Горизонт Теней

Июнь, 1996-го Нимфадора Тонкс вот уже несколько дней находилась «в гостях» у Пожирателей Смерти в особняке Малфоев. Все это время она не покидала комнаты, видя лишь эльфов, приносящих еду да окошко, выходящее в роскошный сад за домом. В како-то момент страх присущий ей в первые дни просто испарился, а его место занял гнев. Гнев на предательство Томсон и Гастингса, ведь, как и обещал, ее дядя показал девушке свои воспоминания. Дора лично видела, как те двое которых она когда-то называла друзьями, прикрывались ее телом дабы Люциус их не убил. Гнев на свою маму, от которой она получила письмо, в котором та просила ее не возвращаться ибо это было слишком опасно, ведь будучи в розыске в магической Англии аналогичная ситуация ожидала ее и в Лондоне, где бы ее искали, как выразилась в письме Андромеда, люди из магловской организации Амбрелла. Больше всего, Дора гневалась на себя. За слабость и доверчивость. За неспособность решать самой за себя. В какой-то момент она заметила, что каждый вечер сидя у окна и глядя на закат она возвращалась к той ночи в министерстве. Невольно ее мысли возвращались к одному парню. Одному человеку которого она по-настоящему увидела лишь в ту ночь. Ее мысли возвращались к Гарри: «Бушующее синее пламя. Длинные огненные хлысты, превращающие людей в пепел. Огромная сила и невероятный жар исходящие от парня… Нет, от Воина Дьявольского Пламени…» — «Воин Дьявольского Пламени» – повторила у себя в голове Дора, сидя возле окна, — «А тебе идет, Гарри» С уроков истории и собственных исследований, девушка помнила, что только один человек мог подчинить и управлять Дьявольским Пламенем – Геллерт Гриндельвальд. Нимфадоре не составило много труда вспомнить, что Лилиан, мама Гарри была приемной ведь эта информация хранилась в архивах Аврората к которому у Доры когда-то был допуск. В какой-то момент все пазлы сложились воедино: Гарри был не полукровкой, а чистокровным волшебником, при этом не простым. Он был наследником Гриндельвальда. Именно из-за древней крови, текущей в его венах, он и мог с такой легкостью управлять Дьявольским Пламенем. — «Я всегда знала, что ты особенный…» – снова улыбнулась Дора. С утра следующего дня, Нимфадора все-же решилась выйти из комнаты. Приоткрыв дверь, она выглянула в коридор. Вокруг небыли никого. Выйдя, она проследовала по мрачному коридору, осветляемому лишь утренним солнцем, выглянувшим с за горизонта. Завернув за угол Дора испугалась, увидя двух крепких парней в черных мантия говоривших о чем-то своем. Через мгновение парни заметили ее, выпрямившись и поклонившись. — Доброе утро, мисс Тонкс, – поприветствовал ее один из парней. — Приятно видеть вас в здравье, мисс Тонкс, – сказал второй держа голову согнутой. Дора широко раскрыла глаза удивившись странно доброжелательной реакции парней. Она думала, что ее вернут в комнату или на худой конец будут смотреть косо. Но эти двое относились к ней с уважением, словно она королевская особа. — Привет… – улыбнулась немного в замешательстве ответила Дора, — Я пройду? – спросила она, указывая на проход за парнями. — Конечно, прошу прощения, – ответил тот, что повыше, давая дорогу женщине. — Хорошего дня, мисс Тонкс, – сказав девушке вслед второй. Нимфадора на секунду обернулась заметив, как парни перешептываться между собой глядя ей в след улыбаясь. Она не хотела этого признавать, но ей была приятна столь положительная реакция на ее персону, а тем более от тех, кого она до недавних пор считала врагами. Выйдя в основной зал, Нимфадора увидела множество других членов организации каждый из которых был занят своим делом. Немного походив туда-сюда, Дора поняла, что эти люди не те, кого из них «лепит» министерство. Они небыли ни террористами не культистами-психопатами. Не было ни страшный ритуалов из разряда некромантии, не жертвоприношений не тем более каких-то пыток ради забавы. Это были просто люди занятых своими делами. В одной из комнат она заметила несколько человек сидевших за столом с горами бумаг планируя, как ей показалось некий бюджет и траты на провизию, одежду и зелья. В другой же комнате были слышны хлопки от заклятий, ударявшихся друг о друга и стены. Эта была тренировочная комната, где члены организации тренировались друг с другом или на живых манекенах. Почти целый день Дора провела в наблюдениях за жизнью, кипевшей в особняке. Заглянув за каждый угол и в каждую комнату, она видела лишь обычных людей, работавших словно в стандартном офисе, каждый занятый своим делом. За целый день она не увидела не единого подтверждения риторике министерства. Под конец дня, в особняк прибыли и высшее руководство Пожирателей Смерти, так называемый Внутренний Круг. Нимфадора многих из них узнала: дядя Люциус и тетя Цисси за ними прибыл и высокий, бородатый мужчина в котором девушка узнала Августа Руквуда идя рядом с неким молодым парнем со странными, даже немного пугающими, сонными глазами ярко-лазурного цвета. За ними прибыли и еще несколько членов Круга которых она не знала. Последней же прибыла высокая черноволосая женщина, которую не знал только ленивый. Это была Беллатрикс Блэк. Одетая во все черное с нотками серебряного, ее фиалкового цвета глаза словно светились во мраке вечернего особняка. Все новоприбывшие ушли в дальнюю комнату, в которой до этого бывала Дора, понимая, что началось у