Дорогой

Шелест бумаги разносился по помещению, убирая эту давящую тишину. Хищная улыбка сверкала на губах, а глаза блестели нездоровым огнем.  Темная рука медленно потянулась к белоснежному лицу, что сейчас было обмотано тряпкой и крепко сдавливало половину лица так, что даже промычать было трудно.  На глазах мелкие кристаллы слез, что, кажется, даже не думали заканчиваться.  Стоило темной руке коснуться чужого лица, как то начало вертеться в стороны, а тело дрожать. Спустя пару секунд табуретка переворачивается с привязанной тушей на ней, а мычание, что сопровождало сей выступление, было настолько коротким, что создавалось ощущение того, что его и вовсе не было. – Альфёдов, Альфёдов. — щебечет демон, присаживаясь на корточки и хватая все той же рукой за ляжку.  Привязанные ноги крупно задрожали в попытках вырваться, но ничего не выходило. Верёвки плотно сжимали и прижимали к стулу. Шанса просто не было. – Скажи мне простую вещь. — Рука демона потянулась к чужому лицу, обхватывая за щеки. — Неужели так сложно принять мою любовь? В ответ пошло мычание.  Короткое движение, и ткань снимается с лица.  Тяжелое, достаточно громкое дыхание разрезает тишину, что вновь образовалась вокруг них. – Джаст, — чуть ли не скулит то ли альбинос, то ли снеговик, а затем прикрывает глаза. — Ты чокнутый. — Выплевывает после паузы, будто набираясь сил. Темная рука грубо хватается за чужие белые локоны волос, приподнимая их.  Снизу раздаётся шипение.  – Дорогой. — Шипит Джаст, смотря Альфёдову прямо в глаза.  Этот взгляд съедал, заставлял глотать вязкие слюни, что застревали в глотке.  – Дорогой. — Вторит он, резко опуская чужие пряди.  Раздается глухой стук, не успев среагировать, голова падает на бетонный пол холодного и сырого помещения. Слёзы начинают течь сильнее.  – Почему же ты так не отвечал той шлюхе, что крутила своей жопой перед тобой? — продолжает чёрт, становясь за спиной и вновь присаживаясь на корточки.  Сил ответить у белоснежного не нашлось, из горла вырывались лишь всхлипы. Было страшно, очень страшно. Что же будет дальше? Его кто-то найдет? – Помнишь, как мы мило беседовали с тобой в той кофейне? Ты тогда сказал, что тебе нравится проводить время со мной. — Ядовито летают слова вокруг. Отвязывая от стула тело, Джаст перекладывает его на красный диван, что стоял неподалеку и уже был измотан жизнью.  Сам же диван отозвался неприятным скрежетом пружин, что так и норовились резко выйти наружу. Ноги закидываются на темные плечи, а связанные руки куда-то за голову.  Сил сопротивляться не осталось, будто бы кто-то выжал все соки из когда-то энергичного тела. Джаст процеловывал каждый миллиметр стройного, в некоторых местах худого тела.  В глазах стояло зверское восхищение от этого вида, что открылся перед ним. Альфёдов был лишь в одной темной футболке, что Джаст любезно одолжил ему на ночевке.  Было так приятно видеть, как предмет твоего воздыхания ходит с ней по дому.  Рука пробралась под майку и выводила странные узоры, что были понятны лишь похитителю.  Метнув взгляд вбок, Джаст опасно ухмыляется, замечая на рядом стоящей тумбочке лежащий нож, что блестел ярко, будто бы так и крича: «Возьми меня, прорежь ему горло, подчини его — Ещё не время. — Прошептал губами Джаст так, чтобы поддрагивающее тельце под ним ничего не услышало. Медленными движениями рука с торса перешла на чужой член, оглаживая его.  Сверху стало слышно короткое шипение, схожее с мычанием, которое хотели скрыть. Ухмылка лишь расширилась, а голова опустилась. Высунув язык, чёрт провёл им по чужому органу, а затем, после секундной паузы, взял полностью в рот, заглатывая.  Лёгкими движениями головы и руками Джаст пытался выдавить хоть один стон со стороны нижнего, но получал лишь шипение, перемешанное со скулежом. Отрываясь от столь увлекательного дела, демон приближается к чужому лицу и вцепливается в нежно-розовые губы, что так манили с их первой встречи. Джаст уверен, это любовь с первого взгляда. Тем же временем, играясь с чужим языком, Джаст спустил одну руку, возобновляя движение снизу, так, что белый член уже начинал дрожать, а с горла беловолосого вырываться скулёж всё больше и больше.  Наконец, спустя ещё пары секунд вождения рукой вверх-вниз, из горла вырвался громкий стон, что сразу же заполнил помещение. Казалось, что в этот момент все звуки просто ушли на второй план, был лишь только этот. Несколько раз прокрутив этот звук у себя в голове, чёрт вновь прислонился губами к головке органа. Пару раз облизнув, Джаст наблюдал за реакцией, а потом Альфёдов неожиданно кончил.  Это был незабываемый момент.  Джаст точно это запомнит навсегда. Слизывая сперму с чужого тела и ведя языком дорожку вверх, Джаст незаметно взял нож с тумбы, а затем, нависнув сверху над беззащитным телом, нанёс первый удар в грудь.  Из чужого горла вышел рваный хрип, перемешанный с криком, а из дыры в груди начала сочиться кровь.  Второй удар, чужие глаза закатывались, медленно закрываясь, а Джаст лишь с упоением за этим наблюдал, нанося ещё один удар всё в то же место. – Обожаю! Обожаю! Обожаю! — нездорово шепчет он, выводя порезы на чужих ногах, а затем рисуя на щеке ножом сердце. Руки давно перемешались в крови, как и одежда, но это явно не мешало.  Удары продолжались долго. Джаст даже не успел увидеть последний вдох Альфёдова, что был лишь для него.