Трудный ребёнок

Девушка сжимала в своей руке слегка дрожащую ладонь маленького мальчика, пока её тело боролось с лёгким приступом тошноты. Она была даже рада, что осенний ветер был по-особенному холодным, пробирался сквозь её одежду колкими прикосновениями, вынуждая кожу покрываться мурашками. Солнце не спасало, отчего маленький портовый город не отличался слишком тёплым приветствием своих новых жителей. Первый глубокий вдох. Началось всё это в те далёкие, и совершенно не желанные времена, когда Виндсонг поступила в Институт. Точнее, всё было не совсем так... Институт она обожала, мечтала о нём, не спала ночами только из-за мыслей о большом городе, который ждал её. Что там вокруг? Модные кофейни? Музеи? Театры? Какая была разница, если самое ценное для неё представляла программа обучения. Хотя Виндсонг стоило почуять легкий запах подвоха (в будущем окажется что это был даже не лёгкий запах, а конкретная вонь, которую она сознательно проигнорировала), когда она упрямо ступила в кабинет ректора и тот позволил ей выбрать несколько специальностей, делая большое институтское исключение. За своей радостью и детской наивностью, тогда ещё только будущая исследовательница лей линий, даже не поняла подвоха. А он был. Был и неприятно ударил её под дых, вынуждая жадно глотать воздух ртом. Виндсонг оказалась единственным человеком, который вообще пошёл на эту специальность. Уже чуть позже, когда она немного порылась в архивах, удар повторился, поскольку выяснилось, что девушка в принципе первый человек за последние несколько лет, который хотел заниматься данным делом. Профессор Константин, вредный до ужаса дядька, сам тогда признался ей, что преподаёт географию и картографию уже несколько лет, поскольку лей линии отказались признавать чем-то полезным, принизив эту специальность до уровня расклада на таро. Было ли ему обидно? Достаточно. Но ему позволили остаться на работе и просто сменить направление, а что ещё человеку его возраста нужно? Бутылка водки на столе, да кусок хлеба, который покупается как раз за рубли, заработанные на его горбу. Никаких новых открытий, новых исследований или публикаций. Все последние напечатанные книги по теме лей линий датировались 1999 годом, отчего Виндсонг хотелось выть и рвать на голове волосы. Она уже давно всё это прочла, ещё до института. В чём смысл было поступать сюда, в чём вообще была соль данной дисциплины? Неужели она была единственной, кто вообще видит суть этих вещей? Виндсонг была упрямая до ужаса, словно баран, бежавший на ворота со всей дури в попытке их сломать и наконец-то выбраться наружу. Но ворота не поддавались, а рога начинали дико ныть от каждого нового толчка. "Милочка, ты должна быть благодарна." - В голове звучали слова ректора, которые как зверь вцепились в её подсознание и не отпускали по сей день. Словно своих собственных ужасных мыслей в её мозгу было недостаточно. "Благодарна за что?" - Голос самой Виндсонг тогда прозвучал грубо и хрипло, будто тогда отвечала вообще не она. "За то, что Институт вообще не убрал эту специальность и даёт тебе возможность получить диплом по этим твоим... каких их там вообще?" "Лей линии." Мужчина отмахнулся - ему это было неинтересно даже ни на грамм. До тех пор, пока Виндсонг платит за обучение, ему вообще без разницы, что она делает, как и где. Пусть хоть станцует на своей аттестации, возможно, это принесёт миру больше пользы, чем какие-то цветные линии, которые мужчина не видел и никогда не увидит. И самое ужасное, самое мерзкое, что учёная была благодарна. Искренне, от всего сердца, ведь старый профессор, хоть уже и сам сдался лет 5 назад, дал ей новую информацию, напитал её мозг как губку, давая возможность жить и творить дальше. Теперь - глубокий выдох, чтобы отвратительное чувство тошноты уже покинуло её желудок. Маленькая ладонь сжала её пальцы в новых перчатках чуть сильнее. Забавно, что из нового на ней были лишь перчатки, и те были подарком на прощание от профессора. Родители Виндсонг были учёными, в какой-то степени даже известными в своей области. Рождение ребёнка для них было праздником по одной причине - они показали девочку коллегам, её волнистые белые кудри, её