Теперь вы будете работать вместе
21 июля 2025 г., 21:45
***
Вай
— Шериф Кирамман! — Дверь распахивается и на пороге твоего кабинета возникает Мэл. Оторопев, Медарда-младшая смотрит на меня. Как ни в чем ни бывало, я сижу в твоем кресле, широко улыбаясь. Разве что мои штаны спущены до колен, а тебе приходится сидеть под столом не шевелясь. И не дыша. — Вай, что ты здесь делаешь? — Мэл нахмурилась и сложила руки на груди. Я улыбаюсь еще шире. — Возомнила себя шерифом, пока никто не видит… Мэл молча уставилась на меня не моргая. Чем тупее оправдание, тем проще в него поверить… — Я изучаю фото с места преступления, пока шериф находится в допросной. Мы же должны дать вам какой-то результат. Мэл недоверчиво бросила взгляд на стол. В моей руке лупа, передо мной ворох фотоснимков. — Кейтлин нет в допросной, я только что оттуда. — Видимо, вы разминулись. Мэл взорвалась. — Сложившаяся ситуация недопустима! Ты читала утренние новости? — Мэл замахала руками и начала бегать взад-вперед. — Где чертова Кейтлин, когда происходит такое! Ты пискнула под столом, а я торопливо громко кашлянула и прочистила горло. — Если вы об этом неграмотном бреде из желтой газетенки, редактор которой занят не только клеветой, но и активным вмешательством в расследование и его саботажем, то… — Да, я об этом. — Мэл нахмурилась еще сильнее. — И редактора я только что выпустила. — Что?! — Я попыталась встать со стула, позабыв, что на мне нет ни штанов, ни трусов и ты тут же пинаешь меня из-под стола. Я неловко плюхаюсь на стул обратно и в этот же момент в комнату картинно входит Марта. — Ну здравствуй, Вай. Хуже некуда. — Ну здравствуй, Марта… — Я стараюсь заползти под стол как можно глубже. Бывшая медленно расхаживает по кабинету и как будто пытается зайти ко мне за спину. — «Заунский вестник» не какая-то желтая газетенка. Это самое уважаемое издание Зауна, принадлежащее самой крупной корпорации, превосходящей по своему могуществу многие Пилтоверские дома! — заявила Марта. — А у упреки в моей неграмотности просто возму… — Слушайте, Мэл, я, конечно, все понимаю, но… — Перебиваю я. — Ничего ты не понимаешь, Вай! — Крикнула Медарда-младшая. — А разве перед вышестоящим руководством не надо вставать по стойке смирно? — Марта осклабилась и с интересом попыталась рассмотреть фото на столе. Я упорно молчу и вжимаюсь в стул. Теперь эта зараза, включившая режим крысы, будет подъебывать меня постоянно. — Обойдусь. — Мэл махнула рукой. — Так вот, Вай. Репутация сейчас максимально важна! Не знаю, где носит Кирамман, но ей повезло, что ее сейчас здесь нет. Я бы убила ее голыми руками, за эти ее оправдания на пресс-конференции! Рейтинг совета и мой лично упал ниже Бездны! Особенно после войны! Мы не можем допустить начала гражданской войны, после того как еле-еле пережили внешнее вторжение! Ты зашипела от злости и впилась ногтями в мои бедра. — Что это за звук? — Марта с любопытством посмотрела на стол. — Тебе показалось. — Я киваю Мэл в полном ужасе. — Вы меня вообще слушаете?! — Заорала советница. — Конечно, мэм. — Простите, мэм. — Так вот, Вай. — Мэл оперлась руками на столешницу. — Слушай меня очень внимательно. С этого момента вы с Мартой работаете вместе. Я разинула рот. Ты грохнулась головой о столешницу. — Да что там такое, блять… — Марта упорно лезет посмотреть под стол, но я останавливаю ее, уперевшись ладонью в ее лицо и с силой толкаю назад. — Тебя это тоже касается, репортерша! — Мэл грохнула кулаками о крышку стола. — Конечно, советница, простите. — Марта испуганно шарахнулась в сторону и злобно посмотрела на меня. — Советница, при всем уважении, но мы не можем работать сообща