них что-то вроде совещания. Стоя на балконе второго этажа, выходящего в зал к направлению той самой комнаты, Дора уперелась о стену наблюдая за закрытой дверью. Прошел уже почти час, но никто не выходил, и девушка решила больше не ждать, а прогуляться, ведь на улице она не была уже несколько дней. Выйдя в открытые двери, оставшиеся после прибытия Внутреннего Круга, Дора увидела двух охранников, стоящих по сторонам большой арки ведущей в сад. Охрана еле заметно поклонилась девушке, даже не пытаясь ее задержать или остановить, дав ей абсолютно беспрепятственно выйти в сад. Остановившись и оглянувшись, Нимфадора заметила в далеке по периметру охрану, ходящую со стороны в сторону патрулирующих местность. — «Да их сотни!» – удивленно подумала Дора, сопоставив число тех, кого она видела за целый день в особняке и охрану по периметру. Прогулявшись по великолепному вечернему саду с его изгородями, мини-лабиринтом в котором можно было легко затеряться, да каменными дорожками, Дора решила посидеть на одной из многочисленных каменных лавочек. Вдыхая свежий воздух и слыша шуршание зверушек вокруг, приносили умиротворение молодой девушке пытаясь переварить все увиденное и впервые столкнувшись со лживой пропагандой, которой ее пичкали ежедневно в министерстве. Спустя несколько минут в дали она заметила медленно шагающего Руквуда в направлении каменной лавочки за углом небольшой зеленой изгороди почти на границе сада, выходящей на густой лес в дали. Немного поразмыслив, ей пришла идея последовать за мужчиной дабы взглянуть, что он задумал. Подойдя вплотную к изгороди, за которой должен был находиться Руквуд, Дора внезапно услышала звонкую, завораживающую мелодию. Заглянув за угол Нимфадора, увидела Августа Руквуда сидящего на каменной лавочке лицом к лесу играющего на флейте. Мелодия завораживала девушку, будучи одновременно печальной и веселой, громкой и тихой словно целый хор из десятка музыкантов одновременно играл на флейтах. Листья вокруг вспарили в воздух, на изгородь, траву и даже дальние деревья прилетели маленькие птички словно в такт мужчины начав чирикать, создавая поистине великолепную мелодию. Лицо же Руквуда было полное боли и отчаянья с каждый вдохом и выдохом, с каждой нотой его все больше переполняла горечь, а сердце Доры наполняла печаль по неизвестной ей причине. Темп мелодии нарастал, а с ней появился и ветер набиравший силу. Птички вокруг уже не чирикали, а словно кричали от боли и печали. Волосы Доры начали развеваться за ветром окрасившись в темно-красный цвет, а из глаз девушки пролились слезинки. Она прикрыла рот всхлипнув от откуда-то взявшейся жали за что-то, или за кого-то. Музыка остановилась, птички умолкли, ветер стих. — Прошу прощения, Лорд Руквуд, – опустив голову перепросила Дора, увидев, как мужчина опустил флейту повернувшись к ней, — Я не хотела вам мешать. — Я уже давно не Лорд, да и мы не в Визенгамоте, – улыбнулся Руквуд ложа флейту рядом, — Можно и по имени. — Еще раз, простите за вторжение, – подойдя ближе сказала Нимфадора глядя на сурового с виду мужчину с темными глазами, — Но я не могла пройти мимо столь завораживающей мелодии. — Благодарю, – сухо ответил мужчина, отведя взгляд на густой лес вдалеке. — Простите за любопытство, – улыбнувшись поинтересовалась Дора, — Но где вы научились так играть? Руквуд повернулся к девушке видя ее красные волосы и яркие глаза, он улыбнулся, но через мгновение улыбка исчезла, а сам он будто на секунду задумался словно что-то вспомнив. — Верите или нет, Дора, но я не всегда был Пожирателем, – Дора сама не заметила, как подошла ближе, сев рядом с мужчиной на каменную лавку, — Когда-то я был мелким лордом малозначимого дома, состоящего всего из двух людей, – он улыбнулся девушке крутя в руках флейту, — Раньше, я был музыкантом, не воином. — Простите Август, но что произошло? – немного с опаской решила спросить девушка, нервно потирая руки. — Смерть произошла, – невзначай ответил мужчина, начав вглядываться на выгравированные символы на музыкальном инструменте, — Смерть моей дочери. В этот момент у Нимфадоры сложился пазл. Мелодия, которую играл Август, пропитывала ее сердце печалью и горечью. Мелодия была о навечно потерянной дочери, о которой грозный мужчина горевал каждое мгновения. — Как… Как она умерла? – спросила Дора, подтирая слезинку под глазом. — Случайность, – печально улыбнулся Руквуд, — Она попала под перекрестный огонь авроров пытавшихся задержать преступника, – глаза Руквуда наполнились гневом, — Они даже не пытались избежать жертв, просто палили во все стороны… — Август – девушка взглянула на мужчину, — Мне очень жаль… Руквуд словно и не слышал слов девушки, лишь печально смотрел вдаль на густые деревья. Нимфадора в который раз убедилась, что не все пожиратели бездушные монстры, а просто люди присоединившиеся к Волдеморту не из-за денег или желания власти, а куда более сложных причин. Даже грозный и ужасный Август Руквуд, который считался одним из самых опасных членов организации, оказался просто скорбящим отцом с желанием отомстить за случайную смерть дочери. — Моей целью было отомстить, – снова взял слово Руквуд повернувшись к Нимфадоре, — Отомстить за смерть дочери, а Темный Лорд дал мне эту возможность, – видя задумчивый взгляд Руквуд улыбнулся, — А какова ваша цель, Дора? — Я… Я не знаю, – растерявшись