В огне

Глава 10

Странным образом на меня снизошло вдохновение, и я почти сутки рисовал. Под вечер я, наконец-то выронил карандаш из рук и бросил рисунки в сканер. То, что понравится Митчеллу, я оцифрую и доведу до ума. «Знаешь, Блэйк, твой гостевой персонаж явно вышел из-под контроля» «Ты хочешь его убрать?» «Зачем? Я уже придумал ему боковую историю. И нормальное имя. Мистер Б мне совсем не зашло. Как тебе нравится Грэм?» «Грэм вполне подходит». «Я открываю серию, Блэйк. Грэм и Мелли – центральные персонажи. Доволен?» «Я писал, что обожаю тебя, Митч?» «Главное, рисуй. У меня от того, что ты сбросил, мурашки по коже» «Это хорошо или плохо?» «Это фонтан эмоций. Я уже хочу это в цвете. И ради бога, первый эпизод колорируй сам, посмотрим, как это работает» Хм… Митчелл явно не ел мой зелёный омлет и фиолетовую пасту. Но если я не дурачусь, у меня неплохо выходит и цвет. Я потянулся, расправляя затёкшие конечности, и посмотрел на часы. Ещё осталось время слетать в супермаркет. В холодильнике пусто, мне ещё работать всю ночь. И я поплёлся к машине, в чём и был – в старой футболке с растянутым горлом и мягких «рваных» джинсах. Когда я рисую, волосы обычно заплетаю в косу. Наверное, для кого-то я выглядел смешно, но мне как-то всё равно. Это ведь не свидание, а поход в магазин. Но вскоре я пожалел, что не оделся приличнее. Нет, я, конечно, знал, что Уилл живёт где-то рядом – это одно из условий контракта, жильё недалеко от части. Но раньше я его здесь не встречал. Я даже забыл, зачем приехал. Бродил среди горок фруктов и овощей, наблюдая, как он внимательно рассматривает этикетки на каждой пачке. Тележка почти пуста. До закрытия минут пятнадцать, о чём нам громко сообщил коммуникатор. Я быстро нагрёб в корзину несладкий йогурт, хлебцы, сыр, молоко, пару томатов, сырой бифштекс и упаковку винограда. В глаза бросилось скидочное вино – белое сухое, отлично подходит. Я уже почти дошёл до кассы, как Уилл с тележкой вылетел прямо передо мной. - Привет! Могу по пальцам сосчитать дни, когда я видел его без формы. Сейчас он выглядел почти как я – растрёпанный и домашний, в мешковатой тёплой рубашке навыпуск, широких спортивных брюках и белых растоптанных мокасинах. - Блэйк, - улыбнулся он, - ты похож на индейского вождя. У тебя даже перо торчит. На самом деле это карандаш, я даже не заметил, но я несказанно рад видеть Билли. Я отодвинулся, пропуская его с тележкой вперёд. Не хотел, чтобы она крала пространство между нами. С любопытством заглянул в тележку через его плечо. Куча фруктов, замороженные крабы, какое-то мясо. Маленькая синяя коробка, которую Уилл почему-то затолкал под низ. И сунул кассиру в первую очередь. Интересно, что это? Презервативы? Смазка? Не очень похоже. Я вытянул шею, пытаясь рассмотреть, но Уилл быстро убрал всё в пакет. Чёрт, что это? Здесь, кажется, нет отдела секс-игрушек, зачем тогда скрывать? Я быстро расплатился за покупки, по привычке оставив пару долларов на чаевые, и помчался за Уиллом. Желание работать резко сошло на нет. Я топтался сзади, пока он открывал багажник, не зная, что ему сказать. У него вроде не было повода задержаться. И почему он не курит, блядь?! Я прощупал карманы – ни сигарет, ни зажигалки. Вот, и у меня повода нет. Торчу над ним, как придурок. - У тебя романтический вечер, Блэйк? – вдруг спросил Уилл. - С чего ты взял? - Ну, вино и виноград. - Нет, это