Альтер эго Родни

Ххх       До того момента, как она узнала о возможности межгалактических перелётов, а вскоре после этого и сама очутилась в далёкой-далёкой галактике, примкнув к команде отважных исследователей наследия Древних, Дженнифер и подумать не могла, что однажды сможет сойтись с таким человеком, как Родни МакКей. И не просто сойтись, а стать близкими настолько, чтобы позволить ему заполнить все её мысли, чувства, заполнить… её всю. Конечно, ей доводилось слышать рассказы о том, что пребывание на Атлантиде порой помогало людям раскрыть в себе качества и черты, о существовании которых они знать не знали и даже не подозревали. Как успела понять Дженнифер, некоторые авантюристы были готовы вызваться добровольцами и отправиться за три миллиона световых лет от дома, только чтобы убедиться в этом на практике и узнать себя с этой самой другой, совершенно новой и пока ещё неизвестной стороны. Хоть Дженнифер и не относила себя к их числу, но и сама она, уже находясь на борту Дедала, летящего сквозь гиперпространство, мучилась от любопытства и нетерпения. То, что открылось ей в итоге о самой себе менее чем через год работы в качестве главного врача базы на Атлантиде, было весьма… неожиданным.       Едва ли она могла сказать, что МакКей был в её вкусе. Раз уж на то пошло, она бы и вовсе не взялась сказать, какие мужчины попадали под это понятие. У неё просто никогда не было свободного времени, чтобы об этом задуматься. Возможно, именно поэтому так всё и сложилось. Поскольку она так и не удосужилась сформировать представления о своём идеале на Земле, теперь, пребывая в галактике Пегас, она оказалась свободна от стереотипов, условностей и рамок. По крайней мере, в этом плане. Должно быть, половина участников экспедиции и вовсе решили, что у неё нет никакого вкуса. Подполковник Шепард уж точно так думал. Всякий раз, когда он видел её в компании Родни, он смотрел и улыбался так, словно ждал, что того и гляди она рассмеётся и объявит, что их с МакКеем отношения — не более чем затянувшийся розыгрыш. Но ей было всё равно, что там подумают люди. А в особенности Джон Шепард. Хоть многие и обвиняли МакКея в завышенном самомнении, но и подполковнику не помешало бы порой чуть меньше задирать нос. Особенно в те моменты, когда дело касалось женского внимания. Да, она признавала, что МакКей был не из того типа парней, которых обычно преследуют толпы красоток, но Дженнифер видела в этом определённый шарм. И вовсе не из-за того, что опасалась конкуренции. Просто в отличие от того же разухабистого Шепарда или сорвиголовы Ронона, Родни был таким… уютным. Когда Дженнифер находилась рядом с ним, чувство было такое, словно она закуталась в тёплый домашний халат. Шёлковые комбинации или кожаные корсеты, в отличие от пушистых мягких халатов, были эффектны и красивы. Вот только они совсем не согревали. А рядом с Родни ей было тепло и комфортно. Да, порой он бывал невыносимым. Много болтал о вещах, которые был способен понять, будучи едва ли не самым умным человеком в двух галактиках, лишь он один. Но со временем Дженнифер весьма недурно приспособилась отвлекать его от приступов самолюбования.       Она нашла Родни в ангаре. Учёный как раз возился с одним из Прыгунов, непрерывно ворча, что ему вечно всё приходится переделывать за Радеком. Ворчать Родни любил, и отсутствие слушателей его ничуть не смущало.       — Нет, он явно намеревался угробить группу Шепарда. Надо будет предупредить подполковника, чтобы не поворачивался спиной к этому чокнутому чеху. Лохматый очкарик явно точит на него зуб. Погоди-ка, — Родни на секунду оторвал взгляд от планшета с данными. — А может быть, он нацелился на меня? Ну конечно! Откуда ему было знать, что я не участвую в этом задании?       Какое-то время Дженнифер, прислонившись плечом к внутренней стенке заднего отсека небольшого космического корабля, скрестив руки на груди, наблюдала за манипуляциями МакКея с управляющими кристаллами и соединениями проводов, вслушиваясь в недовольный бубнёж. Невольно девушка начала улыбаться.       