Портрет

Лили не обманула: городок действительно был уютным и гостеприимным. Пока остальные устраивались в гостинице, Йона и Хак решили пополнить запасы, вооружившись списком продуктов, который им составил Юн. Вскоре в руках Хака оказалось несколько сумок с овощами и мясом, но этого было недостаточно, чтобы покрыть весь список. Йона задумчиво остановилась у прилавка с морковью. — Может быть, нам стоит взять больше моркови? — произнесла она, взглянув на Хака. — В прошлый раз она закончилась слишком быстро. — А хватит ли у нас денег на всё остальное? — спросил Хак, просматривая список покупок. — Всё-таки картофель и хлеб гораздо важнее моркови. Никто не заметит, если она закончится. — Ты прав, — согласилась Йона, расплатившись с продавцом и передавая морковь Хаку. — Давай сначала купим самое необходимое. Они продолжили свой путь, когда Йона заметила на стене плакат. На нём говорилось о том, что некий художник устраивает выставку своих картин. Йона слегка нахмурилась и коснулась пальцем подбородка. Имя художника показалось ей знакомым, но она не могла вспомнить, где слышала его раньше. — Хотите сходить на выставку, принцесса? — спросил Хак, тоже внимательно изучая плакат. — Не знаю, — честно ответила Йона. — Тебе не знаком этот художник? Мне кажется, я знаю его имя, но не могу вспомнить. — Янг-Чул… — задумчиво протянул Хак, глядя куда-то вдаль. — Мне кажется, я слышал это имя. Возможно, император Илл приглашал его, чтобы тот написал его портрет? Йона опустила глаза. Она вспомнила. Этот человек рисовал портреты её матери. Отец хотел сохранить её красоту и не пожалел средств на оплату художника. Йона с восхищением смотрела, как на чистом холсте появляются краски, а затем проявляется образ её матери. Он сумел запечатлеть малейшие детали её внешности, даже грустный взгляд смотрел, казалось, в самую душу После смерти мамы отец забрал все портреты в свою комнату, и Йона могла видеть их лишь изредка. — Давай закончим с покупками и сходим на эту выставку, — решительно заявила она. — Я вспомнила этого человека. Он писал портреты моей мамы когда-то. — Леди Каши? — Хак слегка нахмурился. — Кажется я припоминаю… Если так, то он может тебя помнить. Это может быть не безопасно. — Не думаю, что он может мне навредить, — покачала головой Йона. — Что если…Что, если он сможет написать портрет мамы по памяти? Или потрет папы… Взгляд Хака стал понимающе-сочувствующим. — Хорошо. Но тогда нам следует поторопиться с покупками. Йона кивнула.

***

Когда Йона поделилась своими планами с Лили, та сразу же решила присоединиться к ней, полагая, что им обеим просто необходимо немного отвлечься от повседневной рутины. Йона не стала возражать, ведь с Лили всегда было весело. Однако Йона не стала упоминать истинную причину того, почему она хотела посетить эту выставку. Ей не хотелось завышать ожидания ни у себя, ни у Лили. Они отправились по указанному адресу, где их встретила довольно скромная мастерская художника. Картины, развешанные по стенам, привлекали внимание своим разнообразием и качеством. Йона медленно обходила зал, внимательно рассматривая каждую картину. Ее взгляд задерживался на пейзажах Коуки. Она не могла не восхищаться тем, как мастерски господин Янг-Чул сумел передать красоту природы. Пейзажи будто оживали на полотнах. — Йона, взгляни! Какая красавица! Сердце Йоны сжалось от волнения. Именно на это она и надеялась. Хотя вероятность того, что обычный художник будет по-прежнему создавать образы из её прошлого, была невелика, ей так хотелось увидеть именно это. Йона подошла к картине. На неё смотрела её мать. Ошибки быть не могло. Эти грустные глаза, длинные тёмные волосы и шрам на лице — всё это было так знакомо. — Он действительно талантлив. Не упустил ни единой детали, — произнёс Хак, встав за спиной Йоны. Йона кивнула, ощущая, как на глаза наворачиваются слёзы. Когда её мама умерла, ей было всего шесть лет, и она очень скучала по ней. Лили с недоумением смотрела на них обоих. — Вы знаете эту женщину на портрете? — Это моя мама, — с трудом произнесла Йона. — Когда-то папа пригласил этого художника во дворец, чтобы он написал наш семейный портрет. Но вместо этого он создал множество полотен, на которых изображена моя мама. Взгляд Лили наполнился сочувствием, и она обняла Йону. — Я вижу, вам понравился портрет покойной императрицы, — раздался голос позади них. Йона оглянулась и увидела господина Янг-Чула, который выглядел так же, как в детстве. Невысокий, полноватый мужчина с добрым лицом, в очках и с лёгкой лысиной. Его удивление выдало, что он тоже узнал её. — Ваше высочество, — он преклонил колено перед ней. — Ваша красота затмила красоту вашей матери. Йона подошла к нему и помогла подняться. — Не стоит кланяться, господин Янг-Чул, в данный момент я уже не наследница престола. — И всё же, вы принцесса Йона, — улыбнулся он ей. Йона почувствовала, как её сердце наполняется теплом и благодарностью к этому человеку, который все эти годы заботливо оберегал воспоминания о её матери. — Благодарю вас за то, что вы не забыли о моей матери, — искренне поблагодарила его Йона. — Красота вашей матери поразила меня в самое сердце, — смущенно рассмеялся мужчина. — За свою жизнь я продал множество портретов, но только с этим так и не смог расстаться. Видимо, он ждал вашего прихода, принцесса. Йона немного помедлила. В её просьбе не было ничего страшного. Для такого талантливого художника не составит труда нарисовать новый портрет. — Могу ли я… могу ли я забрать этот портрет? Я могу заплатить вам за него. — Для меня будет честью, если вы заберёте его. Но не нужно денег. Возможность написать ваш портрет — это гораздо большая ценность для меня! Йона смущенно почесала шею. Она никогда раньше не позировала для художников. Разве что для семейного портрета, но тогда она просто сидела на руках у матери и ничего не делала. — Соглашайся, Йона, это же отличная идея! — с энтузиазмом воскликнула Лили. — Вы только рисуйте её как она есть, не стоит льстить её глупому лицу принцессы, — хихикнул Хак и тут же получил тычок локтем под рёбра от Йоны. Она улыбнулась. — Давайте попробуем.

