Он ненависти до любви, как говорится...

Золотой город. Прекрасное, светлое, чистое аурой и энергетикой место, горячо любимое его жителями и ежедневно сограваемое не только солнцем, но и людскими сердцами. Золотые пирамиды в центре этого божественного оазиса посреди такой же золотой пустыни возвышались вверх, к самому небесному светилу. Ра, бог солнца и правитель всего Египтуса, уже несколько лет как вернулся в своё царство, и теперь здесь царит покой и процветание. Казалось бы, ничто не может омрачить этот прекрасный день. Размеренный и негромкий стук каблуков раздался по коридору, ведущего к древнему архиву золотого города, находящегося в одной из пирамид. Худая, уже седая от времени, но всё ещё прекрасная женщина шла из этого архива. Исида. Одна из членов правящего совета и, пожалуй, самая мудрая женщина в Египтусе. Она шла молча, мрачно смотря вперёд и думая о чём то своём. Взгляд женщины был непривычно холоден и, будто бы, странно жесток. Однако, стоило женщине завернуть в коридор, как она неожиданно наткнулась на постороннего. На высокого воина золотого воинства с необычной головой сокола. Тот резко остановился, явно не ожидая такую встречу. - Мама? Что ты здесь делаешь? Ты же только что была на совете. - воин, чьё имя было Гор, выглядел растерянно. Он был единственным и горячо любимым сыном Исиды. Он всегда отличался добрым сердцем и дружелюбным нравом. Даже его лицо всегда имело миролюбивое выражение, как и сейчас. - Ох, Гор... Я просто решила заглянуть в архив, хотела кое что посмотреть. Ну, ты сам понимаешь. - женщина улыбнулась сыну, как и всегда. Она всегда ему улыбалась. Однако, сейчас что-то в этой улыбке было... Не так. В ней будто бы не было той глубокой материнской любви, которая всегда сопровождала улыбки Исиды. - Ох, я понимаю. Просто... - Гор неожиданно запнулся. Он смотрел на лицо матери, но он не видел ничего родного. Он лишь ощутил резкий холод, пробежавший по его спине. - Ты не моя мать... Ты... Ты самозванец! - воскликнул резко сокол, сжимая кулаки и делая быстрый шаг назад. Материнские глаза напротив угрожающе сощурились, а в радужке пробежал кроваво-красный блеск. Выражение лица лжеИсиды сменилось мгновенно. - А ты быстро учишься, птенчик. Зоркий у тебя стал глаз. Хотя... Может это только потому, что он соколиный. - голос Исиды сменился с нежного женского на грубый и рычащий так же резко, как и её выражение лица. Однако, голос всё равно был знакомым. До боли знакомым... Вдруг, силуэт женщины загорелся алым светом, потеряв очертания и контур. Форма стала меняться, расти, и вскоре приобрела уже совсем иные черты. Небесно-голубые глаза Гора расширились в изумлении, будто бы не веря тому, что они видят. - Анубис..? Н-но как? Вы же изгнаны! Как ты здесь... - Гор выглядел растерянным, в его голове крутились вопросы, но шакал, стоящий перед соколом в истинном облике, перебил его. - Это уже неважно. Важно лишь то, что скоро всё изменится. Эксатон не собирается мириться со своей участью, и он готов бороться. Как и все те, кто на его стороне. - глаза шакала коварно сверкнули алым светом, а его клыки обнажились в жуткой, пробирающей до костей улыбке. Гор вздрогнул от грубого рычащего голоса тёмного воина. Он уже и забыл, каким жутким может быть Анубис, и как он опасен. Почувствовав неладное, золотой воин вскрикнул. - Охрана! ОХРАНА! - только и успел крикнуть Гор, как на него набросилось тёмное тело шакала. Мощный прыжок сбил сокола с ног, и оба воина с грохотом повалились на землю. Удар, затем второй, потом ещё. Анубис наносил удары когтями и кулаками, агрессивно рыча, а Гор только и успевал их блокировать, закрывая себя руками. Он не помнил, чтобы Анубис дрался так яростно... Однако, следующее действие со стороны врага было ещё более неожиданным и непредсказуемым. Когтистые руки сжали запястья золотого воина, не давая сдвинуться. Суставы даже болезненно хрустнули. И в следующую секунду раздался вскрик, вызванный острой колющей болью в плече. Острые клыки шакала вонзились в мягкую, покрытую перьями плоть. Яд тёмного воина смешался с чужой кровью. В коридоре же послышался звук открывающейся механической двери и топот нескольких пар железных сапог. - Гор! - голос Кефера, фараона Золотого города и близкого соколу человека, раздался будто бы вдалеке. Разум Гора мутнел, его глаза были расширены, но он все ещё улавливал происходящее вокруг. Он почувствовал, как тяжёлое тело шакала охранники оттащили прочь, он слышал злобные рычания Анубиса, и он слышал голос Кефера над своим ухом, так обеспокоенно просящего оставаться в сознании. Ох, Кефер... Гор бы с радостью бы выполнил приказ своего фараона, да только он не мог. Яд был сильнее железной воли солдата. Кефер был напуган. Впервые за долгое время он снова испугался. Его руки дрожали от волнения, но он всё же смог поднять обессиленное тело друга, хоть и с большим трудом. Охранники же держали Анубиса, агрессивно, но безрезультатно вырывающегося. Из его кармана выпало что-то, издалека похожее то ли на брошь, то ли на маленький прибор. Зная тёмное войско, это было точно второе. Кефер хотел было окликнуть стражу, приказать поднять вещицу, но Анубис опередил фараона. Раздался резкий треск, и приборчик, не выдержав удара ноги шакала, превратился в горстку мелких кусочков, не подлежащую никакому восстановлению. Что бы это не было, это было что-то важное, что не должно было попасть в руки врага. И Кефер это прекрасно понял. - Снимите с него браслет и поместите его в темницу. И понадёжнее. - холодно произнёс фараон, смотря в красные глаза шакала. Даже сейчас он улыбался. Улыбался, скаля свои клыки и тихо, рычаще посмеиваясь. Он был схвачен, но он явно не ощущал себя проигравшим. Что бы он не сделал... Он провернул то, что он хотел. - О, Кефер... Так ты встречаешь старых друзей, да? - ядовито смеясь, произнёс Анубис, с удовольствием смотря на то, как взгляд фараона наполняется гневом. - Лучше молчи, Анубис... Ты не в том положении, чтобы дерзить. - сквозь зубы процедил Кефер, чувствуя, как кровь вскипает в жилах. - Лучше бы ты следил за положением своей пташки. Я не пожалел для него яда, и этого должно хватить, чтобы он в конце концов больше никогда не смог открыть глаза. - тёмный воин улыбнулся ещё шире, и Кефер почувствовал, что кроме гнева в нём пробудился ужас. Дикий ужас от понимания того, что он может потерять дорогого ему воина... В этот тихий, прекрасный, солнечный день темница Золотого города неожиданно пополнилась новым заключённым. Единственным на данный момент. И, что было ещё ужаснее, проигравшим сейчас был совсем не он.