Я есть Король Пиратов!

Я отдыхал и загорал на нашем новом корабле - Таунсенд Санни, который был гораздо круче и куда более шире чем Гоинг Мерри. На почве смены корабля нашу команду предал Усопп и мне пришлось с ним сразиться... Он конечно победил, потому, что он Бог, но все равно. Щас расскажу, как было ***флэшбек*** Солнце Water 7 палило нещадно, словно насмехаясь над разгорающейся трагедией. Луффи стоял, сжав кулаки, его лицо исказилось от боли и непонимания. Напротив него, в тени обломков, притаился Усопп. Его лицо скрывала маска, но Луффи чувствовал, как под ней бушует буря эмоций, не уступающая его собственной. "Усопп почему?" - прохрипел Луффи, его голос дрожал. Усопп не ответил. Лишь крепче сжал в руках свою рогатку. Он знал, что слова сейчас бессмысленны. Он принял решение, и теперь должен был довести его до конца. Битва началась внезапно. Усопп, словно тень, метнулся в сторону, рассыпая вокруг себя дымовые шашки. Луффи закашлялся, пытаясь пробиться сквозь густую завесу. Он знал, что Усопп не будет играть честно. Он будет использовать все свои уловки, все свои изобретения, чтобы победить. И он был прав. Первый удар пришелся неожиданно. Усопп выстрелил в Луффи "Звездой Взрыва", замаскированной под обычную дымовую шашку. Взрыв отбросил Луффи назад, оставив на его теле несколько ожогов. "Усопп, прекрати!" - взревел Луффи, поднимаясь на ноги. Он активировал Gear Second, его тело окуталось паром. Он был готов покончить с этим быстро. Но Усопп был готов к этому. Он выпустил в Луффи несколько "Звезд Сна", наполненных мощным снотворным. Луффи увернулся от большинства, но одна все же задела его плечо. Он почувствовал, как его тело наливается свинцом, как веки тяжелеют. Он попытался атаковать, но его движения стали медленными и неуклюжими. Усопп, пользуясь его состоянием, засыпал его градом "Звезд Соли". Соль разъедала раны, причиняя невыносимую боль. Луффи закричал, его тело содрогалось от агонии. Усопп не останавливался. Он знал, что если даст Луффи хоть секунду передышки, то проиграет. Он выпустил в него "Звезду Ударной Волны", которая сбила Луффи с ног. Луффи лежал на земле, тяжело дыша. Он чувствовал, как его тело отказывается слушаться. Он видел, как Усопп приближается к нему, его лицо скрыто маской, но в глазах читается решимость и сожаление? Усопп поднял свою рогатку. Он прицелился в голову Луффи. "Прости, Луффи," - прошептал он. Он выстрелил. "Звезда Взрыва" попала точно в цель. Взрыв был оглушительным. Когда дым рассеялся, на месте, где лежал Луффи, осталась лишь обугленная земля. Усопп стоял, неподвижно, глядя на место, где только что был его капитан. Он чувствовал, как его тело дрожит, как слезы текут из-под маски. Он победил. Но какой ценой? Он знал, что совершил нечто ужасное. Нечто, что навсегда изменит его жизнь.Усопп опустился на колени, его тело била дрожь. Он сорвал с лица маску, и мир увидел его заплаканное, искаженное гримасой боли лицо. Он победил Луффи. Он убил своего капитана. Эта мысль, словно ледяной кинжал, вонзилась в его сердце. Он знал, что это было необходимо. Корабль был сломан, и Луффи был слишком упрям, чтобы это признать. Он должен был защитить корабль, защитить память о Гоинг Мерри. Но цена оказалась непомерно высокой. Усопп поднял с земли обгоревший кусок соломенной шляпы – единственное, что осталось от Луффи. Он прижал его к груди, и рыдания вырвались из его горла с новой силой. Он предал своих друзей, предал свою команду. Он стал убийцей. Он знал, что больше не сможет смотреть им в глаза. Он не сможет жить с этим грузом вины. Он должен уйти. Исчезнуть. С трудом поднявшись на ноги, Усопп огляделся. Water 7, город, который он когда-то считал своим домом, теперь казался чужим и враждебным. Он больше не принадлежал этому месту. Он направился к окраине города, его шаги были тяжелыми и неуверенными. Он не знал, куда идет, но знал, что должен бежать. Бежать от своей вины, от своей боли, от своей команды. В голове эхом звучали слова Луффи: "Усопп, почему?" Он не