с репортерами, потому что нам придется передавать материалы дела СМИ. — А у вас есть материалы, чтобы их передавать? Правда, Вай? Очень любопытно. — Марта улыбнулась еще шире, чем я. — Мне казалось, что на пресс-конференции шериф Кирамман ясно дала понять, что у вас ничего нет. Я начинаю краснеть от злости. — Заглохни, ради бога. Почему все в этой комнате перебивают меня? — Мэл разошлась не на шутку. — Простите, мэм. — У нас действительно ничего нет, Марта. — Согласилась советница. — Но чтобы раскрыть это дело, нам придется работать сообща. У миротворцев есть влияние, а у тебя источники. — Эй, у меня тоже есть источники! — Я снова подорвалась на стуле, но вовремя усадила голую жопу на место. — Еще одно слово, Вай, и ты вылетишь из корпуса как пробка из бутылки игристого. — Мэл ткнула в меня пальцем. — Я слишком долго была с тобой и Кейтлин доброй и снисходительной! Марта хохотнула. — А ты! — Советница тут же переключилась на репортершу. — Если будешь выкидывать фокусы и не будешь соблюдать договоренности — снова сядешь в кутузку. Улыбка Марты сползла с лица. Мэл направилась к выходу из кабинета и скрылась в коридоре. Бывшая быстро посмотрела ей вслед и встретила со мной холодными зелеными глазами. — Ну здравствуй. — Ну здравствуй. — Я спокойно смотрю на Марту, не шевелясь. Когда же она уже съебется отсюда… — Как дела? — Марта, ты прикалываешься? — Отчасти. — Свали, у меня много дел. — Я картинно начинаю рассматривать фотоснимки. А может и не картинно. В глаза бросилась одна любопытная и незаметная хрень… — Ну то есть ты совсем не рада меня видеть? Я раздраженно швыряю лупу на стол. — Послушай, ты что удовольствие получаешь от издевательств над людьми? — Понятно. — Марта вздохнула и посмотрела в окно, пытаясь зайти ко мне за спину. — Я тебе сразу говорю, что работать я с тобой не испытываю никакого желания. И тем более, делиться информацией. Да и вообще, весьма странно, что ты сама до сих пор не распутала дело о похищении Серафины, продавшись сперва Ренате Гласк, а теперь еще и совету. Что за статейки тебе заказала Мэл? Будешь обелять совет по заказу? Ты в такой же жопе как и мы, потому что и у тебя нихрена нет! А Рената с тебя, очевидно, требует. Так что понятия не имею, что тебе там понятно. Глаза Марты налились кровью. — Да мне все понятно. И выводы я уже сделала. — Злобно зашипела она, стараясь сохранять самообладание. — Святая, блять, Жанна… Ты вообще не изменилась. Такая же мозгоебка как и была. — А ты такая же несговорчивая абьюзерша. — Схуяли я абьюзерша? — Я снова пытаюсь подпрыгнуть на стуле. Но Марта лишь расхохоталась, а ты снова пнула меня под столом. — И такая же импульсивная. Но я скучала по тебе. Начинается. — А я — нет. — Отрезала я совершенно искренне. — Ладно, может ты и права и у меня на самом деле очень мало информации. — Марта уселась задницей на мой стол. — Но, как и сказала Мэл, нам придется работать вместе. Так что, чем быстрее ты введешь меня в курс дела, тем быстрее все закончится. — Я введу тебе в ноздрю этот карандаш, если ты не оставишь меня в покое. — Может мне снова позвать Мэл? Ты же слышала, что она сказала. Один косяк и ты вылетаешь. — Косяки и тебя касаются. Я не буду вводить тебя ни в какой курс дела, пока я не обсужу это с Кейтлин. — Кейтлин… — Томно растянула Марта. — Шерифом Кирамман, — исправилась я. Блять… Марта продолжает тянуть широченную паскудную улыбку. А я понимаю, что если я сейчас же ее не выставлю, ты просто ее убьешь. — Слушай, я правда не могу вот так все выложить тебе без разрешения своего начальника. Давай встретимся завтра и все обсудим. Ты получишь все, что у нас есть, напечатаешь первой все новости о Серафине. Правдивые новости о Серафине. И получишь свою великую славу, денежки от Ренаты и бесконечную благодарность совета. А мы спокойно раскроем дело и сделаем дерьмовый мир чуточку лучше. Марта фыркнула. — И все такая же идеалистка. — Иди в жопу, Марта! — Рявкнула я, потеряв терпение. — Встретимся завтра в Зауне в Последней капле. — Окрыленная собственной надуманной победой, бывшая упорхнула из кабинета и скрылась в коридорах полицейского участка. — Бери свою Кейтлин и будем смотреть у кого что есть.***
