, "супер–пупер–дупер–мега–гипер вселое село" (так его называл лишь он сам, пытаясь доказать свою правоту) Позже эта недо–война прекратилась, ведь Будаев шокировал всех присутствующих новостью о его возможной симпатии к девочке из параллели. Сначала оба парня были в состоянии шока (Бяша, по–моему, тоже), но младший быстро среагировал и пытался давать советы. Ромка, по–видимому, начал проводить расследование касаемо личности этой Алены Зайцевой. Нет, кто она он знал, они пересекались в коридоре и она часто приходила на переменках к их однокласснице Вике Якушевой, но вот какова она по характеру? Ромка же не может допустить чтоб одного из его братков забрала в свои когти не благоприятная дама. А если она, не дай Боже, каблуком его сделает? Пятифанов такого не допустит, так что уже присматривается к этой Зайцевой. — Ромк, ты че молчишь–то, на? Язык проглотил?.–Бяша хохотнул в своей обычной манере. — А какая эта твоя Зайцева?.–он глянул на слегка затупившего бурята. — Не, братка, я против ничо не имею и не собираюсь, но если она стерва–сразу нет. Понимаешь ведь, что братву на сиськи не меняют? Не дело иначе будет. — Не, она не такая. Она не фифа какая, а наша девчонка. Она на движке и не ворчит как та же Смирнова!.–хотел он уже продолжить, но... — Ясно теперь все, ответы я вам давать не буду.–сказала блондинка с шелковистой косой. — И от Лилии Павловны поблажек не ждите.–она театрально погрустнела. — Ай–ай–ай мальчишки, а мы думали, что вы нам друзья... –не менее наигранно сказала брюнетка, что стояла рядом с, скорее всего, упомянутой Смирновой. Бяша тут же встрепенулся, начиная судорожно оправдываться и извиняться перед дамами. Но взор 2–ой девушки с волосами цвета смолы резко с Игоря, что чуть–ли на коленях просил прощение, переместился на Петрова. Сначала она его будто изучала, пыталась понять кто же он такой, а после неожиданно улыбнулась и шепнула что–то на ушко блондинке. Девушка с косой в легком удивлении приоткрыла глаза и тоже начала глядеть на Антона, чем озадачила его. Бяша, помедлив, но все–же заметил, что его тирады о том, "как он сожалеет о сказанных словах", не слушают, тут–же посмотрел в сторону в которую смотрели дамы. Петрову уже стало неловко от такого пристального внимания. — Ч–чего? Что–то не так?.–выдавил из себя белобрысый, уже трясясь от страха и тревожности. — А тебя случаем не Антон Петров зовут?.–лисьи глаза блондинки в розовом сарафане с провокационном вырезом прямо на груди сщурились. Она подбоченилась, приподнимая аккуратную бровь. —Ну...–младший задумался. Мало ли, что они там хотят с ним сделать если он Петров? Может он насолил? Иль ещё чего похуже...? — А я думал блондинки дуры.–донесся голос Пятифана и его смешок.— Он это, он. Петров Антон.–поймав гнетущий взгляд, он тут же перестал шутить и дразниться. — Петров?.–среагировала уже брюнетка. Она тут–же направилась к блондину, чем его напугала. Но вопреки всем фантазиям самого парня, она его не ударила и не харкнула в него. Она всего–лишь его обняла. Даже не пытаясь воткнуть ему что–то в спину, чем тоже удивила мальчика. Обычные объятья. Спустя неловкие секунды и замешательство, он неуверенно положил руки ей на спину в ответ, еле касаясь оголенной спины, слегка задевая мягкую ткань лавандовой блузки, отчего румянец сам вырисовывался на бледном лице. — Поль, он тебя, да и Гадюку, не помнит скорее всего. Он там ебнулся неудачно... Сам расскажет если захочет вообщем.–сказал Ромка. — А–а, блин...–протянула девушка.— Ну.. Ну значит заново знакомится будем!.–она еле слышно хихикнула и добродушно улыбнулась. — Ам... Я тебя немного помню. Полина Морозова, да? Ты еще на скрипке, вроде–бы, играешь...–произнес блондин, почесывая затылок. Полина на это улыбнулась шире, кивая. Видимо, рада, что осталась в воспоминаниях. — У тебя еще дедушка есть!.–продолжал игру в угадайку Петров. — Аэ... Харитон! Да. Он еще с моей бабушкой дружит. Вы к нам в гости приходили!... Вроде. — Да–да! Все верно!.–сказала она, уже чуть–ли не прыгая от счастья. — Вот это новость, на... Мы значится нянчимся с ним все детство, а он запомнил Полинку?!.