По ту сторону

Красочный закат здесь — лишь проекция из внешнего мира. Тем не менее, он крайне живописен.  Обычно Сяо совершенно не важна красота заката. За закатом следует ночь, и начинается борьба. Но этим вечером особенный случай. Сегодня, что случается крайне редко, охотник на демонов не наденет маски, не выйдет на охоту. Он бы и не против, но Моракс не велел.  — Это будет тяжелая битва. — молвил Гео Архонт, не отводя задумчивого взгляда от некой невидимой точки там, за пределами долины Бишу. — Сохрани силы.  Слово Моракса было законом для якши. Но сон не шёл, а вести праздные разговоры, отзвуки которых доносились из роскошного дома внутри чайника, он не желал. Убедившись, что его присутствие не обязательно, адепт выбрался на крышу и погрузился в тяжёлые думы.  Когда весь Тейват содрогнётся, хватит ли сил устоять, защитить всё то, что так рьяно берёг каждую ночь?  Чем ближе солнечный диск клонился к горизонту, тем громче и отчетливее завывали голоса. Хрип и стоны, что каждую ночь требовали крови, глушили все прочие звуки вокруг. Сяо зажмурился, стараясь хоть как-то отвлечься от могильного гула в ушах.  Пальцы вцепились в край кровли, но боль вдруг отступила. Вопли стали тише, острый слух различил чистую и легкую мелодию. Адепт прикрыл глаза, и тихо замер, наслаждаясь давно знакомыми мотивами. Даже в такой час охотник был удостоен милости архонта?  Ха. Кажется, он всё же сможет выполнить наказ как следует.

***

Запах крови впитался в почву, звуки битвы слились в единый гул. Вокруг - сплошной хаос, воинственные кличи, крики отчаянья и боли. Даже небо, что, как оказалось, и не небо вовсе, почернело волей разгневанного небесного порядка.  Адепт будто перенёсся на пятьсот лет назад. Сражению не было конца и края. Что бы там не делал путешественник, ему стоит поторопиться. Пальцы с силой зажали рану на боку, но даже одной рукой, стиснув копье покрепче, охотник на демонов исправно справлялся со своим долгом.   — Наставник, осторожнее! — прямо над плечом стремительно пронеслась стрела, распространяя мороз вокруг и откидывая противников от воина. Одним движением Сяо оказывается прямо за Гань Юй, отплачивая за прикрытие той же монетой. Девушка успела выпустить ещё несколько стрел в подмогу сражающимся, прошептав коротко слово благодарности.  Сяо уже двинулся дальше, как вдруг поле боя медленно но верно стало охватывать мягкое свечение, которое тем интенсивнее казалось в темноте. Каждый, кто сегодня сражался за Тейват, начал источать ослепительную ауру, которая стремилась куда-то в высь, собираясь в единые, стройные потоки. Подняв голову, воин безошибочно определил направление потоков. К их богам. К архонтам, что восстали сегодня за свои народы. А народ встал за них, предавая сил последнему рывку.  Он увидел Моракса, что принял свою истинную ипостась впервые за многие века, и даже замер на мгновение. История циклична, история повторяется. Адепт вдруг тоже почувствовал прилив сил, не смотря на тяжелое ранение. Ему показалось, лишь на одно короткое мгновение, что он вновь стоит спиной к спине с теми, кто сердцу дорог был, кто положил свои жизни, сражаясь плечом к плечу.  В этот момент яркая вспышка со стороны и резкий выброс энергии неведомой силы заставили охотника на демонов дернутся. В мгновенье ока стало понято, кому предназначается этот удар.  Нет. Ни за что. Сяо не позволит этому случиться. Он сможет. Не медля, всего в пару секунд он разгоняется, и в несколько прыжков достигает высоты архонтов. Никто ещё не смог сравниться с ним в скорости. Он успевает встать преградой между выстрелом и целью, принимая весь удар на себя. И этого хватает, не больше, не меньше. В самый раз.  Тело пронзает такая боль, какую давно не чувствовал охотник. Нет на свете существа достаточно злобного, чтобы желать ему подобную. Каждый миллиметр тела сковало невыносимой судорогой, в глазах потемнело.  Краем сознания, что рассеивалось вместе с бренным телом, он понял, что падает, но это не важно более.  Не долетит.  «Этот день… наконец, настал»  

