Пепел

Я сидел на краю кровати, глядя в окно на город, который не менялся. Улицы были пустынны, лишь редкие машины проносились мимо, оставляя за собой световые полосы. Все вокруг оставалось прежним, но внутри меня что-то рухнуло. Вся эта неподвижная картина казалась чужой, как будто я оказался запертым в собственных мыслях. Оставалось лишь пустое эхо её шагов, которые давно стихли. Она ушла, уехала… Или умерла? Я не знал точно. Было ли это важно? Последние дни сливались в одно, словно зацикленная пленка. Я чувствовал, как всё горит внутри, как будто вместе с ней сгорел и я. Моя жизнь была серой массой, безликой и мрачной. Все, что осталось — это её последняя строчка в личке. В голове она звучала, как приговор, бесконечно повторяясь, как сломанная запись. «Я ж сказал, не лезь в мою мобилу», — мысленно повторил я слова, которые сам же ей кинул. Теперь эти слова казались такими глупыми, пустыми. Всё могло быть иначе, но... Она разузнала. Карина, Алина, Арина — имена, которые потеряли всякую значимость. Они были не больше, чем следы на песке, стёртые ветром. А она — она была океаном, который поглотил всё. «Ты изменял мне», — в последний раз услышал я её голос в своей голове. Она была права. Но я не любил их. Это было пустое, бездушное предательство. Сколько раз я пытался объяснить ей это? Сколько раз мы обсуждали всё это, пока наши голоса сливались в бесконечные обвинения? Но она не могла простить. И не хотела. Я встал, пошёл к окну и вгляделся в ночное небо. Её там не было, только темнота. Мимо проплывали облака, скрывая звёзды, словно они не могли вынести тяжести моих мыслей. Я пытался найти ответ — улетела она или умерла? Или просто исчезла? Было ли это важно? Может быть, она действительно сгорела, как спичка, от слишком сильных эмоций, от желания любви, которую я ей не мог дать. «Мы топчемся на месте», — сказал я однажды. Но для неё это не было пустыми словами. Она хотела большего. Она хотела тепла. И я не мог этого дать. Я забивал свои мысли граммами забытого мира, где проблемы растворялись в дыму. Но она не могла забыть. Каждый наш разговор становился бессмысленным. Каждый взгляд приносил боль. И вот теперь она ушла — или умерла. Что было проще? Не знал. Может, в глубине души я хотел верить, что её больше нет. Так было легче. Но легче кому? Мне? Я достал телефон и посмотрел на её последнюю строчку в личке. В голове снова всплыли обрывки её слов. Мы ведь когда-то были счастливы, делали нашу сказку. Лепили её из цветного пластилина, каждый добавлял свои цвета, свои формы. Но теперь эта сказка превратилась в бесформенную серую массу. И вот я остался один. Она ушла, уехала… или умерла. И с ней сгорела часть меня.