***

Йона ощущала себя немного неловко, когда господин Янг-Чул начал писать её портрет. Она никогда раньше не позировала для художника, и это был её первый осознанный опыт. Тогда, во время создания семейного портрета она просто сидела на коленях у матери, а затем её быстро отпустили поиграть с Хаком и Су-Воном. Теперь же ей предстояло провести целый час, не двигаясь и сохраняя одно выражение лица. Это было бы гораздо легче, если бы Хак своими шутками и пантомимами, как обычно, не вызывал у неё смех или раздражение. Тем не менее, результат превзошел все ожидания. Портрет получился невероятно выразительным, хотя и немного грустным. — Это невероятно красиво, — произнесла Йона с улыбкой. — Удивительно, портрет кажется даже красивее оригинала, — поддразнил её Хак, и Йона бросила на него обиженный взгляд. — А мне нравится! — воскликнула Лили. — Могу ли я нанять вас, чтобы вы написали мой портрет? Господин Янг-Чул слегка поклонился ей. — Конечно, госпожа, — ответил он. — Для меня будет честью написать портрет подруги самой принцессы Йоны. Затем он подошёл к стене и снял портрет матери Йоны, чтобы передать его ей. — Большое вам спасибо, — с искренней благодарностью произнесла Йона, прижимая портрет к груди. — И вам спасибо, принцесса. Надеюсь, мы ещё увидимся. Они поклонились друг другу, и Йона, Лили и Хак покинули мастерскую художника.

***

Портрет был установлен на самом видном месте в номере Йоны и Лили. Йона, сидя перед зеркалом, неторопливо расчёсывала свои непослушные волосы, наблюдая за Лили, что с интересом разглядывала портрет. — Извини за вопрос, но откуда у твоей мамы этот шрам? — спросила Лили, не отрывая взгляда от картины. — Ничего страшного, — мягко ответила Йона. — Мама была жрицей в храме, и однажды кто-то устроил поджог. К сожалению, никто не смог спастись. Но папа, не раздумывая, бросился спасать маму и смог вытащить её из огня. Именно тогда она и получила этот шрам, а после этого случая они с папой поженились. Это было задолго до того, как папа стал императором. — Как романтично! — вздохнула Лили. Йона улыбнулась, продолжая расчёсывать волосы. В её глазах мелькнула тень грусти, а сердце вновь больно сжалось от грусти. Лили, заметив эту мимолетную перемену, подошла ближе и обняла Йону за плечи. — По крайней мере, у тебя теперь есть её портрет, — сказала она, нежно поглаживая Йону по спине. — И я уверена, что твои родители любили друг друга больше всего на свете. Йона кивнула. Её родители действительно любили друг друга. Отец все эти годы горевал по ней, стараясь одновременно быть хорошим отцом. У него не очень получалось, но Йона всё равно была благодарна ему за попытки. Йона ещё раз взглянула на портрет своей матери, и грустно улыбнулась. Она чувствовала, как тёплые воспоминания о матери согревают её душу. Вот только взять его с собой в путешествие она не могла. Ей не хотелось испортить его где-то по пути. — Ты можешь сохранить этот портрет? — спросила она. — Я не хочу, чтобы с ним что-то случилось, пока мы будем в пути. Лили кивнула, глядя на неё с сочувствием. — Конечно, я сохраню его, — ответила она, улыбнувшись. — Ты можешь полностью на меня положиться. Он будет надёжно храниться в моём дворце. А когда придёт время, ты сможешь забрать его обратно. Йона почувствовала, как её душа согревается от её слов. — Спасибо, Лили, — прошептала она, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. — Ты всегда была рядом, когда мне было нужно. — Всегда рада помочь! — улыбнулась Лили, вновь обнимая её. Хотя на сердце у неё всё ещё было тяжело, Йона чувствовала себя счастливой. У неё были замечательные друзья.