Забудь

      Быстро пробежав через раздевалку, проскользнув сквозь охранницу, он оглянулся назад. Тот не отставал, был в паре метров, надеясь всё-таки узнать интересующие его воспоминания. Выскочив из школы, Вару бегом ринулся за её угол, где камер не было, не обращая внимания на ливень. Он не хотел говорить. Не хотел рассказывать и вспоминать, что было тогда. Он знал, что Пик не отступит, это и пугало. Никому никогда не была настолько интересна его жизнь. Никому кроме того, кто сейчас лежит в тёмном парке, в гробу, куда сам Вару приказал его положить. Он был первый и последний. Вару никогда не хотел бы повторить этот опыт. Ему хватило и одной смерти, ему хватило страданий, он не хотел больше чувствовать. Он знал, чем это может обернуться. Он знал, что не сможет сбежать от этого. Вару ни к кому больше не хотел привязываться, потому что оборвать связь и не упасть в пропасть бывает очень сложно. А столько мучатся перед смертью он уж точно не хочет. Ну, или просто успокаивает этим себя…       Он устал от этого. Те воспоминания, те чувства. То, что было три года назад. Всё, что он старательно пытался забыть, стереть из своей памяти. Но настоящую боль не сотрёшь, не смоешь былые чувства, не уберёшь те моменты. Всё это будет вечно преследовать его. До конца жизни, до тех пор, пока сознание не покроет вечная тьма. Всегда, пока он жив он будет помнить, как бы ни хотел забыть. Потому что память штука сложная. Она помнит то, что помнить не обязана, а забывает самые нужные вещи. Например то, что Пик вообще-то бежал прямо за ним, и скрыться от него было почти невозможно.       Никапельки не устав, Пик остановился перед Вару, твёрдо смотря ему в лицо, по которому стекали капли дождя. Он знал, что Вару не ответит, но его это останавливало. Он продолжит спрашивать, пока не докопается до правды. Потому что она важна для него. Так же, как и важен этот упрямый парень, что решительно против любых подробностей. Пик знал, что на его месте делал бы тоже самое, но сейчас ему было жизненно необходимо узнать эти обстоятельства. — Расскажи мне про себя, — Пик прижал его к стене, не давая уйти. — Нет. Тебе не нужно этого знать. Моё прошлое касается лишь меня, — Вару и не пытался вырваться, но отвечать явно не собирался, — ты ничем не сможешь мне помочь, лишь себе хуже сделаешь. — Почему ты так в этом уверен? Ты ведь даже не пытаешься! — Пика начинало это злить. Он ведь и не предлагает помощь, лишь просит рассказать. — Потому, — он вдруг опустился вниз и быстро проскользнул меж ног Пика, устремляясь вниз, в раздевалку, где толпа людей скорет его. — Не думай, что так легко уйдёшь от меня, — продолжил Пик начатый диалог, делая вид, что только что не бегал за ним по школе. — Я и не надеялся, — редко можно было увидеть у Вару эмоции, однако сейчас он прямо пылал раздражением. Что ж, у Пика просто талант выводить его на эмоции. — Тогда скажи нормально! Разве так сложно? — он знал, что сложно. Но сказать что-то другое он не мог. — Очень, — Вару резко развернулся к нему лицом, — Сказав тебе это, я должен довериться. Получится, что я доверяю тебе, что готов излить душу. — А ты не готов? — Нет. Найти хорошего человека так же трудно, как и потерять его. Я сделал это уже один раз. Больше я просто не смогу, — он прикрыл глаза под очками, прислонился к стене. — Сможешь. Да и почему ты так уверен, что потеряешь меня? Я умирать не собирался и на машинах не езжу. — Умереть можно вообще в любую секунду, — коротко ответил Вару и тут же перебил Пика, который только что открыл рот, — Я не пессимист. Смотри на реальность трезво. Это правда. Да и… Скорее ты меня потеряешь, чем я тебя. — Ты так уверенно планируешь собственную смерть? — Пик поднял бровь, ничуть не удивившись. — В каком-то