мог ответить. Он не мог объяснить. Он просто хотел, чтобы все это закончилось. Добравшись до порта, он увидел небольшой рыбацкий баркас, пришвартованный у причала. Он знал, что это его шанс. Он должен украсть его и уплыть как можно дальше. Он подошел к баркасу, оглядываясь по сторонам. Никого не было. Он быстро перерезал веревки, удерживающие его, и запрыгнул на борт. Заведя двигатель, он направил баркас в открытое море. Water 7 оставался позади, постепенно исчезая в тумане. Усопп стоял у руля, его взгляд был устремлен в горизонт. Он не знал, что его ждет впереди, но знал одно: его жизнь больше никогда не будет прежней. Он стал убийцей, предателем, изгоем. Он потерял все. Но, несмотря на всю боль и отчаяние, в глубине его души теплилась крошечная искорка надежды. Надежды на то, что однажды он сможет искупить свою вину. Надежды на то, что однажды он сможет простить себя. Но пока он должен был бежать. Бежать от своего прошлого, бежать от своей вины, бежать от себя самого. И он бежал, в одиночестве, по бескрайним просторам моря, навстречу неизвестности. Его победа была пирровой, а цена – непомерно высока. Он выиграл битву, но проиграл войну. Войну со своей совестью. Солнце медленно погружалось в море, окрашивая воду в багровые тона. Усопп не отрывал взгляда от горизонта, словно надеялся увидеть там хоть какой-то знак, хоть какой-то ответ. Но море молчало, лишь волны монотонно бились о борт баркаса, напоминая о его одиночестве. Он попытался вспомнить лицо Луффи, его заразительный смех, его безграничную веру в своих накама. Но чем больше он старался, тем сильнее образ размывался, словно акварель, размытая дождем. Вместо этого перед глазами вставала обугленная земля, пепел, оставшийся от его капитана. Вина давила на него, словно неподъемный груз. Он пытался оправдать себя, убедить себя в том, что поступил правильно, что это было необходимо. Но слова застревали в горле, не находя выхода. Он знал, что лжет себе. Он убил Луффи не ради корабля, не ради Гоинг Мерри. Он убил его из-за своей гордости, из-за своей обиды. Он не мог смириться с тем, что его считают слабым, бесполезным. Он хотел доказать, что чего-то стоит, и в итоге доказал лишь то, что способен на самое ужасное. Ночь опустилась на море, окутывая баркас непроглядной тьмой. Усопп чувствовал, как страх сковывает его, как парализует волю. Он боялся не моря, не шторма, не пиратов. Он боялся себя. Боялся того, что он сделал, боялся того, кем он стал. Он попытался заснуть, но кошмары не давали ему покоя. Он видел Луффи, окровавленного, с укором смотрящего на него. Он слышал крики своих накама, полные боли и разочарования. Он просыпался в холодном поту, с колотящимся сердцем, и снова оставался один на один со своей виной. Дни тянулись мучительно медленно. Усопп почти не ел, почти не спал. Он превратился в тень самого себя, в бледную копию того веселого и жизнерадостного парня, которым он когда-то был. Однажды, проснувшись, он обнаружил, что баркас дрейфует вблизи небольшого необитаемого острова. Он решил высадиться, чтобы хоть немного размять ноги и прийти в себя. Остров оказался диким и неприветливым. Каменистый берег, густые заросли колючего кустарника, ни единого признака жизни. Усопп бродил по острову, словно призрак, не находя себе места. Вдруг он наткнулся на небольшую пещеру, скрытую за густыми ветвями. Он вошел внутрь, надеясь найти хоть какое-то укрытие от палящего солнца. В пещере было темно и сыро. В глубине он увидел небольшой источник воды, пробивающийся сквозь скалы. Он подошел к нему и жадно напился. Вдруг он услышал слабый шорох. Он обернулся и увидел маленькую птицу, запутавшуюся в паутине. Птица отчаянно пыталась вырваться, но паутина крепко держала ее. Усопп замер. Он смотрел на птицу, и в его голове промелькнула мысль: "Это я". Он тоже запутался в паутине своей вины, и не мог вырваться. Он медленно подошел к птице и осторожно начал распутывать паутину. Его руки дрожали, но он продолжал, пока наконец не освободил ее. Птица, словно