Trigger

Волны мягко облизывают каменистый берег, создавая ритмичный шепот воды. Освежающий бриз, несущий аромат моря, слегка щекочет лицо. Величественный водоем, столь редкий в это время, радует глаз своей красотой и спокойствием. Прошло немало времени с тех пор, как выжившие прибыли в Тихую Гавань, место, которое теперь стало их новым домом. Здесь, вдали от того ада, что находится за горизонтом, царит удивительная тишина и гармония. Это почти невероятно после всех испытаний, через которые им пришлось пройти на материке. Кажется, что сама природа приветствует их, предлагая отдохнуть и восстановить силы. Каждый момент, проведенный здесь, наполняет душу покоем и умиротворением. Пусть этот уголок останется таким навсегда, местом, где можно спрятаться от невзгод внешнего мира и насладиться простыми радостями жизни. Однако не все разделяли это приятное времяпровождение. Томас, герой среди выживших. Он не мог забыть жар огня, запах дыма, крики, бессилие. Он помнил боль, нестерпимую, пронзающую, от того, что не успел, не смог, не спас. Он помнил, как его кровь, пролитая в борьбе за жизнь, стала символом надежды, лекарством, но эта надежда была омрачена горькой потерей. Он чувствовал себя виноватым, но эта вина была чужой, не его. Это была боль, которая несла на себе печать трагедии, но не вины. Он просто был частью истории, которая разворачивалась не по его сценарию, частью боли, которую он не мог контролировать. Томас смотрел на веселящуюся толпу, на лица, полные радости, и чувствовал себя чужим, словно брошенный на берег корабль, которого шторм выбросил из привычного русла жизни. Он был один, запертый в своей боли, в своей вине, в своей неспособности справиться с горем. Из пучины гнетущих мыслей его выудил задорный голос его друга, одного из немногих выживших. - Томас! Чего ты там сидишь и киснешь? Иди сюда, шанк многострадальный! – Минхо, его старый друг и верный товарищ. Да, он последний, не считая Фрая и Галли, кто вышел с ним из Лабиринта и до сих пор жив. Он поднялся с насиженного места и устремился к своим друзьям. Все же, в глубине души, он знал, что время лечит. И когда-нибудь, возможно, он сможет снова улыбнуться, не скрывая за этой улыбкой боль. Но пока, он был просто Томас, герой, который не мог забыть свою потерю. Огонь, пожирая сухие ветки, отбрасывал на лица выживших танцующие тени. В тишине, нарушаемой лишь треском пламени и шелестом ветра, они вспоминали тех, кого уже не было. Вокруг костра, как мотыльки на свет, кружились насекомые, привлеченные теплом и светом. Среди них был один, выделяющийся своей необычностью. Большой, почти как майский жук, с крыльями, отливающими металлом, он сидел на краю обугленного пня и пристально смотрел на людей. Его взгляд казался проницательным, будто он видел не просто людей, а их души, их боль и страх. Он не двигался, не шевелился, словно был частью самого огня, его неотъемлемой частью. Выжившие, привыкшие к опасностям этого мира, не обращали на него внимания. Но каждый раз, когда взгляд случайно падал на жука, возникало странное чувство - будто он знает что-то, чего не знают они, будто он хранит тайну, скрытую от их глаз.

***

Холодный свет мониторов, единственный источник света в просторном кабинете, создавал ощущение безжизненности. Бетонный пол, белые стены, столы и стулья, словно вырезанные из одного материала, - всё дышало стерильностью. Огромные панорамные окна, скрытые за мониторами, открывали вид темный город, в котором были видны редкие огоньки окон. Картинка на мониторе показывала костер, который танцевал в темноте, словно дикий зверь, окруженный силуэтами людей. Иногда кто-то из них поворачивался, словно заглядывая в камеру, но мгновенно отводил взгляд, завороженный танцем огня. На экране застыла одна фигура – темноволосый парень в темной одежде. Пламя костра высвечивало его лицо, на котором ярко выделялись родинки, а карие глаза казались полными невыразимой грусти. Человек в белом халате, сидящий перед монитором, не отрывал от парня взгляда. Он смотрел на него, словно завороженный, изучая каждую черту лица, каждую морщинку, каждую родинку. В его взгляде было что-то необычное, нечто более глубокое, чем просто профессиональный интерес. Он видел в этом парне не просто подопытного, а что-то большее, что-то таинственное, что магнитило его внимание. Он устало откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза, зачесав пальцами волосы назад. Вновь приоткрыв глаза, он, снова взглянув на парня в мониторе. - Скоро мы вновь увидимся, То..мас…