смысле да. Тебе вообще незачем следовать за мной. — Чего ты за меня так волнуешься? Тебе же вроде плевать было, нет? — Пик знал, что ответить на это будет сложно. Если у Вару не получится, есть шанс пойти на контакт. — Я… Считай, что плевать, — чуть замялся парень, проклиная мегамозг Пика, который всё просчитал. Ответа и правда не было. Он не понимал, зачем всё ещё общается с этим парнем. Почему ещё не послал его с хладнокровным выражением лица, совершенно не волнуясь о чужих чувствах? Почему позволил подойти так близко, что стало слишком поздно отгонять? Почему только с ним просыпаются забытые эмоции? — Я ценю хороших людей как факт. Ты хороший человек. В том смысле, который имею в виду я, а не общество, — поправился он, видя насмешливую улыбку напротив. — Допустим, я хороший. Это не мешает мне доверять тебе и наоборот. Не причина скрывать. Я ведь могу помочь. Неужели этот мир настолько плох? — Не представляешь насколько. Повезло тем, кто об этом просто не знает. Они найдут себе счастье и всё прочее. А мне тут уже незачем быть. Жду подходящий случай, — еле слышно фыркнул, зная, что эти попытки его переубедить ничего не дадут. — Ты не хочешь дать себе шанс быть счастливым. Не хочешь дать другим шанс помочь тебе. Почему бы просто не попробовать? Дай себе шанс, — Вару снова оказался прижат к стене, но уже с меньшей силой. — Зачем? Я не хочу. Это отнимет слишком много сил. Люди, которые говорят, что счастливы, либо везунчики, либо потратили дофига времени, чтобы добиться счастья. Да и что оно. Счастье это? У человека должна быть определённая цель, то самое счастье. То, к чему он стремится. А мне не нужно, мне достаточно было того, что я испытал три года назад. Повторять не хочу, — Вару тихо шептал, полностью уверенный в своих словах. — Я ведь не прошу тебя любить меня, — Пик слегка поморщился, — даже дружить не предлагаю. Лишь хочу узнать. И… Да, я хочу помочь. Просто поддержать хотя бы. — Люди никогда не помогают просто так. Не знаю, что нужно тебе, но не хочу рассказывать. Доверие, знаешь ли, чревато привязанностью. — И что? Это будет лишь мой осознанный выбор, просто расскажи. Тебе же легче будет. — Не будет. Будет хуже. Шагая в пропасть, я буду знать, что либо разрушу жизнь тебе, либо вообще лишу. — И, зная это, всё-таки шагнёшь? — Пик совсем не понимал его. Как можно рушить собственную жизнь, зная к тому же, что оставляешь на земле того, кто не справится без тебя? — Ты не понимаешь. То, что испытал я — не самое худшее, что могло произойти. Но мне и этого хватает. Я просто не вижу смысла идти дальше. — Что испытал? — Я не идиот. Если я сказал, что не расскажу, значит, не расскажу. — Какой ты упрямый… — Тогда отвяжись! — Я не хочу. Я хочу тебе помочь. Я хочу разобраться, что случилось тогда, три года назад. И вообще… — Пик твёрдо смотрел ему в лицо. Вару снова подумал о побеге, но решил остаться. — Ничего особенного. Я рассказал уже. Столкновение, авария, ДТП. Как тебе ещё назвать? Умерли и всё. Тебе же это ничего не даёт. — Не даёт. Ты не говоришь нужное. То, что ты чувствовал. То, что повлияло на тебя. То, почему ты сейчас планируешь свою смерть, словно это прогулка после уроков. — Ты не понимаешь… Не представляешь, какого это чувствовать, что единственный человек, которому было не плевать, мёртв! — с губ сорвалось тихое шипение, Вару откинул голову к стене, закрывая глаза, — Это ужасно! Такое чувство, будто умер сам ты. Что остался один на один с собой. Как тень ходишь, не принимая его смерти. Это чертовски больно, я не хочу испытать это снова. Легче смотреть на людей без эмоций и не думать, что они чувствуют. Тогда будет совершенно всё равно на их жизнь или её отсутствие, — голос вновь стал ровным, по лицу стекали капли. Казалось, слёзы, но