Нас на свете только двое

У Цукишимы Кея всегда было мало друзей. Можно ли это вообще назвать дружбой? Всех их он мог не просто пересчитать по пальцам, но и назвать причину, по которой он продолжает общаться с каждым из них. С одним он знаком еще с младшей школы. Хоть и сейчас они почти не общаются, в детстве они практически держались друг за друга, чтоб не погаснуть в одиночестве, однако их общение не заходило дальше рамок школы. Поэтому этот человек все еще числится в его окружение со статусом «друг детства». С другим у них были схожие проблемы, правда все, что они могли — обменяться фразами, несущими высокий смысл, но не более. Третий — парень с параллельного класса, который почему-то считает Цукишиму своим другом и пишет от нечего делать, когда ему захочется. Подумаешь, объяснил пару раз этому идиоту темы по школьным предметам. Набор выглядит так себе, но еще худший вид этому изображению придает то, что ни с кем из этих людей блондин не был особо близок. Не то чтобы он строил какую-то другую версию себя с каждым из них, просто открытым с ними никогда не был. Не видел смысла, да и общению это не мешало ни одной из сторон, поэтому он продолжал быть таким — пустым. И люди вокруг были такие же пустые. Они были как роботы, которые не способны чувствовать. Даже говорили на одни и те же темы, будто в их программу был занесен такой скудный список. И не сказать, что он был чем-то недоволен. Напротив, его все устраивало. Парень не видел смысла в близком общении с людьми, ведь это отнимало слишком много сил, времени, нервов. В его предпочтении было все же сохранить себя здоровым, ментально в том числе. Ему никогда не хотелось с кем-то делиться собой и своими чувствами, ему никогда не хотелось иметь друзей, он не нуждался во внимании. Его все устраивало.

***

Летнее солнце, согревающее все живое на Земле, закрадывалось в кабинет, в котором и без того было невыносимо душно. Учиться летом всегда сложно, как минимум потому что невозможно сосредоточиться на заданиях, но до каникул оставался всего месяц. Это не так уж и много по сравнению с тем, сколько месяцев учебы уже за плечами. Цукишима сидел за своей партой и, немного качая головой в такт музыке в его наушниках, смотрел пустым взглядом в стену. В наушниках играла какая то из песен Mitski, в голове плавали различные картинки и была лишь одна мысль: «Как приду со школы — не выйду из холодного душа». Его мысли о приятном будущем времяпрепровождении прервала несчастная рыжая макушка. «Скажите, почему именно я?», — пронеслось в голове, но на деле он поднял голову на Хинату и убавил громкость в наушниках. — Я надеюсь, ты не забыл о том, куда сегодня приглашен? — убирая тетрадь в сумку, с которой он прибежал сюда, ведь зачем медлить со сборами принадлежностей, когда можно все смять по пути, бросил Шоё. — Напомни, — Цукишима не то чтобы не помнил, он мог просто не слушать Хинату и пропустить мимо приглашение. Да и куда его может позвать простой школьный знакомый. — Вроде не тупой, а такие простые вещи не запоминаешь. В кафе сегодня, у меня День рождения, — произнес слишком обыденно Хината, будто ожидая, что Кей все равно не вспомнит, — И, если ты вдруг и про это забыл, ты меня не поздравлял. День рождения. Кей ударил бы себя по голове за забывчивость, если бы ему было не все равно, но увы и ах, блондину до этого совершенно не было никакого дела. Зачем Цукишиме вообще эта информация в голове. Он про День рождения брата-то вспоминает после того, как вечером отрезает кусок торта, на котором написано что-то вроде: «С Днём рождения, Акитеру!». Да и с каких чертиков этот рыжик зовет его на праздник. Они же не близкие друзья. Они вообще не друзья. Подумаешь, общение в школе и пара прогулок, которые и происходили даже не по инициативе Кея: — Куда идешь, Цукишима? — Я просто гуляю. — Один? Как здорово! Составишь мне компанию в магазин. — Но я не... Неужели Кею придется пожертвовать своими планами ради Дня рождения коротышки? Придется? — Брось мне сообщением потом адрес и время, — придется. И зачем он это сейчас сделал? — На подарок не рассчитывай, я после школы по магазинам не побегу, — бросил блондин и тут же прибавил громкость в наушниках тем самым закончив разговор. Если бы вы предложили Цукишиме выбор между богатой и активной жизнью и бедной, тихой и спокойной, то он однозначно выбрал бы второе. Одной из главных ценностей в его жизни это было спокойствие. Он привык к тишине, привык к тому, что его никто никогда не дергает. Возможно, он этого никогда не желал, но уже свыкнулся с такой жизнью. С детства Кею не давали должного внимания. Его мама, на вид спокойная и домашняя женщина, была той еще тусовщицей. Нет, не в плохом смысле, как минимум для нее. Она часто уходила гулять по ночам, оставляя братьев дома одних, ведь что с ними могло случиться плохого? Они дома, по ее плану должны были спокойно спать, хоть это было и не так, что такого? Акитеру всегда вкладывал малышу Кею в голову мысли о том, что мама родила их рано и не успела «нагуляться», поэтому они не должны обижаться на неё. А кто обижался? Явно не Цукишима. Он разве что привык к отсутствию контакта с матерью, научился сам играть, сам делать уроки, сам ухаживать за собой. Все он делал сам, всегда полагался лишь на себя. И именно поэтому разговаривал с родным человеком он редко. И никого это не задевало. Цукишиму точно. Со временем ничего не изменилось. В доме всегда царила тишина, которую нарушал лишь топот Акитеру по утрам. Мать братьев переехала жить к своему молодому человеку, поэтому заходит раз в пару дней проверить, все ли у них в порядке дома, а затем снова уходит; Акитеру учится по утрам в университете, а по вечерам работает официантом в ресторане; Цукишима учится целыми днями. Все дни проходили одинаково и за многие годы Цукишима окончательно привык ко всему. Возможно он и привык, но что-то внутри его толкало на достижение одной лишь цели: уехать отсюда как можно дальше. Привыкнуть к рутине — не значит полюбить ее. От того Кей и хотел отсюда уехать. Да, он не любил это место. Не любил дом, не любил окружающих, не любил школу. Все это ему напоминало лишь сложный паркур перед дверью в светлое будущее, где его не будет преследовать ужасное чувство в груди, описание которому дать он не мог. Объяснения тоже. Все, чего он ждал от своего будущего — тишины, спокойствия, одиночества, возможно денег. Да, сейчас он тоже живет в тишине и спокойствии, но это не было его выбором. Он этого не хотел. От этой тишины лишь больше растет шрам. Он хочет, чтоб было тихо внутри его самого и для этого не обязательна тишина в доме. От мира, где его ждет спокойствие в груди, отсутствие неприятных чувств, отсутствие некой грязной, поломанной привязанности, отделяло лишь время и экзамены.

