The Heart of an Angel

Ёсан был ангелом. Нет, в прямом смысле этого слова. Он был одним из тех волшебных крылатых существ, что живут на Небесах и следят за порядком. А Уён был… как вам сказать, демоном. Черная одежда и недавно выросшие рожки были тому доказательством. Они не должны были встретиться. Никогда. Черное и белое не соприкасаются — таковы законы вселенной. Но и их можно нарушить. Едва увидев этого игривого демона, Ёсан влюбился. Окончательно. Ненависть к себе поглощала его: «Как смеешь ты, ангел, любить демона?» За это грозило суровое наказание, о котором Ёсан был осведомлен — лишение крыльев. Но это отнюдь не помешало ему ждать Уёна на границе, надеясь на встречу. Не помешало сбегать вдвоем в мир людей, чувствуя себя свободным, кружась над огнями ночного города. Не помешало обоим утопать в чувствах друг к другу, не думая о будущем. Сердце всегда билось чаще от смеси волнения и страха, что их поймают, когда они встречались тайно. Ёсан был спокоен лишь в мире людей. Он даже хотел навсегда перебраться туда. Так прошло около полугода. И вот, очередная встреча на границе. Ёсан сидит на белоснежной скамье, оправляя великолепные крылья. Услышав шаги, он поднял голову в надежде увидеть Уёна, но это были не он. Это были двое высоких стражников небес. Они контролировали границу и отвечали за наказание нарушителей. Ёсан побледнел от страха, но смело встал лицом к лицу с ними, затем спросил: — Чем могу быть вам полезен? Один из них сухо проговорил: — Кан Ёсан, по наблюдениям наших помощников, вы были замечены около границы в неположенное время и подозреваетесь в связях с демонами. Прошу пройти с нами на официальный допрос. Но Ёсан будто заледенел, не имея возможности сдвинуться с места. Краем глаза он увидел прячущегося за массивной колонной Уёна. Собрав все силы, он пошел за стражниками без сопротивления. С чувством обреченности он предстал перед Высшим Судом. Ёсан признал все обвинения, и его осудили на лишение крыльев. Он был как в пузыре — психика старалась оградить его от полного сломления, поэтому слов судьи он не услышал. Глаза закрывались сами по себе от смертельной усталости, а кровь застыла, раздирая сосуды. Уён точно будет его ненавидеть. Такого, абсолютно униженного и бесполезного. С вырванными крыльями он был никем. Он знал, как большинство демонов относятся к бескрылым ангелам — с презрением. Ангел без крыльев безвреден, как пчела без жала. Их выпускают на всеобщее обозрение абсолютно без охраны, как только раны немного подзатянутся в течение двух дней. Многие ангелы не могли оправиться от пережитого даже спустя сотни лет, никогда больше не приближаясь к границе. Но Ёсан был не такой. Он глупый. Он хотел получить отказ от Уёна напрямую, чтобы успокоиться и не терзаться этим вопросом. Он хотел в последний раз увидеть его лицо, даже если на нем будет отвращение. Хотел снова почувствовать тепло его прикосновений, даже если Уён оттолкнет его. Поэтому он пошел к границе, зная, что тот ждет. Ёсан выглядел неважно — белая туника на спине была пропитана кровью от ран, которые не заживут никогда. Они будут болеть вечно, напоминая о позоре, преследующем его по пятам. Он чувствовал на себе взгляды других ангелов — сочувствие и отвращение, коктейль на любителя. Придя к самому краю границы, Ёсан сел на их обычное место, дожидаясь своего возлюбленного. Руки дрожали, будто предсказывая плохой исход встречи. Наконец вдали появился знакомый силуэт. Уён подходил все ближе и ближе, и под его полным скорби взглядом Ёсан съеживался, обнимая себя руками в попытках согреться. Когда Уён подошел ближе, чтобы увидеть Ёсана во всей красе, леденящий ужас растекся по его венам. Он видел перед собой не гордого ангела с великолепными крыльями, а кого-то беззащитного, дрожащего от холода и с обрубками на спине. Заключая Ёсана в объятия и сглатывая слезы, Уён прошептал: — Прости, прости меня, Ёсан-и, что же они сделали с тобой… Ёсан робко поднял голову. — Теперь ты больше не захочешь видеться со мной, да? Я пришел попрощаться. Я ухожу. — Никто никуда не уходит, любовь моя. Я заберу тебя с собой в мир смертных. Я залечу твои раны и буду вечно оберегать тебя. Слова Ёсана ранили его. Уён понимал, что Ёсан говорит это не от чистого сердца, но лишение крыльев раскололо его душу на части. — Но ведь я… бесполезный, ненужный. Сломленный. Эти раны не заживут никогда, я буду вечно об этом помнить. Он тяжело вздохнул. Уён уверенно покачал головой и посмотрел ему в глаза: — Нет. Ты нужен. Нужен мне. Поверь, если ты сломлен, я восстановлю тебя по кусочкам. Я люблю тебя. И ты любишь меня. Этих трех слов достаточно, чтобы разрушить все законы Вселенной.