просто, для настроения. А у тебя? Ананас и крабы… Ужин для «партнёра»? Уилл неожиданно рассмеялся. - У тебя это слово звучит, как ругательство. Так, собственно, оно и есть. Меня бесит само существование Хантера. А уж эпитетов я могу накидать, сколько угодно. «Партнёр», павлин, клоун… В глазах Уилла мелькали огоньки неоновых вывесок над чередой лавочек напротив. Я поднял руку и выдернул из косы карандаш. Он рывком достал пакет из тележки, тонкий пластик затрещал и побежал по шву. Всё просто высыпалось на асфальт парковки. Красные яблоки, ярко-жёлтые бананы с крапинками на кожуре и синяя коробка Баунти. Я чуть не присел рядом от смеха. Уилл смущённо бросил коробку в багажник. - Надеюсь, не будет никаких лекций о вреде сахара и красной пищи? - Хантер читает тебе лекции? – я прямо видел со стороны, как мои брови ползут вверх. - У него аллергия на шоколад. Плюс ему важно выглядеть подтянутым, у него постоянные встречи и интервью. Так что иногда…да. Только не смейся с этого. - Нет, конечно, нет. Я просто нарисую ещё один персонаж. Это будет перевёртыш-журналист. И у него будет нервометр со шкалой, когда его злят, он превращается в Чупа-Чупс на палочке. Штаны слетают, а там торчащая в бок бородавка. На самом деле это его член. Кривой и маленький. - Знаешь, а это ведь хорошо, - сказал я, давясь от смеха, - в следующий раз, если будешь на меня орать, я кину тебе Баунти. Как в дельфинариуме. - Забыл, я ведь не Сейф! И когда это я на тебя орал? - Да постоянно! - Разве? Мы оба смеялись, размахивая руками. Такая тонкая грань… Осталось совсем чуть-чуть. Ещё один шаг, и я прижму его к капоту и поцелую. Я уже чувствовал, как руки сами тянутся к нему. «Уважаемые покупатели, наш магазин закрывается…» И тут прямо в нас врезался какой-то парень. Не просто налетел, как если бы оступился или свернул не туда. Он, как футбольный мяч из-под носка спортсмена, едва не сбил меня с ног, а вот Уиллу повезло меньше. Он стукнулся головой об открытый капот. Я успел схватить парня за капюшон, и он вцепился в меня обеими руками. - Простите, - прохрипел он. На скуле парня прямо на глазах расплывался синяк, кровь из разбитой губы капала на светлое худи. - Тебя кто-то избил? – спросил я. - Нет! - Значит, сам об двери. - Именно… Пусти меня, мне нужно бежать. - Слушай, да ты весь в крови, - заметил Уилл. Он уже очухался от удара и рассматривал свои руки. На рукаве темнели багровые пятна. Попало даже на штаны. - Это не моя, - испугался парень. Он мне всё меньше и меньше нравился. У него словно на лбу было написано: неприятность. Да и выглядел он подозрительно молодым. - Слушай, сколько тебе? - Двадцать. - А мне пятнадцать, веришь? - Ну чего ты пристал! Парень ткнул меня в ребро, но я держал его крепко. - Тебе нужно в больницу, - голос Уилла звучал решительно, - я звоню Донни. - Кому? - Не переживай, - улыбнулся лейтенант, - всё будет в порядке. Но мы не можем отпустить тебя вот так. И тут этот говнюк укусил меня за руку, да так, что я едва не сломал ему челюсть от боли. Он завопил, и я отшвырнул его в сторону. Парень поднялся на четвереньки и уполз в кусты за стоянкой. - Ах ты ж, сука! Вот ведь мудак… - Здорово он тебя. Уилл осмотрел мою ладонь, кое-где в ранках от укуса проступила кровь. Затем достал их багажника аптечку и вылил на руку какую-то шипящую смесь. - Но все равно стоит показаться врачу. Он очень странный тип. - И