Дженнифер была уверена, что никто из новеньких, ставших случайным свидетелем подобного поведения астрофизика, ни разу не доложил о своих наблюдениях напрямую руководству экспедиции лишь потому, что при назначении на службу каждый из них проходил подробный инструктаж по поводу того, как лучше держать себя в обществе гениального учёного. В особенности это должно было касаться тех, кому предстояло работать под прямым руководством Родни. Дженнифер в очередной раз пожалела про себя доктора Радека Зеленку, который, казалось, был единственным, кто до сих пор не выработал никакой защитной тактики против нападок Родни. Доктор Беккет, отличающийся способностью видеть в людях только хорошее, умело пропускал мимо ушей все колкости учёного, лишь изредка вздыхая и покачивая головой. Джон Шепард вечно таскал в кармане небольшой лимон, одного вида которого МакКей, как заядлый аллергик, боялся едва ли не больше, чем целой армии голодных рейфов. Ронон умел обходиться лишь одним, но при этом весьма выразительным взглядом.       Но при всём этом каждый из них был готов рискнуть ради другого жизнью. И, как знала доктор Келлер из отчётов по миссиям, они были не просто готовы, а делали это на регулярной основе. Должно быть, поэтому те перепалки, которые время от времени происходили между Родни и командой Атлантиды, казались ей чем-то несерьёзным и даже забавным. Конечно, если наблюдать за ними со стороны. Например, если вспыхивала ссора на почве обсуждения очередной неимоверно сложной и запутанной теории между Родни и Радеком, эти двое становились похожи на котов, затеявших драку. Попытка их разнять, как правило, заканчивалась тем, что решивший выступить в роли «голубя мира» сам попадал под удар. Если только это была не Тейла. Дженнифер казалось, что в присутствии атозианки скандалы стихают сами собой. Наверное, просто одаривать всех вокруг таким степенным взглядом, когда можешь при необходимости подкрепить его силой. Если же по какому-то мнению Родни вдруг не сходился с Шепардом, это уже было больше похоже на разборки, которые затеяли между собой всё тот же кот и дворовый пёс. Пёс гавкал, припадая на передние лапы, скалил зубы, рычал, прыгал вокруг, но не решался цапнуть шипящего, вздыбившего шерсть котяру, опасаясь получить острыми когтями по наглой морде. В таких случаях ситуацию мог спасти только Ронон, который и сам напоминал Дженнифер здоровенного тибетского мастифа.       Однако даже при таких натянутых отношениях буквально со всеми вокруг, включая едва ли не собственное отражение в зеркале, Родни, наравне с теми же подполковником Шепардом, Рононом и Тейлой, при необходимости был готов рисковать своей жизнью не только ради них, успеха миссии, сохранности города или получения важных и необходимых знаний, но и за каждого отдельно взятого человека здесь, на Атлантиде, или там, на Земле. Это и была та самая черта учёного, которой помогла раскрыться не иначе как лечебная атмосфера города Древних. Родни не любил этого признавать и не любил об этом говорить. Но это было вовсе не обязательно. Ведь поступки его говорили сами за себя.       Что же касалось Дженнифер, со временем у неё появились свои собственные методы воздействия на раздутое эго Родни. Вот только всё тому же Радеку они вряд ли бы подошли.       — Привет.       — Ох, — от неожиданности увлечённый работой учёный вздрогнул и едва не выронил планшет из рук. — Ты меня напугала! Как давно ты здесь? Привет, — наконец нашёл верное слово Родни и улыбнулся в ответ.       Дженнифер было до невозможного приятно видеть, как менялся взгляд Родни, стоило лишь ей появиться в поле его зрения. Он смягчался, немного «плыл» и будто наполнялся внутренним светом. Дженнифер не помнила, чтобы прежде на неё хоть кто-нибудь так смотрел.       — Всего лишь пару часов, — продолжая улыбаться, немного преувеличила она.       — Перестань, — скривился Родни. — Я сам здесь не больше часа.       — А сколько, по-твоему, сейчас времени?       — Что? — вместо того, чтобы высказать предположение, Родни, как и полагалось учёному, который привык иметь дело с точными показателями, взглянул на часы. — Да ладно! Не может того быть!       — Может, — кивнула в подтверждение своим словам Дженнифер. — Ты пропустил обед.       — Вот чёрт, — Родни беспомощно уронил руки вдоль туловища. — Извини. Я знаю, что мы должны были пообедать вместе. Но до вылета группы Шепарда остаётся меньше часа, и я…       — И ты, как истинный герой, решил поставить приоритеты команды выше своих собственных.       — Не издевайся, — взмолился МакКей.       — А я и не издеваюсь. Это, между прочим, был комплимент.       — Правда? — недоверчиво переспросил он. — Хм. Я как-то не привык получать комплименты в свой адрес. В особенности от девушек.       — Быть может, — Дженнифер сделала вид, что задумалась, — это потому, что ты сам крайней редко их делаешь?       — В особенности от красивых девушек, — тут же постарался исправиться Родни.       — Уже лучше.       — От красивых девушек с непревзойдённым талантом в области медицины.       — А как же твои высказывания по поводу того, что медицина — это не наука?       — Разве я такое когда-нибудь говорил? — почти искренне удивился МакКей.       — Ага, — кивнула Келлер. — Карсон мне рассказал.       — Вот ведь предатель, — тихонько пробурчал под нос Родни, но Дженнифер всё равно расслышала и рассмеялась.       — Слушай, мне нужно тут закончить с одним соединением, — Родни указал на вывернутые наизнанку внутренности одной из панелей, — и сможем идти. Обещаю наверстать упущенное.       — Ты в курсе, что навёрстывать тебе придётся о-о-очень долго?       — Да, да, конечно, — Родни вновь успел с головой нырнуть в сводку данных, выведенную на экран планшета.       — И очень старательно, — добавила Дженнифер, подходя ближе и, встав у Родни за спиной, обняла его за талию.       МакКей вскинул голову так резко, будто от прикосновения её рук получил электрический разряд.       — Хочу напомнить тебе, что я пропустил обед. То есть, знаешь, я же почти без сил. Едва на ногах держусь, — начал было сетовать Родни.       Однако в этот раз Дженнифер, похоже, была не намерена исполнять роль благодарного слушателя, поскольку, вместо того, чтобы посочувствовать, ловко забрала планшет из рук учёного и, на мгновение отстранившись, положила его на сидение позади себя.       — Так я и не прошу тебя оставаться на ногах, — лукаво улыбнувшись, заявила она.       — Дженни… — начал было МакКей, но, повернувшись и, наконец, встретившись взглядом с девушкой, замолк на полуслове. — Мне нужно сдать этот Прыгун с рук на руки Шепарду через сорок минут, — предпринял он последнюю отчаянную попытку. Но по тому, как неуверенно прозвучал голос Родни, Дженнифер поняла, что последняя линия его обороны вот-вот падёт.       — Сколько тебе нужно, чтобы закончить? — промурлыкала она, прижимаясь к его груди и легонько бодая лбом в плечо.       — Минут десять…       — То есть пять, — моментально заключила она, не понаслышке зная о привычке МакКея намеренно называть гораздо больший промежуток времени, чем потребуется ему в итоге для работы. — А следовательно, у нас есть целых полчаса. Покажи мне, — девушка быстро обернулась и вновь подхватила ранее отобранный планшет, — какая из этих команд запирает и блокирует входной люк. Ххх       Со стороны Родни МакКей мог казаться немного неловким и даже неуклюжим. Особенно если дело касалось вопросов общения с людьми. В особенности с женщинами. Дженнифер не собиралась разубеждать кого-то из обитателей города Древних в их заблуждениях, которые ей неоднократно доводилась слышать. Ей было достаточно той правды, которую знала о нём она сама. Да, возможно, оперировать научной терминологией у Родни выходило гораздо лучше, чем словами простой разговорной речи, в которых он временами путался и увязал, будто в липких тенётах. Когда такое происходило, Родни, как правило, смущённо замолкал и смотрел таким умилительно-беспомощным взглядом, что Дженнифер непременно хотелось его пожалеть и утешить. Обычно Родни был не против.       