Мой любимый злодей

Кён Ми не решалась сказать Хёнджину кое-что. Она задумала это ещё утром, когда только-только открыла глаза. Ей захотелось увидеть рядом с собой парня, с которым у неё начались самые настоящие отношения. Кён Ми улыбнулась, погладила вторую подушку, лежавшую рядом. На этой подушке должен спать Хёнджин. Она представила, как гладила бы с утра его длинные волосы. Вдруг её фантазии метнулись в иное русло. Она вообразила, как бы поднялась и села на пах Хёнджина, и они бы закончили то, что случилось у него в автомобиле. Нужно было вставать, мчаться на автобус, но Кён Ми ни в какую не хотела. Она думала о его пальцах, проникающих глубоко… Не промокнуть бы от таких фантазий. Кён Ми встала, оделась, позавтракала и поехала на работу. Они пересеклись взглядами. Кён Ми повесила куртку, переодела обувь. Когда поднялась, Хёнджин поцеловал её в щёку. Он будет для неё самым лучшим парнем! Кён Ми уже чувствовала, что сама судьба связала их сердца. — Переночуй сегодня у меня, — сказала Кён Ми, взяв его за рукав пиджака. — Хочу показать тебе что-то милое… Хёнджин почувствовал, как сантиметр за сантиметром его лицо становится краснее, как вдруг в помещении, в их маленьком кабинете, стало жарче. Он спрятал руку в кармане пиджака, и на его ладони появилась золотая звёздочка. — Это для тебя, — сказал Хёнджин. — Для тебя, потому что ты и есть моя звёздочка. Он надел кулон на её шею. — И, конечно, я хочу у тебя переночевать. — Привет вам, влюблённые вы мои, герой и злодей, — поздоровался с ними Минхо. В руках он держал какую-то толстую книгу, в тёмно-коричневой обложке. — Не хотел вас расстраивать, но придётся. — Не надо, — запротестовал Хёнджин. — У нас хорошее рабочее настроение. — Извините, но я должен предупредить, — сказал Минхо, отодвинув в сторону бумажки на столе Хёнджина. На расчищенное место он положил книгу. Вот это кирпич! Хёнджин присвистнул. Откуда такая книженция у Ли Минхо? А-а! Точно! Он же его начальник. Наверное, притащил из своего архива. У Хёнджина появилось плохое предчувствие насчёт этой книги. — Здесь собраны сведения о способностях героев и злодеев и… сейчас покажу вам кое-что. Он перевернул вперёд несколько страниц. — Вы хорошая пара, но в дальнейшем вам будет не сладко. Герою и злодею можно быть вместе, это не запрещено, нигде не прописано, что вы не можете встречаться, любить друг друга, скрывать свои отношения. В истории таких парочек, как вы, было много. Им было тяжело из-за того, что порой злодеи уничтожали героев и наоборот, смотреть на то, как друзья твоей девушки-злодея убивают героев одного за другим — ещё то зрелище. Такие парочки часто распадались, не могли терпеть жестокие порядки. Сейчас времена другие, мы не убиваем друг друга, а стараемся помогать по возможности, объединяемся против общего врага. Посмотрите на эти две страницы. Здесь рассказывается о действии прибора, лишающего способностей. И сказано, что, воспользоваться этим прибором могут только герой и злодей, у которых крепкая связь. Иными словами, которые любят друг друга искренне. Когда я узнал, что Кён Ми злодей, понял, что речь идёт о вас. Вы найдёте этот прибор, и вы положите конец тому, что грядёт. Пауки — это только начало, будут монстры похуже. Правда, есть одно «но»… и вот это самое страшное для вас, — он посмотрел сначала в глаза Хёнджина, потом в глаза Кён Ми. Она вздрогнула. Что это за взгляд у Минхо? Он отошёл в сторонку, пропустив их к книге: пусть сами прочитают о своей судьбе. Кён Ми невнимательно пробежала глазами по тексту, зацепившись за слова «один», «умрёт», «жертва», «сила». Второй раз прочитала внимательно и чуть в обморок не упала. Хёнджин схватил её за кончики пальцев, потом взял за руку и вернул в вертикальное положение. Он так же, как и она, испугался предсказания, если это было оно. Остаток дня они еле доработали. Лучше бы Минхо не показывал им книгу. Они найдут прибор, и кто-то из них провалится в бездну. Хёнджин, чтобы хоть как-то поднять настроение, предложил Кён Ми взяться за руки, когда они шли на стоянку. Кён Ми успокоилась, спрятав ладонь в тёплой руке Хёнджина. Настроение ей поднял и