–обиженно пробурчал Бяша, отворачиваясь от младшего. — Ай–яй–яй, Тоха! Щас тебя будет как в старые добрые воспитывать. Как малыша.–в шуточной форме ругал он Петрова. — Пф. И чему–же вы такого славного мальчишку обучите?.–в спор вступила Катя, про которую уже начали забывать. Но воспоминания начали всплывать и о ней тоже.— Своим этим пацанским поговоркам? Не неси чушь. Зачем такому хорошему парнишке ваши эти гопнические словечки?.–рука с аккуратным маникюром стала поглаживать волосы Антона, к чему он, как и следовало ожидать, не был готов от слова совсем. — А ну не присваивай себе Тоху!.–воскликнул Бяша, что уже разобиделся.— Мы его обещали защищать и воспитывать. Уберите от него свои когти нарощенные! — Вы его ничему хорошему не научите! Ваши эти разборки кулаками ему в жизни не помогут ни капельки.–заявила Полина, чья рука тоже слегка приобнимала Тошу. "— Чувствую, это война..." –подумалось самому блондину, который являлся яблоком раздора среди компашки. Хотел было он вставить хотя–бы одно слово, но чужие аргументы против друг–друга лились водопадом, из–за чего тот молчал в тряпочку. Тем временем парни и девушки отстаивали Тошу как могли, словно он был дорогостоящим товаром. Думы прервало осознание затишься между ними. — Ребят, может вы перестанете спорить?.–яростные гляделки Ромы и Кати дали понять, что конфликт себя не исчерпал. — Может лучше пойдём куда–нибудь? Ваши перепалки, безусловно, зрелищная штука, но мне–бы хотелось посмотреть на здешнюю природу. Теперь все смотрели на Тошу, отчего тому стало неуютно и по телу пробежал табун мурашек. В то время ребята обдумывали предложение. А правда ведь, чего это они будут тут спорить вместо всего времяпровождения? *** Путь они держали на речку. Самое лучшее место чтобы снять стресс знойным летом. Да и там от души можно заняться подростковой ерундой и подурачиться без осуждения, ведь все там забывают о возрасте и стандартах. Все там бегали и смеялись, не смотря на вечно угрюмую атмосферу самого их села, которой прониклись все и улыбки на лицах людей увидеть–редкость. Шагая по тропинке, что вела прямиком на то самое место, где когда–то маленький Тоша спас юного Пятифана от смерти (или же многочисленных травм). Ребята болтали и смеялись без остановки. Но не Антон. Сложно, однако, привыкнуть к веселой компании где все счастливы, после компании гопарей, которые изобьют тебя за любое слово. Таковы они, –городские люди. Однако, странности или отличия, для кого как, не заканчиваются на этом. Только подходя к пляжу Ромка с Будаевым как угорелые побежали к воде, прямо по пути избавляясь от предметов одежды, слава Господу Богу, не снимая трусы. Антоновому удивленяя предела не было. Ошарашенно он взглянул на девочек, что шли словно такое у них было чем–то обычным, будто так и должно быть. А наш неподготовленный к внезапному оголению парней Тоша в то время недоумевал, как так можно? Ладно при нем, все–таки они как минимум были родными, да и являлся он парнем. Но как такое вытворить можно было при представительницах прекрасного женского пола он не понимал от слова совсем. Те двое в это время резко плескались в слегка смутной воде, а Тоша и девочки постепенно подходили ближе к речке. Катя с Полиной снимали свои аккуратные туфельки, которые различались лишь цветом, потому–что их они приобрели вместо парных кулонов или типа того. Снимали их они за тем, чтоб намочить ноги и проверить осталась ли вода такой теплой, какой была в начале знойного ноября. Петров в это же время не понимал как поступать дальше, времени на раздумье было мало, но показывать свое худощавое телосложение, за которое его не хило так подтрунивали в прошлой школе, он был не готов. Но стоять в сторонке когда девяносто процентов людей купается выглядело бы глупо и даже, в какой–то степени, неуважительно в новоиспеченным знакомым из прошлого. За своими раздумиями он не заметил, как солнце заслонил высокий силуэт Пятифана. — Тох, ты чего это стоишь как вкопанный? Ай–да к нам в водичку! Она там в самый раз.–потрепав белесую макушку он продолжил. — Или ты плавать не умеешь?.