Когда же приходила пора переходить от слов к действиям, Родни оказывался способен схватывать всё довольно быстро. Правда, работало это лишь в двух случаях: если от новых навыков, таких, например, как обращение с огнестрельным оружием, пилотирование Прыгуна или взаимодействие с приборами Древних, зависела его жизнь, или же (хоть в этом МакКей и признавался крайне неохотно) жизнь кого-то из находившихся рядом людей; либо если Родни вдруг оказывался в чём-то крайне заинтересован. Под её руководством он вполне успешно освоил курс неотложной медицинской помощи, мог без запинки назвать состав аптечки первой необходимости, распознать симптомы самых распространённых заболеваний и травм и… В общем, Дженнифер было весьма лестно осознавать, что она смогла стать центром интересов ведущего учёного, каким-то образом сумев побороть даже его эгоцентричность, о которой в определённых кругах слагались легенды. Секрет же успеха оказался банально прост. Если обычному человеку для уверенности в действиях при незнакомой ситуации важно было чувствовать поддержку и опору, Родни МакКею нужно было почувствовать чью-то от этих самых действий зависимость. Дженнифер, со своей стороны, была готова обеспечить его и одним, и другим, и третьим.       Как-то Родни рассказал ей о своей неудачной попытке стать музыкантом. Пока что у неё не было возможности оценить его навыки игры на фортепиано, но вот в том, что МакКей обладал весьма и весьма хорошим слухом, ей довелось убедиться неоднократно. Родни безошибочно улавливал каждую её интонацию.       Вздох. Тихий, судорожный, прерывистый. Стон. Долгий, протяжный, приглушённый. Вскрик. Резкий, громкий, ликующий. Выдох. Долгий, томный, дрожащий.       Глаза плотно закрыты. Её маленькие аккуратные ладони блуждают по его плечам, спине, бёдрам. Ноготки впиваются в разгорячённую кожу. На удивление, МакКей не жалуется. Очередной крик тонет в требовательном грубоватом поцелуе. Она не против. Отстраняется, лишь когда чувствует необходимость в очередном глотке воздуха.       — Дженни…       — Дай мне ещё две минуты, — Дженнифер упёрлась обеими ладошками в его грудь, призывая остановиться, и кивком головы дала понять, что хочет занять лидирующую позицию.       — Время пошло. Ххх       — МакКей? Ты там как? Закончил?       Джон Шепард нетерпеливо прошёлся вдоль округлого борта Прыгуна.       — Родни, приём, — подполковник снова попытался установить связь по рации, но ответом ему была лишь тишина в эфире. — Он хоть вообще сюда являлся? — раздражённо обернулся Шепард к своим спутникам, будто они непременно должны были знать ответ на этот вопрос.       — Радек утверждал, что Родни направился перепроверить донастройки подачи энергии на двигатели, — подала голос Тейла. — В лабораторию с тех пор он не возвращался.       — Может, это с твоей рацией что-то не так? — предположил Ронон. Предположение было абсурдным. Однако если пребывание в галактике Пегас чему-то и научило Шепарда, так это считаться со всеми, даже самыми абсурдными вариантами.       — Это Шепард. Вызываю зал Врат, — проговорил подполковник, переключившись на общий канал. — Как слышите меня? Приём. — Слышу вас хорошо и чётко, — спустя мгновение отозвался дежурный диспетчер. — Какие-то проблемы, подполковник?       — Никак нет. Просто проверка связи, — выразительно взглянув на Ронона («а я что говорил?») — ответил Шепард. — А ещё я не могу попасть в отведённую для моей группы птичку, так как её люк наглухо задраен. Насколько я знаю, её техобслуживанием должен был заниматься один очень гениальный, а ещё очень нервный и дёрганный астрофизик. Он вам на глаза случайно не попадался?       — Никак нет, сэр, — виновато отрапортовал диспетчер.       — А вы можете, — Шепард с подозрением прищурился, — отследить его местоположение?       — Одну секунду, сэр. Мы ведь говорим о докторе Родни МакКее? — зачем-то уточнил голос по ту сторону рации.       — Разумеется, о нём. Если только с Дедалом к нам не прибыла группа дёрганных гениев-астрофизиков, о которой мне забыли доложить, — не упустил случая съязвить Шепард. — Так что там с показателями?       Какое-то время в эфире стояла мёртвая тишина, которая начала порядком подбешивать Шепарда. Но, наконец, в наушнике раздался сухой щелчок, оповещающий о возобновлении связи.       — Сэр, согласно показателям городских датчиков, доктор МакКей находится в ангаре Прыгунов. Вместе с вами.       — Вот как? Странно, потому что я его не вижу.       Джон коротко кивнул Ронону и Тейле, отдавая безмолвный приказ внимательно осмотреть помещение. Впрочем, он не слишком рассчитывал на результат, поскольку прятаться здесь было практически негде, да и, раз уж на то пошло, незачем.       — МакКей!!! — во всю глотку проорал Ронон так, что у Шепарда в ушах зазвенело.       — Родни? — в свою очередь осторожно позвала Тейла из другого конца помещения, однако всё с тем же нулевым результатом.       — А что насчёт доктора Келлер? — поинтересовался диспетчер.       — При чём тут Келлер? — возмущённо откликнулся Джон, во второй раз обходя по кругу закрытый Прыгун.       — Судя по показаниям сканеров, доктор Келлер в настоящий момент тоже находится в ангаре Прыгунов.       — Вот как? — Шепард знаком отдал ничего не понимающим Ронону и Тейле приказ оставаться на месте. У самого же Джона постепенно начали формироваться кое-какие подозрения по поводу происходящего. — Спасибо, лейтенант. Кажется, кое-что начинает проясняться. Отбой.       — Вы уверены, что всё в порядке, сэр? Может, направить к вам группу?       — Не стоит, — усмехнулся Шепард. — Ситуация под контролем. Вылетаем с командой через пару-тройку минут.       — Вас понял, подполковник. Удачи. Отбой.       — МакКей! — прорычал сквозь зубы Шепард, принимаясь под озадаченные взгляды Ронона и Тейлы колошматить ногой по наглухо запертому люку космического шаттла. Ххх       — Десять… пять… три… две…       Дженнифер вскрикнула. Тело её разом напряглось, дыхание перехватило. А затем долгожданная волна блаженства накрыла её с головой. Она плавно опустилась на грудь МакКея, утыкаясь лбом в его плечо, позволяя мышцам полностью расслабиться, чувствуя внутри медленно стихающие приятные горячие пульсации.       — Ты закончила на целую секунду раньше.       — Что?       — Ты просила две минуты. А прошла всего минута пятьдесят девять секунд.       — Заткнись, Родни, — беззлобно взмолилась Дженнифер, слабо покачивая головой.       — Ты ведь знаешь, я привык иметь дело с невероятно точными измерениями, — не унимался МакКей. — Зачастую недопустимы расхождения даже в наносекунду, иначе весь процесс пойдёт насмарку.       — Вот как? И как же теперь исправить ситуацию?       — Боюсь, выход только один, — наигранно-удручённо проговорил Родни. — Придётся начать всё с самого начала.       — А если я снова ошибусь в расчётах? — приподнимаясь ровно настолько, чтобы заглянуть в глаза учёного, насмешливо поинтересовалась Келлер.       — Значит, — Родни притянул её чуть ближе для очередного поцелуя, — повторим ещё раз.       — Родни?       — М?       — У тебя в животе урчит, — улыбнулась ему в губы Дженнифер.       — Обещаю не падать в голодный обморок. Как минимум ближайшие несколько минут.       Сперва Дженнифер показалось, что шум снаружи ей послышался. Встрепенувшись, девушка отстранилась и прислушалась.       — Что такое?       — Ш-ш-ш, — Келлер прижала указательный палец к губам, давая Родни знак помолчать, а затем поспешно схватила и нацепила на ухо брошенную неподалёку от них гарнитуру. — Это доктор Келлер. Приём. Слушаю вас, подполковник Шепард.       Дженнифер еле удалось сдержать смех, когда она увидела, как расширяются глаза Родни при упоминании имени подполковника.       — Доктор Келлер? Будьте так любезны объяснить, что стряслось с самым незаменимым членом моей группы? Я уже полчаса не могу дозваться его по рации. Почти что снарядил поисково-спасательный отряд. Но тут вы соблаговолили мне ответить, и мне сразу стало спокойнее. Даже если вдруг окажется, что он при смерти, уверен, вы сумеете его откачать, — как и всякий раз разбавил свою гневную тираду порцией саркастичного юмора Джон. — Так что же всё-таки у вас происходит?       — Медосмотр, — без тени смущения в голосе заявила Дженнифер. — Доктору МакКею потребовался неотложный внеплановый медицинский осмотр.       — Разумеется, — выразительно протянул Шепард. — И сколько вам нужно времени, чтобы… его завершить?       — Думаю, — Дженнифер беспечно пожала плечами, — десяти минут нам хватит.       — Даю вам пять. А затем я вызову сюда Радека и попрошу его вскрыть дверь, вне зависимости от того, что будет за ней происходить.       — Семь.       — Мы что, по-вашему, на базаре?! — вспылил было Шепард, но всё же не иначе, как под влиянием выразительного взгляда Тейлы, сменил гнев на милость. — Идёт. Семь минут. И не секундой больше! Отбой. Ххх       Наконец люк Прыгуна плавно опустился, образовав небольшой подъёмный трап. Шепард, нетерпеливо шагнувший внутрь космического корабля, тут же был вынужден посторониться, пропуская мимо себя спешащую выйти наружу доктора Келлер. Как бы Дженнифер не старалась прятать лицо за распущенными волосами, скрыть алеющий румянец на щеках ей не удалось. Джон лишь выразительно хмыкнул на её короткое приветствие. Дженнифер мышкой прошмыгнула между Рононом и Тейлой, успев, однако, бросить смущённо-извиняющийся взгляд снизу вверх на первого и обменяться заговорщицки-понимающими улыбками со второй. Задерживаться в ангаре она не стала, поспешно скрывшись за дверью, ведущей к лифту.       — Что ж, донастройки системы ускорения завершены. Должен признать, Радек и его команда хорошо поработали. Возможно, я даже лично ему об этом скажу. Всего-то пара-тройка мелких косяков. Ни один из них не привёл бы к фатальным последствиям ни для кого на борту. Но мне лично будет спокойнее от осознания того, что они устранены. Так что, как говорится, лёгкого полёта и мягкой посадки. Что? — МакКей оторвался от созерцания экрана планшета лишь тогда, когда понял, что подполковник преградил ему путь.       — Только не говори мне, что вы делали это на кресле пилота, — рыкнул Шепард сквозь зубы, угрожающе подавшись в сторону учёного, отчего Родни слегка попятился.       — Что? — непонимающе хлопая глазами, вновь повторил МакКей. — А, ты об этом. Нет, вовсе нет, — Родни осторожно обошёл подполковника стороной, стараясь держаться от него на максимально допустимом в условиях ограниченного пространства расстоянии. — Но за идею спасибо. При случае надо будет попробовать.       — МакКей! — рыкнул Шепард, но учёный уже успел выйти из зоны поражения вразумляющего пинка, скрывшись за широкой спиной сатедианца, который, к величайшему негодованию Джона, усмехнувшись, одобрительно хлопнул Родни по плечу.       — Доктор МакКей, — склонила голову Тейла, то ли в знак приветствия, то ли скрывая улыбку. — Надеюсь, доктор Келлер при осмотре не выявила никаких…отклонений?       — Нет, нет, — поспешно заверил воительницу Родни. — Я совершенно здоров.       — Счастлива это слышать. Уверена, — Тейла в своей исключительной манере чуть приподняла аккуратную бровь, — доктор Келлер тоже… счастлива.       — Если Вулси устроит мне нагоняй по поводу моего отклонения от графика, — крикнул Шепард из кабины пилота, — я сделаю тебя крайним, МакКей, так и знай!       — Да брось! — отозвался Родни, разводя руками. — Всего пара минут. Никто и не заметит.       — Как же, не заметит, — буркнул Джон, придирчиво осматривая кресло первого пилота, прежде чем в него опуститься. — Мечтай больше.       Дождавшись, когда посреди ангара откроется люк в шахту, ведущую прямо к залу Звёздных Врат, и Прыгун начнёт плавный спуск, Родни махнул на прощание рукой, впрочем, не слишком надеясь, что кто-то из команды увидит этот жест, а затем направился к выходу, где, как он был уверен, его поджидала Дженнифер.       — Ну? Как всё прошло? — поинтересовалась девушка, легонько коснувшись его руки.       — О, — отмахнулся планшетом Родни, — ты же знаешь, подполковник Шепард сама тактичность.       — Ты хотел сказать — токсичность?       — Перестань. Джон просто душка. Кроме того, мы с ним лучшие друзья.       Наушник рации сухо щёлкнул, а затем заговорил голосом Ричарда Вулси:       — Доктор МакКей? Доктор МакКей! Срочно явиться в мой кабинет!       — Да вы, должно быть, шутите?! — воскликнул учёный.       — Это Вулси? — шёпотом уточнила Келлер.       — Да. И, кажется, он чем-то сильно недоволен, — пояснил Родни, прежде чем ответить по рации. — Уже иду!       — Родни, погоди!       — Что? — уже едва ли не на ходу обернулся МакКей.       Дженнифер весьма красноречиво прикоснулась кончиком указательного пальца к своим губам.       — Поцелуй?       — Дженни…       — Всего один.       МакКей замялся в нерешительность. Сделать столь необходимый выбор ему помогла вновь ожившая рация.       — Я сказал сей-час-же, доктор МакКей!       Покачав головой, Родни снял гарнитуру и спрятал её в карман куртки.       — Думаю, — объяснил он свой поступок, делая шаг по направлению к Дженнифер, — пара секунд мало что изменят.       — А как же, — она тепло улыбнулась, — точность измерений, недопустимость расхождений и всё тому подобное?       — Не так уж это и страшно, — пожал плечами МакКей, заключая девушку в объятия. — Конечно, если знаешь, как всё исправить.