ответила девушка. — Советую вам найти ее, – Руквуд взял флейту в обе руки потирая гравировку, — Если не сможете, то сойдете с ума, ибо у человека должна быть цель, должен быть смысл продолжать идти вперед иначе какой смысл жить? Дора поднялась с лавки задумавшись над словами мужчины, — «Какова моя цель?» – девушка крутила только что сказанные слова в голове глядя на каменную дорожку рядом медленно шагая в направлении особняка остановившись в десятке футов от Руквуда. — Как звали вашу дочь? – словно в полудреме спросила Нимфадора. — Миранда, – ответил Август не поворачивая взгляда, — Ее звали Миранда. Нимфадора пошла дальше, опустив голову все размышляя о сказанном Лордом Руквудом. А какова была ее цель? Что она вообще тут делала? Пряталась от министерства, которое теперь записало ее в пожиратели? На данный момент она не знала, что ей делать. Зачем она вообще попросилась с Гастингсом и Томсон в тот проклятый день? Почему не осталась дома? Немного поразмыслив, она поняла ответ на эти вопросы: Гарри. Она напросилась в министерство чтобы помочь Гарри. В первый же раз как она увидела Гарри, еще тогда в Кроули, она почувствовала что-то чего никогда не чувствовала прежде. Словно что-то тянуло ее к парню. Что-то темное и непонятное человеческому разуму тянуло ее к парню, от которого прямо-таки веяло смертью и тьмой. Зайдя в главный зал, Дора услышала хлопки, повернувшись на звук она заметила и вспышки от проклятий, исходивших из тренировочного зала. Заглянув за угол, девушка замерла. В центре зала стояла Беллатрикс с поднятой к верху палочкой, второй рукой словно указывающая в низ с выпрямленной ладонью. Поза напоминала танцевальную, как для вальса. Лицо женщины было одновременно расслабленно и напряжено. Глаза закрытые, она даже не смотрела на дюжину манекенов, окруживших ее. Капельки пота стекали по ее лицу и открытому декольте. Подул еле ощутимый ветер и манекены начали движение. В миг начав поливать Беллатрикс шквалом смертельных проклятий. Женщина, не открывая глаз легко уворачивалась от разноцветных лучей проклятий делая пируэты с изгибами, словно на танцполе. Проклятья друг за другом пролетали мимо Беллы врезаясь в стены и манекенов напротив. Через секунду женщина, в такт пируэтам, начала перенаправлять проклятья обратно в нападавших. Смертельные заклятья словно проходя через ее руки возвращались обратно, обтекая ее тело не нанося вреда. Беллатрикс продолжала кружиться в смертельном танце. Каждое движение отточено. Каждый вдох в такт пируэту. Спустя время Дора поняла, что каждое движение ее тети было так или иначе точной копией какого-то танца: вальс, балет и им подобные. Беллатрикс Блэк двигалась все агрессивней набирая темп, начав отправлять филигранные проклятия в паре с перенаправленным от манекенов. Каждое, точно поражало цель в сердце. С каждым павшим манекеном появлялось два новых пока в тренировочном зале не оказалось почти три дюжины деревянных противников, беспрерывно поливающих женщину проклятьями. Беллатрикс двигалась словно вихрь со скоростью во много раз превышавшую человеческую. Казалось, что она и вовсе аппарирует, нанося удар в одном месте, она тут-же смещалась в другое с такой скоростью, что Доре было физически сложно уследить. В какой-то момент манекенов стало слишком много. Когда их число приблизилось к четырем десяткам Беллатрикс открыла до этого закрытые глаза. Время встало, и Дора увидела ее абсолютно черные глаза, на долю секунды увидев вместе с глазами тень огромных, обугленных крыльев на стене позади женщины. Сделав маленький надрез на ладони Беллатрикс сделав последний пируэт, подняла загоревшуюся кровавым светом палочку к верху. — Сангре Малефикарум! Послышался низкий звук, бьющий по ушам Доры, а после я невероятно яркая, алая вспышка. Манекенов разнесло в щепки. Колонны зала разбились в прах. Прогремел взрыв, сопровождавший алую словно кровь волну от которой Нимфадоре лишь чудом удалось закрыться, уйдя за угол в последний возможный момент. Когда пыль от взрыва осела, девушка заглянула за угол. Недалеко стояла Беллатрикс рядом с только что появившимся стеллажом, вытирая лицо от пота полотенцем, взятым из этого-же стеллажа. — Это было великолепно! – с широкой улыбкой подходя ближе выкрикнула Дора, — Я никогда такого не видела… — Больше так не делай, – безэмоционально, вытирая пот с декольте прервала ее Беллатрикс, — Я не люблю зрителей. Нимфадора встала как вкопанная, услышав монотонный, но от этого не менее угрожающий голос своей тети. — Извините, тетя Белла, – опустив глаза ответила Дора, — Я просто… — Также хочешь? – снова перебила ее Белла повернувшись к девушке с еле заметной улыбкой. — Да, очень, – подняв глаза с улыбкой ответила Нимфадора глядя в теперь уже фиалковые глаза своей тети. — Забудь, – как отрезала, сказала Белла отвернувшись к стеллажу. — Но… – Дора была в замешательстве от реакции тети. — Для этого нужна дисциплина и выносливость, – Беллатрикс вытерла пот с шеи приподняв свои густые черные волосы, — У тебя, нет ни того ни другого, – от удивления и едких слов Нимфадора приоткрыла рот а Белла подошла к ней встав в паре шагов, — Ты не воин а просто девчонка незнающая чего она хочет, – Белла скривилась в гримасе отвращения и презрения оглядывая девушку с головы до ног, — Твоя ценность здесь ровна нулю и попала ты сюда чисто из-за случайного