День, когда ты узнал

В призрачном городе все шло своим чередом. Кто-то ходил, покупая всевозможные товары, сувениры или еду, кто-то эти самые товары продавал, кто-то ходил по улицам предлагая не самые приличные для упоминания услуги, а кто-то собирался на прогулку вне города нечести. Все сидели и обсуждали что-то свое, приятная шумиха, не давящая на уши и мысли. Конечно-же, как и везде в этом мире, где-то в уголках, где никто не заметит чьих-то мучений, били и издевались над слабыми. Но стоит уточнить, что после того, как даос Се стал для города его неотъемлемой частью, подобные нападки становились все более редкими. Причина простая- жители этого места всегда боялись непревзойденного князя демонов, но что намного более важно- они его уважали. Считали достоиным своего звания, тем, кто может управлять городом, в чьих руках это прекрасное место не станет местом коррупции и нищеты. Его слово- закон, а выбор- не обсуждается. Так что когда оказалось, что возлюбленному градоначальника подобное не по вкусу, многие не стали спорить, в первую очередь- потому-что с ним связался сам Хуа чэнджу, а только во вторую потому-что они питали страх перед Се Лянем. Они его уважали, так же, как и его "Сань Лана" Но где-то посредине сего места стоял роскошный дом, весь в красном и в золоте, вокруг струилось озеро, летали призрачные огоньки, рядом росли цветы, сзади был небольшой сад и дворик, в котором могли прогуляться жители этого поместья- резиденции Хуа Чэна, более известной как "Дом Блаженств". Место поражало роскошью и красотой. Оно было намного больше любого здания здесь, имело несколько этажей, да всем своим видом только и показывало: " здесь живет власть ". Внутри он был не хуже, чем снаружи, так же был весь в красных тонах, были довольно высокие потолки, если походить- увидишь и лестницу на второй этаж и разнообразные комнаты, то оружейная, то галлерея, а там, на втором, сможешь увидеть жилые комнаты. Из одной такой прямо сейчас доносился смех и приятный голос двух мужчин: Хуа Чэна- главы призрачного города, непревзойденного князя демонов, собирателя цветов под кровавым дождем или же одного из великих бедствий. Вторым же был- Се Лянь- Бог войны, увенчанный цветами, наследный принц Сяньлэ, наследный принц, угодивший богам, а остальные его титулы лучше не называть, если вы не хотите испытать на себе гнев градоначальника. Жое- юркая белая лента, духовное орудие принца, обвивалась вокруг плеч и кистей рук господина Хуа, находясь в постоянном движении. Сам градоначальник в свою очередь лишь смеялся своим глубоким и басистым голосом, двигаясь так, чтобы лента не запуталась и могла побегать вдоволь. У этих двоих были довольно хорошие взаимоотношения. Особенно если сравнивать с духовным оружием самого Чэна- эмином. Они часто играли и он никогда не запрещал ей делать все, что не вредит ему или его Высочеству- но она такого никогда и не делала. Се Лянь сидел на кровати, свесив одну ногу с неё, а вторую подогнув под себя. Он смеялся. Очевидно, это сильно его забавило. Врядли кто-то другой смог бы увидеть самого Хуа Чэна в подобном свете хоть раз. Интересно, если бы он знал, как появилась Жое он бы относился к ней также? Как подгадав момент возлюбленный наследника задал вопрос: -Гэгэ, как тебе удалось создать такое замечательное духовное оружие?