***

«Посижу 40 минут для приличия и уйду», — подумал Кей и открыл дверь в кафе. Шум. Случайные нелепые прикосновения. Духота. Громкие люди, не знающие личных границ. Проще говоря — сбор всего того, что Кей так ненавидит. Он всегда старался избегать людных мест, гулял вечерами, чтоб никого нельзя было встретить, ходил в магазины с их открытием, чтоб избежать очередей, громких покупателей, лишнего контакта. А сейчас его буквально завели в ловушку. В помещении было настолько жарко и душно, что блондин, если бы не услышал шум кондиционера, подумал, что прохладный воздух сюда не поступает совсем. Звуки казались слишком громкими, звук стаканов, стучавших друг о друга, бил по ушам. Кей не любил громких звуков, они его раздражали, мешали ему сосредоточиться на всем остальном. И сочетание такого шумного места и неприятной компании коротышки и его друзей его не воодушевляла. Зачем он вообще согласился приходить? — Цукишима! — окликнул его знакомый голос, — Ты опоздал, мистер пунктуальность. — Я разве что-то говорил о своей пунктуальности? — Да! Ты говорил, что не любишь опаздывать на важные мероприятия, — сказал Хината и в голове у него резко сложился пазл. Цукишима ухмыльнулся и прошел к столу, сняв свои наушники с шеи. За столом сидело много людей. «Ожидаемо», — пронеслось в голове у парня. В основном приглашеными гостями стали ребята из команды волейбольного клуба. И ненавистный Цукишиме Кагеяма Тобио тоже был здесь. Он вечно ходит с недовольным лицом, придирается ко всему, злится по мелочам. Возможно это было и не так, но первое впечатление о Тобио осталось таким. Ведёт себя как Цукишима, и блондина это бесит! Еще одного парня он видел до этого лишь раз. Правда своего мнения о нем Цукишима однозначно не помнит. Светлые волосы, по темным корням видно, что крашеные, сутулость и недовольное выражение лица. Видимо, у Хинаты какой-то тренд заводить унылых друзей. — Хэй, Цукишима, ты все-таки пришел! — вкрикнул Танака. Он был первым, не считая Хинату, кто заметил его приход. Как же много громких людей. — Ты как раз пропустил скучную часть ожидания еды и развлечений. Цукишима кивнул и сел на свободное место рядом с... Как его зовут? Имена — слабость многих людей. Большинство не запоминает имена новых знакомых, особенно в коллективе, куда ты недавно пришел. Однако он помнил, что этот парень учится с ним в одном классе. — Ямагучи Тадаши, — улыбнувшись сказал брюнет и протянул руку, — Я слишком поздно подал заявку на вступление в клуб, поэтому не со всеми еще успел познакомиться. — Цукишима Кей, — в обычной своей манере, которую почему-то все принимают за грубость, произнес Цукишима и пожал руку в ответ. Стол был довольно длинный, поэтому не удивительно, что все за ним уместились. В углу стола Цукишима заметил монитор с колонками. Из колонок играла веселая музыка. Обычно такая играет в меню различных игр. На экране монитора высвечивалась надпись «присоединиться». — А это караоке, мы ждали, когда нам принесут микрофон. Тут можно петь совместно с другим человеком, — сказал Хината, когда заметил устремившийся на экран взгляд Кея. — Мы решили, что будет интересно угадывать, кто поет с тобой в дуэте! — Я надеюсь ты понимаешь, что я не буду петь? — сказал Кей ровным тоном, будто заранее знал, что Шоё ответит что-то вроде «мы заранее на тебя не рассчитывали». — Нет, ты как раз будешь петь первый! — сказал рыжик и протянул микрофон к Цукишиме, который тут же скривил лицо. — Что? — А что? Хината потянул Цукишиму за руку, чтоб тот