стечения обстоятельств благодаря Малфою, – Беллатрикс снова прошлась полотенцем по лицу вытирая остатки пота немного сместив взгляд, — Хочешь быть полезной? – саркастично улыбнувшись спросила женщина, — Пусть Нарцисса тебя медицине обучит, хоть какая-то польза будет. Не дождавшись ответа, Беллатрикс обошла девушку чьи волосы теперь окрасились в яркий красный цвет, фыркнув бросая полотенце на пол. Нимфадора осталась стоять в зале дрожа от злости и обиды. Ее лицо покрыла гримаса отвращения и ярости. Она подняла глаза с пола уставившись на стеллаж с полотенцами. — «Польза значит?» – Нимфадора сжала кулаки до бела, — «Польза?!» – Дора приоткрыла губы оголяя зубы начавшие издавать, словно скрежет, звук, — «Я знаю, что ты имела ввиду, сука!» – клыки Доры выдвинулись словно у дикого зверя, волосы окрасились в черный цвет а глаза из карих стали абсолютно белыми с маленькой, еле заметной, черной точкой в центре, — «Сперва забрала себе Гарри а теперь решила унизить меня?!» – Нимфадора кричала от злости у себя в голове не отводя взгляд от обычного стеллажа, стоящего напротив, — «Правильно, я – угроза!» – послышался еле уловимый, звериный смешок, — «Я заберу Гарри, а потом и твою жизнь!» — Бесполезная значит… Нимфадора улыбнулась. Ее кожа побледнела, начав отдавать мертвой синевой. Глаза стали, шире обретя более резкую форму. Скулы и челюсть вытянулось, нос стал меньше. Теперь ее лицо было мало похоже на человеческое и походило на волчье. Широко открыв глаза и рот, теперь уже более похожий на пасть волка, дрожа от гнева и тяжело дыша Дора сделала резкий выпад, словно шпагой в сторону стеллажа. Прогремел взрыв. Стеллаж разнесло в прах, как и только что восстановившуюся колонну позади проделав огромную дыру в стене. Дора опустила руку высоко подняв голову. Ее лицо приняло обратно человеческие черты. Постояв еще мгновение, Нимфадора Тонкс снова заметила полотенце, брошенное Беллой, на котором виднелись еле заметные капли крови. Девушка задумалась, вглядываясь в потемневшую кровь на полотенце. Улыбнувшись, она взмахнула рукой и капли отделились от ткани вспарив в воздух перед ней. Второй взмах руки и капли крови кристаллизировались, превратившись в камушки похожие на маленькие рубины упав Доре в ладонь. — «Ну что-же, ты же обещала помочь, тетя Цисси» – раздумывала Дора, выходя из тренировочного зала, — «Пришло время серьезно заняться родовой магией…»

***

Июль, 1996-го Дора открыла глаза. На улице было теплое июльское утро. Отрытое окно в ее спальне поскрипывало от легкого ветра, доносящегося в такт чириканью птичек. В лицо ударил теплый летний воздух. Девушка взглянула на свою ладонь: белая словно мрамор кожа, утонченной формы длинные пальчики, нежные и холодные наощупь. Дора улыбнулась, опустив взгляд ниже на свою голую грудь, которая теперь была на два размера больше с куда более выразительной формой. Сидя в темной комнате окруженная свечами Нимфадора, удерживала средних размеров кровавый шар, парящий в воздухе между ее ладоней, пока вокруг, медленным шагом расхаживала со стороны в сторону Нарцисса. — Магия Крови, также известная как Тауматургия, – продолжила лекцию тетя, — Способность подчинять кровь, свою или чужую, воле волшебника, – Нарцисса малозаметным движением палочки поправила позицию левой ладони девушки дабы та находилась в идеальном, параллельном состоянии правой, — Женщинам нашего рода очень повезло, благодаря родовой магии мы обучаемся за месяцы тому на что у тауматургов уходят десятилетия, – все твердила Нарцисса видя как кровавый шар истекал багровой жидкостью только ради того, чтобы эта же жидкость вспарили и вернулась обратно в шар. — Это значит, – прервала ее Дора, — Можно использовать Тауматургию не только как оружие, но и средство воздействия? — Все верно, – улыбнулась Цисси, — Когда обычные волшебники используют компульсивные чары или Империус, то нам достаточно просто взмахнуть рукой пожертвовав каплей крови дабы подчинить человека, – Нарцисса на секунду задумалась и продолжила, — Однако подчинить мы можем лишь тело. — В смысле? – переспросила Дора, пытаясь удерживать кровавый шар в воздухе. — Мы можем подчинить лишь кровь, соответственно лишь физически управлять телом других, – Цисси продолжила ходить вокруг девушки, — Их разум и слова остаются свободными, ибо Тауматургия это физическое явление, а не ментальное. Нимфадора поднялась с кровать сложа руки вместе выпрямив их к потолку. Мышцы напряглись, послышался еле заметный хруст, а девушка улыбнулась. Она стала выше, примерно на целый фут. Фигура из обычно ничем непримечательной, стала более атлетичной с четкими контурами. Ноги приобрели больше мышц, став похожими на ноги профессиональной танцовщицы. Накинув черный, шелковый халат она подошла к зеркалу остановившись на мгновение. В отражении была уже совсем другая Нимфадора: мраморного цвета кожа с четкими, острыми контурами лица, выпуклые губы с приятной резкостью уголков, большие темные словно ночь глаза с более отчетливой округлой формой в идеальной симметрии с маленький носом. Поправив маленькую прядь белых пасм, на теперь уже угольного цвета волосах, Нимфадора улыбнулась. Ее лицо, фигура и даже волосы очень напоминали совсем другую женщину. Женщину, которой была Беллатрикс Блэк двадцать лет назад. — Скажи, – обратилась Дора, сидя рядом с Нарциссой на балконе попивая