- он говорил несколько посмеиваясь со всё той же игры жое. Вопрос можно было счесть за риторический- но Се Лянь знал, что от него ждут ответа. Он не планировал рассказывать об этом Сань Лану. Несомненно он доверял ему, но при чем тут доверие, когда ты должен рассказать любимому человеку о том, что однажды собирался совершить нечто ужасное? Что в итоге ты просто страдал надеясь на конец всего? Плакал в предсмертной агонии, которая никак не отпускала тебя в мир иной? Он любил Сань Лана, а сказать подобное- как подвергнуть слушателя словесностной пытке. Се Лянь знал что Хуа Чэн отреагирует очень эмоционально, а что до самого Се? До сих пор подобные воспоминания заставляют появился неприятному кому в горле, начинать ощущать тяжесть собственного бессмертного тела, желая выпрыгнуть из этой непосильной ноши. В первую очередь- не из-за роли жое, а из-за родителей. Матушки и отца.... Нужно было отогнать грустные мысли- Сань Лан поймет, увидит. Нужно просто сказать эту самую фразу, выученную за столько лет скитаний и вопросов: -Я ведь говорил однажды, не так ли? Я не смогу сказать точно, я просто экспериментировал пока скитался по миру, подробностей я не расскажу, увы. "Мне жаль что не могу сделать большего"- идеальное название для эмоции, которая сейчас была синонимом к внешнему виду его Высочества. " Отстрелялся "- пронеслось в голове принца. Когда-то Се Лянь сказал юному Хуа чтобы тот считал наследника престола государства Сяньлэ своим смыслом жизни. Сказал жить ради него.... Как глупо, но не опрометчиво. Теперь Се Лянь это понял. Теперь это было взаимно. Хуа Чэн для Се Ляня- тоже смысл жизни, он был с ним всегда, никогда не подвергал сомнению слова и действия принца. Поддерживал, помогал, переживал, и, что самое главное, любил его. Чисто и от всего сердца. Любил. Се Лянь хотел ответить, отплатить ему за все эти восемь веков ожидания. Подарить такую же бесконечную любовь. Так что грустные мысли в присутствии Сань Лана казалось чем-то из ряда вон выходящего. Как будто что-то внутри тебя, всей картины что ты видишь сейчас, исчезло. Возможно стало частью чего-то другого, а может, просто испарилось. Тем не менее, хотелось вернуть это, присвоить себе и не отпускать. Ни за что и никогда. -Гэгэ ведь знает что я понимаю когда он недоговаривает что-то. Неужели есть что-то о чем я не могу знать? Сердце пропустило удар. Понял. Не понял что Сяньлэ врет, решил что недоговаривает. Наверное... Что можно сказать? Что будет звучать правдоподобно? Почему именно сейчас ничего не лезет в голову? Так, стоп, тихо, заметит что волнуешься, заволнуется сам, это не то чего мы добиваемся, так ведь? "Есть что-то о чем я не могу знать? " знал как выстрелить чтобы попасть прямо в цель. Казалось, он делал это вслепую, паралельно видя десятый сон и сражаясь с Баем, но попадал, в этом, бесспорно, был его талант. Из Се Ляня не плохой актер, но когда дело касается Хуа- то просто ужасный. Он не мог врать ему... Но это лучший выход, верно? По взгляду градоначальника и так было все понятно- он не понимал почему его принц беспокоился. Есть что-то о чем ему действительно не стоит знать? Что же такого в истории создания жое, что Се Лянь не доверяет эту тайну даже ему? Интересно, а знают ли об этом Фэн Синь с Му Цином? Друзья его Высочества. Как минимум, он их так называет. Упоминать этих двух и принца в одном предложении-как пытка, но приходится. Его Высочеству они не безразличны, чего уж таить, они ему важны. Они его друзья, но.. Так ли это? Они бросили его, и не абы когда, а тогда, когда ему нужна была поддержка больше всего. Друзья... Тем не менее, неприязнь князя демонов никак не меняла факта: они могли знать. Заставляет опять поставить себя на место. Кто ты такой, чтобы ставить себя на один уровень к кому-то, кому может доверять сам его Высочество? Слишком много о себе возомнил такой как ты, жалкий и недостоиный. Цени каждый миг с ним, цени его и не думай о себе лишнего. Но было что-то ещё в этом взгляде, в поведении и мыслях его Высочества- грусть... Грусть? -почему Его Высочество печалится? Неужели этот жалкий слуга заставил вас вспомнить нечто неприятное? Пазл