потанцуем?

      — Сегодня Вы прямо-таки превзошли себя, лорд.       Тэян незаметно ведёт бровью под маской и ухмыляется стоящему рядом юноше в строгом чёрном фраке. Смолисто-чёрная маска с цветочным орнаментом прекрасно смотрится на точёном лице, а ещё, как кажется лично Тэяну, подчёркивает его нарисованную в углу над верхней губой родинку.       — Как по мне, обычный вечер, что похож на все те вечера, что я устраиваю порой, — он жмёт плечами, будто бы нечаянно касаясь чужой груди, что замирает при ощущении прикосновения. — Ну что же вы, Кихо? — уже шёпотом, теряющимся в музыке.       Кихо крупно вздрагивает от пробирающего до самых костей голоса. Его вмиг появившуюся нервозность можно увидеть даже не снимая его маски.       — Не стоит, лорд… Вы же знаете, как я хочу поцеловать Вас в такие моменты… — он теряется, а Тэян, как нарочно, всё льнёт и льнёт ближе к нему. И Юн срывается. Отчаянно целует его, опаляя горячим дыханием губы. Развратно хватая лорда за самые непозволительные части тела. Ничьи взгляды не обращены на них, а, если и так, то гости всё равно не понимают, кто это.       Кихо отстраняется громко, смотрит в чужие глаза так, будто бы хочет расцеловать их обладателя со лба до кончиков пальцев ног. Лорд лишь усмехается и, стерев поцелуй со своих губ, проводит изящными пальцами по широкому плечу слегка разочарованного Кихо.       — Простите, лорд Юн, но вы совершили опрометчивый поступок, — и уплывает вглубь зала.       Глаза ищут русоволосого юношу, что в недавнем письме так пламенно обещал присутствовать на вечере.       В бесконечной толпе гостей весьма трудно разглядеть нужного, хоть Тэян и клялся, что узнает его даже среди тысячи похожих на него людей.       Наконец, он находит его. Он стоит возле резной колонны в углу зала и, направив тоскливый взгляд на мельтешащих возле него дам в пышных платьях и их кавалеров, потягивает вино из бокала. Маска на его лице белого цвета, а перо сбоку добавляет нежному лицу ещё больше нежности, хоть кажется, что нежнее некуда. Его костюм лёгкого чёрного цвета, а платок под воротником — бледно-красного.       — Добрый вечер, мистер Ким, — Тэян подходит незаметно и Чонсоб удивлённо поворачивается к нему, размыкая пухлые губы.       — Лорд Чхве! — он еле сдерживается, чтобы не наброситься на лорда с объятиями, но ограничивается только поклоном. Внутри всё двигается в такт ритмичной музыки. — Я уже успел подумать о том, что Вы не придёте.       — Я же обещал, — улыбка впервые за весь вечер украшает лицо Тэяна.       Уши и зал внезапно наполняет лёгкий мотив вальса. Вступает тягучая виолончель и все кавалеры протягивают дамам руку, приглашая на танец. Чхве усмехается. Его ладонь будто бы из ниоткуда возникает перед лицом Чонсоба.       — Потанцуем, мистер Ким? — сейчас его голос так похож на ту виолончель. Взор Кима резко бросается по сторонам, но видит только танцующих пар.       И ладонь Чонсоба аккуратно ложится в ладонь Тэяна.       Они вальсируют медленно, добавляя страсти с каждым плавным движением. Чонсоб поддаётся моменту и закрывает глаза, полностью растворяясь в музыке и обаятельности Тэяна. Он прижимается своей трепещущей от ощущений грудью к груди лорда и всё крепче сжимает его ладонь в своей.       Он готов на всё то, что может произойти в ближайшие несколько минут. Он чувствует любовь, что выражается его пылающим сердцем и прелестной улыбкой лорда. Он никому так не улыбается. Всегда в его адресованной чужому улыбке чувствуется похоть. Если улыбка адресована Чонсобу, то она непременно будет преисполнена нежностью.       В порыве чувств Ким кладёт свою голову на плечо Тэяна. Ему хочется большего. Поцеловать. Сказать, насколько сильно он любит его. Но сейчас он покажет это в танце.       — Вы свободны ночью? — голос лорда бархатист, словно его бордовый костюм. Чонсоб кивает, не отрывая головы от его груди.       — Для Вас я свободен всегда, лорд…