Кейтлин
— Какого хрена, блять! — У меня сейчас лопнут глаза от злости. Я отпихиваю стул вместе с тобой и выбираюсь из-под стола. — Мэл лучше убить меня раньше, чем я разорву на части эту Марту! — Детка… — Ты торопливо натягиваешь штаны. — Как будто у тебя и правда нет своих источников… — Я сейчас совершенно точно что-нибудь разнесу. — Почему мы должны с ней работать? — Я думаю, ты знаешь. Я тяжело вздохнула. — Потому что у нас и правда ничего нет. А «Заунский вестник» теперь под Гласк Индастриз. Очевидно, Мэл пытается заручиться поддержкой Ренаты и теперь нам придется работать с этой козой… — Меня утешает только то, что коза ограничена в своем творческом самовыражении. — Ты застегиваешь ремень на брюках и заправляешь футболку. — А я бы этим так не утешалась. — Я торопливо собираю волосы и привожу в порядок одежду. Святая Жанна, нас чуть не застукали. И это было… Возбуждающе… — Почему? — Потому что ее вынуждают делать то, чего она не хочет и она будет саботировать нам всю работу. Например, начнет писать гадости на Пилтовер и косвенно обвинять нас. Как будто ты ее не знаешь! — Меня накрыло новым приступом ярости. И ревности. — Почему не Заун? Просто потому что она сама из Зауна и не хочет очернять его жителей? — Ты надулась. — Потому что злить Заун, у которого отняли певицу-заунитку — их символ и гордость и при этом еще и обвинять жителей в преступлении — это развязать гражданскую войну. Включи мозги, Вай. Ты вздохнула и опустила руки. — Я знаю, что она немного наступит себе на горло, если хочет получить себе в карман сенсацию. — Ты в этом уверена? — Я сложила руки на груди. — Ты слышала, завтра у нас встреча у Севики. Там у нее все и спросим. — Надеюсь, она хотя бы не притащит с собой Джинкс… — Даже не знаю. Может лучше держать сестру под присмотром? Опять же, ее связи с щипачами. — Если мы говорим о твоей сестре, то я вообще не знаю, что лучше… Ладно, пока есть время, предлагаю опросить нашу знакомую семейную пару с площади.***
— Хотите чаю? — Спросила хозяйка дома, глядя мне прямо в глаза и как будто бы не моргая. — Спасибо, откажусь. — Я разглядываю скромное, но подобранное со вкусом убранство дома маньяков. Вся мебель была старой, но в очень хорошем состоянии. На полках не было ни единой пылинки, а все вещи лежали на своих местах так, как будто именно для них и были созданы. Фотоснимки, кружевные салфетки, связанные крючком. Старые куклы… И почти все без глаз… И все это в полутемной комнате, освещенной тусклыми от старости лампами, которые не менялись очень много лет и уже готовились выйти из строя. — Ты чего, Кексик? — Шепнула мне ты едва слышно. — Отказываться нельзя. Это дурной тон. — А вдруг они меня отравят? Они же маньяки… — Если хочешь, чтобы они воспринимали тебя всерьез, то придется принимать вызов. Иначе будут думать, что ты трусиха. — Даже если и так, вы все равно не умеете готовить чай… Я отравлюсь не от яда, а от того как ужасно вы его портите… — Не веди себя как зажратая принцесса, пожалуйста. — Зашипела ты и тут же улыбнулась безразличной хозяйке дома. — Знаете, пожалуй, я выпью с вами чай. — Я