В погоне за драконом

Дверь в поместье Малфоев маячила перед Гермионой. Она старалась не думать об этом. Она старалась не позволять своим мыслям возвращаться к той ночи. Нарцисса позвала ее, и после сделки, которую они заключили, пока Гермиона была пленницей в поместье, Гермиона не могла отказаться. Нарцисса была причиной того, что она все еще жива. Она была причиной того, что Беллатриса пытала ее, вместо того чтобы убить на месте. Она была обязана Нарциссе своей жизнью, и теперь Нарцисса хотела получить ее. Она была неопределенной в том, чего она хочет, но Гермиона знала Нарциссу достаточно хорошо, чтобы понимать, что это будет неприятно. Гермиона постучала. Дверь открылась. Когда она вошла, она никого не увидела. Однако она увидела свет дальше в поместье. В остальном поместье было темным. Гермиона сглотнула. Она собралась, стараясь не нервничать. Она никогда больше не хотела видеть это место, но у нее не было выбора. Она убедилась, что дверь за ней закрыта, и направилась в сторону света. Когда она добралась туда, она обнаружила еще одну открытую дверь. За ней был пустой кабинет. Не зная, куда еще пойти, Гермиона вошла внутрь. Как только она это сделала, дверь захлопнулась. Она услышала, как щелкнул замок, и у нее перехватило дыхание. На столе лежал сложенный листок бумаги. Она подошла и обнаружила, что на нем было написано ее имя резким почерком. Она открыла его. Снимите одежду. Встаньте на колени в центре комнаты. Я напомню вам, что если вы не подчинитесь мне, вы нарушите наше соглашение. Вы не хотите страдать от этих последствий. —Н Гермиона прочитала слова три раза. Она оглядела комнату, чтобы увидеть, есть ли там кто-нибудь еще, хотя она знала, что она пуста. Очевидно, Нарцисса собиралась появиться в какой-то момент. Вопрос был в том, когда. И почему она хотела, чтобы Гермиона была голой? Гермиона перечитала записку еще раз. Она знала последствия неподчинения Нарциссе, и они ей не нравились. С глубоким вздохом она начала расстегивать мантию. Как только она была снята и сложена на стуле, Гермиона перешла к одежде, которую носила под ней. Она сняла брюки. Рубашка тоже была сложена и положена на стул. Она снова оглядела комнату. Она по-прежнему никого и ничего подозрительного не увидела. Она потянулась за спину и расстегнула бюстгальтер. Она стянула с себя нижнее белье. Оно тоже отправилось в кучу. Теперь, когда она была голой, она сделала несколько шагов к центру комнаты и встала на колени. Как только ее колени коснулись пола, из-под одного из диванов в комнате выскочила веревка. Она связала ей руки за спиной. Она обвилась вокруг ее лодыжек. Она прошла между ними, заставив ее выгнуть спину и выпятить грудь. Ощущение того, что ее снова связали, снова заставило Гермиону запаниковать. Она боролась с веревками, пытаясь отдышаться. Она чувствовала, что вот-вот потеряет сознание. Ее дыхание становилось все короче и короче. Она попыталась потянуть сильнее, но ничего из того, что она сделала, не ослабило веревки. «Не надо так драматизировать», — сказал забавный голос. Гермиона знала, что это Нарцисса, но она не могла ее видеть. Она не слышала, как открылась дверь, но это было бы легко пропустить, пока она билась в веревках. «Я не собираюсь причинять тебе вред. Ну, по крайней мере, я не собираюсь причинять тебе никакого постоянного вреда. Не так, как моя сестра с той маленькой отметиной на твоей руке. Ты не нашла способа избавиться от нее?» Нарцисса звучала скучно. Гермиона не знала, что ей делать. Ожидала ли Нарцисса ответа или она просто говорила, чтобы