–подождав секунды две он слегка усмехнулся, а лицо его озарила ухмылка. — Не ссы, научим. А Бяшу я, может быть, все–таки смогу уговорить не топить никого. Сегодня, по крайней мере. Тоша в миг запрокинул голову, дабы смотреть собеседнику в глаза. Вырос же однако Ромка за это время. — Да я не поэтому...–решил признаться Антон. — Стесняюсь я, если быть честным... –уже менее тихо произнес он, немного привставая на носочки, чтобы шатен уж точно расслышал и не пришлось повторять эти, как казалось только самому Антону, постыдные вещи. —Чего? В смысле?.–с недоумевающим лицом спросил Пятифан.—Эээ...–ещё немного потупил он.—А чего конкретно–то? Девчонок, что–ли? Или плаваешь плохо? Ты не бойся, у нас коллектив дружный, за такое стебать уж точно не будут. —Ну... Не совсем. Вы же ну... Надо же раздеваться, если проще говоря. А я не сказать что спортивный... Дрыщ скорее, а вы с Бяшей подкаченные... Да и вообщем я футболку снимать в чьем–то присутствии стесняюсь...–с трудом вымолвил Антон, отводя глаза и почесывая щеку от смущения и стыда. Ромка опять затупил. —А...–он начал легонько посмеиваться.—Тох, ну... Ну не ссы уж, чего мы там не видели? А девчонки... А девчонкам вообще фиолетово. Им лишь бы сериалы пообсуждать, да повеселиться, а на то какой ты, качок али нет–посрать им, чес слово.–он слегка наклонился к Антонову уху, отчего тому стало стыдно и за рост свой.—Они Свинью Бабурину без футболки видели, вот тогда там тихий ужас был... Это одноклассник наш, тот еще жирдяй и урод во всех смыслах.–произнёс это шёпотом он отстранился, хихикая в кулак. — Ну... Может я и лучше чем жирдяй какой, но все равно как–то стремовато... Я прям конкретный скелетон, это футболка на вырост, не видно поэтому. Рома покачал головой цокая и упираясь руками в бока, словно мама Петрова. Антон смотрел и молча ждал ответа, но дождался лишь хитрой ухмылки на его лице. Секунда, и Петрову футболку рывком снимают, отчего неподготовленный к таким действиям Антон охнул и рефлекторно прикрылся руками, уже закипая от ярости. Ромаа же в то время поднял руку с футболкой и громко захохотал. — Рома! Что за фокусы! Отдайяпридурка ты кусок!.–начал Тоша, прыгая в попытках забрать свою вещь. — А ты попробуй отбери, стесняшка–полторашка!.–убегая в сторону водоема шатен все также беспрерывно смеялся. Тоша начал погоню. Остальные, сразу как Пятифанов рванул к речке, повернули головы отвлекаясь от разговоров и попытки плаванья на спине. — Ха! Ромк, ты чё, по малолеткам теперь? Чегой–то раздеваешь его, на?.–через собственный гогот выдал Бяша. Девочки смотрели не понимая, но невольно хихикали в ладошку и переглядывались между собой, ища ответ в глазах друг–друга. Тем временем участники этих "догонялок" забежали в воду, а перепалка их продолжалась уже не на сушеяпоэтому у брюнета был риск случайно выпустить футболку их мазолистых рук и получить еще больше ударов о хиленьких рук блондина. И вот все смеются и веселятся, атака со стороны Антона не заканчивается, все вроде даже хорошо, но тканевый трофей невиданным образом выскальзывает из руки и падает на поверхность речушки. — Да ты...! Рома, ну ты дебил или как?!.–тяжело вздыхая твердит белобрысый. Ромка в это время смотрит то на младшего, но на футболку, которую мгновенно взял обратно в руки, но уже в зоне досягаемости Тохи. — Ой... Бля, Тох, да я это... Не специально, щас чё нить придумаем... Пять сек!–в голове проносились куча идей, но все они проходили мимо ведь были до боли абсурдными. Заставить Тошу идти в одних его шортах было бы, очевидно, не самой лучшей идеей... Точно! — Тох, точно! Мне тут до дома пять минут сбегать, я могу тебе принести из своего что–нибудь!.–воскликнул он, как только это решение посетило его необразованную головушку.— Только у меня все футболки не высохшие на сушилке висят... Ну значит одимпийку! Думаю, не зажаришься, пока до тебя дойдем. Согласен? Антон, немного, подумав, пошёл к выводу. Был он весьма огорчающим, ведь других вариантов кроме как принять Ромкино предложение и идти щеголяя ребрами ему не оставалось. Так они и сели, ожидая Пятифана, что помчался со всех ног в свое скромное жилище. Продолжение следует...