складывался, но казалось, в нем не хватает деталей. Сейчас они в руках Дянься, если разрешит- можно будет увидеть полную картину, если нет- смотри на то, что вышло и додумывай сам, что там могло быть. Жое, очевидно, почувствовала некую напряжённость в атмосфере, ведь она остановилась и отвязалась от Сань Лана, поползла на пол, откуда то и дело поворачивала переднюю часть самой себя то в сторону демона, то в сторону небожителя, то ли пытаясь понять кого поддерживать, то ли пытаясь понять что произошло пока она резвилась. -нет, нет Сань Лан, все хорошо, просто я пытался вспомнить подробности и в сознании всплыло ещё несколько не самых приятных историй со своих скитаний. -ваше Высочество.- Сань Лан подошел, чуть не наступив на жое, которой только и осталось что отойти и наблюдать за всем, к кровати на которой сидел Сяньлэ, наклонившись и положив руку принцу на плечо- простите мне мою наглость, но теперь я просто обязан знать. Не было никаких сомнений в том, что он скажет дальше, но все равно где-то в сердце была надежда, которая угасала с каждой услышанной буквой: -как появилась Жое? Се Лянь не знал, плакать ему или смеяться. Он правда пытался соврать ему? Тому, кто знает тебя лучше чем все кого знаешь сам? Возможно, о чем-то не сказали бы Фэн Синь с Му Цином, о чем-то не сказали бы и матушка с отцом, о чем-то не знает даже советник или Цзюнь У, а чего-то ты и сам в себе не замечал. Если рассуждать в таком ключе- это звучит странно и даже страшно, но это не так. Он бы никогда не хотел быть неудобным для принца. Все эти восемьсот лет он создавал статую из себя самого, ударяя молоточком чтобы отколоть ненужный кусок. Слишком много всего он сделал для того, чтобы сейчас Се Лянь сказал ему это, рассказал об этом. Он видел как принца более 100 раз пронзили мечем, да и смерть от остановки сердца ему не грозит, тем не менее было бы как минимум неприлично усугублять ситуацию, словно сыпешь соль на рану- становится только хуже. Хуа Чэн развернулся к ленте, жестом головы давая понять чтобы она уходила отсюда. Жое хоть и не нравилось что сейчас она не может ничего сделать чтобы облегчить моральные метания хозяина, но спорить не стала. Она быстро проползла через нижнюю щель двери и ушла гулять по дому блаженств. Князь демонов повернулся обратно к его Высочеству, всем своим видом выражая беспокойство. Он волнуется, ему грустно, если бы ты это не сказал бы, гэгэ бы и не вспомнил, как обычно сделал только хуже. -Сань Лан... Тихо сказал Се Лянь. Нужно было разрушить эту атмосферу, или хотя бы уменьшить её влияние, для второго было бы не плохо лишь остановить эту тишину. Тишину, что громче любого крика или удара. Вот только, принц все никак не мог понять- говорить ли? Не хотелось, но казалось что надо, что если сейчас последний шанс когда он сможет сказать об этом кому-то? Да только он понимал- теперь эту ношу будет носить не только он сам, а ещё и самый ценный человек в твоей жизни. Жизни, которая не оборвалась когда-то давно из-за проклятой оковы, что сейчас нет, а ты бы все равно не смог сделать этого. Но тебе и не нужно более- тот, кто снял её стал новой причиной почему жить ещё можно и нужно. Доказательством что ты и твоя жизнь нужна кому-то. -Ваше Высочество, вы же знаете, я не выношу ваших страданий. Сострадание и грусть читалась на лице Сань Лана. Он переложил руку с плеча на щеку, аккуратно поводив пальцем по нежной коже Бога войны. Этого больше нельзя было терпеть. Принц резко опустил голову в ровное, относительно собственного тела, положение, заставляя руку Хуа остаться где-то сбоку и чуть выше первоначального места. Эмоции били через край, хотелось плакать и биться в истерике, лишь бы он ушел. Сейчас, но вернулся