Обратные судьбы

Эрик сидел в полумраке своих покоев, сгорбившись над столом. Перед ним стоял наполовину опустошенный кувшин вина — его единственное утешение в последние дни. Он смотрел на разбросанные по столу бумаги, жалкие попытки расследования предполагаемого заговора против короля. Каждая строчка кричала о его некомпетентности, о том, как далек он был от настоящего Адама. Воспоминания о неудачном допросе лорда Бертрама преследовали его. Эрик почти физически ощущал презрение в глазах старого царедворца, его насмешливый тон: «Сэр Адам, вы ведете себя странно уже несколько недель. Сначала ваш позор на турнире, теперь это неуклюжее расследование…» Эрик схватился за голову. Он, бывший менеджер, привыкший к презентациям и офисной работе, оказался совершенно беспомощным в мире интриг и политики. Каждая его попытка соответствовать образу сэра Адама приводила лишь к новым ошибкам и подозрениям. Он вспомнил последнюю аудиенцию у короля, горечь утраты доверия на лице монарха, когда Эрик не смог предоставить никаких существенных результатов расследования. «Сэр Адам, я рассчитывал на тебя»,— сказал тогда король, и эти слова до сих пор жгли Эрика изнутри. Внезапно дверь распахнулась, и в комнату ворвался взволнованный Томас, его оруженосец. — Сэр Адам! — воскликнул юноша, его лицо было бледным от страха. Ужасные новости! Разведчики доложили, что к нашим границам приближается огромная вражеская армия! Эрик застыл, словно холодная волна прокатилась по его телу. Вражеская армия? Это было уже слишком. Он едва мог справиться с повседневными обязанностями рыцаря, не говоря уже о командовании в реальной войне. — Ч-что? — пробормотал он, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. — Ты уверен? Томас кивнул, его глаза были широко раскрыты от ужаса: — Да, сэр. Король созывает экстренный военный совет. Он ждет вас в тронном зале немедленно! Когда Томас вышел, Эрик рухнул на кровать, его тело сотрясала дрожь. Он не мог с этим справиться. Не мог притворяться великим воином, когда на кону стояли жизни тысяч людей. Он вспомнил свои школьные годы, когда его дразнили за слабость и увлечение компьютерами. Теперь же от него ждали, что он поведет армию в бой. Паника накрыла его удушающей волной. Эрик почувствовал, как стены комнаты словно сжимаются вокруг него. Он не мог дышать, не мог думать. Единственное, чего он хотел — это исчезнуть, убежать как можно дальше от этой ответственности, от этого мира, который он так и не смог понять. С трясущимися руками Эрик начал лихорадочно собирать вещи. Он знал, что это трусость, знал, что предает доверие людей, которые верили в него. Но страх был сильнее. Страх разоблачения, страх неудачи, страх перед лицом реальной опасности. — Прости, Адам, — прошептал он, глядя на отражение чужого лица в зеркале. В глазах стояли слезы. — Я не могу быть тобой. Я не герой. Я просто… неудачник, который случайно попал в тело великого человека. С этими словами Эрик накинул плащ и, убедившись, что коридор пуст, выскользнул из комнаты. Его сердце колотилось как безумное, а в голове билась единственная мысль — бежать, бежать как можно дальше от этого кошмара, в который превратилась его жизнь. Он знал, что этот поступок станет последним гвоздем в крышку гроба репутации сэра Адама, но уже не мог остановиться.

***

Эрик крался по темным коридорам замка, прижимаясь к стенам и вздрагивая от каждого шороха. Его сердце бешено колотилось, а ладони были мокрыми от пота. Он чувствовал себя не героем, а жалким воришкой, пытающимся ускользнуть незамеченным. Проходя мимо тронного зала, Эрик услышал взволнованные голоса. Военный совет уже начался. Он представил, как король и рыцари ждут появления сэра Адама, своего лучшего стратега и воина. От этой мысли к горлу подступила тошнота. — Я не могу… Я не справлюсь… — шептал он сам себе, ускоряя шаг. Внезапно из-за угла появилась фигура. Эрик замер, узнав Изабеллу. Ее глаза расширились от удивления. — Сэр Адам? Что вы здесь делаете? Все ждут вас в тронном зале! Эрик открыл рот, но не смог произнести ни звука. Изабелла внимательно посмотрела на него, заметив дорожный плащ и сумку. — Ты… ты куда-то собрался? — в ее голосе звучали недоумение и нарастающая тревога. — Я… я не могу остаться, — наконец выдавил Эрик. — Прости меня. Он попытался обойти Изабеллу, но она схватила его за руку: — Что значит «не могу остаться»? Сэр Адам, королевство в опасности! Вы нужны здесь! Эрик почувствовал, как паника накрывает его с новой силой. Он резко вырвал руку из хватки Изабеллы: — Ты не понимаешь! Я не тот, за кого вы все меня принимаете! Я не могу командовать армией, не могу защитить королевство! Я… я должен уйти. Не дожидаясь ответа потрясенной Изабеллы, Эрик бросился бежать. Он слышал, как она кричит ему вслед, но не останавливался. Слезы текли по его лицу, когда он выбежал во внутренний двор замка. Но удача отвернулась от него. Двор был полон солдат, готовящихся к предстоящей битве. Эрик попытался проскользнуть незамеченным, но его внезапное появление и очевидная попытка побега привлекли всеобщее внимание. — Сэр Адам? — окликнул его один из рыцарей. — Куда вы направляетесь? Эрик застыл, как олень в свете фар. Он чувствовал на себе десятки взглядов, полных недоумения и растущего подозрения. В этот момент во двор выбежала Изабелла. — Остановите его! — крикнула она. — Он пытается бежать! Эти слова словно прорвали плотину. Солдаты двинулись к Эрику, их лица выражали шок и недоверие. Как мог их великий герой, сэр Адам Железное Сердце, пытаться дезертировать в момент величайшей опасности? Эрик, охваченный паникой, бросился к воротам, но путь ему преградили стражники. Он метался из стороны в сторону, как загнанный зверь, чувствуя, как кольцо вокруг него сжимается. — Пожалуйста, — умолял он, его голос срывался. — Вы не понимаете… Я не могу… Я не он… В этот момент во двор вышел король в сопровождении советников и рыцарей. Его лицо побледнело при виде этой сцены. — Сэр Адам? — произнес он, и в его голосе звучало неверие. — Что здесь происходит? Эрик упал на колени, его тело сотрясалось от рыданий. Он больше не мог притворяться, не мог нести бремя чужой славы и ответственности. — Простите, — прошептал он. — Я не тот, кем вы меня считаете. Я не могу быть вашим героем. Я… я просто хотел уйти.

