— Это тайна, не должна быть нарушенной.

      Коля — это сумасшедшая ядерная бомба, которую лучше не трогать. Нет, он не загрызёт вас до полу смерти, или не напишет на вас целую докладную. Он. Просто ненормальный! Никто не может предугадать его следующий шаг, ради этого его и взяли в организацию, подобную мафии. Хотя, его неугомонность относиться к числу недостатков, в нëм их ещё больше, чем может показаться. «- Эй-эй! Мы не можем пойти твоим путём, он длиннее на целый переулок! — заскандалил Николай на проспекте П*** — Какая разница, мы пойдëм там, или тут?! — Полина дëрнула за пшеничные пряди, заставляя тем самым идти по её выбору. — Да! Отпусти ты! Как ты можешь! Ты придурошная! — Сэм пытался вырваться, но каждая попытка оканчивалась болью. — Заткнёшься ты или нет сегодня?! — брюнетка толкнула на сухую землю своего компаньона. — ты сидишь тут, я отправляюсь по нужному адресу. Напоследок, передай мне мои таблетки. — Что? — Таблетки дай, говорю! Для Полины Лир это самый важный ритуал перед каждыми походами. Её препараты помогают ей контролировать эмоции, действия и, самое главное — здраво мыслить. Эффект даëт оно лишь спустя тридцать минут, но это уже неплохо, по сравнению с прошлым годом. — Ты понял задачу: сидишь тут и не высовываешься, пока не получишь сигнал, понял?! — Да-да, иди уже. — Хор вытолкнул девушку из своего укромного местечка, оставаясь сидеть на земле. Коля знал, что он тут совсем не нужен, просто Полинка в споре проиграла, и вот теперь она вынуждена идти на все задания все с ним на протяжении недели. Сегодня разведка, а значит, он там не поможет от слова «ничем». И… Его туда взяли лишь потому, что он всех достал, и проигравший с ним таскается. — Эй, пшеничный мальчик. — окликнул его мрачный голос, но по нему нельзя сказать, сколько человеку лет. Даже трудно сказать, какого он пола. — Что? Я, кстати, вооуружëн, ну, это я так, к слову. — Николай повертел головой, в поисках объекта звука. — Это же естественно, будет странно, если ты был бы без него. — с крыши одного из гаражей спрыгнул этот юноша. По его росту можно дать ему не больше десяти лет! — Шурик? Шуша, это ты. — уже более сухо ответил ему Сэм. — Знаешь, я бы мог пользоваться моментом и завершить свой план, но. Мы оба знаем, почему мы не можем убить друг друга. — Бессмыслица! Я мог бы давно устранить тебя! — Хор поднялся с холодной земли, устремив свой взор на собеседника. Конечно, для того, чтобы заглянуть в чужие глаза, пришлось наклониться, ибо их разница в росте почти двадцать сантиметров. — Если бы хотел… — Чушь и блеф! Если бы ты это сделал, тебя бы выпихнули из твоего места работы! К сожалению, это приказ начальства, мы не можем его нарушить, дурная ты голова. — Цветик схватил волосы блондина, и сжал сот всей возможной силой, которая предоставлялась для его тела.» — Вот, собственно, затем была драка, и мы. Ну, чуть не умерли, вернее он чуть не умер, я вообще красавчик, чуть не ушатал его! — закончил свой бурный, самый увлекательный и позитивный в мире рассказ Коля. — Вот и хорошо, хороший мальчик, теперь шуруй из моего кабинета. — указал ему Юрий, который ещё и его отчим, чуть ли не силой выгоняя Николая. Вечером, просиживая в своëм сыром подвале, Сэм с его псевдодочерью пытались приготовить ужин на старой электрической плитке. Скорее всего, жаренного хлеба не выйдет будет, как минимум, только сгоревший. — А ведь, всë было не так. — с тяжëлым вздохом начала Тася, нарезая морковь. — Что, ты о чëм вообще? — Сэм отвлёкся и чуть не ошпарился о горячий край сковородки. — Ты же понимаешь, что всë было не так? — ненавидящий вопрос вновь задаëт девочка — касаемо сегодняшней встречи… — А, ты про это. — Хору уже стоило привыкнуть, что его неродная дочь знала эти факты о нëм– Да, ты права. — Ну так, как было. «Вечер, пошëл несильный дождь, который делал землю влажной и мешал на ней сидеть. Коле это испортило остатки хорошего настроения, он поднялся и забрëл под шифер, лежавший на крыше гаража. — Эй, пшеничный мальчик. — окликнул его голос, уже близко знакомый, с каждой встречей он становится всë роднее и роднее. — Шуша! — воодушевлённо крикнул Сэм, крутясь на месте. — Да тут я. — в знак приветствия Цветик протянул свою ладонь. — Короче, ты представляешь, оказывается Полина изменяет своему мужу! С каким-то мужиком из кафе на углу, в котором Милли работает. — при рукопожатии на одном дыхании выдал Хор. — Я даже знаю с кем! — старший из парней показал пару снимков на фотоплёнке, благо, он знал, что эту тему они тоже поднимут — он обращался к нам с просьбой найти его любовницу, которая то ли в Мадриде, то ли… Да хрен её знает, где она. — Обалдеть, как жаль, что Кир не видел этого! И не увидит! Юноши посмеялись с этой мерзкой шутки над зрением Лира, который является слепым. — Кстати, чай будешь? Я тут в термосе приволок, правда, там всего одна ложка сахара. — Шурик протянул крышку, в которой был налит напиток. — О! Отлично! Ты в курсе, что вышла новинка в жанре детектива, а её писательница является наркоманкой! — Коля отпил немного, поморщясь от горького привкуса. — Да ну? Не Эля ли это писала? — Нет, она же завязала, говорят, они сама убила кого-то человека, перекинув события на сюжет книги. — Похоже. Это пахнет новым делом! Хотя, она же, наверное, не близко к этому району далеко живëт? — уточнил кудрявый брюнет, отпивая прямо из горла термоса. — Нет, весь прикол в том, что она прям по соседству, всего. Часа три езды, говорят, никто не знает, как она даже выглядит. — тут Сэм усмехнулся — и. . Где гарантия того, что я не наврал тебе? — Эй! Я уже было поверил! — Шурик толкнул друга в плечо. — Да ладно, она на самом деле наркоманка, только никого не убивала. Интересная дамочка.» — Дальше нет ничего интересного, мы просто ещё поговорили про детективы, до прихода Полинки, и на этом всë. — Николай с облегчением вздохнул и отпил чая, устраняя сухость в горле. — Ну вот, почему ты не мог рассказать это начальству? — спросила брюнетка, откусывая кусочек подгоревшего хлеба. — А кому-то это понравилось? — Сэм отвëл взгляд на стену — тут же точно такая же ситуация, как с устранением друг друга — нельзя. Это же глупо, верно? Коля — это сумасшедшая ядерная бомба… Но, он может же здраво мыслить, и. Хоть что-то скрывать.