услышать собственный голос. «Когда я обращаюсь к тебе, я ожидаю ответа». Нарцисса обхватила горло Гермионы рукой и сжала, хотя и не настолько, чтобы фактически ограничить дыхание Гермионы. По крайней мере, теперь Гермиона знала, чего от нее ждут. «Нет, я пока не нашла способа от неё избавиться», — прохрипела Гермиона. Нарцисса отпустила ее, и Гермиона слегка качнулась вперед. «Ты не сделаешь этого, понимаешь? Этот кинжал был проклят. Тебе придется жить с этим шрамом всю оставшуюся жизнь». "Я предполагала, что это проклятие. Вот почему ничего пока не сработало". Это не значит, что ничего никогда не сработает. Однажды она найдет способ избавиться от этого. "Ммм." Нарцисса наконец обошла вокруг, где Гермиона могла ее видеть. Она была одета безупречно в темно-красную юбку-карандаш и кремовую блузку с длинными рукавами. Ее волосы были забраны в шиньон. Она медленно оглядела Гермиону, и это заставило ее почувствовать себя еще более голой. Она попыталась извиваться, но веревки не давали ей сдвинуться больше чем на четверть дюйма. Нарцисса ухмыльнулась Гермионе. «Думаю, ты справишься». Она снова посмотрела на Гермиону. «К нам присоединится мой друг. Не волнуйся. Ему все равно», — Нарцисса указала на тело Гермионы. Гермиона предположила, что она имела в виду тот факт, что она голая, но никто не мог сказать наверняка. «Он же профессионал, в конце концов. Ты будешь с ним сотрудничать. Я не позволю тебе меня смущать. Это займет всего несколько минут, а потом мы снова останемся одни. Ты понимаешь?» "Не совсем". Гермиона знала, что это не тот ответ, который искала Нарцисса, но это была правда. Она понятия не имела, что происходит или почему Нарциссе может понадобиться профессионал какого-то типа, чтобы присоединиться к ним в гостиной. Что бы ни происходило, это было между ней и Нарциссой. Нарцисса пожала плечами. "Неважно. Что случится, то случится, неважно, насколько хорошо ты это понимаешь или не понимаешь. И ты никуда не уйдешь, пока я с тобой не закончу". Она подошла к двери и открыла ее. "Мы готовы к тебе". Когда она отступила, ее сопровождал невзрачный мужчина с черной сумкой врача. Он оглядел ее, но, похоже, не отреагировал. Если он и думал, что в этой ситуации есть что-то необычное, то на лице этого не отразилось. «Её?» — спросил он, глядя на Нарциссу. «Да», — голос Нарциссы снова звучал скучно, но в ее глазах было что-то пронзительное. Мужчина хмыкнул и кивнул. Он подошел к Гермионе и поставил свой чемодан. Затем он встал на колени напротив нее, но на расстоянии вытянутой руки. Он открыл свой чемодан и вытащил маленькую бутылочку с зельем, немного ваты, перо, набор зажимов и две иглы. Увидев иглы, Гермиона снова потянула веревки. «Тебе нужно вести себя очень тихо, иначе он может совершить ошибку», — Нарцисса жестоко улыбнулась. Мужчина ничего не сказал, но пристально посмотрел на грудь Гермионы, затем вернулся к своим принадлежностям. Он нанес немного зелья на вату, а затем протер правый сосок Гермионы. Она почувствовала холод, и ее сосок напрягся от этого ощущения. Он использовал перо, чтобы отметить две точки по обе стороны от ее соска. Он отложил перо и взял зажимы. У Гермионы пересохло во рту. «Я думала, ты сказала, что не причинишь мне вреда». Ее голос дрожал. «Я сказала, что не оставлю тебя с постоянными повреждениями. Ты можешь снять их, как только уйдешь. Пирсинг заживет, и с небольшим количеством лечебного зелья ты вернешься в свое нынешнее состояние в течение нескольких часов», — сказала Нарцисса. Пока она говорила, мужчина прикрепил зажим