ещё по детскому большие лиловые глаза и представили как будущую помощницу. Да они вообще никогда не стыдились показывать её всем вокруг и говорить, что вот она! Да-да, наша дочь, будет помогать нам. А Виндсонг, поглощённая всеобщим вниманием, была лишь рада, и уже с 6 лет присутствовала на работе родителей, увлечённая их исследованием. И росла бы дальше у них такая вот личная хорошая кукла, помогающая, только вот кукла росла и умнела, поглощала все больше и больше книжек и наступил тот самый момент, которого боятся все те, кто решил завести дитачку - у неё появилось собственное мнение. Кукла захотела заниматься своим исследованием, что с трудом, можно даже сказать отрывая от груди, родители позволили ей делать. В те годы лей линии еще хоть как-то признавали - по крайней мере, про них говорили, писали и обсуждали. А Виндсонг сразу почувствовала связь с миром, только один раз увидев эти невероятные узоры. В тот день у неё сильно болела голова и её тошнило от перегрузки мозга, но, когда плохое самочувствие отступило, девушка поняла - она хочет ещё. Как мотылёк, летевший на свет сквозь боль, так и Виндсонг с первого дня влюбилась в эту дисциплину. Решение было принято и уже окончательное. Другие варианты от родителей Виндсонг даже не стала рассматривать, грубо вынеся ненужные книжки из комнаты и выставив их возле кабинета отца. Тогда ей это сошло с рук. Ещё один глубокий вдох, отчего лёгкие заболели, поскольку в этот раз, воздух оказался по настоящему холодным. Самая неприятная часть, которую исследовательница видела лишь в кошмарах, стараясь не думать об этом даже бегло. Она вечно запрещала себе это вспоминать, сильно махала головой, портя и без того неидеальную прическу, а в особо сильных случаях, хлопала себя по щекам. "Лей линии лженаука бла-бла-бла... Теперь она не признаётся сообществом учёных, бла-бла-бла... Меняй специальность, если не хочешь сдохнуть от голода. Ты позор семьи. Наша дочь шарлатанка, ведущая не ясно какие исследования и бла-бла-бла..." Да, вот так ещё в детстве маленькая и гениальная Виндсонг оказалась на одном уровне с уличными фокусниками, которые отвлекают твоё внимание, тихо вытаскивая кошелёк из кармана с последними деньгами. Но ладно Виндсонг - она девочка взрослая, а за последние годы к таким унижениям уже привыкла. Жить на улице, искать обед, перебираться с подработки на подработку, делая что-то то тут, то там... Тяжело. Тяжело, но не невозможно, пока у неё была ещё хоть какая-то финансовая помощь от института. Но Август был не такой. После первого "дефектного" ребенка, семья решила завести нового. В конце концов, не все же дети будут тратить свою жизнь на то, что позорит семью, да? Первые три года после рождения брата, она даже не знала, что он у неё появился. Какая-то коллега спросила, как дела у младшего, отчего Виндсонг сначала засмеялась, думая, что это какая-то ошибка, а затем выпучила глаза и побледнела ещё больше обычного. Пришлось навестить старый добрый дом и познакомится с новым, возможно лучшим творением этих двух псевдоучёных. Но на этом их интеракции закончились. Её вновь вышвырнули за дверь, да и сама, уже старшая сестра, была не против. Екатерина совершенно не умела вести себя с детьми, вечно запиналась и неловко краснела, не зная, как отвечать на их слишком уж откровенные вопросы. А ещё с ними сложно - сложно и очень шумно. Так бы и продолжалось, если бы со временем не выяснилось, что мальчику требовалось куда больше внимания, чем семья могла ему дать. Он не был сложным ребёнком, по крайней мере в привычном понимании. Спокойный, милый и тихий, любящий сидеть в углу своей комнаты и представлять разноцветные картинки в своей голове. Вечно витал в облаках, не впитывал информацию и вообще не был заинтересован в науке. Удивительно, но в этот раз родители действительно поумнели и поняли одну святую вещь - их гены полное говно, которое не в состоянии породить кого-то умнее консервной банки. Так они и сказали, когда разводились, окончательно рассорившись. Виндсонг была даже рада. Нет, она серьёзно сидела на этом процессе и улыбалась, словно больная на голову, как её и называли кучу раз до этого. Жаль было лишь Августа. Мальчик всерьёз оказался никому не нужен, пока родители большую часть времени, требовавшегося на вопрос о делении имущества, решали, кто заберёт ребёнка под опеку. Ну, как решали... кидали его друг другу, как горячую картошку, пока девушка была рада, что младший не застал этот момент лично, поскольку остался дома. Её сердце болело за него, хоть они и не были близки.