зарисовка "вечер поцелуев"

Сегодня был пасмурный день. Весь день лил дождь будто из ведра, улицы затопило, лужи срастались и становились чем-то похожи на небольшие озерца. Линч сидел за рабочим столом медленно кликая компьютерную мышку, ноги скрещены, а щека лежала на тыльной стороне ладони, которая явно затекла. С минуты на минуту должен был вернуться Лэмбтон, что не могло не радовать журналиста, но… такая погода влияла на эмоциональную коробочку. Нарастало чувство желанного одиночества и пустоты, которую можно было увидеть в слипавшихся зеленых глазах. Вздох глухо разнёсся по комнате, мужчина медленно поднялся со стула, разминая конечность что затекла и не торопясь выходит из своей комнаты. Сейчас он решил, что пойдет на чердак, все же нужно рассортировать вещи, да он планировал это еще пару месяцев назад, но как можно видеть, руки дошли только сейчас. Или не сейчас? В дверь два раза постучали, Егор как раз только проходил этот поворот, поэтому остановился, разворачиваясь. Сердце неожиданно екнуло, но настроение в ту же секунду поубавилось. Он довольно тихо подошел к двери, прикладывая ухо и слушая звуки на улице. Да, он знал, что это Генри, но просто убеждался в этом из раза в раз, это стало некой традицией только для Линча. Замок щелкнул и дверь со скрипом открылась, впуская во внутрь человека, которого он ждал на протяжении всей недели. Мужчина первым же делом кладет на пол сумку и небольшой пакетик, с завязанной лентой, снимает с себя насквозь мокрое пальто и вешает его на вешалку. Обращает внимание на поникшее лицо журналиста, наклоняется и мягко оставляет короткий поцелуй в уголке губ. - как погляжу, вы видимо не в настроении. Все из-за погоды? – выпрямляясь и расправляя плечи спросил Лэмбтон, мягко растягивая губы в небольшой улыбке. - ты как всегда прав. – с тихим вздохом дал ответ брюнет, кося свой взгляд на лежавшие на полу вещи. Пробурчав себе что-то под нос Линч их поднимает, аккуратно сжимая ручки пакетика. – дождь всю дорогу лил? Ты весь промок. Лэмбтон лишь усмехнулся, стягивая с себя обувь и аккуратно ставя ее в угол, будто она была наказанной и отстаивала своего наказание в этом укромном углу. - как доехал? Ты приехал позже чем обещал. – спросил журналист, стараясь прибавить хоть немного заинтересованности в свои слова, что получалось с трудом. Они завели диалог, который длился в плоть до ванны, где закрылся Генри, а Линч занес его вещи и положил на кровать, выходя и замедляя шаг, вслушиваясь в каждый шорох этого дома. Он слушал как текла вода из-под крана, как Генри задел контейнер с разными химическими средствами, которые передала Лили на днях. Включая свет на кухне, Линч подошел к холодильнику, открывая его и не наблюдая никакой еды внутри. Он знал, что Лэмбтон не ест заказную еду, поэтому нужно было решать вопрос по-другому, готовить он может и умел, но не любил. Пока он размышлял над поздним ужином своего родного гостя, тот самый родной гость прошелся руками по бокам, мягко обнимая Егора со спины, сминая серую футболку и кладя подбородок на излюбленное со временем правое плечо. - я ведь говорил вам не есть всякую гадость, вы ее всегда заказываете. – медленно проговорил Генри склоняя голову в левый бок, оставляя поцелуй на шее и утыкаясь носом в углубление на плече. - у меня не было другого выбора. – сказал журналист, кладя левую руку на другую, а правой рукой поглаживая мокрую макушку. – ты… что хочешь? Все-таки дорогая была долгой. - аппетита совершено нет, но я бы не отказался от вашего любимого чая с какой-нибудь закуской. – пробубнил в плечо Лэмбтон, нехотя отстраняясь от Линча, но он лишь усмехнулся и включил чайник, который на удивление был на половину полон. Генри в это время вышел с кухни, вспоминая про оставленные вещи в машине. Перед выходом он потянулся к зонтику, ловко подбирая его и наскоро обувая резиновые шлепанцы журналиста. Замок щёлкнул, капли дождя стало слышно еще лучше, а свет из кухни освещал намокшую машину Генри, к которой он поспешил подойти и открыв заднюю дверь забрал оттуда большую сумку для вещей на пару дней. Машина самостоятельно закрылась, а ее обладатель со спокойной душой поднялся по ступеням и вошёл в открытую дверь, закрывая зонтик и кидая его в отведенное для него место. Сейчас он хотел переодеться в домашнюю одежду, уместиться на мягкий диван и болтать о прошедшей неделе с журналистом, который может и не был настроен на разговоры, но это и не будет мешать столь прекрасному вечеру. - я тебя заждался. – сказал Линч запрокидывая голову назад, взглядом встречая Генри, что нес тот самый загадочный пакетик. Седовласка посмеялся, щелкая брюнета по носу и усаживаясь рядом на диван он протянул пакетик. Журналист принял подарок и поднимая ноги на диван, стал развязывать ленту, просовывая руку внутрь он достает черный элегантный коробок, который был не таким уж и легким. Снимая крышку, он приоткрыл рот находясь в небольшом шоковом состоянии. - Лэм… зачем? Они же очень дорогие. – поднял взгляд Егор, ища в чужих глазах объяснение. - сегодня идет пятый месяц. Я не мог не сделать подарок, мистер Линч. – Генри аккуратно вытащил часы продевая их и закрепляя на левой руке журналиста, который разглядывал каждую деталь этого механизма. Аккуратные, тонкие, черные стрелочки перебирались с места на место, указывая точное время, жемчужная окантовка и блестящее стекло, ремешок был точно такого же цвета, только он состоял по всей видимости из дорого, тяжелого метала, на котором были вырезан змеиный узор. - спасибо тебе больше… но я даже ничего не приготовил в ответ. – с тяжестью на душе проговорил Линч, но его только притянули ближе кладя руки на талию и затягивая в нежный поцелуй. - мне кроме вас рядом, ничего больше не надо. – отстраняясь ответил Лэмбтон, обхватывая ладонями лицо журналиста и расцеловывая его. Ни одна часть этого прекрасного лица не была оставлена без внимания. Кончик носа, уголки каждого глаза, переносица, лоб, губы, уголки губ, скулы, щеки, нижняя линия челюсти, все было перекрыто аккуратными, такими ласковыми и нежными поцелуями, может и сухих губ, но таких родных. Последний поцелуй был оставлен на щеке, после чего Генри опустил руки обнимая Линча и вместе с ним ложась на диван. Перевернувшись на бок седовласка крепко прижимает его к себе, зарываясь носом в непослушных волосах и вдыхая аромат шампуня. Брюнет прислонился щекой к груди, одну из ног он переплел с чужой, а пальцы сложил вместе, прижимая их уже к своей груди. - надеюсь ты про чай не забудешь? – донеслось до Лэмбтона, который находился в полусонном состоянии и молча промычал, давая этим знак согласия.