к ее соску. Она не заметила, как он поднял иглу. Она выглядела огромной, хотя и не могла быть такой большой. Она закрыла глаза. Она не могла смотреть. Она почувствовала, как кончик иглы упирается в ее сосок. Она открыла глаза. Она не могла не смотреть. Следующее, что она осознала, — боль расцвела в ее груди. Она посмотрела прямо перед собой и изо всех сил старалась удержаться на коленях. Когда она снова посмотрела вниз, то увидела кольцо, проходящее через ее сосок. Она попыталась сделать глубокий вдох, но это было бесполезно. Как бы глубоко она ни дышала, ей все равно было больно. Когда Беллатриса резала ей руку, было больнее, но это было твердо на втором месте. Она все еще приходила в себя после первого прокола, когда мужчина начал готовить ее второй сосок. Она заскулила в предвкушении грядущей боли. Мужчина проигнорировал ее. Прошло всего лишь мгновение, прежде чем ее грудь пронзила еще одна боль. Она опустила взгляд, чтобы найти еще одно кольцо. Мужчина перевел взгляд с одного соска на другой, казалось, восхищаясь своей работой. Затем он вытащил палочку и провел ею по ее груди. Боль немного притупилась, но не прошла полностью. Мужчина начал собирать вещи. «Они все зажили. Они будут немного болеть в течение следующих нескольких дней, но вы можете делать с ними все, что захотите, не рискуя заразиться». Он обратился к Нарциссе и полностью ее проигнорировал. Когда он полностью собрался, он встал. «Ваша оплата на столе у ​​входной двери. Полагаю, я могу рассчитывать на вашу осмотрительность?» «Я никому не скажу», — мужчина улыбнулся и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Нарцисса повернулась к Гермионе. «Ну, это было не так уж и плохо, не так ли?» Она слегка наклонила голову. «В конце концов, тебе бывало и хуже». Она посмотрела на руку Гермионы. «Я на это не соглашалась», — Гермиона снова тщетно потянула за веревки. «Дорогая, разве я выгляжу так, будто меня волнует твое согласие ?» Ухмылка вернулась на губы Нарциссы. «К концу ночи ты будешь умолять меня прикоснуться к тебе. Если будешь хорошо себя вести, я, возможно, выполню твою просьбу». Нарцисса наклонилась и щелкнула одним из колец в сосках. Гермиона хмыкнула в ответ, но что-то внутри нее вспыхнуло. Ей пришлось сглотнуть. Нарцисса была ни за что не права. Она вытерпит все, что Нарцисса решит с ней сделать, но ничто не заставит ее умолять. «Иди к черту», ​​— бросила Гермиона Нарциссе. «Так, так». Нарцисса покачала головой. «Думаю, тебе нужен урок смирения. Я думала оставить это на потом, но сейчас самое подходящее время». Нарцисса взмахнула рукой, и веревки упали с тела Гермионы. Гермиона тут же начала тереть запястья, где веревка перекрутилась. Они болели. Гермиона с опаской наблюдала, как Нарцисса подошла к одному из стульев. Она села и уставилась на Гермиону. «Я хочу напомнить тебе, что произойдет, если ты нарушишь нашу сделку». Гермиона облизнула губы. Они были такими сухими. В горле пересохло. Если Нарцисса напоминала ей об их сделке, то, что бы она ни хотела, чтобы Гермиона сделала дальше, не могло быть хорошим. Тем не менее, Гермиона кивнула. «Хорошо. Теперь ползи сюда», — Нарцисса поманила Гермиону пальцем. Не видя другого выбора, Гермиона переместилась вперед на четвереньки и начала ползти. Румянец окрасил ее щеки, когда она двинулась. Она чувствовала себя такой униженной. Взрослые не ползают. Младенцы ползают. Животные ползают. Она знала, что унижение было смыслом, но это не делало ее невосприимчивой к ощущению. Когда она добралась до Нарциссы, она остановилась и стала ждать