чай, — А можно ли с помощью Тауматургии перенять облик человека или его повадки, ну так, в теории? — В теории, конечно, – сделав глоток чая ответила Цисси сидя рядом с племянницей, — Проведя ритуал Жатвы вместе с ритуалом Очищения, но… — Но? – с интересом спросила Дора, глядя на тетю с неподдельным интересом. — Это сопровождается огромным риском, – с подозрением глядя в глаза племянницы продолжила Нарцисса, — Если неправильно провести Очищение, то вместе с обликом, и воспоминаниями можно перенять и, скажем, болезни физические или ментальные расстройства, в буквальном смысле превратившись в человека над чьей кровью была проведена Жатва. — Ты ведь меня и этому научишь, верно? – снова спросила Дора, глядя на тетю с уголка глаз. — Ритуализм, это невероятно комплексная отрасль магии, – пояснила Нарцисса допивая чай, — А в Тауматургии эта сложность возрастает в разы, даже с нашими врожденными способностями к магии крови на это уйдут месяцы, нет… Годы, – Нарцисса хмыкнул лишь представив сколько понадобиться времени, дабы постичь хотя бы базовые знание Тауматургического Ритуализма, — Да и зачем тебе, ты же и так метаморф… — Хотя бы теорию, – ответила Дора, оставив чашку с чаем на столе поднявшись с кресла подойдя к краю террасы, — Я хочу быть полезной, а для этого мне надо больше, чем умения бросаться проклятьями направо и налево. Стоя напротив зеркала, Дора взялась наносить макияж. Темная помада, особенно выразительно подчеркивающая ее теперь уже новой формы губы. Черным, похожим на магловский, карандашом Нимфадора подводила глаза делая некое подобие черным стрелок, выходивших лишь слегка за контуры глаз. Все это она делала вручную без использованья магии как было раньше, словно это был каждодневный ритуал. Теперь, даже ее одежда была другой. Черные женские брюки с тонким поясом и серебряной пряжкой. Белая блузка, заправленная внутрь поверх которой была черная жилетка, подчеркивающая теперь уже куда более выразительное декольте девушки. Под конец, массивные черные ботинки на платформе прибавляя росту Нимфадоры дополнительно еще на несколько дюймов. Накинув черный суженный пиджак и закатав рукава, Дора поправила свои волосы в форме каре за уши, спереди оставив лишь ту самую, белую пасму волос направилась к выходу из собственной спальни. Выйдя со спальни Нимфадору, как и раньше встретили двое здоровяков, которые как ей казалось не покидали этот коридор никогда. Как и раньше они улыбнулись еле заметно поклонившись. — Доброе утро Нимфадора, – поздоровался один из них. Раньше девушку бесило ее полное имя. Она всегда хотела, чтобы ее называли «Дора», либо просто «Тонкс». Однако, проведя чуть больше месяца среди пожирателей в чисто магическом социуме, с умными, сильными людьми она начала больше ценить свое имя. Магическое имя, данное ей ее родителями. — И вам доброе, – ответила Нимфадора проходя рядом, как бы невзначай проводя руками по груди крепких парней ловля на себе их улыбки. Спускаясь по ступеням на нижний этаж, девушка уловила слова парней, произнесенные шепотом. Ей было очень приятно слышать, как здоровяки прямо-таки пускали слюни ей вслед. Если раньше они попросту боялись дяди Люциуса и того, что он может с ними сделать, то теперь их отношение было чистой заслугой самой Доры, ее нового обличья и самое главное, нового поведения. На первом этаже жизнь бурлила. Как и каждое утро множество членов организации занимались своими делами расхаживая с комнаты в комнату да по разным поручения. Нимфадора же направилась в тренировочный зал маршрутом сквозь весь первый этаж, дабы как можно больше узнать и увидеть, чем и кто занимается. В этот раз обычный маршрут был нарушен, когда из бокового прохода появился Северус Снейп, ее отец. — Дора? – удивился зельевар. — Привет, – находу произнесла девушка, обходя своего отца в направлении тренировочной, — И пока. — Стоять! – громко, несвойственно для себя манере, рявкнул Снейп, — Пойди сюда. Нимфадора остановилась, приподняв голову тяжело вздохнув она повернулась к отцу медленно начав шагать в его сторону. — Почему ты все еще здесь, дочь? – его голос вновь стал тихим и монотонным. — А где-же мне еще быть, папочка, – иронично ответила Дора, выпучив глаза. — Дома, вот где, – на автомате, словно заученно ответил Северус начав оглядывать ее странным взглядом. — А, где дом-то, папочка? – снова язвительно парировала девушка, сцепив зубы, — Для Аврората я предательница, в Лондон я вернуться тоже не могу, ибо мамочка не разрешает, – Нимфадора улыбнулась, глядя из-под лба на Северуса, — А к папочке… Да нет его, – последнее слово прозвучало с долей насмешки и яда. — Дора, что ты такое говоришь? – с печалью в голосе спросил Снейп все пытаясь понять, что произошло с его дочерью. — А что, что-то не так? – оскалившись снова ответил Нимфадора, — За последний месяц ты ни разу ко мне даже не подошел, ни разу не спросил как я себя чувствую или что происходит со мной! – завелась девушка маша руками перед лицом мужчины, — Тебе просто плевать! – лицо девушки вытянулось а клыки приобрели более звериный вид, даже глаза показали еле заметный фиалковый оттенок, — Или может ты о том мерзком магле с которым теперь живет мама?! – Снейп начинал понимать, медленно, но уверено он начал видеть паттерн поведения до боли знакомый ему, — Тебе самому не противно, что женщина, ради которой ты