кулон, мерцающий на груди. Хёнджин наверняка выбирал его долго, старался найти что-нибудь красивое, но не сильно замысловатое. Они сели в автомобиль, Кён Ми пристегнулась. Хёнджин прильнул к её щеке губами, прошептал горячо: — Не думай об этом. — Угу. Она была напряжена, пока не очутилась у себя дома. По дороге Хёнджин разок остановился, чтобы взять из своей квартиры пижаму, не будет же она в трусах спать, да? — А почему нет? — удивилась Кён Ми, когда он сказал ей об этом. — Мы же встречаемся. Мне было бы интересно посмотреть на твою коллекцию трусов, — она прыснула со смеху, взяв Хёнджина за руку. Он завёл автомобиль, высвободил свою руку и сказал строго: — Пока не время на неё глазеть. Там парочки экземпляров не хватает. Докуплю — посмотришь. — М-м! — улыбнулась она. — Жду. Но я всё-таки посмотрю, какие трусы на тебе. Сегодня. Перед сном гляну, когда из душа выйдешь. Выходи в трусах. — Я стесняюсь! — воскликнул Хёнджин. — Очень стесняюсь. — А когда-то хотел, чтобы я тебя раздела и выпорола. Когда же это случится?.. — Когда-нибудь… После лёгкого ужина Хёнджин занял ванную: Кён Ми уговорила его идти первым. Он помнил о её просьбе и краснел. Как он выйдет к ней в трусах с бананами? Если бы знал, что она такое загнёт, то захватил бы с собой однотонные боксёры или брифы. А это что? Бананы! Хёнджин чертыхнулся, закрыв дверь ванной. Кён Ми ждала его возле двери. Она безумно хотела увидеть! — Плохо, да? — спросил Хёнджин, боясь посмотреть на трусы с бананчиками. — Знаю, не сексуально и всё такое… схватил первые, которые попались под руку… — мямлил он, заливаясь краской. — Мне нравится! — заявила Кён Ми. — Я думала, банальщину наденешь, а тут… — глаза у неё загорелись то ли от смеха, то ли от предвкушения чего-то. — Это, если что, не намёк на… — Хёнджин сделал кружок из большого и указательного пальца и вставил в него указательный палец другой руки. — Это просто трусы с бананами. Просто. И только!.. — Просто, значит? — спросила Кён Ми, наступая на него. — Заметь, про это… — она повторила жест. — Я ни слова не сказала. Она коснулась носом его шеи. — Пахнешь вкусно. Обалдеть. — Э-это… гель такой у меня… вкусно? — Ага… — она лизнула жилку на его шее. Схватила Хёнджина за яйца, подмигнула. — Т-ты что это?.. — изумился он. — Не думал, что захочешь. — Почему? Могу и захотеть, — она погладила нежно-нежно своими тонкими пальцами. Хёнджин почти улетел от этой ласки. Он схватил Кён Ми и сказал: — Прости. Давай не сегодня. У меня не то настроение. Он поник. — Бананы — это смешно, но мне не до смеха. Я не могу… Кён Ми прижала к его губам палец. — Поняла. Она обняла его. — Я по твоему взгляду поняла, о чём ты на самом деле думаешь. Она думала о том же, когда мылась в душе, когда одевалась после него и шла в спальню. Хёнджин стеснялся ложиться на кровать без неё, он сидел на краю и перечитывал журналы их издательства, которых у Кён Ми была целая стопка. Читать было интересно: Хёнджин и забыл, как писал статьи для самых первых номеров. Тогда он только приступил к геройствам. Ему поручали мелкие, несложные миссии, вроде поймать воришку, проследить за возможным убийцей… потом миссии стали сложнее. Он сражался со всякими тварями: гигантскими летучими мышами, злодеем-маньяком, но с ним он один бы не управился, помогал Минхо и другие герои. — У тебя и пижама с динозаврами? Это очень мило, — сказала Кён Ми, сев рядом с ним и взяв его за руку. Хёнджин вернул журналы на полочку. Улыбнулся, погладив Кён Ми по коротким волосам. Она закрыла глаза, притворилась кошечкой. Хёнджин заобнимал её, поцеловал несколько раз в щёчки. Они накрылись одеялом. — Теперь и у меня дома живёт чудесный динозаврик, — произнесла Кён Ми, взяв с подушки зелёного, с жёлтыми треугольничками, динозаврика и показав его Хёнджину. Она обняла Хёнджина вместе со своим зелёным другом, которого прижала к щеке. Хёнджин гладил Кён Ми по волосам, причёсывая их пальцами. — Динозаврик хочет, чтобы ты нас поцеловал, — прогнусавила Кён Ми, потёршись о руку Хёнджина мордочкой динозаврика. — Мы хотим, чтобы господин Хван стал тёплым и милым… Хёнджин… — она подняла на него упрашивающий