дальнейших указаний. «У меня на коленях». Глаза Гермионы расширились. «Нет». Это был шепот недоверия, а не чего-либо еще. — Да, — Нарцисса выжидающе посмотрела на Гермиону. Сделав глубокий вдох, Гермиона встала и устроилась на коленях у Нарциссы. Она знала, что сейчас произойдет, но это не делало ее менее нервной. «Заведи руки за спину», — приказала Нарцисса. Гермиона сделала, как ей сказали, и как только она это сделала, веревка снова оказалась на ее запястьях. Это слегка вывело ее из равновесия. Она почувствовала руку Нарциссы на своей заднице. Она терла ей взад и вперед, и Гермиона закрыла глаза. Это было неприятно. Это не могло быть приятно. «Я хочу, чтобы ты считала каждую шлепок, который я тебе дам», — Нарцисса сжала её задницу, и Гермиона кивнула. Первый удар оказался неожиданным, и она взвизгнула. Было больно, но не слишком. Это не шло ни в какое сравнение с болью от прокалывания сосков. Это все еще было ярко в ее голове. Она сумела прошептать: «Один». «Достаточно громко, чтобы я тебя услышала. Начнем сначала». Нарцисса снова сжала задницу Гермионы. «Считай внимательней». Она убрала руку и снова шлепнула Гермиону. У Гермионы перехватило дыхание, но она сказала: «Один», на этот раз громче. "Мммм". Нарцисса ничего не сказала. Она подняла руку и снова шлепнула Гермиону. Она делала это снова и снова, и Гермиона послушно считала каждый удар. Хотя шлепки не были слишком болезненными поначалу, ощущение нарастало с каждым последующим ударом. Не потребовалось много времени, чтобы слезы собрались в уголках ее глаз от боли. Она хотела, чтобы они не падали. У нее было чувство, что если она начнет плакать, Нарцисса только посмеется над ней. Она старалась дышать ровно между каждым жгучим шлепком, но она быстро начала дышать быстрее. С каждым ударом что-то внизу ее живота шевелилось. Она старалась игнорировать это. В конце концов, слеза упала из ее глаза на ковер. Нарцисса, казалось, сразу это заметила. Она прекратила то, что делала. «Ты плачешь?» «Мне жаль», — выдавила из себя Гермиона. Это должен был быть лучший ответ, чем подтверждение или отрицание слез. «Возможно, нам следует остановиться». Нарцисса задумчиво произнесла: «Но сначала я хочу кое-что проверить». Гермиона не была готова к тому, что Нарцисса просунет свои пальцы между ее половых губ. Она была еще меньше готова к тому, как пальцы Нарциссы скользнули по ним. Нарцисса подтащила влагу к клитору Гермионы и провела по нему круговыми движениями секунду, прежде чем убрать пальцы. «У меня было предчувствие, что я найду тебя мокрой и готовой. Боль возбуждает тебя, Гермиона? Тебе понравилось, как тебя шлепали? Тебе понравилось больше, чем ты думала?» Нарцисса насмехалась над ней. Она прижала мокрые пальцы к губам Гермионы. «Соси». Гермиона чувствовала запах своей влаги на пальцах Нарциссы. Настойчивое давление заставило ее открыть рот, и пальцы Нарциссы легко нашли свой путь внутрь. Гермиона была шокирована вкусом, но она сделала так, как хотела Нарцисса. Она сосала пальцы Нарциссы, пока Нарцисса начала вставлять их в рот Гермионы и вынимать. С каждым толчком Гермиона чувствовала, как внутри нее нарастает давление. Оно ударило в ее промежность, и заставило ее покалывать от возбуждения. Почему она так себя чувствовала? Что Нарцисса делала с ней? Она облизывала пальцы Нарциссы, пока Нарцисса, должно быть, не подумала, что они чистые, и вытащила их изо рта Гермионы. "Встань на четвереньки. Упрись лбом в пол и держи задницу поднятой. У меня для тебя подарок". Нарцисса махнула рукой, и веревки слетели