***

Резкий и короткий вскрик вырвался из легких, заставляя в поту сесть в постели. Юноша порывисто дышал, не способный прийти в себя или даже элементарно сфокусировать взгляд. Вместо того перед глазами вновь и вновь рябили последние мгновения жизни.  Сяо был мертв, и в этом абсолютно уверен. Уж ему-то по силам определить подобное. И всё же, грудь вздымается, суставы сгибаются, и сердце в груди отбивает ритм марша.  Как это возможно? И где он? Все вокруг выглядело дико незнакомым. Чужим и непривычным. Светлая комната, мягкая кровать, белоснежные занавески пропускают сквозь себя холодные, утренние лучи солнца.  — Напугал, блин. — послышалось от дверного проёма. Сяо поднял взгляд и крайне удивился.  — Барбатос?… — выдал он хриплым голосом, едва слышно. Но собеседник расслышал. Пару раз озадаченно моргнул, затем колокольчиком засмеялся, будто над локальной шуткой, известной только в узком кругу.  Локальной шуткой?  — Боги, ну ты и вспомнил. Ещё как назовёшь? — отсмеялся парень, развернувшись и собираясь уйти в коридор. — Вставай, соня. Разве тебе не нужно сегодня в универ? Будешь прогуливать - твой старик снова будет бурчать, что я плохо на тебя влияю. — декламировал он, удаляясь куда-то за угол и пропорционально повышая голос, чтобы быть услышанным.  Сяо услышал, но вся реплика прозвучала набором слов, смысла которых он не понял. Тело уже подскочило, чтобы догнать парня и переспросить, как в голове вдруг странно прояснилось. Будто он вдруг перемахнул сознанием за невидимую грань, которая перевернула, перетрясла всё внутри, и комната больше не казалась чужой, а слова Венти обрели вполне конкретный смысл.  Быстрый взгляд на настольные часы. И правда, пора собираться, иначе опоздает на пару, и придётся выслушивать от мадам Сянь.  Словно во сне, он уверенно направился в ванную, умылся, затем переоделся, пребывая в каком-то забвении, но это тело со всем справлялось самостоятельно. Это было… так странно. Он смотрел на предметы, одной частью сознания не понимая что это и для чего, и тут же находя ответ в другой, для которой все вокруг было нормой.  Эта двойственность по началу так сильно озадачила, что только спустя некоторое время пришло осознание… тишины.  Никаких голосов, криков, воплей и стонов больше не было. Но новые ощущения раздвоения пугали не меньше. В голове проносились образы, мысли и воспоминания, которые ему не принадлежали, но и чужими не ощущались. Сяо смотрел в зеркало перед собой, одновременно узнавая и не узнавая себя. Не понимая, какие черты ему не принадлежат. Стоило задуматься над какой-нибудь определённой инородной деталью, вроде пирсинга в брови, как новая часть сознания услужливо подкидывала череду воспоминаний и решений, которые к нему привели. И украшение больше инородным не казалось. — Ал, Ты всё? — снова вырвал его из раздумий жизнерадостный Венти, заглянувший в ванную. — Могу подкинуть.  Они пересеклись взглядами. Венти тоже выглядел то правильно, то нет. Словно смотришь на голографическую картинку, которая меняется в зависимости от угла зрения.  Время между вопросом и ответом растянулось достаточно, чтобы Венти сменил выражение лица с беспечно-веселого на озабоченное, и протянул руку, тыльной стороной ладони касаясь лба Сяо.  — Ты бледен. Заболел? — с искренним волнением проговорил он. — Моя вина, надо было закрыть окно на ночь.  — Я в порядке, но чувствую себя… странно. — выдал в ответ Сяо, почувствовав в груди незваные спокойствие и тепло.   — Странно? Тогда останься. Вечерком вернусь и как следует поухаживаю за тобой, чтобы никакая осенняя зараза тебя не взяла. — вернул на лицо мягкую улыбку Венти, отмечая, что температуры не чувствует.  — Нет, нужно ехать. — слова вырвались прежде, чем Сяо успел как следует их обдумать, и тут же почувствовал что реплика истине соответствует.  — Как знаешь. — не стал спорить парень, утягивая прочь из ванны за собой. — Тогда давай быстрее, иначе никуда не успеем.  За окном царствовала осень во всей своей красе. Но Сяо уже не удивлялся. Он не удивился чудному незнакомому миру, принял за должное, когда Венти завёл мотоцикл, на автомате натянул шлем и разместился за спиной у парня, крепко держась за его талию. Чувство новизны происходящего накатывало волнами и сразу отступало. Сяо без ошибки определил, что они приехали ещё до того, как Венти остановился и заглушил мотор, стягивая свой шлем и принимая второй из рук своего пассажира.  И даже почти не удивился, когда парень потянулся к нему и непринуждённо оставил невесомый поцелуй в уголке губ, желая хорошего дня.  — До вечера.  Сяо почувствовал, как щеки обожгло легким румянцем, но тут же сбросил оцепенение и повернулся к зданию университета, откуда-то наверняка зная куда идти и что делать.  Юноша шел по коридорам, тут и там замечая знакомые лица. Некоторые приветственно кивали, тоже спеша по своим делам, некоторые не обращали никакого внимания. В нужной аудитории царило легкое утреннее оживление. Сяо с любопытством начал разглядывать присутствующих. Ближе к кафедре он обнаружил Гань Юй, досыпающей такие необходимые пять минут. Рядом со скучающим видом сидела Кэ Цин, что-то черкая в конспектах и изредка посматривая на экран блокировки.  За ними тихо переговаривались Е Лань и Шэнь Хэ, рассматривая что-то в планшете.  Увидев, что парень замер на пороге, Е Лань ненадолго оторвала взгляд от экрана и махнула ладонью в молчаливом приветствии. Сяо отмер, кивнул в ответ и поднялся на задний ряд, где всегда и сидел, мимо прочих присутствующих. За спиной раздалось звонкое «Ху Тао, стой!» голосом Янь Фей.  Виски пронзило болью, и он вдруг эхом услышал совершенно зеркальную фразу, но тоном лишённым озорства, и полным, скорее, ужаса. Он ярко увидел как полыхает огненный взрыв, в эпицентре которого фехтовала девушка.  Перед глазами беспардонно пару раз щёлкнули пальцами.  — Сяо-Сяо, плохо спал? — нараспев протянула Ху Тао, невредимая и улыбчивая. — Господину Венти спать не давал?  — Ни стыда ни совести, сядь уже. — отдернула её Янь Фэй.  — Стыд на воле, совесть в доле. — продолжала паясничать рифмоплетка, но просьбу выполнила, стоило мадам Сянь войти.   Аудитория сразу притихла, зашуршала бумагой, застучала канцелярией. Под монотонное, фактически умиротворяющее вещание преподавателя, сердце, наконец, унялось.  Слушая лекцию, Сяо практически перестал воспринимать ту другую жизнь как что-то настоящее и достойное внимания. Просто яркий и необычный сон. И хотя разум продолжал моментами подкидывать некоторое сходство мадам Сянь с птичьими, и задним числом внушать мысль, что Ху Тао пошла бы шляпа, он больше не чувствовал острого противоречия в происходящем. Видимо, переел вчера на ужине с Мор… нет, с отцом. Вот и снится всякое.  Уже в полном душевном равновесии Сяо покинул аудиторию, и даже спокойно отобедал в столовой, от чего-то внутренне восхищаясь едой. Она казалась сегодня особенно вкусной, и это даже не любимый миндальный тофу. Легкой вибрацией ожил телефон в кармане. Юноша достал телефон, зацепившись взглядом за заставку, что демонстрировала знакомые руки, перебирающие струны гитары. В два клика парень открыл месседжер, чтобы ответить на сообщения от Венти, который скучал на работе.   