Павший воин

Джон ходит вокруг да около, по несколько раз обходя злощастный новенький фонтан, поставленный пернатым около недели назад. Он пытается удержать мысли в своей голове, но они превращаются в поистине отвратительную кашу, заставляя его злиться всё больше. Внутри липкими насекомыми ползло омерзительное чувство беспокойства. Сначала всё было нормально. Как минимум на фоне приближающегося мультивселенного апокалипсиса. Она всё ещё несла бред и никогда не говорила ничего дельного, просто слёзно молила о помощи. С недавнего времени, даже он, не обращающий внимание на других, заметил не ладное. Атмосфера обычно всегда весьма спокойного и даже дружелюбного сонного измерения переменилась. Всё казалось... Беспокойным? Скорее напряженным. Если раньше на главном острове редко был кто-то, кроме него и его альтер-эго, то теперь там ежедневно кто-то бродил. Это действительно стало раздражающим, он пытался не обращать внимание на столь активное передвижение, но вскоре незванные гости стали появляться и в его замке. Он действительно хорошо знал причину этих перемен. Его худшая версия. В первую очередь это был странный старик Беренгарий, который выглядел как никогда серьёзным. Он просто пришёл к нему, так как остальные ничего не знали и он был действительно последним кого он решил расспросить. Как оказалось, и конечно уже давно было известно Джону, Лололошка совсем перестал покидать сонное измерение и заперся на своём островке. Это было конечно смехотворно, настолько, что Джон просто сьязвил и отправил старика самому разбираться с этим. Если его версия страдает, то пусть ищет платочек у своих друзей, а не у него. Следом был Гимлин, они говорили редко, но Дворф действительно сначала пришёл к нему. Это немного льстило и одновременно смешило. Низкорослик пожаловался на то, что Лололошка действительно выгадал момент, когда Джона не было в сонном измерении, а другие спали и снёс жалкое подобие моста, который вёл к его островку. Может тому же Марку или Неверу это никак не мешало, но путь для Беренгария и Гимлина он таки отрезал. Джон мог только вновь сьязвить, заявив, что никто и так не посещал этот несчастный остров, так что смысла в мосте не было. С того момента Джон действительно напрягся. Для его черезчур общительной и любопытной копии было совершенно ненормальным осознанно изолироваться от других. Но в конце концов у него не было ни сил, ни интереса, чтобы идти к нему и пытаться узнать, чем же там страдает его альтруистичная версия. Третьим был Невер. Что действительно удивило его. Этот ворчливый ворон по его памяти ни разу не покидал свой главный островок, но вот, он всё же соизволил придти к нему. Невер был краток и мрачен, даже более угнетенный, чем обычно. Он говорил лишь о том, что слышал странные звуки со стороны острова Лололошки. Раньше это было нормально, так или иначе, но Ло был весьма умелым ремесленником, к тому же войном, поэтому с его острова то и дело шли звуки работы и тренировок. Вот только его остров был абсолютно бесшумен уже как пару дней и лишь сегодня там был слышен звук. И это не было привычный глухой звук от ударов пугала или мерный скрежет от заточки любимого тяжелого меча. Это было похожее на истошный вопль и приглушенные стоны боли. В этот раз Джон на нашёл сил язвить. Он молча посмотрел на ворона, но Невер уже развернулся и ушёл. Другой не искал помощи, он лишь пришёл уведомить об этом, оставив Джона наедине со своими беспокойными мыслями. И в конце концов на пороге его замка появлятся даже Марк. Багрянник смотрит криво и хмуро, крепкая ткань алой робы на его руке разорвана обнажив черную плоть. Крови нет и видно, что пострадала только одежда. Как ни странно, но даже чертовски огромное эго его расы отступило перед настоящим волнением и беспокойстве. Марк говорит кратко и мрачно, почти как Невер. Багрянник был единственным, кто действительно решил слетать на отрезанный остров, чтобы проверить Лололошку. Остров изменился. Недостроенный дом действительно обзавелся странной крышей из кучки разнообразных материалом, словно другой не строил, а баррикадировался. У дома появились двери, железные и будто бы укрепленные. Сколь бы Марк не стучал, ему так никто и не открыл. В конце концов, он даже несколько раз обошёл весь остров и слетал на другие. Так или иначе, но Лололошку он нашёл в его мастерской. Другой выглядел иначе, мрачно и злобно, он прикрывал свои грудь и всё же мягко попросил Марка уйти. Багрянник не собирался уходить так легко и в конце концов терпение другого лопнуло. Ло обнажил острый кинжал, купленный у Марка же. Неловкий и даже какой-то боязный выпад смог лишь порвать рукав его робы, но Багрянник всё же решил уйти, оставив взбешенного Ло одного. Джон в этот раз не находит никаких слов или даже выражения лица. Он помнил, что даже когда он раздражал Ло до белого коленья, другой никогда даже руку не поднимал. Опуститься до того, чтобы ударить оружием своего друга? Неслыханно для этого дурачка. Марк уходит и бросает на прощание лишь слова о том, что Джону стоит проверить Ло. В этот единственный раз JDH действительно решает прислушаться к совету фанатика.