Подопечные ангелов

— Напоминаю, — произнёс Альберу Кроссман, глядя в окно кареты на проплывающие мимо пустынные пейзажи, — главная цель этой поездки — мой новый артефакт маскировки. Не приключения. Не поиск союзников. Не… — Конечно, — перебил его Кейл Хенитьюз, не отрываясь от изучения карты западных рубежей Королевства Каро. — Артефакт. Мы поняли. — Ты всегда так говоришь, — вздохнул Альберу, — а потом мы возвращаемся с двумя драконами, святым и чьей-нибудь бабушкой. — Бабушку ещё не приводили, — заметил Чхве Хан, сидевший напротив. Сказано это было абсолютно ровным тоном, но Альберу, который слишком хорошо знал мечника, уловил в нём тень сдерживаемого смеха. — Не начинай, — принц потёр переносицу. — Ладно. Давайте просто по-быстрому заберём артефакт и вернёмся. — По-быстрому, — эхом отозвался Кейл. Где-то в воздухе над его головой раздалось тихое хихиканье. Невидимый дракончик, уютно устроившийся на плече своего «старшего брата», находил чрезвычайно забавным тот факт, что Альберу до сих пор верил в «быстро» и «без приключений». Карета катилась по пустыне, поднимая за собой облака пыли, а впереди, среди песчаных дюн, уже виднелся ориентир, который Кейл пометил на карте — неприметная дюна, ничем не отличающаяся от десятков других, но под которой, если верить Альберу, скрывался вход в Город Смерти. Когда они выбрались из кареты, пустынный ветер ударил в лицо горячим песком. Солнце стояло в зените, и жар от него плавил воздух. Вокруг не было ничего — только бесконечные дюны, уходящие к горизонту. — Здесь, — Альберу указал на дюну. Кейл огляделся. Никакого входа видно не было. Однако Альберу знал, как устроен Город Тёмных Эльфов. Попасть туда можно было только через круглый люк, скрытый под песчаной дюной, и сдвинуть эту дюну могли лишь те, кто умеет управлять элементалями. — У нас проблема, — произнёс он. — Никто из нас не умеет управлять элементалями. — Не умеем, — согласился Кейл. Он подошёл ближе к дюне и остановился. — Но есть кое-что другое. Он не стал объяснять. Вместо этого он просто позволил себе чуть-чуть — самую малость — приоткрыть свою ауру. Ту самую, которую он обычно держал под строжайшим контролем. Полубожественную ауру преемника Ангела Смерти. Песок под ногами дрогнул. В воздухе раздался тихий, едва уловимый шёпот — элементали пустыни, невидимые духи, обитавшие в каждой песчинке, почувствовали присутствие божественного. И заговорили. — «Божественный… Преемник… Смерть…» — «Честь… Честь служить…» — «Открыть… Открыть для божественного…» Дюна начала двигаться. Песок заструился в стороны, словно раздвигаемый невидимой рукой, и под ним открылся круглый люк из тёмного металла. Крышка с тихим скрежетом отъехала в сторону. Альберу смотрел на это молча. Затем перевёл взгляд на Кейла. — Ты не предупредил, что так можно. — Ты не спрашивал. Чхве Хан, стоявший чуть поодаль, издал тихий звук, похожий на смешок. — Идём, — Кейл первым шагнул к люку. — И, пожалуйста, не рассказывайте эльфам о том, кто мы. Они тепло относятся к людям и гостям, и я не хочу, чтобы они начали кланяться. Альберу, который уже активировал артефакт маскировки и теперь выглядел как тёмный эльф с брюнетовыми волосами, карими глазами и потемневшей кожей, фыркнул. — Мог бы и не напоминать. Я здесь и так не принц. Просто мистер Альберу. — Вот и отлично, мистер Альберу, — Кейл спрыгнул в люк. Спуск оказался неожиданно приятным. Наклонный туннель, тёмный и гладкий, вёл глубоко под землю, и они скатились по нему, словно с горки, чтобы в конце мягко приземлиться на толстое покрывало из хлопка. Кто-то явно позаботился о том, чтобы прибывающие не ломали себе кости. — «Это было весело!» — раздался звонкий голос в голове троицы. — «Давайте ещё раз!» — Нет, — хором