Вам не по зубам, или кролики -- опора экологии

Старейшины были недовольны. Всем. И в первую очередь, как ни странно, достопочтенным учителем Лань Цижэнем. Вэй Усянь с его выходками был неизбежным злом, Лань Ванцзи всегда шел у него на поводу, глава Лань потакал им. И с этим нельзя было ничего поделать. Но Лань Цижэня старшее поколение всегда считало незыблемым оплотом традиций, ревнителем правил и безоговорочным союзником. Так что его неожиданное увлечение кроликами и, прости Будда, решение обучать их, шокировало всех гусуланьских консерваторов. Однако правила этого не запрещали, а даже, наоборот, приветствовали приобщение любых созданий к миру высокой духовности, так что придраться было не к чему. Но недовольный ум ищет лазейки повсюду, и, наконец, особо упертый старикан Лань Юнксу нашел предлог прикопаться к смехотворному, по его мнению, начинанию. Кроликов много, и что они делают? Кроме учебы? Правильно, едят. А еще плодятся. Детки их тоже хотят кушать. И поскольку одной морковью сыт не будешь, грызуны активно поглощают зеленый покров Облачных Глубин. Наносят ущерб природе. Еще немного, и вызовут экологическую катастрофу. Все это вредный Лань Юнксу регулярно нашептывал в любые желающие его слушать уши, и распалил аудиторию настолько, что многие уже в красках представили себе печальную участь родного поместья. Выжженная, тьфу, выжранная земля без единой травинки, над которой печально склоняются обгрызенные остовы деревьев. Ни дать, ни взять, второе нашествие дурной памяти клана Вэней. — Так Вэни хотя бы траву не трогали, — с пафосом вещал Юнксу, — не то что эти вредители. И еще неизвестно, как на них повлияет учеба. Вдруг решат стать хищниками… Отрастят клыки и что вы станете делать с саблезубыми кроликами? — Ну это вы загнули, господин Лань, — возразили ему скептики, а вот насчет вреда природе… тут вы правы. — Значит, надо созвать совет клана и потребовать принять радикальные меры по спасению Облачных Глубин. Сказано-сделано. И вот уже Лань Цижэнь, всем видом источая праведное возмущение, выслушивает попреки и инсинуации. Поскольку он никак не ожидал такого коварства от своих давних товарищей, то не сразу нашелся с ответом, который бы раз и навсегда пресек подобные бредни. На помощь ему пришёл старший племянник. Лань Ванцзи и Вэй Усянь были с учениками на ночной охоте и этим воспользовался Лань Юнксу. Но глава клана был на своем месте и заступился за дядю. — Все не так плохо, как вам представляется, уважаемые старейшины. Кролики едят не так уж много травы, они предпочитают морковь и капусту, а их мы выращиваем отдельно. — Да, и занимаем овощами пространство, которое можно использовать гораздо разумнее, — возразил кто-то. — Как именно? — улыбнулся Лань Сичэнь. Его улыбка выглядела дружелюбной, но многих от неё бросило в дрожь. — Мы искренне переживаем за сохранность природы нашего родного края, а вы уходите от темы, глава Лань, — упорствовал Юнксу, — образумьте вашу семью, пока не поздно. Лань Цижэнь испытал сильнейшее искушение заткнуть оппонента заклятием молчания, но сдержался. Вместо этого процедил сквозь зубы. — Почему-то мне кажется, что вы завидуете моему педагогическому успеху, уважаемый. — Ха, тоже мне успех! — фыркнул Лань Юнксу, — научил зайцев слушаться. Вот когда они иероглифы писать научатся, тогда и хвастайся. Лань Цижэнь не снизошел до ответа. Зато Лань Сичэнь неодобрительно посмотрел на старейшин и завершил собрание, сказав, что он услышал их мнение и примет соответствующие меры. На том пока и разошлись, но борцы за экологию были неудовлетворены. Они желали услышать чёткий ответ, что ушастая угроза будет изгнана из священных пределов Гусу Лань, а не уклончивые слова о мерах. Лань Цижэнь, внутренне кипя от негодования, но сохраняя степенный вид, сразу проследовал на кроличью поляну и там дал выход обуревавшим его эмоциям. — Что они себе позволяют?! — возмущался он, обращаясь к кроликам, окружившим его плотным кольцом, — совсем обнаглели. Покушаются на клановое достояние. Да нам все завидуют, что в Гусу Лань даже звери высоко духовные. Он окинул взглядом внимающих ему ушастых учеников. — Что Юнксу там вякал про обучение грамоте? Думает, я не справлюсь? И он поманил к себе Серого Призрака, который сидел поблизости, а не прятался, как обычно, под кустом. Этот бунтарь и индивидуалист оказался очень даже умненьким, и Лань Цижэнь решил с его помощью уесть оппонентов. Он вытащил лист бумаги, кисть и маленькую тушечницу. Разложил все это на траве и начал выводить ровные линии. Кролики заинтересованно принюхались. Пахло не то чтобы вкусно, но интригующе. Они и раньше чуяли этот запах на своем лаоши и на других своих друзьях, но не знали, откуда он берется. И чёрненькие пятнышки выглядели занимательно. Серый Призрак подошёл поближе, оглядел цижэневы труды, и ткнул лапкой в тушечницу. Потом провел ею по бумаге. Получилось