взгляд. — Пожалуйста… один поцелуй… — она приподнялась, поравнялась с его лицом, закрыла глаза. Он коснулся её губ нежно, она заулыбалась. — А теперь динозаврика так же, — играючи сказала Кён Ми. Он чмокнул его в мордочку. — Давай спать, — с улыбкой в голосе сказал он. Хёнджин не смог заснуть. Кён Ми слышала его быстрое сердцебиение. Он поднялся и вышел на балкон. Кён Ми пошла за ним. — Думаешь о том, что было написано в книге? — спросила она, тронув его холодную ладонь. Хёнджин взял Кён Ми за руку, слабовато улыбнулся, это была даже не улыбка, а её тень. Кён Ми встревожилась. С ним происходило что-то неладное. Он наклонился к её голове, упёрся в неё лбом и проговорил тяжело: — Послушай… я не знаю, что будет, когда кто-то из нас лишится силы… никто не знает, как действует этот прибор… Может случиться так, что… — Не говори этого, — прошептала Кён Ми очень тихо, схватив его за рубашку на груди. — Этого не будет! — выкрикнула она ему в лицо. — Слышишь? Ты бесил меня сначала, да и сейчас бесишь… не так сильно… но… я не хочу потерять тебя, Хёнджин, — сказала она, покрутив головой. — Не хочу. Поэтому не говори таких страшных слов… — Но я скажу всё-таки, — произнёс он, по привычке убрав с её лица парочку тёмных локонов. — Если этот прибор воздействует не так, как мы думаем, если он выберет меня, заберёт мои способности, и я… Она сжала кулачки на его груди, сделала печальные глаза и заплакала. Зачем он такое говорит? Жестокий! Хёнджин обхватил её кулачки своими ладонями и продолжил: — Заберёт мою силу и отдаст её тебе, уничтожь злодея ради меня. Я жил больше не для того, чтобы достать прибор, а для того, чтобы победить зло, угрожающее всему нашему миру. Пусть я и не увижу, в какой форме оно существует, но я хотя бы буду уверен, что ты, моя звёздочка, — он радостно посмотрел на золотой кулон, — победишь. Выполни мою просьбу, пожалуйста. — Почему ты так уверен, что сила достанется мне? — У меня предчувствие. Я ему верю. И в книге так было написано, что сила героя наполнит злодея. Это пророчество. — Нет, Хёнджин! Нет! Мы же только-только начали встречаться, а ты придумал, что скоро покинешь меня! Я не верю тебе! Не верю пророчеству! Это всё — ЕРУНДА! Ни за что не поверю ни одному слову в этой дурацкой книге, — она заревела. — Я, может, люблю тебя… хочу детей… от тебя… а ты… тыыыыыы… хочу побить за такие мысли! — пригрозила она, толкнув его кулачком в грудь, а потом в руку и в живот. Хёнджин молча вытерпел её удары и резко обнял Кён Ми. Она не должна плакать из-за него. Не должна. Зачем он открыл ей свою душу? Зачем полюбил её? Кён Ми Хёнджину не пара. Она из злодеев, он из героев, прямо как Ромео и Джульетта. Но что страшнее всего, в книге сказано — он умрёт. Он покинет её. Руки затряслись. От холода? Он распахнул глаза и почувствовал мокрый холод на веках. Он плачет? Кён Ми ревела на его груди. Хотели спокойно поспать вместе, а он и это испортил! Испортил всю романтику. Нужно было отвлечь её. Он завёл её в спальню, включил светильник, взял динозаврика в руки и проговорил тонким, писклявым голосом, будто пародировал ребёнка: — Динозаврик расстроился, что его любимая Кён Ми плачет. Кён Ми, скорее успокаивайся, улыбнись, ведь твоя улыбка безумно красивая! — Хёнджин поставил игрушку на её коленки. Кён Ми убрала ладошки от глаз и постаралась улыбнуться. Хёнджин ласково погладил её по мокрым щекам. — Я не брошу тебя. Пока мы можем, давай будем вместе. Кён обвила его шею руками, навалилась на Хёнджина своим телом. Всхлипнула, сказав: — Я разрушу это пророчество. Мы вместе победим зло. А после фееричной победы сыграем свадьбу! И в нашу первую ночь сделаю так, что ты навсегда забудешь о всяких там злодеях и героях. Он улыбнулся, поцеловал её в мочку уха. — Хорошо придумала. Ладно, давай и я постараюсь! Разрушим пророчество вместе! — Эти слова мне нравятся больше. Я не хочу тебя потерять. — Ты про детей сказала… хочу на них посмотреть… — вспомнил он. — Какие они будут?.. — Давай сначала не позволим словам из книги сбыться, а потом будем думать о нашей жизни в браке. — Согласен. Тебе уже легче? — Да. Спасибо, что ты со мной. Надолго ли?