Ещё не были. Её длинные пальцы с лёгкостью поставили подпись, голова Виндсонг словно стала легче. Так просто? Да, это было действительно очень просто. Пара таких подписей и вот, Август теперь под её опекой, родители разъехались, бросив квартиру в центре, и имущество поделено. Конечно, это сейчас звучит так легко, но процесс был куда сложнее, чем думала Виндсонг. Лишение родительских прав заняло куда больше времени, чем она ожидала. Исследование пришлось отложить в долгий ящик, на который по вечерам она смотрела с тоской. Во что она вообще ввязалась? Выдох. Тошнота отошла, она смогла открыть глаза и осмотреть шумный порт, в котором люди бегали и работали, словно муравьи. Август и правда был чудесным ребёнком. Очень хорошим, милым, и в принципе её душа радовалась от взгляда на мальчишку. Первые месяцы было трудно - он закрылся в себе, не понимая, почему тётя, которую он видел пару раз в жизни, теперь забрала его. Затем стало легче и тогда-то Виндсонг поняла, в чём сложность воспитания детей. Нет, не всех детей. Таких как её младший. Учёная отличалась отличным терпением - чего только стоило её умение терпеть унижения во имя своей великой цели, так что в этом плане было несложно. Терпеливо слушать Августа и все его мысли ей даже нравилось. У него происходило куча всего в голове, отчего он напоминал ей саму себя. Маленький, светленький и непонятый никем. Эмпатией она тоже обладала, понимая, как ему тяжело остаться без родителей, когда оба предка живы. Ей то было всё равно уже совсем давно, но душа за ребёнка всё равно болела. Всё стало на порядок хуже, когда в школе у Августа начались проблемы. Его вечно ускользающее внимание, как нитка от шарика, просто вырывалось из его маленьких ручек и улетало в небо, где он не мог достать его. Вечно куда-то уходил на переменах, учителя паниковали и не могли найти его, звонили Виндсонг, и та срывалась с места, чтобы отыскать мальчишку в каком-то новом и странном уголке, вдали от шума. Ни школа, ни старшая сестра не были готовы к особенному ребёнку. И вот директор осторожно протягивает ей бумаги, тонко намекая, что эта школа совсем не для Августа. Это был полный провал в её воспитательских навыках, точнее в полном их отсутствии. Она ненавидела свою беспомощность, но самое ужасное, что Виндсонг начала ненавидеть себя, поскольку, смотря в отражение зеркала, видела таких же увлечённых наукой родителей, которые оставили двоих детей на произвол судьбы. "Вот, это мое исследование." - Она осторожно положила одну тонкую бумагу на стол ректора, тот лишь мельком взглянул на это, вопросительно поднимая взгляд из-под толстых и пышных бровей. Виндсонг занервничала, но не показала виду, стараясь звучать серьёзно. - "Точнее, только краткое содержание будущих чертежей и... Мне, в общем, надо уехать. Хочу сделать работу по исследованию другого города, с большим количеством лей линий." "Уехать? Ну... Подобное можно устроить. Будешь отчёты присылать, но это тебе надо договориться с профессором кафедры. Кто там у тебя? А..." Мужчина говорил без энтузиазма. Виндсонг за время, проведенное в институте, порядком надоела всем, просто потому что у той было шило в одном месте. Знала ли она про это? Ну, скажем так - она догадывалась, слушая слухи про собственную персону, отчего у неё начал дёргаться глаз. Громкий звук печати, нужное разрешение в руках, поиск нужного корабля, сборы... И ещё сборы. Поиск квартиры и моральное прощание с до ужаса большим городом, к которому Виндсонг не привыкла за всю свою жизнь, и вот они в порту никому не нужных Раяшек, в месте забытым не то что людьми, богом. Даже нормальная погода тут была редкостью. - "Виндсонг…" - Август немного устало потянул сестру за палец, и та наконец-то осознала всю свою ситуацию. Они вдвоём в незнакомом городе, поскольку Виндсонг