растянула свою самую обаятельную улыбку, предвкушая какой ужас меня ждет. Хозяйке это явно понравилось и она немного расслабилась. — Я поставлю чайник. — Хозяин дома встал с кресла и удалился на кухню. Я с тоской смотрю на стену, которую мы проломили этим людям. Она была грубо залатана куском металла на заклепках, будто заплаткой. На стене висела рамка с семейной фотографией со свадьбы этих людей. Все такие же мрачные. Никаких улыбок. По стеклу рамки поползла сеточка трещин. — Госпожа, мне очень жаль, что мы разрушили ваш дом. Надеюсь, вы получите компенсацию в ближайшее время… — Бросьте. — Жена растянула пластмассовую и ненатуральную улыбку, от которой у меня мурашки побежали по спине. — Восстановите сначала город, а мы как-нибудь сами справимся. — Это вопрос безопасности, госпожа… — Не беспокойтесь, воры к нам не заглядывают. — Жена взяла со стола нож для бумаги и почистила им под ногтем. — Я все равно приношу свои глубочайшие извинения от лицо всего Пилто… — Вы же не специально, правда? — Жена посмотрела на меня исподлобья и снова широко улыбнулась. — Конечно нет… На нас напали и… — Да, я в курсе. У Иерихона всегда что-то происходит. Какого черта я перед ней оправдываюсь? Сидя на ее диване я понимаю, что в случае чего не смогу выхватить из-за пояса пистолет. Я встаю и подхожу к полке с фотографиями. Детей у семьи нет. Все фото совместные, на каждой пара с одинаковым каменным выражением лица. — Как вы познакомились со своим мужем? — На охоте за очередной жертвой. — Совершенно спокойно ответила жена. — Что? — Что? Ты вдруг расхохоталась. Хозяйка дома тоже. Но как-то неестественно. — Простите. — Сказала жена, утирая слезы смеха кончиками пальцев. — Не могла не пошутить. Просто мы отличаемся от других. И поэтому все в округе считают, что мы с мужем маньяки и похищаем людей, чтобы пытать их. Я нервно хохотнула. — Да что вы? Какая нелепость? С кухни раздался свист чайника и вскоре на пороге появился супруг с подносом и чайными чашечками. — Что вас так рассмешило, дамы? — Муж также неестественно улыбнулся и поставил передо мной поднос. — Я рассказала нашим гостям как мы с тобой познакомились. — О, милейшая история. — Супруг растянул улыбку еще шире. — И увлекательнейшее приключение. — Да, я помню как мы бежали сквозь то кукурузное поле далеко за городом… — Жена вроде бы мечтательно закатила глаза. — Жаль только, что тот парень все-таки сбежал… — Муж вздохнул. Я нервно сглотнула, но через секунду все снова громко расхохотались. Все, кроме меня… — Боже, Кейт, эти ребята просто нечто… — Ты хлопаешь себя по колену от смеха. Я наливаю себе чай в старую фарфоровую кружку. Настоящий винтаж. — Вы живете в доме родителей? — Я решаю вернуть разговор в продуктивное русло. — Совершенно верно. — Отвечает муж. — Это дом моего отца. Он умер в шахтах. — Мне жаль, сэр. Я вижу, что на мое сожаление ему плевать и он ни капли в него не верит. — Вы сохранили удивительную атмосферу старины того времени. Я как будто вернулась во времени в свое глубокое детство. Старые куклы… — Без глаз… — Винтажная посуда, убранство. У вас потрясающий вкус. Мне надо установить с ними доверие. — Это заслуга моей супруги. Мы хотели остаться в самом счастливом времени. В нашем детстве. — Еще я поражена тем, как вы организовали здесь пространство. Площадь дома небольшая, но все вещи на своих местах. Наверняка есть еще площади для хранения вещей. Я слышала, в таких старых домах были подвалы. Ты напряглась. Да, я рассматриваю потенциальную возможность того, что они могут удерживать Серафину в подвале. — Дом не настолько старый. Подвалов в таких домах больше не строили, но у нас есть чердак