ответили Альберу и Чхве Хан. Кейл поднялся и огляделся. Перед ним открывался Город Тёмных Эльфов, также известный как Город Смерти. Это было подземное чудо. Огромная пещера, своды которой терялись где-то высоко вверху, была освещена тысячами бирюзовых кристаллов, вплавленных прямо в каменные стены. Дома, вырезанные из скальной породы, громоздились ярусами, соединённые изящными каменными мостиками и лестницами. Повсюду горели огни, и повсюду были люди — тёмные эльфы с кожей цвета ночного неба и люди с кожей всех возможных тёмных оттенков. Беженцы из соседнего королевства, объяснил Альберу, где налоги для простолюдинов стали невыносимыми, и Город Смерти принимал их, давал кров и работу. Кейл глубоко вдохнул. Воздух здесь был пропитан мёртвой маной — настолько, что у обычного человека, не связанного со Смертью, закружилась бы голова. Но для Кейла, преемника Ангела Смерти, это ощущалось иначе. Это было как вернуться домой. Мёртвая мана обволакивала его, словно приветствуя, и он чувствовал, как его сила тихо вибрирует в ответ. Но среди этого ровного, привычного фона было кое-что ещё. Что-то, что заставило его насторожиться. Аура Смерти. Не просто мёртвая мана, которой был пропитан весь город, а именно Аура Смерти — плотная, концентрированная, живая. Такую ауру Кейл чувствовал только рядом с Рок Су, рядом с собой — и больше почти нигде. А здесь она исходила откуда-то из центра города, словно приглушённый, но мощный гул. — Некромант, — подумал Кейл. — Причём очень сильный. Он не сказал об этом Чхве Хану. Мечник, не связанный со Смертью напрямую, вряд ли мог почувствовать разницу между обычной мёртвой маной и аурой некроманта. А Кейлу не хотелось раньше времени поднимать тревогу. Однако его глаза невольно задержались на направлении, откуда исходила аура. Альберу, заметивший его взгляд, хотел что-то спросить, но Кейл уже отвернулся. — Пойдём, — сказал он. — Тебе нужен артефакт. И они двинулись в глубь города. Торговая зона Города Смерти оказалась совсем не тихой. Кейл с интересом разглядывал ряды прилавков, которые ничем не уступали человеческим базарам — разве что здесь продавались товары, каких не найти на поверхности. Но вместо мрачной, угрюмой атмосферы, которую можно было ожидать от города с таким названием, повсюду кипела жизнь. Зазывалы кричали, расхваливая товар. Покупатели спорили, торговались, смеялись. Запахи жареного мяса, свежей выпечки и пряных трав смешивались в воздухе, создавая удивительно уютный, почти праздничный аромат. — Свежие булочки! — кричала пожилая эльфийка за прилавком. — Только из печи! Со сладкой начинкой! Над плечом Кейла что-то зашевелилось. Невидимый дракончик издал тихий, жалобный писк. — «Красивый хён... Красивый хён, смотри... Булочки...» — Ты невидим, — тихо напомнил Кейл. — «Но я же всё равно могу их съесть!» Кейл вздохнул, выуживая серебряные монеты. Через минуту он уже отходил от прилавка со свёртком, из которого одна за другой исчезали булочки. Эльфийка за прилавком проводила его удивлённым взглядом — она видела, как выпечка испаряется в воздухе, но предпочла не задавать вопросов. В конце концов, Город Смерти видал и не такое. — Нам нужно к резиденции президента Обане, — сказал Альберу, пробираясь сквозь толпу. — Он дедушка моей тёти Таши. У него должен быть новый артефакт для меня. — Отлично, — Кейл огляделся. — Тогда иди. — Что? — Альберу резко обернулся, но Кейла уже не было. Только что стоял рядом — и исчез, растворившись в шумной толпе тёмных эльфов, людей и торговых палаток. — Кейл! Чхве Хан растерянно оглянулся. Он тоже потерял Кейла из виду. На мгновение на его лице отразилась паника, но он тут же взял себя в руки. — Я найду его, — коротко сказал он Альберу. — Нет, — Альберу вздохнул так