Без боли

Когда Серёжа падает рядом с Олегом под яблоню и гордо демонстрирует розовый пластырь, Олег хмурит брови. — Ну вот ещё! — Олег кривит нос, отчего ссадина на щеке начинает кровить. — А что потом? Бант мне прицепишь? Резинку с цветочком? По мнению Олега, Серый слишком парится. Подумаешь, оцарапал щёку, пока они яблоки воровали! Ну, вернее, Олег воровал. Они постоянно ходят с синяками и ссадинами, и ничего. Никто не умер. А Серёга припёр этот дурацкий пластырь с котятами. Деньги на эту хрень ещё потратил свои, которых не так много, между прочим. Серый их сам заработал: помогал одноклассникам с контрольными, рисовал на заказ то, что Марь-Иванна потом изъяла у Кольки с воплями «Непотребщина какая!» и «Срамота!» И ничего не срамота, красиво вышло. Колька, кстати, Серёгу не сдал. Ещё бы: получил бы не только от училки, но ещё и от Олега с Серёжей. Непонятно ещё от кого страшнее: Серёжка месится насмерть, он лютый и без тормозов. Олегу его пару раз оттаскивать пришлось. — Слушай, Волков. — Когда Серёга кипятится, «Волч» разрастается до «Волков», и у Олега появляется ощущение, что Серёга и на него сейчас кинется. Не побьёт, конечно, но рот пластырем залепит. — Я тебе уже сказал, что других в аптеке не было. Вообще зачем ты полез за этой кислятиной? — Он сердито кивнул на яблоки в руках Олега, и теперь обидно делается уже Олегу. — Не будешь? Сам съем. Он и правда сердито трёт одно из яблок о футболку под пыхтение Серёги. Яблоки и правда отвратительно кислые. Но это не единственный прокол Олега за сегодня. Самая главная его ошибка — выпустить Серого из поля зрения. Один прыжок, и яблоки катятся в сторону, сам Олег оказывается прижат к земле. Всё как он сам учил Серёгу: руки придавлены коленями, остаётся только извиваться ужом. — Не заставишь! Сам носи! — Нос тебе отгрызу, — вкрадчиво шепчет Серёга и хищно скалится. Он сейчас похож на хищную змею, готовую к броску. Того и гляди реально отгрызёт. Когда он одним рывком кидается на Олега, тот аж жмурится. Чмок. — А?.. — Олег думает, что ему показалось. Ну нет, не может быть… Щёки моментально залило румянцем. Серёжа, помедлив, отстраняется. Конечно, целовать саму рану — это гарантированно подарить Олегу воспаление. А вот ря-ядом… Любо-дорого видеть, как раскрасневшийся Олег непонимающе хлопает глазами. Противник ошеломлён, так что наклеить пластырь не составляет труда. — Не за что, Волч, — коварно улыбнулся Серёжа, слезая с Олега. — Брось ты эти яблоки. Пошли, я тебе зажигалку свою покажу. — А… Ага, — бормочет Олег, даже не спрашивая, зачем Серёже зажигалка. Про пластырь он тоже больше не думает. Все мысли только о том, что это такое сейчас было вообще.