встал спиной к парнеру, кинул блондину микрофон и пошел включать караоке. «Нет, парень, ты не понял, я…» — начал говорить Цукишима, но его прервал обратный отсчет на экране. Из колонок полилась мелодия песни mehro «chance with you», а за ней приятный мужской голос. Он был такой ласковый, по своему теплый и внутри у Кея резко закололо от красоты голоса. — Давай, Цукки, пой, — начал подталкивать его Хината, однако Цукишима только выключил микрофон и, бросив своё: «Я ненавижу, когда меня так называют», продолжил слушать чарующий голос неизвестного парня. От его голоса в помещении стало еще душнее, хотя казалось, куда больше. Такой спокойный голос, успокаивающий, но при этом певец не забывал про эмоции. Каждый вздох, каждая новая подача запомнится Цукишиме еще надолго. Далее Кей все же включил микрофон, но вовсе не для того, чтоб петь: — У тебя красивый голос. Ты занимаешься профессионально? — Что? Нет, я любитель. Спасибо, — ответил парень с легких смешком, ведь слова блондина заставили его смущаться. — Ничего себе, Ямагучи! Это было очень красиво! — влез в разговор Хината, который сразу же получил по голове за это. Вообще-то Цукишима должен был угадать партнера в дуэте. Но это было лишь оправдание, на деле он надеялся услышать еще его вокал. Песня закончилась, а вместе с этим у Цукишимы внутри будто опал лепесток розы. Следующие полчаса часа Кей молчал. Молчал, слушал Хинату и Кагеяму, изредка коментировал чью-либо фразу и вновь замолкал. Незнакомый ему блондин тоже молчал, слушая разговор друзей. Как же Цукишима ценит молчаливых людей. Остальные ребята за столом не отличались этим качеством. Капитан команды и Асахи увлеченно наблюдали за беседой второгодок, иногда отходя в угол, чтоб выдать весь смех, который они сдерживают. Второгодки о чем-то очень громко спорят. Кажется, на счет законности изюма в булочках. Что? Какой бред… А сидят с такими серьезными лицами, будто прямо сейчас решается вопрос жизни и смерти. А в уголке Сугавара и Ямагучи пили чай. Ямагучи. Цукишима вспоминал голос парня во время караоке. Где-то в глубине души эта нежность и теплота голоса засела и не хотела уходить. И Цукишима оправдывает это тем, что он просто большой ценитель музыки, а у Ямагучи и правда не плохие вокальные данные. И ничего более. Вскоре парню надоело здесь находиться. Чужие голоса постоянно выбивали его из своих мыслей, мешали ему думать о приятном пении, а это раздражало хуже духоты и давки в помещении. Он решил сесть к Ямагучи и Сугаваре, оправдываясь тем, что он сам скоро отупеет находясь в том обществе. Парни прыснули, и продолжили болтать о своем, пытаясь вовлечт Кея в разговор. Но тот предпочел просто слушать. Он целый день просто слушает. Какая-то часть Цукишимы, очень маленькая, не дает ему уйти. Он не часто проводит время вот так. В компаниях людей, где все говорят, говорят и говорят. Ведь потом он снова вернется к своей тишине, которая с ним на всю оставшуюся жизнь. Так почему бы Цукишиме не позволить уделить шуму пару часов от вечности? В какой то момент компания за столом очень громко смеется и Цукишиму передергивает от неожиданности. Он бросает недовольный взгляд в сторону ребят, а рядом сидевший Ямагучи говорит: — Согласен, тут очень громко. И Кей оборачивается на рядом сидевшего парня. Сугавара оказывается уже ушел и они сидели молча рядом последние несколько минут, но блондин, находясь в своих мыслях, не заметил этого. — Иногда и такое стоит ценить. Никогда не знаешь, когда наступить день вечной тишины.