криво, но похоже. Лань Цижэнь на радостях чмокнул его в пушистую макушку. Кролик фыркнул, как бы говоря «Ой, да было бы чего! Мне не трудно» На следующее утро вернулись Лань Ванцзи с Вэй Усянем. Усталые, но довольные. Ученики под их руководством упокоили множество нечисти, никто не пострадал, и к тому же благодарные жители спасенной деревни подарили им несколько кувшинов местной настойки из личи. Усянь заявил, что этот нежный на вкус и необычайно целебный напиток можно смело считать лекарственным, и поэтому запрет на алкоголь в Облачных Глубинах на него не распространяется. Ванцзи согласно мгмыкнул, а ученики обрадовались. Хотя Лань Сычжуй и заверил, что им ничего не светит, но можно же было немножко помечтать… Но их мечты, как и чаяния Усяня спокойно выпить, а Ванцзи — воспользоваться временем отдыха для других целей, были разбиты неприятными новостями о «бунте на корабле». Это так Лань Цижэнь обозвал инициативу старейшин. В кои веки раз Вэй Усянь и Лань Ванцзи были с ним полностью солидарны. От одной мысли, что кто-то злоумышляет против пушистых ангелочков, взгляд Ванцзи потемнел, а глаза Усяня заволокло красным. Лань Цижэнь поспешил воззвать к их благоразумию. — Дети мои, насилием мы ничего не добьемся. Вэй Усянь и Лань Ванцзи переглянулись и лица их смягчились. — Вы правы, дядя, — кивнул Усянь, — мы пойдем другим путем… Он задумчиво оглядел окрестности поляны. Кроме пресловутой травы, любимой кроликами, там росло множество кустов, цветов и деревьев. Преобладал бамбук, но тут и там виднелись древовидные папоротники, акации и можжевельник, не говоря уж о магнолиях, рододендронах и разных мелких цветочках. — И они смеют утверждать, что наши зайки все объели?! — возмутился он, — растительности им мало. Ну так они ее получат… — Что ты задумал? — встревожился Лань Цижэнь, видя, как ехидство так и сочится из глаз Усяня. — Не переживайте, дядя, — вмешался Ванцзи, — Вэй Ин же гений. — Вот поэтому мне и страшно, — пробормотал Цижэнь, гладя уши Серого Призрака Остальные кролики изо всех сил ластились к Ванцзи и Усяню. Вэй Усянь плюхнулся на землю, и напевая что-то себе под нос, принялся рисовать маленькие талисманчики. Закончив, он небрежным движением отправил их в полет в сторону самых густых зарослей. Вскочил, отряхивая руки, и заявил. — Готово. Результат будет часов через шесть. И схватив Ванцзи за рукав, потянул его за собой. — Я что-то устал, хочу отдохнуть. Мое почтение, дядя. Лань Цижэнь вздохнул, попрощался с кроликами и отправился проводить урок по генеалогии, о котором чуть было не забыл с расстройства. Обещанные Усянем шесть часов ещё не истекли, как над Облачными Глубинами поплыл тревожный звук колокола. Вэй Усянь приподнялся на постели. — Ага, заметили. Всполошились. Лань Ванцзи одним прыжком вскочил на ноги и схватил Бичэнь. — Он тебе вряд ли понадобится, — захихикал Усянь, — разве что путь прорубать… Они присоединились к группе адептов, спешащих на сигнал тревоги. В колокол бил не кто иной, как Лань Юнксу, весь красный и вне себя от злости. Увидев Вэй Усяня, он заорал. — Ты! Это твоих рук дело! Усянь напустил на себя вид оскорбленной невинности. — Не понимаю, о чем вы, старейшина Лань. Мы с Ханьгуан-цзюнем и младшими адептами буквально пару часов, как вернулись. — Не заговаривай мне зубы! Смотрите! — и он пафосно ткнул пальцем в сторону горного склона. — Сдались мне твои зубы, — пробормотал Усянь, — они у тебя кривые, нарушают здешнюю гармонию. На его бурчание обратил внимание только Ванцзи, а остальные завороженно уставились на буйство растительности. По склону зелёной рекой текла трава по пояс и гигантские папоротники затмевали солнечные лучи. Про бамбук и говорить нечего, казалось, его острые пики достают верхушками облака и пытаются создать мост в небесное царство. Тут и там ярко вспыхивали огромные цветы, чей аромат пьянил не хуже вина. Вэй Усянь мечтательно потянул носом. — Надо попробовать сделать настоечку, уж очень приятно пахнет. В толпе адептов раздались восхищённые возгласы. — Как красиво! — Вы что, с ума сошли! — заверещал Лань Юнксу, — если это не остановить, нас поглотят джунгли. — Вы же сами переживали, что у нас экологический кризис из-за кроликов, — выступил вперёд Лань Цижэнь с Серым Призраком на руках. — Да, но я не это имел в виду… — То вам мало зелени, то много. На вас не угодишь, старейшина Лань, — усмехнулся Вэй Усянь. — Заклинай ее обратно, — потребовали сторонники Юнксу. Вэй Усянь пожал плечами. — Я не настолько могущественный, чтобы повелевать природой. Что выросло, то назад не растет. Только другая природа способна справиться, — и он кивнул на кролика на руках Лань Цижэня. Тот дёрнул ухом, а Лань Цижэнь торжественно посадил его на плоский камень, достал бумагу и тушь. Серый Призрак оглядел собравшихся, презрительно фыркнул в сторону кучки старейшин, и одной левой вывел надпись. «Кролики — опора экологии»