зачем с ним было связываться? - пробурчал я. - Нельзя быть спасателем только на работе, Блэйк – заметил Уилл, - это образ жизни. - Лейтенант, ты ещё и философ? - Иногда. Он медленно налепил на укусы пластырь, а потом у него зазвонил телефон. Уилл дёрнулся, как будто его огрели шокером. - Извини, - быстро сказал он, нажимая зелёный кружок, - да, дорогой. Нет, я уже скоро. Да, Чупа-Чупс, твой зверь уже летит. Господи, меня сейчас стошнит от этого. - Хантер не может уснуть без крабов? - На них у него тоже аллергия, - улыбнулся Уилл, - просто мы сегодня встречаемся…у меня. А я до сих пор где-то шатаюсь. - Ну что ж… Тогда приятного вечера, Билли. Что я ещё мог сказать. Едем ко мне, детка. Я сам приготовлю тебе этих крабов, открою вино и даже куплю шоколадный торт – ешь, сколько угодно. И мы займёмся любовью - так, как ты хочешь…. Но нет, увы… - Спасибо, Сандер. Я ещё с минуту стоял, пока он не свернул на какую-то улицу, подобрал пакет с продуктами с пола и пошёл к машине. И тут меня ждал огромный сюрприз. Ключа в кармане не было, как и телефона. И я только что «засветил» машину. Вот, блядь, мелкое мудачьё! Оно просто ещё не знает, с кем связалось. Я быстро осмотрел стоянку. Выезд только один. С двух сторон стены торгового центра, ряд вдоль обочины плотно занят. Вряд ли он поедет через газон напролом. Я сделал вид, что высматриваю кого-то на дороге. Машины проносились мимо непонятного чувака с пакетом, а я затаил дыхание и ждал. В окнах припаркованной рядом «хонды» мелькнул свет фар и тут же погас. Я наблюдал, как он медленно выезжает с парковки, вот он уже в трёх метрах от меня. И тут я рванул, что было сил и прыгнул на капот. Парень не успел набрать скорость. Он просто испугался и бросил руль. Я выбил кулаком стекло со стороны водителя и вырулил на обочину. Этот чёрт пытался сбежать, но ему явно не хватало опыта. Только идиот пристёгивается, когда угоняет авто. Он дёргался, пытаясь добраться до защёлки. Но я успел поймать ремень и завёл вокруг его шеи. - Знаешь, что будет, если я резко отпущу? Парень кивнул и прохрипел что-то неразборчивое. Я открыл дверь и вытащил его наружу. Мы оба были в крови. Кровь была на стекле, сиденье всё заляпано. Как будто в машине закололи свинью. - Я тебя сейчас просто убью, блядь! - Не здесь, - сдавленно прошептал он, поглядывая на кусты за супермаркетом. Там двигались какие-то силуэты. Кто-то светил фонариком от телефона. - Это за тобой? - Да. - Надеюсь, полиция. - Мне так не повезёт, - прошептал парень, - вернее, нам. Если не смоемся отсюда. Я затолкал его на пассажирское сидение и смотал руки ремнём. Затем метнулся за пакетом. - Только попробуй дёрнуться, гад. Мы двинулись аккуратно, стараясь не привлекать внимание. У меня под задницей что-то хрустело, в салоне мерзко воняло кровью, а в самое ухо свистел холодный ветер. Съездил за продуктами – зашибись. - Скажи мне, что теперь с тобой делать? - Высади меня где-нибудь. - А ночью ты истечёшь кровью, на каждом перекрёстке камеры, а в машине полным-полно улик. Я похож на придурка, да? - Только не вези меня к Глоберу… пожалуйста. - Почему? - Так будет только хуже. Мне уже есть восемнадцать, я не обманул. - У Донни на тебя уже целое досье собрано? - Всего лишь маленькая папка, - слабо улыбнулся парень, - кстати, я Ник. - Блэйк. - У меня в кармане куртки документы. Можешь проверить. - Да, сейчас. Ты меня укусил, угнал