благодаря его, взмахнула крыльями и улетела. Усопп смотрел ей вслед, и вдруг почувствовал, как что-то меняется внутри него. Маленький акт доброты, совершенный им, словно пробил брешь в стене отчаяния, окружавшей его. Он понял, что даже после всего, что он сделал, он все еще способен на сострадание, на милосердие. Он провел на острове несколько дней, питаясь фруктами и ягодами, которые смог найти. Он много думал, много размышлял о своей жизни, о своих ошибках. Он понял, что бегство не решит его проблем. Он должен встретиться со своей виной лицом к лицу, должен найти способ искупить ее. Он решил вернуться. Вернуться к своим накама, признаться во всем, и принять любое наказание, которое они ему назначат. Он не знал, простят ли они его, но он должен был попытаться. Собравшись с духом, он вернулся к баркасу и направил его обратно к Water 7. Путь был долгим и трудным, но он не сдавался. Он знал, что его ждет, и был готов к этому. Когда он наконец увидел очертания Water 7, его сердце забилось сильнее. Он пришвартовался в порту и медленно пошел по улицам города. Все казалось ему чужим и враждебным. Он нашел своих накама в их старом убежище. Они сидели молча, их лица были мрачными и печальными. Увидев его, они замерли. Усопп опустился на колени перед ними. "Я вернулся," - сказал он дрожащим голосом. "Я хочу признаться во всем." Он рассказал им все, от начала и до конца. О своей обиде, о своей гордости, о своей битве с Луффи, о том, как он убил его. Он не пытался оправдать себя, не пытался смягчить свою вину. Он просто рассказал правду. Когда он закончил, в комнате повисла мертвая тишина. Его накама смотрели на него с ужасом и отвращением. Он ждал их приговора, готовый принять любое наказание. Первым заговорил Зоро. "Ты предал нас," - сказал он ледяным тоном. "Ты убил нашего капитана." Усопп опустил голову. "Я знаю," - прошептал он. "Ты заслуживаешь смерти," - продолжил Зоро. Усопп не возражал. Он знал, что заслуживает этого. Но тут заговорила Нами. "Подождите," - сказала она. "Мы не можем просто убить его." "Почему?" - спросил Зоро. "Потому что он наш накама," - ответила Нами. "Он совершил ужасную ошибку, но он вернулся, чтобы признаться в ней. Он готов понести наказание." Она посмотрела на Усоппа. "Ты готов сделать все, чтобы искупить свою вину?" - спросила она. Усопп поднял голову и посмотрел ей в глаза. "Да," - ответил он. "Я готов на все." Нами кивнула. "Тогда мы дадим тебе шанс," - сказала она. "Но ты должен будешь заслужить наше прощение." Она рассказала ему о Нами предложила Усоппу искупить вину, помогая команде и защищая их. Он согласился, понимая, что путь к прощению будет долгим. Усопп поклялся посвятить свою жизнь защите накама, чтобы хоть немного смягчить тяжесть содеянного. Он знал, что никогда не сможет забыть о Луффи, но будет жить так, чтобы его память не была запятнана его преступлением. Так началась новая глава в жизни Усоппа, полная раскаяния и стремления к искуплению. *** конец флэшбека*** Ладно, насчёт моей смерти это конечно преувеличение, но всё равно Усопп понёс наказание и он теперь пропал без вести, однако я знаю, что он всё таки вернется, рано или поздно. - Луффи! Робин - тян похитили! - громко сказал Санджи. На его лице были слёзы и видно, что он не смог спасти её. - ЧЕГО БЛЯТЬ?! ТАК, КТО ПОСМЕЛ И КУДА ЕЁ УВЕЗЛИ?! ***Эниес Лобби** Хорошо, вот рассказ от лица Луффи о событиях на Эниес Лобби, с акцентом на жестокость и решимость: * Эниес Лобби... Само название плевало мне в лицо. Крепость правосудия, ха! Крепость лжи и лицемерия. Они забрали Робин, мою накама, и думали, что я позволю им просто так уйти? Они ошибались. Я стоял на крыше Rocketman, ветер свистел в ушах, а в глазах горел огонь. Передо мной – остров, ощетинившийся пушками и солдатами. За мной – моя команда, мои накама, готовые умереть за меня и за Робин. И я был готов умереть за них. "Согекинг! Снеси им флаг!" – заорал я, и Усопп, мой трусливый, но верный снайпер, выстрелил. Флаг Мирового Правительства рухнул, как