с запястий Гермионы. Она встала, как только Гермиона упала на пол. Гермиона сделала, как ей сказали. Она чувствовала себя такой уязвимой, когда ее задница была в воздухе. Конечно, Нарцисса могла бы все увидеть, если бы она была склонна смотреть. Она услышала шаги Нарциссы, когда она перешла из одного угла комнаты в другой, а затем обратно к тому месту, где была Гермиона. Затем Гермиона почувствовала, как что-то упирается в её вход. Она сразу поняла план Нарциссы. «У меня никогда раньше не было секса». Слова вырвались из нее. Дилдо перестало двигаться. «Ну, тогда я лучше позабочусь о том, чтобы твой первый раз был незабываемым». Нарцисса снова начала вставлять дилдо. Это было немного больно, так как оно растягивало ее, но это также создавало внутри нее давление еще больше. Она не хотела этого. Она не хотела. Когда дилдо наконец перестало двигаться, Гермиона застонала. Она не хотела этого делать, но она чувствовала себя такой полной, и ей было так хорошо. Она могла чувствовать это внутри себя. Затем пальцы Нарциссы снова задвигались на ее клиторе. Гермиона застонала громче. Это было так хорошо. Она чувствовала себя такой влажной. Она хотела, чтобы Нарцисса двигала дилдо. Она хотела, чтобы ее как следует трахнули. Она качнула бедрами назад. "Ничего подобного". Нарцисса убрала пальцы. "Если бы у меня было больше времени, я бы научила тебя, как не быть жадной шлюхой. Увы, у нас есть только сегодняшняя ночь". Нарцисса без предупреждения шлепнула Гермиону по заднице, и Гермиона вздрогнула. Гермиона снова услышала стук каблуков Нарциссы по полу. Затем она услышала, как расстегивается молния. Она осмелилась взглянуть и увидела, как Нарцисса вылезает из юбки. Она быстро отвела глаза. Она услышала еще больше шуршания ткани. «Вернись сюда», — скомандовала Нарцисса, и Гермиона наконец подняла глаза. Нарцисса снова сидела на стуле, но теперь и юбка, и нижнее белье исчезли. Гермионе пришло в голову, что ее лобковые волосы были аккуратно подстрижены, но Гермиона не знала почему. Она начала ползти обратно к Нарциссе. Хорошо, что она была недалеко, потому что как только она начала двигаться, дилдо внутри нее начало работать. От этого у нее перехватило дыхание. Если бы Нарцисса заставила ее ползти еще дальше, у нее не хватило бы координации, чтобы сделать это. "Мммм". Нарцисса промычала, глядя на Гермиону. Она провела пальцами по волосам Гермионы и притянула ее лицо ближе к своим ногам. "Ты будешь лизать меня, пока я не кончу, и будешь держать этот дилдо внутри себя, пока будешь это делать. Если он выпадет, мне придется снова тебя наказать. Ты поняла?" «Да», — автоматически прозвучал ответ. «Но я никогда...» «Да, мы уже установили, что ты ничего толком не сделала. Ты научишься», — Нарцисса потянула Гермиону ближе к себе. Гермиона понятия не имела, что она делает, но она просунула язык между губами Нарциссы и поискала ее клитор. Ей потребовалось мгновение, чтобы найти его, но как только она это сделала, Нарцисса застонала, и рука в ее волосах напряглась. Когда она услышала стон Нарциссы, влажность Гермионы сжалась вокруг дилдо внутри нее, и она вспомнила о его присутствии. Она также вспомнила, что не может позволить ему выскользнуть. Она не хотела, чтобы ее снова отшлепали. Она продолжала лизать, как могла, но она могла уделять этому только половину своего внимания, так как использовала остальную часть, чтобы убедиться, что дилдо не выпадет. Чем дольше она лизала, тем больше уставали ее мышцы. Она почувствовала, как дилдо соскальзывает, и удвоила усилия, чтобы заставить