стольким пожертвовал, которую так сильно любишь теперь живет с бескровным слизняком! — Мерлин всемогущий, – наконец Северус понял, что именно произошло с Нимфадорой, — Что же ты наделала… — О, ты об этом? – Нимфадора взмахнула руками словно на подиуме показывая себя «во всей красе» — Что, кого-то напоминает, да? – лицо девушки снова обрело человеческий вид, фиалкового цвета глаза окрасились обратно в темный, а лицо озарила улыбка, — Теперь, я знаю чего хочу, а что важнее, я знаю как это получить, – не дожидаясь ответа отца Дора развернулась в направлении тренировочного зала, — Приятно было пообщаться, папочка… И мое имя Нимфадора! Снейп был в исступлении. Стоя посреди зала на мраморном полу глядя в след своей дочери. Не сразу, но он узнал Тауматургический Ритуал или точнее его последствия: Нимфадора провела обряд Жатвы, а самое страшное, обряд был проведен на крови самой Беллатрикс. Нимфадора сидела в темной комнате при свечах. По ее же просьбе, Лорд Руквуд дал ей ключ от ритуального зала, а вместе с ним и один час ведь входить в нее было разрешено лишь членам Внутреннего Круга либо под их непосредственным наблюдением. Но Августу пришелся по душе энтузиазм юной девушка, которая так была похожа на его умершую дочь, что он согласился оставить ее наедине хоть всего и на час. Но, одного часа было больше, чем достаточно дабы сделать то, что задумала девушка. Три капли кристаллизованной крови засияли ярким, янтарным светом, когда Нимфадора закончила ритуал Очищения. Теперь мутность кристаллов обернулась прозрачностью словно красная вода, левитируя перед ней. Через мгновение Дора взмахнула рукой и кристаллы превратились в жидкость медленно струйкой наполнив серебряную чашу, стоящую под ними. Проговаривая слова заклинания Нимфадора, выпила содержимое. Несколько минут ничего не происходило, но вскоре свечи зажженные по периметру комнаты затухли словно от неощутимого дуновения ветра. Нимфадора оказалась в кромешной темноте. Тогда и началось. Девушку скрутила невероятно сильная боль, начав выворачивать руки и ноги. Слышался хруст костей внутри тела. Она чувствовала, как ее кровь вскипает, бурля в жилах. Туманные мысли и страшные воспоминания сомкнули ее разум. Воспоминания смертей, пыток и невероятной боли. Боли от бессилия, от предательства, от жажды. Жажды мести, жажды любви. Любви, которую у нее отняли. Любви, которая прошла сквозь муки семи кругов ада, дабы вернуться окровавленной и разъяренной. Любви, соединенной с ненавистью ко всем вокруг. Ненавистью ставшей одержимостью. Одержимостью одним человеком, одним мальчиком с яркими изумрудными глазами. Одержимостью, которую питал незримый голос во тьме. А потом, яркий свет бескрайнего пламени, выжигавший ненависть, злобу, обиду и ярость. Пламя, горящее ярче сотни солнц залечивающие окровавленные раны указывая путь вперед. Путь к нему. Дора отбила летящий ледяной шар в сторону второго манекена, стоящего возле колонны. На его месте появилось еще двое начав синхронно поливать девушку различными проклятиями. Парируя и уворачиваясь, она пыталась подобрать темп схожий с тем который использовала Беллатрикс. Теперь она идеально знала стиль боя своей тети, но что-то было не так. По неведомой причине Нимфадора попросту не могла сконцентрироваться, постоянно теряя баланс и только чудом уходя от проклятий всего лишь троих манекенов. Сделав пируэт, Дора отбила рассекающее проклятье обратно в манекен, второй рукой создав кровавое, кристаллизованное копью метнув его в сторону манекенов. На полпути кристалл рассыпался на десятки куском помельче попросту прошив противников словно магловский пулемет. Через секунду, трое «мертвых» манекенов превратились в шесть. Синхронно вновь начав барраж проклятий расходясь дугой дабы охватить большую площадь. Теперь Доре было невозможно проследить за всеми, ее реакция была слишком медленная, а мышцы отказывались слушать. Одно из проклятий выбило палочку из ее рук, второе зацепило ногу заставив девушку припасть на колено и третье последнее врезалось ей прямо в грудь запустив кубарем в стену. Дора с невероятным усердием открыла глаза видя, как шесть манекенов идут на встречу с горящими огоньками на кончиках палочек. Девушка схватила рядом лежащий осколок мрамора разрезав себе ладонь. Темного цвета кровь вспарила в воздух. — Сангре Малефикарум! Тренировочную заполнил красный свет, а за ним и сильнейший взрыв уничтожив манекенов вместе с полом и колоннами. Нимфадора улыбнулась окровавленным ртом, но ее радость длилась недолго. Из воздуха появились еще двенадцать манекенов. По своей глупости и самоуверенности девушка заколдовала программный кристалл, отвечавший за манекены на ту же конфигурацию, которую использовала Беллатрикс. Проклятья манекенов были несмертельные, но при этом не менее опасные и вполне были способны как минимум покалечить. И вот, один из манекенов замахнулся палочкой. Нимфадора не могла пошевелиться, ее тело отказывало слушаться разум, все что она могла так это наблюдать как манекен сделав дугу уже делал выпад палочкой в ее сторону. Дора зажмурила глаза. Щелчок. Все манекены превратились в пыль, как и сам конфигурационный кристалл. В дальней части зала стоял высокий блондин с лазурного цвета глазами, которого раньше Дора видела лишь мельком. Девушка думала, что она в бреду от полученных травм, но ей казалось будто