мою машину и стащил телефон, теперь строишь такие невинные глазки… Я по-твоему, лох или олень? Ник – если это его настоящее имя – заёрзал на сидении, почти вывернул плечо, сунув голову почти себе подмышку. Когда он вынырнул, в зубах его торчал прямоугольный кусок пластика. В темноте, действительно, похоже на документ. Я схватил его и бросил на торпеду. Парень с фото и впрямь очень похож на моего узника. - Ник Рэндалл, - прочитал я и присвистнул, - надо же, тебе реально двадцать! - Я не вру! По крайней мере сейчас. - Ну так рассказывай, Никки, что стряслось. Чем ты так насолил тем ребятам? Это они тебя так разукрасили? - Да. Я просто… у меня были отношения с клиентом. Обычный секс, без денег, просто так. Я просто его хотел. Люку это не нравилось. Он потребовал, чтобы я отдал ему деньги за «прокат». Я отказался, и теперь вот… так. - Значит, ты…мальчик по вызову? - Ну…типа да. Я всегда старался держаться подальше от таких парней. Я никого не осуждаю, мне просто в голову не пришло бы продавать своё тело или покупать секс. Особенно, когда тебе двадцать, ты симпатичный, а к тебе лезет какой-то обрюзгший дед. Это реально гадко. Мне резко захотелось отправить машину в мойку и принять душ. И угораздило же меня ввязаться в эти разборки! Вот на хрен мне это надо сейчас? - Отдай мне телефон, - потребовал я. - Он в нижнем кармане, - ответил Ник, - я просто не дотянусь, честно. Из его носа потекла кровавая капля, он вытер её об рукав, не сводя с меня глаз. - Тебе противно, да? - Это твоё дело, Никки. Я не священник, чтобы читать мораль. - Ты ведь и сам гей. Надо же, ещё один «мистер-чутьё» нарисовался. - У меня это на лице написано? - Нет, конечно, - сказал Ник, - я видел тебя с тем парнем. Вы оба…думаю, вы бы уже кувыркались на заднем сидении, если бы не я. Ты злишься, что я помешал? - Нет. Ты здесь непричём. У этого парня уже есть «партнёр», так что ты мимо. - Не думаю, - ухмыльнулся Ник, - между вами двумя разве что не искрило. - Послушай…не лезь сюда. Я сейчас отвезу его куда надо, и вообще забуду, что он есть. - Только не надо в полицию…пожалуйста. - Ты ведь знаешь, что эти ребята тебя всё равно найдут? В участке ты в безопасности. - Я не хочу быть информатором Глобера… Он обязательно потребует, за защиту. А я хочу завязать. - А нельзя просто отказаться? - У Донни есть на меня кое-что… Он только и ждёт, что я попаду в полицию в таком вот виде. В прошлые разы он отправлял меня к матери, но летом она умерла. Теперь ему ничто не мешает использовать меня, как остальных. - Кто эти «остальные»? - О, у него здесь целая сеть. Он любит делать так, что ему все обязаны. А ещё…ещё ему непросто отказать. Ник описывал Донни, как будто он не обычный коп, а какой-то мафиозный спрут. Хотя, что я знал о них обоих? Донни загадочный…и скользкий тип, это правда. А этот – проныра и лгун, торгующий собственной задницей. - Как ты вообще во всё это ввязался? - Сначала я просто влюбился, - ответил Ник, - мне было шестнадцать. Я сказал родителям, что я гей, и год спустя мне пришлось бежать из дома. Нет, меня никто не оскорблял, не бил. Они просто превратили мою жизнь в ад. Таскали по разным психологам. А однажды мать привела какого-то сектанта, чтобы он изгнал из меня «злой дух», который мешает мне быть нормальным. - Это просто жесть, - не выдержал я, - им не помешал бы психиатр. Прости. - Всё нормально, Блэйк, - он