Комикс

      — Это что ещё за ерунда! — возмутился Драко, осоловело глядя на бумажки, которые спокойно лежали на его парте. — Какого хрена!       Вообще, он пришёл самым первым на пару, игнорируя завтрак, поэтому, кто успел эти бумажки сюда подложить, — совершенно непонятно. И Драко уже подумал, что это вообще ему не предназначалось, но взгляд сразу зацепился за рисунки, где был нарисован он и Поттер. Сначала ему понравилось, рисовка была красивая, приятная, красочная. Они с Поттером смотрели друг на друга, на их лицах была привычная ярость, а между ними была нарисована молния. Драко с интересом начал листать рисунки, где они с Поттером ругались в пух и прах. Кажется, кто-то изобразил их последнюю ссору.       — Малфой, ты меня просто достал! — кричал Гарри на картинках.       — Нет, это ты меня достал! — с пылом отвечал Драко, вытаскивая свою палочку.       — Инкарцео, — выпалил Поттер, и на рисунках летела верёвка, но она не достигла цели.       Затем было изображено лицо Драко крупным планом, где он самодовольно ухмылялся, а Поттер закипал от ярости, что даже пар шёл из ушей.       Симпатично.       Но следующие рисунки стали приобретать совсем другой смысл. Драко на рисунках убрал свою палочку и медленно подошёл к растерянному Поттеру, прижимая его к стене. Такого не было, — ведь прозвенел звонок, и они разошлись в разные стороны, выкрикивая в след проклятья друг другу. Но художнику видимо не понравился такой исход событий, и Драко уже подумал, что здесь он врежет Поттеру, но нарисованный Драко не только не врезал ему, но и вообще сказал какую-то чушь:       — Ну что, Поттер, не удаётся поймать меня, да? Будь немного проще, и я сам попадусь в твои сети.       И дальше был изображён покрасневший Поттер, который положил руки на его талию, отвечая:       — О, так неинтересно, Малфой. Мне нравятся наши прелюдии.       И здесь, наверное, стоило выбросить эти бумажки к хренам собачьим, но Драко очень любопытен и пролистал дальше, где они с Поттером целовались!       Ужас-то какой!       Поэтому, он и возмущался и всё не мог поверить своим глазам, прожигая эти картинки яростным взглядом, будто пытался испепелить их.       — Что такое? — раздался голос Панси за его спиной, а сама она села рядом, деловито поправляя волосы. — Малфой, опять завтрак пропустил, ну какого Мордреда, ты не ешь по утрам, да и ещё сидишь здесь один, как последний идиот. До пары ещё минут пятнадцать.       — Ты, что, не видишь это?! — заорал Драко, указывая на бумажки. — Кто нарисовал эту ерунду! Найду, заставлю это съесть, чтобы неповадно было.       Панси моргнула, уставившись на рисунки, а потом громко захохотала, хлопая по столу:       — Мерлин, какая прелесть! Нет-нет-нет, Драко, я не позволю это испортить. Мы должны повесить это в гостиной и любоваться каждый день. Теперь и мне интересно, кто это нарисовал. Хочу пожать ему руку. Дай, я посмотрю поближе!       — Нет! — Драко быстро собрал бумажки, прижимая к сердцу, и встал с места. — Это больше никто не должен видеть!       — Да ладно тебе, расслабься. А может, это сам Поттер нарисовал? Решил тебе намёк дать, как должны заканчиваться ваши ссоры, а ты не можешь понять, — Панси сделала серьёзное лицо, но улыбка так и норовила прорваться наружу. — А я всё думаю, почему наш герой такой странный в последнее время…       — Не неси ерунды, глупая женщина! — выпалил Драко на ходу, вылетая из класса.       Точно, Поттер. Пусть он объясняется, что это за рисунки! Нет, Драко не верил, что это он нарисовал, но возможно, что тот что-то знал. Да и вдвоём искать виновника будет легче.       Поттер нашёлся быстро, так как шёл на пару как раз из Большого зала. Драко схватил его за руку, ничего не объясняя, и тот почему-то послушно пошёл за ним.       Или же все-таки, это его рук дело?       — Что. Это. Такое? — заорал Драко, тыча ему в нос бумажками, когда они оказались в укромном месте.       — Не знаю! — лицо Поттера сменилась с растерянного на недовольное. — Что за черт!       Он схватил бумажки, неверяще просматривая каждую из них, и Драко незаметно и облегченно выдохнул: судя по всему, Поттер ничего об этом не знал. Теперь они в одной лодке.       — Что же это такое! Дурдом! — высказался Гарри.       — Полный дурдом! — радостно поддакнул Драко.       — Это возмутительно! — угрожал Поттер кому-то там, тряся бумажками.       — И ещё как, — Драко искренне наслаждался этими вспышками гнева, будто он внезапно поймал снитч, а Поттер от этого бесился.       — Надо наказать этого нерадивого художника! Почему это ты меня целуешь, а не я тебя? Я не это заказывал! — всплеснул руками он, готовясь видимо уже бежать, как Драко его перехватил за руку, едва понимая, о чем тот говорит.       — В смысле заказывал? — вот теперь уже не до смеха.       Гарри перевёл на него хищный взгляд, и это Драко очень и очень не понравилось. Внезапно стало не по себе, и он нервно сглотнул, отступая.       — Поттер, ты чего это?       — Ну чего, чего, я сколько вокруг тебя хожу-хожу, а ты всё нос воротишь. И этот комикс должен был показать, как мы красиво смотримся вместе, но художник всё перепутал и нарисовал всё не так. Но ничего, я тебе покажу, что я хотел видеть, — он медленно начал подходить к нему, выкидывая несчастные бумажки в сторону, — Драко.       — Поттер, ты сошёл с ума! — попытался вразумить Драко, прилипая к стене, но Поттер не отступал, а лишь приблизился, натягивая хитрую улыбку до ушей.       — Да, и уже давно, — не стал возражать он, притягивая его за талию. — Схожу с ума по тебе, Драко.       И он вообще-то мог достать палочку и кинуть в Поттера какое-нибудь заклинание, или мог просто оттолкнуть, или вообще закричать, что есть мочи, чтобы тот от него отстал, но всё о чем думал Драко, так это о горячем дыхании на своих губах, которое парализовало, будоражило, соблазняло.       Ни в какой вселенной этого не должно было произойти, но всё равно, почему-то Гарри хотелось верить, податься вперед, утонуть в поцелуе. Губы отчаянно заныли, и Драко облизнул их, ощущая, как сердце замирает от колдовского взгляда изумрудных глаз.       Наваждение какое-то.       — Поттер?       — Да? — шепнул он тихо.       — Так чего ты медлишь?       Гарри усмехнулся и впился умопомрачительным поцелуем, сладким и нежным, что Драко тут же забыл обо всём на свете, зарываясь пальцами в непослушные чёрные волосы.       И да, Драко тоже не был согласен с художником, — он бы ни за что никогда на свете не сделал бы первый шаг, считая, что у него нет ни шанса. Что ж, этого художника надо найти и заставить нарисовать нормальный комикс.       — И кто же этот художник? — спросил Драко, когда Гарри разорвал поцелуй, тяжело дыша.       — Угадай, — хмыкнул он. — Это девушка, она учится на Слизерине, и да, она твоя лучшая подруга.       — Нет! — с ужасом проговорил Драко, складывая всё воедино.       Конечно, только она могла рассчитать время и забежать в класс, чтобы подбросить бумажки, зная, что Драко на завтрак не пойдёт. Только она могла кинуть неверную информацию, чтобы Драко побежал к Поттеру. Только она в последнее время всё время сидела в библиотеке и чём-то занималась, пока остальные слизеринцы проводили вместе вечера.       — Да!       — Черт побери, Панс!

***

      — Панс, у тебя талант, — к ней подсел Тео, пока она рисовала свой новый комикс, в котором возрастное ограничение было слишком высоким, чтобы показывать его детям. — Но почему Драко всегда сверху?       — Ну, где-то же должен быть. Думаю, он будет в восторге, когда увидит это. А то задрали меня эти их брачные игры, с ума сойти можно. Да и Поттер неплохо платит.       — Змея ты подколодная, — засмеялся Тео, а Панси кокетливо подмигнула.       — Спасибо за комплимент. Кстати, тебе кто-нибудь нравится? Могу воплотить твои фантазии за определённую цену.       — Ой, да иди ты! Меня не надо, а вот, — он наклонился к ней ближе, переходя на шёпот, — за комикс с Уизли и Забини душу продам. Было бы забавно их увидеть вместе. Ну и Забини меня просто достал!       — Не, душа не нужна, всего лишь галлеоны. Заметано, к выходным будет готово.       Панс склонила голову, оценивая свой комикс. Он пестрел яркими красками на бумажках, готовясь воплотиться в жизнь.