Абсурдная дедуктивная игра

С момента, как он пересёк овраг, Гуль начал двигаться быстрее четвёртой группы. Он уловил в воздухе лёгкий запах крови, смешанный с горечью дождевой воды. Среди этого кровавого запаха проскальзывал и другой — едва уловимый, но узнаваемый: особенный, присущий только жертвам. Он не мог его спутать ни с чем другим. — Здесь кто-то умер. Хоть дождь и смыл кровь, меня не обманешь, — Гуль остановился под деревом. Незаметно для него самого, иллюзия, скрывавшая тела, исчезла, и они предстали во всей своей жуткой реальности. Это были незнакомые, уже изрядно разложившиеся трупы. Странность заключалась в том, что из их лодыжек всё ещё капала кровь — как будто нескончаемая. Гуль поморщил нос. Его не интересовали настолько гнилые тела — он предпочитал свежие. А запах свежей плоти оборвался именно здесь, оставив только слабый след жертвы, уводящий глубоко в лес. — Значит, тело уничтожили? — с досадой нахмурился он. — Неужели после боя у победителя ещё хватило сил, чтобы унести труп… Возможно, это была засада. От того, что не удалось полакомиться свежей добычей, настроение у него слегка испортилось, но он не стал зацикливаться на этом. У него была цель поважнее. Его способности были просты: обострённое обоняние, бой, поедание мёртвых. Поэтому он плохо ориентировался в нюансах других дедукторов, хотя умственным типом его и не назовёшь. Для него всё было предельно ясно: если он не может найти Сина и Кошмар, тогда проще — убить всех остальных. Когда все мертвы — он обязательно станет победителем. Следуя за запахом жертвы, он ловко пересекал лес, с лёгкостью обгоняя осторожно двигающуюся четвёртую группу. И наконец, проходя мимо кладбища с могилами, заметил человека. Это был Лун Чжоу. Он, похоже, отдыхал, изредка переговариваясь по рации. Голос у него был слабый и утомлённый. На нём были следы крови. Он сидел, сжимая в правой руке пистолет, не отпуская его ни на мгновение. На вид Лун Чжоу был серьёзно ранен. Гуль спрятался за стволом огромного дерева и наблюдал. В его взгляде сверкнул холодный огонёк, и он насмешливо хмыкнул: — Ха, неужели они догадались, что я иду, и один из них решил прикинуться раненым, чтобы устроить засаду? Жаль только… здесь чувствуется не один живой. Он сразу понял — перед ним не один человек, а двое. Его обострённое обоняние позволяло различать запах жертвы и живых существ. В его восприятии за деревом прятался ещё один человек! — Как и ожидалось, засада. Наверняка они уже так убили одного из дедукторов… Это лишь доказывает, что эти двое не умеют сражаться в открытую, — подтвердив это, Гуль возбуждённо облизал губы. Он бесшумно начал обходить укрытие по дуге — цель была ясна: первым избавиться от того, кто в засаде, чтобы застать второго врасплох. Он тихо приближался… Спрятавшийся человек, похоже, что-то почувствовал — его дыхание стало резким и тревожным. Гуль успокоился и сделал более широкий обход. Вскоре ему удалось заметить цель. Точно — это был медик. За деревом, к которому прислонился Лун Чжоу, медик полуприсел, сжимая в руке нож, украдкой наблюдая за происходящим. Гуль, не теряя времени, бросился в атаку. Медик услышал, как шаги за спиной внезапно стали тяжелее, и обернулся. Гуль ожидал увидеть испуганное, растерянное лицо, но вместо этого заметил лёгкую, едва заметную ухмылку — ухмылку, выражающую удовлетворение от сработавшего плана. Веки у него дёрнулись — стало ясно, что всё не так просто. Он фыркнул и ускорился. Ему было всё равно, как именно его засекли. Если он достаточно силён в ближнем бою, то никакие засады его не остановят. Они недооценили его боевые способности! Его пальцы стали твёрдыми, как сталь, зубы заострились и стали мелкими, и он широко улыбнулся медику — в точности как хищник, рвущийся к добыче. [Получится ли у них устроить обратный удар? Может, и правда получится убить всех троих!] [Чёрт, он такой быстрый! Его