для хранения крупногабаритных вещей. — Жена как будто понимает к чему я веду и ничего не скрывает. — Можете осмотреть, если хотите. — В этом нет необходимости. — Встреваешь ты. В принципе, правильно. Мы не имеем права проводить осмотр без ордера и понятых. — Я понимаю, что у вас нет разрешения и вы, очевидно, подозреваете нас в похищении кого-то. — Супруг взял чашечку чая и забросил ногу на ногу. — Полиция приходит к нам каждую неделю, вам не обязательно соблюдать весь официоз. Можете осмотреть все комнаты и чердак, мы не станем препятствовать, просто ничего не разбейте как прошлый патруль… — Который разбил мою любимую фарфоровую куклу. Она была со мной с самого детства. — Продолжила жена. В ее голосе проскользнули стальные нотки. Дерьмо… — Черт, госпожа, мне жаль… — Ты совершенно искренне подаешься вперед. Опять встаешь на сторону опрашиваемых… — Муж склеил ее. — Жена отстраненно посмотрела в окно. — Трещины все равно видно, но она хотя бы снова со мной. Как символично… От проклятой системы страдает так много людей и ничто не проходит бесследно. Всегда остаются трещины и их всегда очень хорошо видно, даже если попытаться все склеить… Может система и сделала их такими? Я отпиваю из чашечки пытаюсь внимательнее осмотреть дом. Чай удивительно недурен. Дешевая заварка, но приготовлена как положено. Точно маньяки… Ладно, сменим тактику. Ты отвлекай их своим сочувствием, в которое они верят больше, чем в мое. А я пока осмотрюсь. — Простите, где у вас уборная? — Поднимитесь на второй этаж, прямо по коридору и направо. — Сообщил муж. — Лестница на чердак прямо перед дверью в уборную. — Сообщила жена. Черт. Я встречаюсь с твоим осуждающим взглядом. — Давайте мы просто сразу вас туда сопроводим и вы убедитесь, что мы никого не похищали? — предложил муж. — И не расчленили. — Добавляет жена. — Вообще-то мы здесь по другому поводу и не подозреваем вас в таком… — Господи, куда я попала… Но все снова громко и неестественно расхохотались. — Мы здесь из-за похищения Серафины. — Я решила перестать ходить вокруг да около. — Вы считаете, что мы похитили Серафину? — Жена, кажется, удивилась совершенно искренне. — Мы не похищаем женщин. Еще и такого статуса. Это же целая куча проблем. Мы бы попросту не могли ее спрятать, живя у самой проходной закусочной на площади. — Супруг тоже совершенно искренне развел руки. — Круглосуточной проходной. — Добавила жена. Логично. Но кто мешает вам морочить мне голову. И если вы думаете, что я не пойду на ваш чердак просто потому что вы разрешили, то черта с два. — Да и зачем нам это… — Муж почесал в затылке, пытаясь понять, почему его могли обвинить в таком. — Выкуп? — подсказываю я. Муж явно оскорбился. Ну хоть какие-то эмоции вы способны проявлять… — Знаете ли, может моя зарплата не слишком велика и я не трачу на жену столько, сколько она заслуживала бы, но мы не нищие и не нуждаемся в чужих деньгах! — Я думаю, что вам стоит уйти как только вы загляните на чердак. — Жена сложила руки на груди и снова натянула свою безразличную маску. Все вчетвером мы поднимаемся на второй этаж. Вижу, что ты чувствуешь себя обосранной. Сколько раз я говорила тебе дистанцироваться. — Кейт, это было как-то не правильно… — Шепчешь ты. — Выключай эмоции. — У нас нет разрешения. И теперь они нам больше не будут доверять. — Они сами предложили осмотреть чердак, ничего незаконного тут нет, Вай. Мы оказываемся у лестницы наверх. Муж взбирается первым, толкает наверх люк и подает мне руку. Черт, а что если они затащат меня на чердак? И бросят там? Я смотрю на тебя через плечо, но ты совершенно спокойна и расслаблена. Я вздыхаю и подаю руку мужу. Холодные