тяжело, словно нёс на плечах всё королевство. — Мы оба пойдём искать. Потому что я знаю, чем заканчиваются его «осмотреться». Идём. Они двинулись в толпу, выискивая красноволосую макушку. Но Кейла нигде не было видно. Пока Альберу и Чхве Хан прочёсывали рынок, сам Кейл преспокойно прогуливался по торговым рядам, разглядывая товары. Дракончик, всё ещё невидимый, сидел у него на плече и доедал последнюю булочку. — «Почему мы убежали?» — спросил он набивая рот вкусной выпечкой. — Я не убегал. Я решил осмотреться. — «Солнечный хён сказал...» — Солнечный хён сам справится. Он взрослый. Дракончик на мгновение задумался. — «А Добрый хён?» — Чхве Хан найдёт нас. Он всегда находит. — «Это да,» — согласился дракончик. — «О! Смотри, какие кристаллы! Давай купим Голди Дедушке! Он любит что-то изучать!» Кейл, против обыкновения, не стал спорить. Они провели на рынке около получаса, купили кристалл для Эрухабена — небольшой, но удивительно красивый, с бирюзовым свечением, — пакетик травяных леденцов для Джека, крошечный точильный камень для стрел Додори и ещё один свёрток булочек, потому что дракончик утверждал, что те, что были раньше, «не считаются». Когда они наконец соизволили вернуться к тому месту, где оставили Альберу, принц стоял, скрестив руки на груди, и выражение его карих глаз не сулило Кейлу ничего хорошего. Чхве Хан, стоявший рядом, облегчённо выдохнул, но тут же напустил на себя обеспокоенный вид, который, судя по всему, репетировал последние полчаса. — Где. Ты. Был. — чеканя каждое слово, произнёс Альберу. — На рынке, — спокойно ответил Кейл. — Вот, купил булочек. Хочешь? Альберу открыл рот, чтобы возмутиться, но Кейл, воспользовавшись моментом, ловко запихнул булочку прямо в открытый рот принца. Альберу подавился, закашлялся, но рефлекторно прожевал. — Ты... — прохрипел он. — Ты... — Вкусно? — невозмутимо спросил Кейл. Альберу сделал глубокий вдох. Затем ещё один. — Пошли. Обане-ним ждёт. — Вот и отлично. Веди. Резиденция президента Обане, расположенная в самом сердце Города Смерти, оказалась трёхэтажным особняком, украшенным бирюзовыми кристаллами. Внутри было уютно — ковры, гобелены, запах травяного чая. Сам Обане, древний тёмный эльф с серебряными волосами до пояса и лицом, изрезанным морщинами, поднялся им навстречу. — Альберу, — произнёс он с тёплой улыбкой, слегка склоняя голову. — Рад видеть вас в добром здравии. А это ваши друзья? — Да, Обане-ним. Это Кейл Хенитьюз, а это Чхве Хан. Мы здесь за артефактом. — Конечно, конечно. Присаживайтесь. Они расселись, и пока Обане давал распоряжения Шону — высокому тёмному эльфу с чёрными волосами, который исполнял обязанности советника, — Кейл снова почувствовал это. Аура Смерти, которую он уловил при входе в город, стала ближе. Теперь она была совсем рядом, буквально за стеной. И она двигалась. Дверь открылась. В комнату вошла фигура, полностью закутанная в чёрную мантию. Капюшон скрывал лицо. Воздух в комнате дрогнул — мёртвая мана, которой был пропитан весь город, всколыхнулась, словно вода от брошенного камня. Кейл подался вперёд, и его красные глаза вспыхнули тем самым огоньком, который Чхве Хан давно научился распознавать. Огоньком, который означал: «Я нашёл что-то невероятно интересное, и я это завербую». — Ха... — выдохнул Кейл. — Ого. Некромант. Фигура в мантии вздрогнула. Капюшон повернулся в его сторону. — Откуда вы... — Я чувствую это, — просто ответил Кейл. Он поднялся и приблизился — не угрожающе, но уверенно. — Вы пахнете Смертью. Настоящей. Чистой. Не просто мёртвой маной. Аурой. Некромант отшатнулся, но Кейл уже протянул руку — не касаясь, просто предлагая. — Я Кейл Хенитьюз. Вы не обязаны бояться. По крайней мере, не меня. А ещё я как вы очень тесно связан со