Что означает пион?

Начало осени. Листья на деревьях желтеют и опадают, ветер уже не такой тёплый какой был летом... Солнце медленно садилось, на облачные глубины опускался вечер. В окнах Цзинши второго нефрита клана Лань был виден тусклый свет от свечки. В помещении была практически гробовая тишина, прирываемая лишь шорканьем кисти о пергамент и шелестом страниц. За столом сидел Лань Сычжуй, переписывая правила клана на пергамент. Это было задание для юных адептов... Благо нужно было переписать не всё правила, а только небольшую часть. Что же касательно обучения... Юань был лучшим из всех мальчишек которые обучались вместе с ним. Ещё два года назад Сычжуй начинал изучать основы заклинательства, хотя Ванцзы был против, хотел чтобы он оставался ребёнком подольше... Но тот не унимался, продолжая упорно ходить в библиотеку, изучая основы заклинательства и не только. И если раньше Цижень относился к ребёнку скептически и отказывался признать его как сына своего племянника, каждый раз вспоминая о его происхождении, то сейчас он был гордостью для мужчины. Но, вернёмся к повествованию. Хангуан-Цзюня в цзинши не было. "Ушёл. Буду поздно. Меня не жди ложись спать." — Вот такую записку нашел Сычжуй когда вернулся с занятий. Мужчина редко выражал свои эмоции и заботу о мальчишке, но, все же Юань знал, что отец его любит. Учитывая то что со стены пропал гуцинь, он сделал вывод о том что Ванцзы ушел играть распрос. Это был уже не первый раз когда отец так уходил, каждый месяц было одно и тоже. На вопросы о том чью душу он пытается призвать, мужчина не отвечал. А Юань уже и не пытался узнать. Единственное что он понимал, так это то, что тот человек явно был важен. Тихий вздох сорвался с губ юноши. Он отложил пергамент в сторону и опустил голову на сложенные руки, прикрывая глаза. –Всё, это была последняя страница… Мальчишка взял в руки книгу из которой переписывал правила, перелистывая страницу за страницей. Это была не одна из книг библиотеки, а сшитые вручную записи которые юноша взял в комнате Лань Чжаня. —Красивый подчерк. Внимательно рассматривая записи, Сычжуй почувствовал что здесь было что-то не так. Порыскав на столе он нашел записку и стал переводить взгляд с нее на страницы и обратно. Это писал не Ванцзы, хотя юноша был более чем уверен, что это его работы. У него другой подчерк. Тоже аккуратный, но другой. Тогда чьи записи хранил у себя в комнате второй нефрит клана Лань? Пролистав ещё несколько страниц юноша замер. Между страниц был бережно вложен высушенный цветок. Пион. Он осторожно взял цветок в руки рассматривая его внимание. Скорее всего он находится там в роли закладки. Взгляд Юаня упал на страницы оттуда он взял цветок. Он лежал окурат на строчках где говорилось о значении лобной ленты. Поверх записей было исправление красными чернилами... Привычный текст "Лобной ленты не может касаться ни кто кроме родителей, жены и детей" был исправен на "не может касаться тот, кто не предначертан судьбой". И что удивляло ещё больше, исправление было явно сделано Лань Чжанем. –Да что здесь происходит...? Взгляд мальчишки упал на засушенный пион и он вложил его обратно в книгу, решив убрать ее на место на всякий случай. –Думаю я не должен был это видеть. – Произнес юноша самому себе, убирая записи на полку в комнате отца. –Что ты не должен был видеть? Сердце казалось остановилось и ушло в пятки в этот момент. Мне конец, хорошая была жизнь длиной в семь лет... Позади мальчишки стоял Хангуан-Цзюнь, наблюдая за тем как ребёнок стоял на носочках и убирал записи Те выпали из детской ладони, удачно упав на полку так как они и лежали изначально. Ноги Юаня уже дрожали от того что он стоял в таком положении, но, пошевелиться было страшно. В следующий момент он ощутил как на его плечо легла чужая ладонь и его тут же развернули в другую сторону лицом. Ванцзы опустился на колени перед ребёнком, чтобы быть с ним на одном уровне. –А-Юань, почему ты не спросил разрешения прежде чем брать что-то в моей комнате? –Я не хотел сделать ничего плохого, я просто искал сборник правил, но... – Мальчишка нервничал и стал заикаться, сжимая в ладонях рукава своей одежды. В следующий момент он уже оказался в объятиях своего отца и тихо вздохнув уткнулся в его плечо. Лань Чжань молчал. Он не знал как и что сказать. Каково это быть отцом, как воспитывать ребёнка... Он не знал, и даже представить ему было сложно. Он не хотел воспитывать Сычжуя так, как его воспитал дядя. Что бы сделал сейчас он? Что бы он сказал ребёнку? У него всегда получалось находить правильные слова при разговоре с ребёнком... –Папа... – Неуверенно начал мальчика, чуть отстранившись и взглянув на Ванцзы, – А что означает пион? –Не бери в голову...

***

–Хангуан-Цзюнь, и ты морочил голову нашему мальчишке все эти несколько лет? Ты бы хоть что-нибудь сказал, ребёнок то голову ломал все это время! Старейшина Илин не мог перестать смеяться, выслушав слова своего сына и параллельно с этим наблюдая за реакцией мужа, на воспитания Сычжуя о том что произошло тогда. –Я ведь правда понять не мог что это все это значит... Чего ты смеёшься? –А-Юань, я над отцом твоим смеюсь. Кто бы мог подумать, что Хангуан-Цзюнь будет... Усянь не успел договорить, как его схватили за запястье и притянули к себе. Лань Чжань смотрел в глаза своему мужу, в то время как его уши стремительно становились красными. Вей Ин усмехнулся, приложив голову к его плечу и подмигнул Сычжую. –Молчу-молчу) ...

А потом Сычжуй ушел и они... Кхм.

Каждый день, значит каждый день.

У меня всё, всем спасибо.