сухие пальцы слегка сжали мою кисть и потянули наверх. Я взобралась на чердак и громко вскрикнула, схватившись за пистолет. Тут же на чердаке возникла ты, размахивая руками и пытаясь меня защитить. — Что это такое?! — Ору я в ужасе. — Это наш слуга. Он устроился к нам на работу совершенно официально. — Заявила жена, которая влезла на чердак последней. На нас перепуганным взглядом смотрел ноксианский солдат, которого похитила жена прямо на моих глазах. На нем был костюм горничной на голое тело. — Господи!.. Святая Жанна, сэр, вам нужна помощь?! — Я подбегаю к ноксианцу и осматриваю его на наличие ран. Солдат испуганно замотал головой и посмотрел на своих… Работодателей… Кажется, он ищет их поддержки. — Дорогая, я принесу бумаги. — Какие еще бумаги? — Я так устала шокироваться от этого сюрреализма, что просто хлопаю глазами. — Трудовой договор с этим господином, где указано, что теперь его зовут Клубничка, он выполняет все наши поручения, а мы взамен платим ему едой. — Жена подняла указательный палец вверх. — У него и Заунская прописка есть. — Добавил муж. — Как вы ему прописку-то сделали?! — Я в полном шоке. — Кейт, — шепчешь ты, — я тебе потом расскажу, как у нас это делается. Клубничка согласно закивал головой и улыбнулся. — Как видите, Серафины здесь нет. А Клубничка живет у нас на совершенно законных основаниях. Я в ужасе смотрю на тебя. Ты листаешь договор, который тебе любезно дала жена. — Все законно, Кейт. — Заключаешь ты. — Сэр, вы ведь добровольно подписали эту бумагу? Клубничка охотно закивал головой. Я оглядываю чердак глазами размером с пятак. Замечаю на полках страпоны, флаконы с лубрикантом и другие странные секс-игрушки. Перевожу взгляд на Клубничку, который прикрывал передником огромные мускулистые бедра. — Чем вы тут вообще занимаетесь?! — Выдыхаю я. Клубничка совершенно искренне и счастливо улыбнулся вместо ответа. — Это не считается незаконным, Кейт… — Шепчешь ты мне совершенно спокойно. — Я думаю, мы можем идти. Серафины здесь нет. На негнущихся ногах я спускаюсь по лестнице вниз и направляюсь ко входной двери. — Сэр, последний вопрос. — Я слышу твой голос. — Вот на этом снимке, вы с вашей супругой. Вы случайно попали в кадр. — Да. Это было перед самым взрывом. — Сообщил муж. — Вы не пострадали? — Нет, мы не пострадали. — Добавила жена. — Взрыв совершила Джинкс. Я остановилась как вкопанная и круто развернулась на каблуках на сто восемьдесят градусов. — Вы уверены, сэр? — Твой голос слегка дрогнул. — Да. И я, и мой муж, и Клубничка, который был с нами видели совершенно отчетливо Джинкс и ее косы.***
Вай
Я поднимаю маленькое окошко в свою комнату и протягиваю тебе руку, чтобы ты могла пролезть внутрь. — Они сказали, что видели ее косы. Я два раза переспросила. Про лицо ни слова. Они говорят, что это именно косы. — Я прокручиваю наш разговор с семейной парой раз за разом. — Все нужно тщательно проверять, Вай. Странные все-таки ребята, эта семейная чета. Нам они сказали, что это Джинкс, но давать официальные показания отказались. — Никто не будет стучать на своих, Кейт. — Я стягиваю с себя надоевшие мне за весь день шмотки и с удовольствием падаю на кровать только в одном нижнем белье. — Как же с вами тяжело… — Ты ложишься рядом со мной. — Зато не скучно. Ты посмотрела на меня сурово. — Если серьезно, то тебе надо перестать давить на заунитов, Кексик. — Думаешь, я давлю? Я поворачиваюсь к тебе лицом и убираю прядь волос со лба. — Ты можешь и хитростью брать, но когда тебе надо решить что-то быстро, ты начинаешь топать ногами и требовать результата прямо сейчас. — Прямо как ты. — Ты погладила меня по щеке. — Прямо как