Нарциссу кончить. Нарцисса начала толкаться в лицо Гермионы и стонать с еще большей страстью. Прошло всего несколько секунд, прежде чем она кончила на лицо Гермионы. Она отпустила волосы Гермионы. Гермиона вздохнула с облегчением. Дилдо все еще было внутри нее. Нарцисса не накажет ее. Почему часть ее почувствовала пустоту при таком заключении? Она ведь не хотела, чтобы Нарцисса причинила ей боль, не так ли? Конечно, нет. Она услышала, как дыхание Нарциссы выровнялось, а затем глаза Нарциссы резко открылись. Она посмотрела на Гермиону острым взглядом. «Поднимайся сюда. Садись ко мне на колени», — Нарцисса протянула руку Гермионе. Гермиона взяла руку и осторожно забралась на колени Нарциссы. С ее раздвинутыми ногами было еще сложнее удерживать дилдо внутри себя. И теперь она поняла, насколько она мокрая. Она никогда не была такой мокрой. По крайней мере, когда она мастурбировала. Нарцисса просунула руку между ног и частично вытащила дилдо из неё, а затем снова вставила его. Ноги Гермионы почти подогнулись под ней. «О, ты наслаждаешься собой». Нарцисса снова ухмыльнулась. Она продолжала неглубоко вводить дилдо в Гермиону. «Ты уже готова умолять?» Гермиона с трудом сглотнула. Если она скажет «да», Нарцисса заставит ее доказать это, но она может позволить ей кончить. Если она скажет «нет», кто знает, что произойдет. Но она не могла заставить себя сказать «да». Она не могла заставить себя сказать что-либо. Вместо этого она покачала головой. «Мммм». Нарцисса полностью вставила дилдо в Гермиону, и Гермиона вздрогнула. «Ты помнишь, что ты должна делать с дилдо?» Гермиона глубоко вздохнула. «Держи это внутри себя. Если я этого не сделаю, ты снова меня накажешь». "Действительно". Нарцисса злобно посмотрела. Затем она переместила руки. Она переместила их к соскам Гермионы. Гермиона ахнула, когда Нарцисса потянула за кольца, а затем потрогала сосок. Ее грудь болела от все еще болезненных пирсингов. Нарцисса ходила пальцами назад и вперед, потирая соски одну минуту, а затем поддергивала кольца поочерёдно. Она установила ритм. Бедра Гермионы начали двигаться в такт без какой-либо осознанной мысли. Гермиона не могла сказать, что заводило ее больше, то, как Нарцисса ее касалась, или боль, связанная с этим. Она начала прижимать свою грудь вперед к рукам Нарциссы. Она поняла на секунду позже, что совершенно забыла о дилдо внутри себя. Когда оно выскользнуло и ударилось о пол, Гермиона поморщилась. Нарцисса тут же убрала руки. «О, боже». Нарцисса покачала головой и цокнула. «Думаю, ты знаешь, где я хочу тебя видеть». "Мне жаль". Гермиона опустила голову и встала. Затем она опустилась на колени Нарциссы. Она почувствовала, как Нарцисса пошевелилась, и что-то просвистело над ее головой. Рука Нарциссы легла ей на колени. «Мне нужно снова связать тебе руки или ты можешь оставить их на месте?» — спросила Нарцисса. Гермиона просто заложила руки за спину и схватилась за запястья. «Мммм». Нарцисса сжала все еще болевшую задницу Гермионы. «Ты не сможешь их сосчитать, так что не беспокойся». Без дальнейшего предупреждения Нарцисса опустила что-то твердое на ее задницу. Мозгу Гермионы потребовалось мгновение, чтобы сообразить. Пэддл. Нарцисса шлепала ее. Она делала это быстро, и она была права. Гермиона никак не могла сосчитать удары. Они были слишком быстрыми и слишком болезненными. Но на этот раз она чувствовала себя опустошенной. Она хотела, чтобы дилдо снова вошло в нее. Ее бедра снова задвигались. Но слезы также вернулись. На этот раз они лились щедро. Она не смогла бы