и их жалкая попытка скрыть свою гнилую сущность. Вторжение началось. Я прорвался сквозь толпы солдат, мои кулаки, покрытые резиной, крушили кости и отправляли тела в полет. Я не чувствовал жалости. Они были частью системы, которая хотела уничтожить Робин, а значит, они были моими врагами. Внутри здания было еще хуже. Агенты CP9, эти лицемерные убийцы, стояли у меня на пути. Я помню их лица, полные самодовольства и уверенности. Они думали, что сильнее меня? Они ошибались. Я дрался с ними, с каждым, кто вставал на моем пути. Рокки Лучи... этот ублюдок, с его звериной силой и ледяным взглядом. Он избил меня, сломал мне кости, но не сломил мой дух. Я вставал снова и снова, каждый раз становясь сильнее. Я помню, как кровь заливала мои глаза, как боль пронзала каждую клетку моего тела. Но я не сдавался. Я не мог. Робин ждала меня. Мои накама ждали меня. Я использовал все свои силы, все свои техники. Gear Second, Gear Third... Я выжимал из себя все до последней капли. И я победил. Я сломал его, как сломал бы любую преграду на пути к моей цели. Когда я добрался до Робин, она была сломлена, испугана. Но когда она увидела меня, в ее глазах вспыхнула надежда. "Я хочу жить!" – закричала она. И в этот момент я понял, что все это было не зря. Все страдания, вся боль, вся жестокость... все это было ради нее. Я повернулся к башне, где стояли представители Мирового Правительства, и заорал во все горло: "Я объявляю войну Мировому Правительству!" Это был не просто крик. Это было обещание. Обещание, написанное кровью и потом, обещание, которое я сдержу любой ценой. Мы ушли с Эниес Лобби, забрав Робин с собой. Мы оставили за собой руины и трупы, но мы забрали самое главное – нашу накама. И я знал, что это только начало. Война только началась. И я, Монки Д. Луффи, стану королем пиратов, и я изменю этот мир, чего бы мне это ни стоило. После Эниес Лобби мир уже не мог быть прежним. Мое заявление о войне эхом прокатилось по морям, заставляя содрогаться даже самых могущественных. Они думали, что я просто глупый пират, но я показал им, что такое настоящая решимость. Возвращение на корабль было похоже на возвращение домой после долгой и кровавой битвы. Я рухнул на палубу, чувствуя, как каждая кость в моем теле ноет от боли. Но я улыбался. Робин была с нами, и это было все, что имело значение. Я видел в глазах моих накама ту же решимость, что горела и во мне. Они видели, что я готов пойти на все ради них, и они были готовы пойти на все ради меня. Мы были семьей, связанной кровью, потом и общей мечтой. Но я знал, что Мировое Правительство не оставит это просто так. Они будут преследовать нас, охотиться на нас, пытаться уничтожить нас. Но они не понимали, что чем сильнее они давят, тем сильнее мы становимся. Я начал тренироваться еще усерднее. Я хотел стать сильнее, быстрее, неуязвимее. Я хотел быть готов к любой опасности, которая могла подстерегать нас впереди. Я хотел быть уверен, что смогу защитить своих накама, чего бы мне это ни стоило. Но тренировки были не единственным, что занимало мои мысли. Я начал задумываться о том, что значит быть королем пиратов. Раньше я думал, что это просто свобода делать все, что захочешь. Но теперь я понимал, что это гораздо больше. Король пиратов должен быть сильным, чтобы защитить своих накама. Он должен быть мудрым, чтобы принимать правильные решения. И он должен быть готов пожертвовать всем ради своей мечты. Я знал, что путь к этой мечте будет полон опасностей и испытаний. Но я был готов к этому. У меня были мои накама, моя команда, моя семья. И вместе мы могли преодолеть все. Я смотрел на горизонт, на бескрайние просторы моря, и чувствовал, как во мне разгорается огонь. Огонь решимости, огонь надежды, огонь мечты. Я стану королем пиратов. И я изменю этот мир. Это было не просто обещание. Это была моя судьба. Время шло, и мы бороздили моря, оставляя за собой след из побед и разрушений. Мировое Правительство посылало за нами все больше и больше охотников, но мы становились только