я. — Я улыбнулась. — Ты от меня многих нехороших вещей набралась. — А хорошего я набралась? — Ты нежно улыбнулась мне и придвинулась ближе. — Ты стала более уверенной в себе, как мне кажется. — А до этого я разве не была? — Ты игриво изогнула бровь. — Черт, это был вопрос с подвохом, да? Ты вдруг отвела взгляд. — Прости, я не хочу тебя мучить. Я все вспоминаю ваш диалог с Мартой… — Не бери в голову, Кейт, я же сказала, что у нас с ней давно все кончено. И «кончено» — это наречие. — Она сказала, что скучает. — Ты подтянула колени к груди. — Мне жаль, что она скучает, но такова жизнь. Я не стану тебя бросать и начинать снова эту нервотрепку со своей бывшей, просто потому что она скучает. — Я знаю, просто… Кажется, я потеряла уверенность в себе. Я каким-то параноиком стала. Кажется, что все меня бросят, изменят мне, сожрут. Никогда я не видела мир таким враждебным к себе. — Это стресс и накопленная усталость. Мир, конечно, знатное говно, но мы ведь работаем над тем, чтобы он стал лучше, правда? — Обычно это я тебе говорила. — Ты прижалась к моей груди и спрятала лицо на моей шее. — Видишь, у тебя получилось. — Не получилось. Я же вижу как тебе тяжело с миротворцами. И как часто ты говоришь о том, что сомневаешься. — Разве ты не заметила, что я не из тех людей, что бросают все в самом начале? А сомнение это вполне нормальное чувство. — Конечно. Прости. — Ты легонько толкнула меня на спину и оседлала меня. — Кейт… — Что? Мы же договорились воздерживаться с завтрашнего дня? — Твои свободно руки гуляют по моему телу, ты сжимаешь мою грудь, наклоняешься, дышишь в шею, прикусываешь, двигаешь бедрами… — Помнишь, как раньше мы не могли заняться сексом, потому что кто-то постоянно мешал? — А теперь, кажется, мы не можем остановиться… — Ты пытаешься стянуть с меня трусы, как вдруг дверца шкафа захлопнулась с оглушительным грохотом. — Блять, что это?! — Ты вскочила и моментально нырнула под одеяло, натянув его до самых глаз. — Это мой призрак. Знакомься. — Я нехотя встаю с кровати и натягиваю пижамные штаны. — Блять, Вай, если это правда студенты, то они узнают, что я здесь… — Если честно, я рассчитывала, что все курсанты будут заняты поисками Серафины… — Куда мне спрятаться?! — Да уже никуда. Придется использовать запугивание и шантаж… Ну или продадим его нашей знакомой семье из нижнего города… — Я подкрадываюсь к шкафу, хватаюсь за ручку и с грохотом захлопываю ее. В шахте послышался шум возни. Кто-то пытался удрать. Я слежу за движением засранца и понимаю, что он движется в коридор, через ванную. — Кейт! Лови его в коридоре! — Что? — Блять… — Я бросаюсь к вентиляции в сортире, запрыгиваю на бортик ванны, срываю вентиляционную решетку и сую руку во тьму. Коснувшись чего-то влажного и холодного, я вскрикнула… Что-то очень неприятное и чешуйчатое… — Вай, ты в порядке? — Он уходит в коридор! — Я вылетаю из ванной комнаты и несусь в прихожую. — Вай! — Я вижу как ты почти по пояс залезла в вентиляционное отверстие в коридоре… — Вай, он меня с собой утаскивает! — Так отпусти его, господи! — Не могу! Я его поймала! Вытащи меня отсюда! — Пожалуйста, отпустите, мне страшно… — Раздалось из вентиляционной шахты… Какой знакомый голос… Мягкий, почти бархатный баритон с нотками страдания… Я хватаю тебя за ноги и рывками вытаскиваю из шахты. — Я знаю, кто это, Кейт… — Я тоже, господи, вы меня сейчас напополам порвете… — Буркнула ты… — Вылезай! — Кричу я в шахту. — Я не могу… Я застрял… — Нахуя ты туда залез? Чтобы там застрять, мать твою? — Ору я злобно. Поверить не могу. Просто не могу поверить, что это тот самый человек, которому я доверяла в этом шапито почти