AppleBard: Совещание такое нудное. Зачем так долго обсуждать концепт? Где свобода самовыражения?  AppleBard: Хочу сбежать Ciao: Ты начальник  AppleBard: (T ^ T) Улыбка тронула губы, и студент задумался как бы подбодрить своего парня и настроить на усердную работу. Только пальцы начали набирать сообщение, как на него налетели со спины, стиснув шею в шуточном локтевом захвате. Телефон чуть не улетел из рук, но рефлексы сегодня были на его стороне.  — Попался! — раскатисто засмеялся захватчик личного пространства. — Почему не отвечаешь в чате? Мину нам скоро весь мозг проест, что ты единственный ещё не примерил костюм для отчётника… Эй. Чего побелел весь?  А Сяо и правда почувствовал как кровь отхлынула от щёк, и чуть ли не задыхался, забыв как работать легкими. Он смотрел во все глаза на собеседника, и реальности снова начали сталкиваться в голове, словно тектонические плиты.  —  Фуше?… — выдавил он из себя. Тот вдруг забеспокоился и отпустил друга, видимо предположив, что случайно передавил кислород медвежьими объятиями.  — Что случилось? Ну не хочешь примерку, не надо, всё равно Мину редко ошибается в мерках…  А адепт не слышит увещеваний, он слышит снова крики и лязг оружия. Он слышит команду Босациуса, как тот зовёт его по имени…  — Ал. Ал! Алатус! — За плечо потрясли, и крики смолкли так же резко, как и возникли, уступая смеху студентов и эху нестройных шагов. — Ты что, плачешь?  Фуше выглядел так, будто вдруг увидел восьмое чудо света.... или голубя с ножом.  Голубя с ножом? Прозвучало как влияние Венти.  — Боги, пошли-ка в гримёрку. Посидишь, успокоишься. — покачал головой парень, утягивая Сяо за собой, подальше от любопытных глаз. Тот, будучи в совершенном раздрае, даже не думал сопротивляться.  Помещение за сценой актового зала встретило смехом и музыкой с динамика телефона.  — Раз-два-три, раз-два-три.. — посмеиваясь, дирижировала Инда сидя на подоконнике. По маленькой каморке не особо успешно вальсировали Мину и Фанань. — Мину, ты безнадёжен! Все ноги ей так отдавишь. Веди увереннее! — отдала приказ девушка, чтобы затем приветственно махнуть вновь прибывшим. — Какие люди!  Видимо Фуше подал ребятам какой-то знак, Сяо не видел. Музыка смолкла. Ноги подвели, и он почти мешком рухнул, благо, на табурет, переводя взгляд от одного к другому, вглядываясь в живые, беззаботные черты. А те вдруг прекратили дурачества, и как один, с взволнованными выражениями лиц обступили Алатуса.  — Что-то случилось? — изогнула брови домиком Фанань, наклоняя голову на бок и касаясь ладоней Сяо своими.  — Кому навалять? — хрустнула костяшками Инда. — И почему ты не навалял кому надо сам?  — Бонанас.. — выдохнул парень, видя ее яркие глаза, вспоминая как они потускнели, когда Мину… голос дрогнул. — Меногиас. Индариус.  Ребята с удивлением переглянулись, замерев. Со стороны казалось что парень был близок к припадку, так напряженно дергались его зрачки. А потом Инду поразила догадка. Глаза девушки округлились, и она порывисто подалась вперед, заключая Сяо в крепкие объятия.  — Вот и последний из нас. — выдохнула Инда, и тогда в глазах остальных тоже замелькало озарение. — Здравствуй, Алатус.    Сяо постепенно пришел в себя. Как только туман в глазах рассеялся, юноша уже был с чашкой травяного чая в руках, и всё внимательнее вслушивался в то, что говорят его друзья.  —…время здесь определённо течёт иначе. Всё показалось сном, и я почти забыла об этом, когда вдруг глубокой ночью в соседней комнате начинает кричать Фанань, повторяя без остановки имя Мину. — вещает Инда, ладонями разглаживая невидимые складки на коленях. Фанань покраснела, складывая руки на груди в смущении. Но под широкими ладонями Мину её плечи мгновенно расслабились, стоило ему притянуть девушку себе под бок.  — Вы бы видели, как в это же время сокрушался Мину. Еле отговорил его лезть в женскую общагу проверять в порядке ли она. И всё, на следующий день их уже от друг друга не отлепить. — подлил масла в огонь Фуше, ухмыляясь. Мину закатил глаза, и через голову своей девушки показал другу средний палец.  — Не завидуй. Сам до сих пор вокруг Тунцюе кругами ходишь, вот и бесишься. — отмахнулась Инда, вгоняя парня в краску. Тот прокашлялся и продолжил, игнорируя ремарку.  — Я так и не понял, что это было, пока сам через некоторое время не… пробудился. После этого мы стали ждать когда и ты придешь к нам с этим, но ты ходил как ни в чём не бывало.  — Прошли века. — выдохнул тихо Сяо, смотря в кружку, к которой толком не притронулся.  — Здесь - около двух лет. — кивнул Фуше.  — И вы два года молчали?  — А ты бы поверил? — хмыкнула Инда. — Небось подумал бы, что это очередной розыгрыш от Фуше, на который он нас подбил.  Немного подумав, парень согласно кивнул. Вероятно, так бы всё и было. Он поморщился, снова чувствуя себя колеблющимся между двумя сущностями. Между могущественным адептом из другого мира и обычным студентом, мирно живущим в этой реальности.  — Как вы справляетесь с этим? Кажется, я схожу с ума.  — Это только первое время. — подал голос Мину. — Через пару дней пройдёт. Воспоминания поблёкнут, и ты даже перестанешь думать об их существовании.  — Удивительно, как долго ты смог сопротивляться карме. — улыбнулась Фанань. — считай, самый крепкий из нас. — Это была не карма, — Сяо повел плечами под удивлёнными взглядами. — а война. — Снова война… — вздохнул Мину. — ничего не меняется.  — Мир был долгим. Эта война… закончит все войны.  — И ты веришь? История циклична, нам ли не знать. — повел бровью Фуше.  — Я умер за это. — пожал плечами Сяо. — А карма… я был близок к концу несколько раз, но меня спасли. — улыбка тронула губы. Кто бы мог подумать. Инда заулыбалась, судя по всему, догадавшись по выражению лица друга, о ком идёт речь.  — Расскажи. — попросила Фанань, устраиваясь поудобнее в объятиях Мину. — Каким стал наш Ли Юэ?  И он рассказал. Про разросшийся город и липовую смерть архонта. Про праздник фонарей, новые порядки и постоялый двор Ваншу. Про битвы, которые он вёл уже в одиночку, про путешественника, о котором никто не слышал в этом мире. Говорил и говорил и говорил, душой радуясь, когда на лицах друзей от его рассказа расцветали улыбки.  Выходя из универа, он едва застал закатное небо. За разговорами время пролетело так быстро. Подул ветер, обжигая щеки осенней прохладой. Забавно, здесь Сяо так остро чувствует холод. Якше подобные мелочи нипочём. Но он больше не якша.  — Эй, красавчик! Подвезти? — раздалось со стороны парковки. Венти махал ему рукой, хихикая. Сяо тоже не сдержал улыбки, чем, судя по реакции, очень поразил парня. Музыкант буквально расцвел, когда попал в теплые объятия. — Вау, хороший день?  — Можно и так сказать. Долго ждал? — отозвался юноша. Вместо ответа Венти запустил ледяные ладони под кофту к парню, и засмеялся от реакции.  — Прости.  — Ничего, греться об тебя очень приятно. — закусил губу Венти. — Домой?  Взгляд опустился на мягкую улыбку, и Алатус поддался желанию прикоснуться к губам своими, получая на то ещё более восторженную реакцию. Он не любил публично проявлять чувства, но сегодня и правда хороший день.  — Домой.