грустно улыбнулся, - я тоже так думал и потихоньку сходил с ума, пока не познакомился с Люком. Он открыл для меня новый мир, где меня принимали таким, как есть. Ну, так и было поначалу. - Люк - это твой сутенёр? - Да. Но тогда я этого не знал…а когда понял, что к чему, уже увяз по уши. Знаешь, мне до сих пор иногда кажется, что где-то в глубине души он меня любил. - Я где-то читал, что сутенёры – ловкие манипуляторы. - Глобер говорит точно так же. - Может, попробуешь довериться ему? - Нет, не хочу. Просто высади меня где-нибудь. Дальше я разберусь. - Могу подбросить тебя к вокзалу, - предложил я, - слышал, там ночлежка для бездомных. - Было бы здорово. Да, здорово, наконец, отделаться от такого проблемного чувака. Вернуться в свою квартиру, принять душ, поесть и работать. Я смотрел на этого бедолагу, с заплывшими губами и мелкими порезами на лице, сквозь шум двигателя я слышал, как в животе у него урчало от голода. И прежде, чем я сообразил, что делаю, свернул в свой квартал. Ник испуганно пялился в окно, и вжался в сиденье, когда я притормозил у подъезда. - Это ведь не ночлежка. - Знаю. Вылезай. И веди себя тихо. Я достал пакет с заднего сидения и аптечку, щёлкнул замком и быстро затолкал парня за дверь. Он молча шагал впереди меня по лестнице, даже не пискнул, когда мы вошли в квартиру. Я велел ему раздеться и топать в душ. Ник невысокий и весьма худой. Любая моя одежда будет на нём, как на вешалке. Но выбирать особо не приходилось. Я достал бельё, джинсы и свитер, положил на диван. И полотенце – потом придётся выбросить. Открыв пакет с продуктами, я пожалел, что не купил яйца. Бифштекс на двоих – это мало. Но что есть, то есть. Я поджарил томаты, притрусил сверху сыром. Намазал маслом хлебцы. - Пахнет классно, - сказал Ник, когда вышел из душа. Я кивнул ему на одежду и поставил на стол тарелки. Честно разделил бифштекс пополам, даже открыл вино. Не знаю, как ему, мне точно не помешает расслабиться. Ник выпил бокал залпом и попросил ещё. После ужина я открыл аптечку, мы вместе обработали раны, я даже нашёл в морозилке лёд для его разбитой физиономии. Ник забрался на диван с ногами и откинулся на подушку. - Мне кажется, я в раю, - прошептал он. - Не привыкай, приятель. Спать ты отправишься на чердак. - О нет… - О да! Не хватало ещё, чтобы он обчистил меня или перерезал ночью глотку. Хоть мне его жалко, но я ему не доверял. Поэтому, чердак – это жест моего добродушия к кретину, из-за которого придётся менять стекло и чистить салон. Любоваться порезами на ладони, и забить на работу, так как жутко хотелось спать. На самом деле на чердаке весьма неплохо. Я арендую там небольшую каморку из гипсокартона, там даже есть окно, выходящее на крышу. Есть диван с подушками и стол, где я рисую. Я не всегда могу работать в квартире. Порой мне нужно забиться в «творческий уголок», где только я, карандаш и бумага. И эпизоды, развешенные на стене. Я проводил Ника на чердак и вручил бутылку воды. Он сразу же зарылся в подушки и натянул до подбородка клетчатый плед – самое ценное, что есть в этой каморке. Кроме рисунков, конечно, но вряд ли они ему нужны. Как и стопка старых комиксов. - Смотри, не устрой здесь пожар, - сказал я так, на всякий случай. Но Ник уже спал. Или притворялся, что не слышит. Я постоял над ним секунду и спустился к себе в квартиру. Принял душ и завалился спать. Всё остальное – завтра…