молодой парень, шедший к ней на встречу, светился ярким светом, а на секунду за его спиной появилась тень огромных ангельских крыльев. — С вами все в порядке, мисс Тонкс? – шелковым голосом спросил парень, глядя на девушку сверху вниз, — Я Картери. — Все… Просто… Зашибись… – делая огромные усилия, ответила девушка, лежа на полу, — И… Нимфадора… Не… Тонкс… — Давайте помогу. Картери прикоснулся к плечу девушки и ее тут же накрыла волна благодатной энергии. Раны моментально затянулись, а тело набралось новых сил словно она проспала сутки. Вскочив на ноги, Нимфадора начала судорожно ощупывать себя, пытаясь найти недавние ранения, но их не было. Даже от раны на ладони, которую она сама себе нанесла не осталось и следа. — Что… Как? – Нимфадора была в замешательстве, но через секунду собралась, — Прошу прощения мистер… Лорд… – она не знала, как обращаться к молодому парню, который был не только членом Внутреннего Круга, но и как поговаривали остальные, де-факто правой рукой самого Темного Лорда. — Мистером меня не обязательно называть, – улыбнулся парень, — А лордом, я и в помине никогда не был, – он снова улыбнулся оглядывая девушку стоявшею перед ним в напряженной позе, — Картери мое имя и этого достаточно, – он бросил взгляд на уже восстановившийся зал и кристалл в другом конце прежде чем вернуть свой взор на все еще напряженную Нимфадору, — Вы немного перестарались, не так ли Нимфадора? — Да, – пустив нервный смешок, ответила девушка, поправляя свои черные волосы, пытаясь не смотреть в яркие глаза Картери, — В следующий раз, буду осторожней. — Магии Крови мало для того, чтобы стать Беллатрикс Блэк, – внезапно молвил Картери не отводя взгляд от девушки. — Я не… – пыталась оправдаться Дора. — Тауматургия может дать знания и воспоминания, – Картери на секунду отвел взгляд на дверь глядя на Нимфадору с уголка глаз, — Но ни один ритуал не заменит сотни сражений и десятилетий боевого опыта, – Картери снова обернулся на девушку начав подходить ближе пока Нимфадора машинально начала отходить шаг-в-шаг парню, — И ни одна магия не даст вам того чего желаете, – Нимфадора уперлась спиной о стену а Картери стал к ней впритык, — Однако, я могу дать последний кусочек пазла дабы сложить картину под названием «Беллатрикс Блэк», но… — Я согласна! – выкрикнула Нимфадора глядя в завораживающие лазурные глаза парня. — Но, – продолжил Картери словно не слыша слов девушки, — Услуга за услугу, – Дора лишь судорожно кивала головой, — Однажды, может завтра, а может через десять лет, я попрошу вас об ответной услуге. — Я согласна! – вновь повторила Нимфадора с еле заметной улыбкой на кончиках губ. — И еще, – Картери приподнял ладонь, — Это будет больно… Очень больно. В мгновение, Картери прикоснулся ладонью к виску девушки. Нимфадора закричала от дикой боли, пронзившей каждую клеточку ее тела и души. Ее глаза, как и глаза Картери загорелись лазурным светом, а на лице начали проявляться светящиеся вены идущие от точки прикосновения. Яркий свет заполонил тренировочный зал.

***

Август, 1996-го Нимфадора аппарировала рядом с Грейбеком и еще дюжиной пожирателей на полянке в чаще леса. Одетая во все черное: брюки, рубашка и тугой корсет поверх которых была черная мантия с капюшоном. На лице же, как и у остальных была серебряная маска. Взглянув на дальний холм, девушка заметила другую группу, во главе которой были Руквуд и Беллатрикс. Сбоку послышался звук от носа Грейбека пытавшегося что-то вынюхать. Остальные пожиратели не двигались, ожидая команды, словно солдаты. — На север, – сказал Фенрир указывая немного в сторону, — Ну что лапочка, командуй, – с улыбкой сказал сивый обращаясь к Доре. Нимфадора взмахнула рукой в направлении показанное ранее оборотнем. Пожиратели наколдовали на себя чары невидимости и пошли вперед, а за ними и Нимфадора глядя им в еле заметные спины. Грейбек выскочил на дерево с невероятной скоростью начав прыгать с одного дерева на другое держась как можно выше земли. Медленно выйдя на край леса группа остановилась, вновь ожидая приказа. В далеке виднелся высокий дом будто созданный из мусора, в окнах которого уже горел свет, хоть и солнце еще не успело спрятаться за горизонт. По плану их группа должна была атаковать первой, а после и группа Руквуда с Беллатрикс зажав таким образом жертв с двух сторон накрыв перекрестным огнем. Рядом, словно кошак, приземлился Грейбек подойдя как настоящий охотник к еле заметной Нимфадоре. — Ну что, лапочка? – улыбаясь спросил сивый, — Начнем веселье? Дора стояла в тренировочном зале закрыв глаза. Вот уже больше месяца она только и делала что тренировалась. По утрам были беспрерывные тренировки с манекенами. После обеда занятья с тетей Цисси и Тауматургия. Вечером же, она позволяла себе немного расслабиться в саду за особняком, допоздна заслушиваясь мелодией флейты, на которой каждый вечер играл Август Руквуд. Ночью же, ее одолевали страшные кошмары. Боль и ненависть. Хладное Пламя и страшные глаза убийцы в зеркале. Пытки дементоров на нижних уровнях Азкабана, издевательства стражников и страшные мучение разрывающие как душу, так и плоть день за днем, месяц за месяцем, год за годом. Каждое утро Нимфадора просыпаясь видела свою комнату в руинах, с разбитыми зеркалом и стеклами на окнах, переломанной мебелью и следами от ожогов на ладони. Тренировки становились