сильнее с каждой битвой. Я чувствовал, как моя сила растет, как мои навыки оттачиваются, как моя воля становится стальной. Мы встречали новых союзников, людей, которые верили в нас, которые видели в нас надежду на перемены. Они присоединялись к нам, становились частью нашей семьи, и вместе мы становились еще сильнее. Но были и потери. Друзья, которые пали в бою, враги, которые оказались сильнее, чем мы ожидали. Каждая потеря оставляла шрам на моем сердце, но она же делала меня еще более решительным. Я не мог позволить их жертвам быть напрасными. Я начал понимать, что война с Мировым Правительством – это не просто битва за свободу Робин. Это битва за свободу всего мира. За свободу от угнетения, от лжи, от лицемерия. Я видел, как люди страдают под гнетом Мирового Правительства, как их лишают надежды, как их заставляют жить в страхе. И я знал, что должен что-то сделать. Я не мог просто стоять в стороне и смотреть, как мир гниет изнутри. Я начал искать ответы, искать правду о прошлом, о том, как Мировое Правительство пришло к власти, о том, какие тайны они скрывают. Я читал древние тексты, говорил со старыми мудрецами, искал любые зацепки, которые могли бы помочь мне понять, как победить их. И я начал понимать, что Мировое Правительство – это не просто организация. Это система, глубоко укоренившаяся в мире, пронизывающая все аспекты жизни. Чтобы победить их, нужно было разрушить эту систему, нужно было изменить мир. Это была огромная задача, но я не боялся. У меня были мои накама, моя команда, моя семья. И вместе мы могли сделать все. Я смотрел на своих накама, на их лица, полные решимости и веры. Я видел в них отражение своей собственной мечты, своей собственной воли. И я знал, что мы не остановимся, пока не достигнем своей цели. Мы продолжим сражаться, продолжим искать, продолжим верить. Мы будем идти вперед, несмотря ни на что, пока не изменим этот мир к лучшему. И когда я стану королем пиратов, я сделаю все, чтобы этот мир стал местом, где каждый сможет жить свободно, где каждый сможет следовать своей мечте, где каждый сможет быть самим собой. Это было не просто обещание. Это была моя клятва. И я сдержу ее, чего бы мне это ни стоило. И вот, мы добрались до Гранд Лайн, места, где мечты либо разбиваются вдребезги, либо становятся реальностью. Здесь каждый остров – это новое испытание, новая опасность, новая возможность. Мы сражались с морскими чудовищами, с пиратами, чьи имена внушали ужас, с природными катаклизмами, которые казались невозможными. Каждый раз, когда мы были на грани поражения, когда казалось, что все кончено, я вспоминал Робин, вспоминал своих накама, вспоминал свою мечту. И это давало мне силы встать и продолжать сражаться. Я развивал свои способности, учился новым техникам, становился сильнее с каждым днем. Я освоил Gear Fourth, силу, которая позволяла мне сражаться на равных с самыми могущественными противниками. Я научился использовать свою волю, чтобы защищать своих накама, чтобы преодолевать любые препятствия. Мы узнали о Понеглифах, древних камнях, хранящих историю мира, историю, которую Мировое Правительство пыталось скрыть. Робин читала их, расшифровывала их, открывая нам правду о прошлом, о Затерянном Столетии, о том, что произошло на самом деле. Чем больше мы узнавали, тем больше понимали, насколько глубоко укоренилось зло в этом мире. Мировое Правительство не просто скрывало правду, оно активно подавляло ее, уничтожало тех, кто пытался ее раскрыть. Я видел, как Робин страдает, как ее мучают воспоминания о прошлом, о том, что она пережила. Я хотел защитить ее, избавить ее от боли, но я знал, что это невозможно. Единственное, что я мог сделать, это быть рядом с ней, поддерживать ее, помогать ей нести ее бремя. И я понял, что моя война с Мировым Правительством – это не только битва за свободу, это битва за правду. За право знать историю, за право говорить то, что думаешь, за право жить без страха. (Это все скорее видение истинного Короля Пиратов) ***продолжение следует***