смертью, честно я очень давно искал с кем же можно поговорить о душам, вы не представляете, как сейчас мало существ с которыми можно поговорить об смерти... Капюшон замер. Затем раздался тихий, неуверенный шёпот — женский: — Вы правы.. Сейчас и правда мало таких существ и даже жрецы смерти не подходят для этого.. — Вот вот, и я о чём! А нам таким существам тесно связаным со смертью нужно держаться вместе, и раз уж такое дело то не могли бы вы... Прошло пять минут. Никто из присутствующих так и не смог потом объяснить, как именно это произошло. Одно мгновение Кейл и некромант стояли друг напротив друга — напряжённые, чужие. А в следующее они уже сидели на диване у камина, и некромантка, что-то живо рассказывала, а Кейл слушал с выражением живейшего интереса. Её звали Мэри. Двадцать три года. Некромантом она стала случайно — отравилась мёртвой маной в этих землях, когда ей было двенадцать, выжила, но мана изменила её тело. Тонкие шрамы — следы мёртвой маны — покрывали её руки, лицо и шею, и именно из-за них она одиннадцать лет не выходила на улицу. Боялась, что её убьют. Что её будут ненавидеть. Что она — чудовище. — Но вы не чудовище, — спокойно произнёс Кейл. — Вы некромант. Это редкий дар. — Это да.. Но нас тёсных существ презирают, — прошептала Мэри. — Уверена, как только выйду и кто-то узнает мою сущность Некроманта, получу либо изгнание либо сразу же очистить попытаются.. А мне так хотелось увидеть мир... — Тогда давайте я покажу вам кое-что. — Кейл наклонился к ней. — Мир. За пределами этого города. Я покажу вам горы, и зелёные поля, и море. Вы когда-нибудь видели море? Мэри покачала головой. — Нет. Я мечтала об этом. Когда была маленькой. Но... — Тогда решено. — Кейл поднялся и протянул ей руку. — Идём. — Подождите, — Обане выступил вперёд. — Молодой господин, вы не можете просто так забрать Мэри. Она — часть нашей общины. И за её пределами... — За её пределами я и Чхве Хан будем с ней, — спокойно ответил Кейл. — И не только мы. Он повернул голову. Этого жеста оказалось достаточно. В воздухе над плечом Кейла воздух задрожал — и проявился дракон. Чёрная чешуя блеснула в свете кристаллов, синие глаза уставились на Мэри, а крылья расправились во всю ширь, едва не задев чайный столик. — Я Великий и Могучий чёрный дракон! — объявил он звонко. — И мне уже четыре! И я обещаю, что с тобой ничего не случится! Обане замер. Шон, стоявший у двери, выронил какие-то бумаги. Мэри уставилась на дракона расширенными от изумления фиолетовыми глазами. — Это... дракон, — выдохнула она. — Да, — кивнул Кейл. — И он, как видите, уже всё решил. Идём. Он протянул руку. Мэри посмотрела на неё, на дракона, на спокойного Чхве Хана, на Альберу, который стоял в стороне и смотрел на всё это с выражением человека, окончательно принявшего свою судьбу. А затем — впервые за одиннадцать лет — она улыбнулась. — Идём, — сказала она и взяла Кейла за руку. Жители Города Смерти надолго запомнили это зрелище. По главной улице, от резиденции Обане к выходу, шла странная процессия. Впереди — Кейл Хенитьюз, который тащил за руку некромантку в чёрной мантии, а на его голове, свесив хвост и нагло улыбаясь, лежал чёрный дракон. За ними — Альберу который просто устал и Чхве Хан, который невозмутимо нёс меч, свёрток с остатками булочек и кристалл для Эрухабена. Некоторые эльфы, замечавшие дракона на голове человека, удивлённо вздыхали. Беженцы-люди, успевшие привыкнуть к чудесам Города Смерти, всё равно оборачивались. А дети — и эльфийские, и человеческие — бежали следом, показывая пальцами и смеясь. — Быстрее, — торопил Альберу, уже не пытаясь скрыть лёгкую панику в голосе, — пока Обане не передумал. Они добежали до хлопкового покрывала, с которого началось их путешествие, и