потом, обнял, поцеловал, и все было бы как раньше. -пожалуйста, вы знаете что можете рассказать мне обо всем. Он положил руку на макушку небожителя, слово перед ним был не 800-летний Бог войны победивший самого императора небес, а маленький ребенок, который не хотел говорить почему ему грустно, но не говорил он о чем-то важном, очень важном. -Тебе не понравится то, о чем ты сейчас так сильно хочешь услышать. -сказал Се Лянь хриплым голосом человека, который уже надеялся на иной исход. - Если это так важно для его Высочества, я готов выслушать все что угодно. -Хах- "как всегда" пронеслось в голове. Улыбка была мимолетной, она быстро сменилась довольно нейтральным выражением лица, принц опустил взгляд, а с ним и голову. Ничего смешного в этом нет, абсолютно ничего. Хуа Чэн оставил голову его Высочества в покое, убрав руку и сев с другой стороны от него, он смотрел с беспокойством, готовый в любой момент обнять или уйти, если принц решит остаться один. -Это произошло до того как я встретил тебя как Умина. Слова довались с трудом, голос подрагивал. Мозг одновременно говорил да и нет, рот отказывался открываться и произносить слова. Одновременно чувствовалось что нужно скрыться, стать незаметней, а так же как будто ты сейчас наконец-то, спустя столько времени расскрываешь грудь, смело говоря обо всем. Казалось, что если бы у Хуа Чэна было бьющееся сердце, оно бы пропустило удар. В те времена произошло слишком много всего плохого, но нужно было держаться, гэгэ решит что ты испугался, испугается сам, ты этого не хотел бы, верно? Новое положение сыграло на руку, Хуа смог положить кисть на дальнее от демона плече небожителя, пытаясь сказать: "все нормально, все хорошо, это в прошлом, сейчас я здесь. " Мысленно кивнув на этот жест со стороны Хуа, он продолжил: -я бы не хотел говорить о событии , что привело к этому, но после него я... Нужно было собраться с мыслями и чувствами, нужно просто сказать это. Просто договорить. -я взял эту самую ленту, тогда ещё не живую конечно же, перекинул через потолочную балку... Он уже догадался не так ли? Не хотелось смотреть в сторону Сань Лана, но по притягивающему движению это было и так понятно. - продел голову через петлю и.... Концовка не нужна была. Молчание, давящее молчание двух страдающих людей, будто мертвых, только по-настоящему мертвый сейчас выглядел намного лучше, ведь он показывал хоть какие-то эмоции, а вот лицо небожителя- нет. Как будто он прямо сейчас висел в этой петле, со стеклянным, не живым взглядом. Был ли в эмоциях сейчас какой-то смысл? Был, он знал что даст им волю потом, а сейчас было уже все равно, время назад не вернешь, будь что будет. - я не знаю сколько провисел тогда. Может пару минут, а может пару дней. Тем не менее, когда я наконец-то выпал из этой петли, это уже была живая Жое. Хуа Чэн понял что в целом, это был конец рассказа, так что он притянул к себе наследника, заключая в объятиях. Второй не сопротивлялся, он охотно повернулся лицом в сторону Хуа и спрятал его где-то на его плече, оставляя себе место для возможности дышать. Невозможно описать словами что тогда чувствовал князь демонов. Если бы он мог, он бы сейчас плакал. Его Высочество и вправду пытался.... Покончить со всем этим? Было невозможно понимать и представлять это. Как это... Почему.. Почему же ты, отброс, как обычно не был рядом? Почему... Казалось, что даже при не надобности в дыхании, он задыхался, горло будто перестало функционировать, было ощущение слово на тебя давят со всех сторон, а ты не можешь умереть под этим давлением, и не можешь остановить его, все что тебе остается- это терпеть. Если это была карма за то, что тогда пришлось испытать его Высочеству- хоть убейте его! Какого этого, остаться