***
–Ген, секунду! Женский голос шёл со спины, заставляя Асагири остановиться и, покачнувшись, обернуться лицом к окликнувшей его Кохаку. Сама девушка шла не так далеко от него, с трудом перебирая ногами, но оставаясь в вертикальном положении. Она указала большим пальцем себе за спину и, сказать честно, Гену понадобилось не меньше двух минут, чтобы в темноте рассмотреть братьев Нанами и Укё возле кустов. –Кого? Собственный язык заплетается, но это мало кого волнует. Выпивали все и в нетрезвом состоянии были тоже все. Возможно, все в разных степенях, но никто не был абсолютно трезвым. Благодарить за это стоило лишь Рюсуя. Вся компания сделает это позже, на следующий день, но от всего сердца. –Саи. У него, хе-хе, – Кохаку чуть вытягивает голову вперёд, посмеиваясь и наблюдая за друзьями, – жопа из кустов только и торчит.. Асагири и сам глупо улыбается, но сдерживает себя от полноценного смеха. Вместо этого молодой человек поворачивается лицом в сторону, куда он вёл свою компанию и смотрит в никуда. Казалось, вот он схватился за разумную мысль, но количество алкоголя в его крови было явно больше и сильнее здравого смысла. –Так, а куда мы... Топаем? Блондинка начала забывать слова, вызывая у Гена короткий смех и икоту. Ген молчит, изредка икая, и ждёт, когда сзади появится оставшаяся часть команды, что, на удивление, приходит быстро. –Мы идём к.. Шишке. Никого из присутвующих не волновало, что фамилию произнёс их глава неправильно. Со стороны Сая слышится тихий кашель и, кажется, Укё услышал, пьяную молитву от Рюсуя, чтобы не оказаться в блевотине старшего брата. –Он впустит? Сайонджи выпил меньше всех и выглядел почти неизменно, но красные щёки, нос и глаза не позволяли назвать его в полном порядке. Асагири неопределённо махает рукой и все продолжают путь не в тишине. Гену было прямо в радость идти и петь, несмотря на то, что половина песен были исковерканы им до такой степени, что сложно было понять, что он хотел изначально спеть. Но это не останавливало Кохаку от того, чтобы подпевать другу, радостно улыбаясь и иногда икая. Рюсуй едва не нёс на себе брата, вздрагивая каждый раз от чужого малейшего кашля. Сам Саи уже давно был не в мире сем, изредка возвращаясь в реальность, чтобы подумать о том, как же ему плохо и отключиться вновь. Укё шёл рядом с Нанами, предпочтительно молча, но часто осматриваясь по сторонам в попытках разобрать, где они и как сюда попали. –Прибыли! – Ген улыбается во весь рот, мимолётно чувствуя боль в скулах. –Его дом всегда был так близко? Сайонджи в ответе на свой вопрос не уверен, поэтому осматривает здание перед собой. Весьма похоже на дом Шишио, насколько их можно сравнить в темноте и с мыльным изображением перед глазами от алкоголя. Асагири жмёт плечами и проходит на крыльцо дома. Звонка он не видит, поэтому пару раз стукает по двери, надеясь, что Цукаса сразу услышит стук и впустит их в дом переночевать. Позади слышится мат от Рюсуя и стон от Сая, младший споткнулся едва не упав и не уронив брата, Кохаку на это искренне смеётся и сама чуть не падает, опираясь на пустые коробки стоящие рядом. Укё, судя по звуку, тихо хрюкает от своего смешка и присаживается на ступеньку, расслабляясь и блаженно вздыхая. –Цукат! Голос Гена звонкий, но явно недостаточно громкий, чтобы пробиться через стены дома и, скорее всего, разбудить владельца. Приходится пройтись взглядом по всему перед собой, прежде чем удаётся заметить видеокамеру прямо на уровне лица. Широкая улыбка сама собой появляется на лице и молодой человек злобно потирает руки, подходя чуть ближе и прочищая горло. На фоне слышно тихое недовольство Кохаку, когда она пытается достать из кармана штанов электронную сигарету и не цепляться за ткань подломанным ногтём. –I'm going back to 505, – голос Асагири не дрожит, уверено начиная петь и вспоминая дальнейший текст. – If it's a seven-hour flight or a 45-minute drive. Теперь на фоне слышно кашель Кохаку и Рюсуя, Саи и Укё сохраняют тишину, первый из-за сна, а второй из-за шока. –Поёт! –In my imagination, you're waiting lying on your side. Ген не обращает внимание на тихие смешки Кохаку, что становились громче с каждой секундой, в перемешку с коротким кашлем и на уже задыхающегося от смеха Рюсуя, склонившегося прямо на крыльце и выдавая иногда неизвестные никому ранее звуки. А Укё, что, опомнившись, достал и начал снимать всё на камеру, Асагири даже не слышал, на задумываясь о том, чем он занят. В голове лишь мысли не останавливаться и продолжать петь, тыча своим носом прямо в камеру на крыльце дома. –With your hands between your thighs. –Я щас уссусь! –Кохаку! Ген не думает о коротком обсуждении своих друзей, продолжая звонко петь и начиная жестикулировать, даже не обращая на это внимание. Кажется, на фоне Кохаку упала на колени и молилась всему, что есть на свете, чтобы не опозориться перед друзьями и не обмочиться от смеха. Рюсуй по звукам находился на последней стадии принятия своей смерти от смеха, когда Укё что-то тихо говорил, судя со всего, прося всех успокоиться.***
Сэнку смотрит на монитор своего компьютера с нечитаемым выражением лица, но, возможно, он уже проделывал план по переезду. Хром в свою очередь, прикрыв рот рукой, улыбался и поражался умениям незнакомца с записи петь. –Я хочу познакомиться с друзьями Кохаку! – как бы Хром не старался свой восторг и радость он скрыть в голосе не может. –Кохаку — та блондинка? Ты её знаешь? – Сэнку кидает взгляд на друга, что положительно кивает ему. –Она младшая сестра Рури. Вы разве не знакомы? Ишигами кидает сухое: "Виделись пару раз и не более", когда в мыслях прокручивает запись с камеры и ухмыляется. Знакомиться с друзьями этой девушки они будут явно вместе, в особенности с этим певцом. Упустить такой алмаз — непростительная ошибка, которую Сэнку себе позволить не может.