каким-то чудом — возможно, с помощью магии или просто благодаря энтузиазму дракончика — взобрались по наклонному туннелю обратно. Песок пустыни снова расступился перед ними, элементали всё ещё помнили божественную ауру и почтительно открыли проход. Они вместе начали бежать по пустыне и только на половине пути Альберу активировал артефакт смены внешности снова превращаясь в принца Альберу. Карета ждала их там же, где они её оставили. Они забрались внутрь впятером — Кейл, Альберу, Чхве Хан, Мэри и дракончик, который так и не соизволил снова стать невидимым. Колеса заскрипели, и карета тронулась на юг, увозя их прочь из Страны Смерти. Внутри постепенно воцарилось спокойствие. Мэри сидела на одной стороне, напротив Кейла и Чхве Хана, а рядом с ней — Альберу, который, кажется, только сейчас позволил себе выдохнуть. На коленях у Кейла, мурлыча, устроились два котёнка — Он и Хон, которые ждали их в карете, как только почувствовали, что их человек вернулся вышли устроившись рядом. Дракончик разлёгся прямо поверх них, позволяя котятам играть со своим хвостом. — Вот, — Кейл протянул Мэри кулон. — Артефакт маскировки. Он скроет следы мёртвой маны на вашем теле. Сможете ходить без капюшона. Мэри взяла кулон дрожащими пальцами. Надела. Мгновение — и шрамы на её лице и руках исчезли, сменившись чистой, ровной кожей. Она медленно, словно боясь поверить, подняла руку и коснулась своей щеки. — Я... — Снимите капюшон, — мягко предложил Кейл. Впервые за одиннадцать лет Мэри стянула капюшон. Её чёрные волосы — на несколько оттенков светлее, чем у Чхве Хана — рассыпались по плечам. Фиолетовые глаза, всё ещё хранившие тень долгого страха, широко распахнулись. За окном кареты проплывали зелёные поля — они уже миновали пустыню и теперь ехали по территории Дубори. Солнце садилось, окрашивая небо в розовый и золотой. Вдалеке синели горы, а ветер доносил запах трав. — Красиво... — прошептала Мэри. — Очень красиво. — Это ещё что, — фыркнул дракончик. — Вот увидишь море! И Лес Тьмы! И нашу виллу! Там вообще круто! — Лес Тьмы? — переспросила Мэри. — Ага! Мой дом! Ну, один из домов. Там живут монстры, но они нас не трогают. Потому что Кейл — он страшный! Ну, то есть страшный для монстров. А для нас он хороший. И Рок Су-хён, когда вернётся, тоже. Мэри перевела взгляд на Кейла. Тот пожал плечами. — Мы живём большой семьёй, — сказал он просто. — Теперь вы тоже её часть. Кейл и дракончик принялись наперебой рассказывать Мэри о своих друзьях, о вилле, о драконах и святых, о тренировках и приключениях. Мэри слушала, и её фиолетовые глаза сияли всё ярче. Она всё ещё вздрагивала, когда карета подпрыгивала на ухабах, и всё ещё инстинктивно тянулась к капюшону, которого больше не было, но с каждым километром её плечи расправлялись, а голос становился твёрже. — Кейл, — тихо позвала она, когда за окном начало темнеть. — М? — Спасибо. Она повернулась к нему, и в её глазах стояли слёзы — но это были не горькие слёзы одиннадцати лет одиночества. Это были слёзы человека, который только что понял, что его жизнь изменилась. — Никогда бы не подумала... — её голос дрогнул, — что моя детская... моя забытая мечта сбудется. — Какая мечта? — спросил Кейл, хотя уже знал ответ. Мэри посмотрела на него. Затем на дракончика, который заснул у него на коленях, уткнувшись носом в кошачью шерсть. На Чхве Хана, который с тихой улыбкой наблюдал за ними. На Альберу, который притворялся спящим, но уголки его губ подрагивали. И на пейзаж за окном — зелёные холмы, уходящие в темноту, и первые звёзды, загорающиеся над ними. — Увидеть мир, — прошептала она. — Просто увидеть мир. — Это не мечта, — спокойно ответил Кейл. — Это теперь ваша жизнь. И карета продолжила свой путь на юг, увозя их домой.