когда он правда плакал в последний раз?.. — Тогда почему тебе на меня не плевать? Почему ты не послал до сих пор, почему позволяешь мне быть здесь? Я знаю, ты можешь ударить не хуже меня, оторваться, уйти навсегда. Ты можешь сделать так, чтобы я не лез к тебе. Но почему не сделал? — Пик чуть сильнее сжал его пальцами. Вопросы были чёткие, прямые. Он словно знал, что ответить и как. Вару не хотелось отвечать на них. Пик копал там, где не стоило. — Могу, — он легко согласился, лихорадочно соображая, как бы слезть с темы, — но не хочу. По крайней мере, пока что. Если ты не перестанешь расспрашивать, начну действовать, — он говорил твёрдо и уверенно, прекрасно зная, что ничего делать не будет, — Ты не поймёшь меня. Давай, просто закончим этот разговор, ладно? — Ты… Прав. Я не могу понять тебя. Но разве тебе не стало легче, раз уж ты рассказал мне? — Пик легонько выдохнул. Казалось, у него начало получаться. Заканчивать он явно не собирался. — Легче? Нет. Знаешь, мне кажется, ты идёшь в тупик. Рассказав тебе, я лишь быстрее захочу покинуть этот мир, — Вару надеялся, что на него это подействует. Снова чувствовать эмоции было очень тяжело, слишком легко запутаться, — И ты останешься один. Тебе не жалко самого себя-то? — Нет. Я правда хочу понять. Почему ты желаешь смерти, почему тебе плевать на жизнь, почему в твоих глазах нет стремления к счастью, а на руках старые шрамы, — он приблизился к его лицу, — И я узнаю. Чего бы мне это не стоило. — Мы не пара. Даже не друзья. Назвать нас знакомыми трудно. Разве тебе не должно быть плевать? — Помолчал, видя, что Пик не собирается отвечать на этот вопрос, — Последний раз, когда мне так говорили, я поддался. Я рассказал. А тот, кому я рассказал, лежит в гробу уже третий год, и меня это не сильно утешает. В этот раз уйду уже я. Неужели ты хочешь оказаться на моём месте? — Я не знаю. Но я не против тоже оказаться в гробу, если ты расскажешь мне всё, — он говорил, а перед внутренним взором стояли его глаза. Без очков. Те, что он увидел совершенно случайно, и теперь они не выходили из памяти. Те глаза, в которых не было огонька жизни. — Я не хочу мучать себя или тебя. Либо я умру один, либо умрём мы оба. Ты уверен, что хочешь оказаться на его месте?       Повисла мрачная тишина, нарушаемая лишь громким стуком дождя об асфальт. Вару уже жалел о своих словах, но вернуть их не мог. Оставалось только ждать ответа и боятся, что он будет положительным. Ведь тогда его опасения подтвердятся, а это значит… Пик помедлил. Ответить положительно, значит, добровольно признать собственную привязанность. Не ответить — соврать. Надо подумать, но… — Неужели бы что-то изменилось, будь я на его месте? — спросил, не подумав, тут же замолчал, проклиная себя за необдуманные слова. — Я… — ужаснулся, понимая, к чему может привести этот диалог. К тому, что он боялся повторить. Потому что слова имели сразу два смысла, и одного из них Вару боялся, что было для него большой редкостью, — Забудь! — резко приказал он, отодвигая его руку от себя и уже жалея о своих словах, — Забудь и не вспоминай. — Ладно… Мы оба забываем этот разговор. Ничего не было, — согласился Пик, отходя от него, с сожалением понимая, что в этот раз сблизиться достаточно не получилось. Впрочем, у него впереди вся жизнь, и он сделает всё, чтобы вернуть Вару в неё.       Парни двинулись к выходу из школы молча. Они мысленно поклялась к себе забыть и не вспоминать… И вот, что странно. Оба и правда забыли этот разговор, словно и не было его никогда. Осталось лишь ощущение, что тему эту больше не стоит трогать. Наверное, потому что не хотели портить шаткие отношения. Я, может быть, виной тому была высокая, чёрноволосая женщина, что наблюдала за ними из-за угла?..