вновь поставила свои желания выше привычной жизни... Нет. Всё будет не так. Виндсонг быстро села на корточки перед братом, поправляя на нём его большую куртку, которую он успел расстегнуть ещё на пароме. Он не сопротивляется, а просто смотрит, как девушка заботливо его укутывает назад. - "Не расстёгивай, ладно? Тут холодно. Сейчас возьмём такси и поедем домой." - Она не сдержала смешок от слишком уж любопытного взгляда Августа на новую местность. Затем усмехнулась ещё раз, задумавшись, есть ли в такой глуши современные удобства, вроде такси. Есть. Ее взгляд заметил жадных таксистов у выхода на парковке, которые только и ждали кого-то, чтобы стрясти побольше денег за пару километров, словно коршуны, поджидающие добычу. Рука нащупала телефон в кармане, доставая его и смотря на время, затем перчатка снялась и Виндсонг принялась методично тыкать по экрану устройства. Где-то в заметках был сохранён адрес новой квартиры, номер телефона арендодателя и рядом одинокие цифры вызова такси. Нормального такси, а не за половину денег в её кошельке. Вторая рука всё ещё держала Августа, который продолжал осматриваться и слегка крутиться на месте. Для его количества энергии, это было очень даже спокойным поведением. От дыхания и холодного воздуха, из носа и рта клубился пар, нос и щёки уже за пару минут стали красными. Зимы тут явно суровые. - "Здравствуйте, мне нужно такси. Да..." - Девушка вновь выпрямилась, разговаривая с оператором в попытке вызвать машину. Она освободила руку, Август сразу же взялся за неё, как делал всегда. Он был чрезвычайно тактильным, как котёнок, любивший греться на животе любимого человека. За спиной Виндсонг был большой портфель, на плече висела сумка. У мальчика тоже за спиной был небольшой портфель, разве что яркий и по детски красочный, в отличии от угрюмой коричневой сумы сестры, и на этом весь их багаж заканчивался, словно они приехали сюда на экскурсию, посмотреть на местные храмы и церкви, а не переехали жить. - "Ээм... Да... А! Вижу...да, адрес..." - продолжала она, идя слегка быстрым шагом к выходу, отчего мальчик немного отставал от неё. Увлечённая Виндсонг была совершенно невнимательным человеком, но даже она услышала, как Август споткнулся о выступающую плитку асфальта и полетел вниз. К счастью, звонок уже закончился, а ловкие руки исследовательницы быстро схватили братца за капюшон, не давая тому упасть, а затем она и вовсе в секунду подхватила его на руки, засмеявшись. Первое правило, которое она выучила с братом, это не реагировать на его неуклюжесть и смеяться вместе с ним, иначе слёзы нужно будет вытирать два часа. Телефон с тихим звяканьем упал на асфальт. Август даже не успел осознать, что произошло, но тихое хихиканье старшей вынудило его улыбнуться. Он сразу же взялся за мех на пальто молодой "мамочки" и тоже засмеялся. - "Тебя понести?" - Голос прозвучал с лёгким тоном игривости, но продлилось это недолго, а точнее ровно до момента, как Виндсонг поняла - телефон не в её руке. Мальчик кивнул, пока самый главный лох и неудачник города, смотрел под ноги на треснутый экран смартфона. С тихим "Да бля... кхм, блин", она подняла его и нажала на кнопку разблокировки, провела большим пальцем по трещинкам, прикусывая нижнюю губу и хмурясь на собственную безрукость. Телефон работал, зато теперь стал кастомным и точно навсегда оставил память о Раяшках в её тупой башке. - "Похоже на паутину." - Выпалил Август, выводя старшую из молчаливого ругания себя матом. - "Как у Василия, только она более... Более грозная. Как молния." Василием кликали большущего паука в туалете их старой квартиры. Вообще Август всех пауков называл одним именем, но то чёрное чудище ему особенно запало в душу, отчего Виндсонг всегда с лёгкой дрожью ходила на белый трон, дабы не столкнуться с Василием лично. И тот факт, что она ни разу не встречала его персонально, настораживал её даже больше, но паутина в нижнем правом углу была лишь горьким фактом, что Август не выдумал охранника туалета. - "Осторожнее теперь с экраном, ладно?" - Девушка отдала телефон в руки мальчика, тот взял его и с любопытством принялся рассматривать новые узоры на мобильнике. Хоть кому-то