***

Тишина, наступившая после его признания, казалась оглушительной. Он видел, как лица солдат и слуг менялись, проходя через целую гамму эмоций: неверие, шок, горечь и, наконец, гнев. Первым нарушил тишину один из старых ветеранов, его лицо исказилось от ярости: — Предатель! — прорычал он, сплюнув под ноги Эрику. — Ты позоришь свое имя! Этот возглас словно прорвал плотину. Двор наполнился гневными криками и проклятиями. — Как вы могли?! — кричала молодая служанка, слезы текли по ее лицу. — Мой брат погиб, защищая эти стены, а вы хотели просто сбежать?! Эрик видел, как некоторые солдаты сжимали кулаки, готовые броситься на него. Только присутствие короля удерживало их от насилия. — Я подозревал, что с ним что-то не так, — пробормотал один из рыцарей достаточно громко, чтобы все услышали. — Помните, как он опозорился на последнем турнире? Изабелла стояла в стороне, ее лицо было бледным, глаза полны слез. Когда их взгляды встретились, Эрик увидел в ее глазах не только боль и обиду, но и глубокое чувство предательства. — Адам, — прошептала она, и это простое слово, произнесенное с такой болью, ударило Эрика сильнее, чем любой крик. Томас, верный оруженосец, смотрел на Эрика с смесью непонимания и отвращения: — Я… я служил вам, — сказал он дрожащим голосом. — Я верил в вас. Как… как вы могли так поступить? Галахад стоял молча, его лицо было непроницаемым, но Эрик видел боль и горькое разочарование в его глазах. Этот молчаливый укор был, возможно, самым тяжелым из всех. Король поднял руку, призывая к тишине. Когда он заговорил, его голос был полон сдерживаемого гнева и боли. — Сэр Адам Железное Сердце, — начал он, и Эрик поморщился от этого титула, который теперь звучал как насмешка. — За всю историю нашего королевства я не помню случая столь позорного предательства. В час наибольшей опасности, когда враг у наших ворот, мой лучший рыцарь, человек, которому я доверял как брату, пытается сбежать как последний трус. Эрик съежился под тяжестью этих слов и осуждающих взглядов. Он хотел объяснить, рассказать правду о том, кто он на самом деле, но слова застряли в горле. Как он мог объяснить то, чего сам не понимал? — Ваше Величество, — вмешался Галахад, его голос звучал напряженно. — Возможно, есть какое-то объяснение… — Какое может быть объяснение трусости? — резко оборвал его один из советников. — Он должен быть казнен за измену! По толпе прокатился одобрительный гул. Эрик почувствовал, как холодный пот стекает по спине. Он знал, что заслужил их гнев, но страх смерти был сильнее чувства вины. Король поднял руку, призывая к тишине: — Сэр Адам Железное Сердце, — произнес он, и каждое слово падало как камень. — За твои прошлые заслуги я не отправлю тебя на плаху, хотя ты заслуживаешь именно этого. Но ты больше не командующий королевской гвардией. Ты лишен всех титулов и привилегий. По толпе пронесся шепот — некоторые считали это наказание слишком мягким, другие кивали, соглашаясь с решением короля. — Уведите его, — приказал король. — Заприте в его покоях до дальнейших распоряжений. У нас нет времени разбираться с предателями, когда враг на пороге. Когда стражники схватили Эрика, чтобы увести, он увидел в глазах окружающих не только гнев и обиду, но и страх. Страх перед надвигающейся войной, которую они теперь должны были встретить без своего лучшего воина. Последнее, что увидел Эрик перед тем, как его увели, было лицо Галахада — смесь огорчения, недоумения и, что удивительно, проблеска сочувствия. Этот взгляд преследовал Эрика, когда его вели через замок, сопровождаемого шепотом и осуждающими взглядами. Оказавшись в своих покоях, теперь ставших тюрьмой, Эрик рухнул на кровать, ощущая весь груз своих действий. Он не только разрушил репутацию сэра Адама, но и подвел целое королевство в час наибольшей опасности. Чувство вины и отчаяния накрыло его с новой силой, и он понял, что достиг самого дна своего падения.