физическая форма гораздо выше нормы — даже для нашей первой ступени разделения он чересчур крут. Недаром он — тот, кто стал подобием призрака]. [Объективно говоря, превращение в призрачное существо сильно повышает степень искажения личности. Очень легко самому превратиться в монстра, даже не успев пройти очищение. Но, блин, какие у него крутые параметры…] [Я хочу увидеть, как он всех троих завалит!] Пф-фшш. Словно в подтверждение надежд аудитории, жаждущей поворота, раздался чёткий и отчётливый звук — как будто что-то прорвало плоть и разорвалось. Твёрдые пальцы пронзили грудную клетку, сопровождаясь всплеском крови. Это было ощущение, слишком реальное, чтобы его игнорировать: тёплая кровь капала на землю, впитываясь в грязь, а напротив — пара глаз, полных недоверия. Карлос отступил на шаг. — Как… такое возможно… — когти Гуля остановились всего в нескольких сантиметрах от его груди. Сначала в глазах затаилось удивление, но когда он ощутил разрывающую боль в груди, удивление сменилось страхом. Он с трудом повернул голову… и увидел полупрозрачное, с сероватым оттенком лицо мертвеца. Это было лицо Фан Сяоюя — того самого оператора. Но в этот момент оно уже не было человеческим. Глаза были залиты сплошной чернотой, волосы доходили до плеч, а кожа отливала странным, неестественным блеском. У Фан Сяоюя были длинные, чёрные, острые ногти — даже страшнее, чем у самого Гуля. С той позиции, где находился Гуль, он видел: лицо противника было совершенно безжизненным. Одной рукой тот вонзился ему прямо в грудь и сжал пальцами всё ещё бьющееся сердце, а в другой держал китайский фонарь. В нём стояла бледно-белая свеча, пламя которой зловеще колебалось. [Ну вот, всё предельно ясно, без интриги]. [Какой там «один против троих» — он пришёл просто умереть. У Сина трансформация в призрака куда полнее]. [Вот бы узнать, насколько у него искажена личность... Как ему вообще удалось получить такую способность через жертву?] [Так вот какова его способность, полученная через жертву… Надо же, я думал, он играет роль закулисного тактика, а он, оказывается…] [Зомби!] [У него тоже способность превращения в призрака? Вот это неожиданно. Хотя, если вспомнить, в самом начале я принял его за персонажа, идущего по Падшему пути. А теперь ясно: он просто один из самых опасных на Отчужденном пути]. — Красота, Сан. Очень точно, — Карлос с преувеличенным восхищением хлопнул в ладоши. Он, конечно, мог и не отступать, но, глядя на Гуля, инстинктивно сделал шаг назад — просто ради большей безопасности. После использования белой свечи из набора «Слезы подземного мира» лицо Юй Сина затвердело, он не мог выражать эмоции. Но, услышав похвалу, кивнул и без колебаний сжал пальцы, раздавив бьющееся сердце. Зрачки Гуля затуманились, из уголка рта хлынула кровь. Когда Юй Син выдернул руку, тело с глухим «бум» рухнуло на землю. [Ваша охота завершена] Системное сообщение принесло Юй Сину краткое облегчение. Он был измотан, тело ослабло — для затяжной битвы он был не в форме. Вот почему он заранее спланировал двойной обман с Кошмар и Карлосом — чтобы, пока Гуль нападает на Карлоса, он смог нанести решающий удар. Он спокойно смотрел на мёртвое тело. Его взгляд был спокоен и холоден. Кошмар, сыгравшая в этом всего лишь второстепенную роль, опиралась на дерево. Повернувшись, она увидела, что произошло, и непроизвольно вздрогнула. Почему-то эта сцена показалась ей особенно реалистичной. Она даже могла представить себе, как Юй Син с таким же холодным лицом разрывает и её… Ах, как возбуждает! Она обязана преследовать его! Пока жива — будет лезть на рожон. Быть человеком — значит получать удовольствие от жизни. Юй Син, конечно, не знал, что происходит у неё в голове. Он убрал фонарь обратно в маску, и эффект зомби-трансформации постепенно исчез. Фактор нестабильности устранён. Впереди три дня — теперь можно спокойно исследовать сюжет.