легче из-за опыта, как она поняла, «имплантированного» ей в разум Картери. Но все-же она была далека от того, на что была способна Беллатрикс. Она что-то упускала, какую-то маленькую деталь. Деталь в стиле используемого ее тетей. До сегодняшнего дня… Сегодня ее осенило. Ведь все это время она видела все как сражение, на самом деле это был танец. Смертельный танец в такт немой музыки. Танец для двоих. Двоих против всех. Нимфадора вытянула руку. Словно взаправду она почувствовала прикосновение. Открыв глаза, она оказалась в бальном зале в черном роскошном платье. За руку ее держал улыбающийся Гарри, одетый в черный костюм. Позади словно на сцене, появились безликие музыканты, начав играть на своих инструментах. Нимфадора и Гарри разошлись, держась за руки аккурат, когда два проклятья от манекенов пролетели между них убив друг друга. Пройдя под рукой Гарри, девушка вновь увернулась уже от четырех проклятий отбив одно обратно и заземлив три остальных. Вновь пируэт и двойное разрезающее уничтожило еще двоих. Обернувшись и в нее, летело Убивающее. В этот раз кристалл был настроен на смертельный бой, — «Победа или смерть» – думала Дора, настраивая кристалл перед тренировкой. Девушка дернулась в сторону в объятья Гарри вывернув спину «ложась» ему на руку пропуская проклятье на собой. Уперевшись свободной ладонью об пол и сделав фляк контратаковав идентичным Третьим. Манекен пал, на его месте появилось еще двое, как и на местах других. Теперь она была в окружении восьми противников. Нимфадора улыбнулась закрыв глаза. В нее полетел барраж разномастных проклятий, от которых она теперь легко уворачивалась быстрыми и плавными движениями словно в танце набирая темп. Каждое проклятье облагало ее тело проходя мимо либо в стену, либо обратно в манекен. Один за другим враги падали от собственных перенаправленных проклятий. И вновь, врагов стало еще больше. Дора теперь даже не задумывалась лишь двигаясь по инерции в такт немой музыке, которую слышала лишь она одна. Через секунду она коготком сделала небольшой надрез на ладони. В ее левой руке появился багровый кристалл улетевший, словно имея свою волю, в ближайшего манекена. Пронзив его и еще нескольких стоящих, позади вернулся, обратно превратившись в водянистый щит, закрывший спину девушки от пары проклятий, пущенных со слепой зоны. В миг щит начал вновь обретать форму стекая по руке девушки ей в ладонь превращаясь в своего рода кровавый хлыст. Манекены падали один за другим, пока Нимфадора словно танцевала среди них орудуя палочкой и кровавым хлыстом. Спустя еще несколько «убитых» зал почти забился битком деревянными воина. Нимфадора сделала круговое движение хлыстом снеся напрочь стоящих поблизости, а после и вовсе перенаправила кровавую плеть на свою палочку загоревшуюся ярким, кровавым светом. Подняв ее к верху, Дора пропустила сквозь нее всю свою силу. — Сангре Мортис! Огромная кровавая волна темного цвета заполонила весь зал парализовав манекенов. Через мгновение рассеянная кровь вернулась обратно к палочке Нимфадоры дабы вновь извергнуться, в этот раз в виде несметного количества кровавых лезвий изрезав на сотни кусочков деревянных противников. Девушка открыла глаза. Тяжело дыша, она оглянула щепки, разлетевшиеся по всему залу от манекенов. Ее лицо озарила широкая улыбка и она начала хохотать. Хохот перешел в истерический смех словно исходящий от безумной. Она раскинула руки в стороны заходясь смехом кружа вокруг своей оси. Через несколько секунд, Нимфадора замерла, увидев перед собой троих мужчин: Люциуса, Картери а по центру стоял сам Темный Лорд – Волдеморт хлопая в ладони. — Молодец, – улыбаясь сказал Волдеморт начав подходить к девушке ближе. Нимфадора опустила взгляд в пол, тут-же спрятав палочку поклонившись. — Мой Лорд, – шепотом произнесла она. — Ты была великолепна, девочка моя. Темный Лорд обнял Нимфадору словно отец обнимает дочь. Она была абсолютно шокирована столь теплым проявлением со стороны Темного Лорда. Отпустив объятья, Волдеморт легонько взял ее лицо в ладони глядя в темные, с нотками фиалкового, глаза своими голубыми. — Теперь, я удостоверился, – он снова обнял девушку, — Люциус правильно поступил, что забрал тебя к нам. Нимфадора улыбнулась. Наконец-то она перестала быть бесполезно ведь даже сам Темный Лорд похвалил ее. Теперь она знала, что у нее есть все что нужно дабы добиться своей цели. Цели, которую она поставила, когда только прибыла в поместье. Люциус же стоял в шоке. Подобного он никогда не видел. Его племянница не только идеально скопировала стиль Беллатрикс, но и усовершенствовала его с помощью Магии Крови, создав свой, неповторимый и смертельный танец. Теперь Люциус Малфой понял, что Дора Тонкс давно умерла, а перед его глазами родилась Нимфадора Блэк. Лишь Картери стоя рядом с Люциус с руками на груди смотрел прямо в глаза Нимфадоры. — «Я дал тебе оружие, как им воспользоваться решать только тебе» Нимфадора было хотела отдать команду, но заметила в дали Гарри, уперевшегося об изгородь, а рядом с ним была какая-то рыжая стерва. Не сразу, но Нимфадора узнала в ней Джинни Уизли. Подойдя немного ближе, к удивлению Грейбека, Нимфадора стала во весь рост. Пока вторая группа тихо разбила барьер вокруг территории, девушка скинула чары невидимости направив палочку на Джиневру стоящую рядом с Гарри. — Пестис Инсендиум!