так же, как и тебе… Вернее, не человек. Вастайя… — Вай, тяни сильнее… — Пожалуйста, мне больно… — Заныл предатель. Из трубы показалась нога. Перепончатая… Ты хотя бы не утка… — Прекрати упираться! Или я тебя убью! — Я тащу тебя изо всех сил. — Вы и так меня убьете… — Взвыл призрак. — Можешь выбрать! Это будет быстро и безболезненно или медленно и мучительно! — Святая Жанна, — вздохнул призрак, его ноги расслабились и обмякли. Я теряю равновесие и падаю назад. Ты валишься на меня, а следом на нас валится… Стэб. В одних трусах и нательной майке. — Я не могу поверить. — Выдыхаешь ты, смахивая растрепанные волосы со лба. — Стэб, как ты мог? Я смотрю на осунувшееся лицо ящерицы с глубокими мешками под глазами. — Прошу, не бейте, я все объясню, я не со зла… — Ты не со зла за мной шпионил? — Я вцепилась пальцами в майку вастайи и с силой рванула на себя. Стэб беспомощно прикрывался руками. — Я страдаю лунатизмом… — Чего, блять? — Я выпускаю из рук майку и Стэб валится на жопу. — Я лунатик. Я хожу во сне. Это правда… — Ты не похож на спящего сейчас. — Я сложила руки на груди, пытаясь понять пиздеж это или нет. — Вы разбудили меня и я испугался, оказавшись в замкнутом пространстве… — Поэтому ты лезешь в вентиляцию? В такую узкую? Как ты вообще туда поместился?! — Я земноводный, у меня подвижный скелет… Я поморщилась, пытаясь представить, как деформировалось тело вастайи, пока он забирался в шахту… — И мне, как земноводному, нужна вода… А в этой комнате есть ванная… Я не спроста тебя сюда поселил, Вай. Я могу тебе доверять и знаю, что ты меня не выдашь. Я ничего не могу поделать со своей болезнью… Мне очень нужна вода и я не контролирую себя во сне… — А пена для ванны тебе тоже нужна? — Я нахмурилась. — Это был перебор, я согласен… Она просто пахла так чудесно… — Почему ты сразу не заселился в эту комнату, а терроризировал меня постоянно? — Потому что мне хотелось, чтобы кто-то меня поймал и помог. Ну еще адреналиновая зависимость… — Блять, ты странный просто пиздец… — Знаю, простите… За такое количество времени ни один врач не смог мне помочь. Не знаю, на что я рассчитывал… — Стэб поднялся с пола и поправил грязные трусы, испачканные в вентиляции. — Теперь вы на меня доложите? — Нет. Мы же свои. — Я вздохнула. — Да и какой специалист тебе поможет? У нас только Юрий, который работает всеми врачами сразу в Зауне из-за чертовой оптимизации, которую сам же и устроил… — Почему ты не пошел к пилтоверскому специалисту? — Ты подошла к Стэбу и отряхнула его. — У меня нет денег. Ну конечно. Бесплатная пилтоверская медицина, за которую нужно платить… — Я стою в очереди к бесплатному сомнологу в Пилтовере, но моя очередь наступит только через двести пятьдесят два года, а денег, чтобы заплатить у меня нет. — Пиздец, — я почесала в затылке. — В Пилтовере столько лунатиков? — Похоже на то… — Ты удивленно хлопаешь глазами. — Я поговорю с отцом… Попробуем тебе помочь. — Вы серьезно? — Вполне. Только нужно кое-что взамен. — Я обещаю, что не выдам вас. Могу даже дать ключ от своей комнаты. У меня есть отдельный вход. Кейтлин, ты можешь попадать в общежитие не лазая в окно… По рукам? — По рукам… — Ну… — Стэб, нерешительно помял край своей майки. — Я пошел? — Иди… — Я вздохнула. — Я заранее прошу прощения, если снова заберусь в твою комнату… — Ты не хочешь ночевать у меня какое-то время, Вай? — Ты посмотрела на меня уставшими глазами. — Можно мне ночевать у тебя какое-то время? — В окне моей комнаты показалась Джинкс, глядя на тебя беспомощными глазами, под которыми красовались огромные фингалы. Сестра потянула носом и утерла кулаком струйку крови, сочившуюся из носа.