одному? Ужасно. Какого это, быть преданным собственным народом? Ужасно. Какого это, быть преследуемым и не иметь возможности побыть в покое хоть секунду? Ужасно. А что же делать, когда ты испытываешь это все одновременно? Что же делать если ты не можешь закончить своих мучений? Что же делать? Что же делать? Что же делать! Плакать? Биться в истерике? Ненавидеть всех? Пытаться убить кого-то? Все это одно - сойти с ума. И сейчас, все ещё с рассудком, все ещё живой и все ещё такой же, как и до этих ужасных событий принц ощущался ещё более ценным чем всегда. Как это возможно, быть таким... Сильным? Как ужасно осознавать что он пытался, он пытался покончить с собой, со всем. Он надеялся что у него выйдет. Где-то там он сломал себе шею, висел в агонии, желая умереть и не имея возможности этого сделать. Пытка, самая настоящая пытка в попытке избавится от других мук- какой же это ужас.. Хотелось кричать, прижать принца к себе и не отпускать, лишь бы только он больше никогда не увидел жесткости этого мира. Он уже настрадался, почему бы ему не знать об этом? Почему жизнь такова? Почему? Зачем он об этом рассказал, ну зачем? У него был выбор, и он выбрал сделать больно себе и любимому человеку. Хотелось чтобы время остановилось, хотелось унять это неприятное чувство под лицом, и это ощущение тоже: ощущение того, что скоро заплачешь. Сам вспомнил, сам сделал хуже, сам рассказал, сам заплакал- ну не жалкий ли он? Отец и матушка.... Если бы их сын был сильнее, если бы их сын был смелее- они бы прожили дольше, он бы увидел их ещё хотя-бы несколько месяцев, он бы, он бы... Слёзы нахлынули вместе с эмоциями, он не плакал, но понимал что скоро начнет, если сейчас же не успокоиться. Но мозг и сознание продолжали подкидывать тебе отчетливые картины того дня, того ужасного дня, когда ты потерял последнее, что имел. Своих последних, и в то же время самых ценных людей. Что после этого ты пытался умереть, а потом совершил то, за что ты будешь ненавидеть себя остаток своей бессмертной жизни. Если бы после того как он получил вторую проклятую кангу он бы перестал быть бессмертным- он бы сделал это снова. Бедный, бедный Умин. Простой солдат, который был так сильно и слепо верен тебе, что решил умереть вместо тебя. Кажется, во второй раз опять не вышло, да? Хах. Да, сейчас он находится в объятиях того самого "Умина", он простил его, не держит и не держал зла. Он все ещё здесь благодаря любви к наследнику- и это проблема. Он бы в любом случае простил его, это ещё больше гложет. Он был готов всегда быть рядом, а ты-прогнал его. Сделал плохо несмотря на верность и услужливость, а теперь делаешь это снова, заставляешь его умереть где-то там, внутри, зная что он снова простит, успокоит, а сам будет теперь думать о тебе постоянно, и том хорошо ли тебе. А стало хуже ему, просто это не важно, он никогда не будет важнее тебя, а ты уже привык к этому, не так ли? И снова чувство того, что слезы вот-вот польются ручьем. Нельзя. Ни в коем случае нельзя. Все нормально, все хорошо. -Ваше Высочество... Принц обнял Хуа в ответ, стараясь успокоить и его тоже. Какого это, когда ты узнаешь, что твой смысл жизни однажды потерял свой? Жил так долго, привыкнув к одиночеству. Зная: в этом мире для тебя есть только ты сам, и лента, которой ты пытался покончить с собой. -Мне жаль что не смог быть рядом тогда. Вы- -В этом нет твоей вины. В этом вина только того белого придурка. Это- довольно несерьезное оскорбление, но в целом какой-либо негатив его Высочество всегда испытывал только к двум людям, а чтобы оскорбить кого-то- ты должен был быть им. Безликим Баем. Он пытал, издевался морально и физически над его Высочеством, ненавидел, пугал и проявлял заботу, говорил что принцу