остановить их, даже если бы попыталась. Наконец она всхлипнула. "Пожалуйста", прошептала она. "Пожалуйста. Пожалуйста". Она сказала это громче. Порка прекратилась, и Нарцисса положила прохладную руку на задницу Гермионы. Гермиона вздрогнула, но потом расслабилась. «Это не то, что я хочу просить». Нарцисса снова опустила руку. «Ты промокла до нитки». Нарцисса провела пальцами по мокрому телу. Гермиона застонала и снова оттолкнулась от руки Нарциссы. Не имело значения, что ее задница горела. Она хотела, чтобы Нарцисса продолжала ее трогать. Нарцисса продолжала двигать рукой вверх по бедру Гермионы, пока не достигла ее влагалища. Потребовалось лишь небольшое давление, чтобы раздвинуть ее малые губы. Затем пальцы Нарциссы снова оказались на ее клиторе. Однако она не оставалась там долго. Она втолкнула пальцы в Гермиону и потерла ими ее внутренние стенки. Гермиона дернулась от удовольствия. Нарцисса снова вошла в устойчивый ритм. Гермиона оттолкнулась. Она снова почувствовала себя полной, и ей это нравилось. Она никогда не хотела, чтобы Нарцисса останавливалась. Она гналась за оргазмом. Она была так близко. А потом пальцы Нарциссы исчезли. «Нет», — всхлипнула Гермиона. « Пожалуйста ». «Так-то лучше. Продолжай, и я заставлю тебя кончить. Будь добра ко мне, и я буду добра к тебе». «Пожалуйста, миссис Малфой. Нарцисса. Пожалуйста, заставьте меня кончить». Гермиона умоляла об освобождении. Она не могла сдержаться. Она нуждалась в этом, и ей нужна была Нарцисса, чтобы дать ей это. Как только слова вылетели из ее рта, Нарцисса начала тереть её клитор с намерением, чтобы девушка получила оргазм. Она кружила и кружила его, каким-то образом найдя точное место, которое заставит Гермиону кончить. Это не заняло много времени. Прошло всего несколько минут, прежде чем зрение Гермионы помутилось. Она закричала, когда кончила, ее тело извивалось на коленях Нарциссы. Удивительно, что она не упала. Гермиона тяжело дышала, приходя в себя. «Мммм». Нарцисса погладила Гермиону по плечу. «Вставай». Гермиона медленно поднялась на ноги. «Как только оденешься, можешь идти». Нарцисса тоже встала и скрестила руки на груди. Она наблюдала, как Гермиона натягивает на себя одежду. Гермиона поморщилась, натягивая штаны на задницу. Она задавалась вопросом, как долго это будет болеть. Ей не приходило в голову, что она может просто исцелить себя. Прежде чем Гермиона успела натянуть мантию, Нарцисса схватила ее за запястье чуть ниже того места, где начинался шрам. «Я солгала». «Что?» — Гермиона была в полном замешательстве. «О том, что нет способа вылечить твой шрам», — Нарцисса закатала рукав Гермионы и провела по нему рукой. Гермиона попыталась выдернуть руку, но хватка Нарциссы оказалась слишком сильной. «Хочешь узнать как?» — спросила Нарцисса. Ее голос был насмешливым. «Я скажу тебе. Но моя помощь не обходится даром». Гермиона втянула воздух. «Какова твоя цена?» Нарцисса встретилась взглядом с Гермионой. «Приходи на следующих выходных. Если у тебя еще остались подарки , я помогу тебе от них избавиться». Гермиона втянула воздух. Возвращаться на следующих выходных и снова все это пережить? Гермиона не знала, сможет ли. Но она хотела, чтобы ее шрам исчез. Это было напоминание, которое ей не нужно. «Тебе не нужно отвечать мне сейчас. Приходи в восемь вечера в субботу, и я помогу тебе. Если ты не придёшь, то нам больше никогда не придется видеться. Тебе решать». Нарцисса отпустила руку Гермионы. «Я полагаю, ты сможешь самостоятельно найти выход». Не попрощавшись, Нарцисса повернулась и ушла.