будет лучше с ним в союзе, а потом кидал его в стену, через несколько секунд обнимал и говорил насколько мир к нему несправедлив. Но была проблема- он сделал все чтобы Се Лянь и считал его "всем своим миром". Это обычно звучит романтично, но не сдесь и не сейчас. Он заставлял его страдать, он заставлял его наконец-то найти отомщение в криках жителей Юнъаня. Он разрушил его жизнь и подкидывал её куски, заставляя бегать как собака, собирая все и стараясь ничего не упустить, а потом снова разрушал все, делая кусочки рассудка и способности к отказу все меньше и меньше. Он считал что однажды они станут настолько маленькими, что принцу надоест их искать. Так и вправду случилось, но когда он вышел из комнаты, его ученик все-таки собрал все воедино. Но Бай уже ушел, оставив его наедине с мозайкой, которую он теперь мог собирать и разламывать в приступе сумашествия. Вспоминать кого-то, кто, как тебе казалось, когда-то был на этой картине, некого война. Был ли он? Или это сумасшествие? Или это сумасшетвие.... Мозг отказывался функционировать, а живот наполнялся животным ужасом перед пыткой и перед предстоящей смертью, казалось, что он не побеждал его, сейчас Сань Лан уйдет, а ты заглянешь в зеркало и увидишь эту раздражающую и бросающую в дрожь маску, которая уже приросла к лицу и покрылась новым слоем кожи, скрывая свое существование. Он неосознанно сжал в кулаки одежды Хуа Чэна. Слезы уже никто не контролировал. Интересно, если бы он сейчас был рядом, что бы он сделал? Рассмеялся? Скорее всего, жалкий принц только и может что плакать, но он никогда не спасётся, даже если Бай не выберется из своего заточения и оставит его в покое, то воспоминания принца он не покинет никогда. Он въелся в память чувством страха и безнадёжности, которые он так не испытывал больше нигде и ни с кем, запахом крови и привкусом металла, желанием умереть без желания выжить. Желанием быть свободным. Слова Сань Лана принц пропусках мимо ушей, в них играл неприятный писк и слышалось собственное сердцебиение, он слышал как дышит и плачет, пытается доказать себе что ещё живой? -Ваше Высочество послушайте! Он не слышал, он не слушал. Рука легла на голову принца и тот вздрогнул от испуга. Задержал дыхание и не двигался, пытался унять дрожь, но она не уходила. Хуа Чэн быстро все понял и вернул руку на предыдущее место. Всхлипы и дрожь- паническая атака? Тем не менее, страх, всепоглощающий страх, лицо уже было повернуто куда-то в сторону, куда смотрела спина Хуа, Се не помнил как она пришла в это положение, тем не менее, он мерещился везде, а если захочешь закрыть глаза- начинает казаться, что Сань Лан сейчас испарится, а тебя схватят руки твоего мучителя, и уже не отпустят. Так что он держал глаза открытыми максимально много и долго, чему яро противились выступившие слезы. Со стечением времени пришлось выбрать моргать быстро. Заставляло каждый раз видеть его в другом месте, чувствовать его там. Все ещё перед ним ли Сань Лан? А может, Сань Лана нет? Может тогда он рассыпался на тысячи бабочек и так и не вернулся? А может, ты сошел с ума? Начал представлять кого-то, кому ты не безразличен, тут и Фэн Синь, и Му Цин, и некий Хуа Чэн, который оказался тем мальчиком из твоего детства, который принес тебе славу, а также безымянным войном, если тот ещё существовал. Что если ты сейчас откроешь глаза и окажешься там, в заброшенном храме, изрезанный сотней мечей? Что если ничего нет, у тебя нет никого, кроме твоего мучителя? Задыхаешься. Воздуха не хватает, и сколько бы ты не вдыхал, как будто не достаточно. Я умру? Потеряю сознание? Может это он пришел? -ваше Высочество! Знакомый голос не выводил из комы, заставлял прислушаться. -ваше Высочество, пожалуйста, послушайте меня!