из этих двоих понравилось данное обновление ПО. Необходимая им машина стояла под фонарным столбом. Водитель сидел, высунув руку из окна, залипая в небезызвестном приложении. Виндсонг быстро дошла до такси, обменялась парой слов с мужчиной, дабы убедится, что это точно заказанная ею машина, усадила Августа на заднее сиденье и села туда сама. Виндсонг умела водить, но своей машины у неё не было, как минимум из-за финансового состояния их маленькой семейки. Возможно, она бы и смогла позволить себе машину... когда-нибудь. Но пока что, деньги были нужны на другое, например на жизнь. Такси тронулось, выезжая по названному адресу, который оказался "а, это возле улицы Пушкина". Видимо в каждом уголке этой страны есть улица, названная в честь этого великого поэта. Возможно, когда-нибудь, и в честь Виндсонг назовут улицу со старыми обшарпанными домами и двориками, напоминая людям о том, что шарлатанкой в этой стране являлась явно не она. "Ну и глупость." Август сел на колени сестры, приложив руки к холодному стеклу и прижав свой, и без того красный нос, к нему же, оставляя свои отпечатки. Девушка последовала его примеру, повернув свой взгляд на новые для них пейзажи Раяшек. "Если вы побывали хотя бы в одном городке России, то считайте, что побывали во всех." - сказал так кто-то и когда-то и теперь Виндсонг видела, что это чистая правда. Ничего выдающегося, ничего модного, небось тут даже 3G нет, настолько это место отдавало атмосферой уже давно развалившегося союза. На старых многоэтажках всё ещё красовались слоганы тех лет, фрески и изображения бравых пионеров, солдат и простых рабочих людей. Сильный контраст на фоне шумной столицы, где на каждом углу стоит бургерная. Интересно, а тут вообще есть кафе? Хотя бы одно, даже самое простое. А... Словно в ответ на её вопрос они проехали мимо шаурмечной, отчего Виндсонг невольно поморщила носик, а Август издал небольшой восхищённый звук. Вот и наглядная разница поколений. Следом по дороге стояла небольшая церковь, окружённая садом домов, словно те прятали её от посторонних глаз. Как учёная, в бога она не верила. Всё можно объяснить логикой и здравым смыслом, так что шум по ночам Виндсонг скидывала на соседей или Василия, или, на самый крайний случай - Августа. - "Нравится?" - Немного тихо, дабы не мешать водителю слушать уже до смерти надоевшие девушке "Руки вверх", спросила она у мальчишки. Розовые щёки и улыбка говорили за него. Город ему казался загадочным и совсем непохожим на то, где они раньше жили. Мало людей, много природы, где-то вдали он даже увидел невероятных размеров трубы, из которых огромными облаками валил белый дым. Заводов тут было больше, чем Август видел за всю свою жизнь, хотя шумным этот городок назвать было нельзя. - "Ага. Тут как в старом мультике." - С тихим придыханием ответил он, пальцами рисуя узоры. Палец старшей быстро присоединился к младшему, рисуя маленький смайлик. Август дорисовал ему ушки и усы. Командная работа. Машина заехала в очередной дворик, такой же безликий, как и все остальные. Проехала пару поворотов, мимо пустых детских площадок, затем ещё немного и остановилась возле серой пятиэтажки. Август радостно вздохнул, заёрзав на её коленях и Виндсонг пришлось открыть ему дверь, поскольку ребёнок уже не мог усидеть на месте. Он выскочил на тротуар, выдыхая клубками пар и осматривая клумбу возле подъезда. Девушка протянула слегка мятые купюры таксисту, тот их пересчитал и кивнул. - "Добро пожаловать в Раяшки." - добродушно сказал он, когда девушка с трудом вылезла из машины из-за тяжёлых сумок и собственной неуклюжести. Почти вывалившись из авто, Виндсонг, немного краснея, перевела взгляд на улыбающегося водителя и неуверенно кивнула. Тут все такие вежливые? - "Д..да... Спасибо." Машина дала заднюю и она смотрела, как двор становится вновь тихим и пустым. На улице сейчас были только они, что не сильно удивительно в такую-то погоду. - "Смотри, смотри!" - радостно защебетал Август, потянув сестру за рукав её пальто и та обернулась. Он маленьким пальчиком показывал на клумбу под чьим-то окном, которая сильно выделялась по внешнему виду от других клумб этого дома. Там тихо росла тонкая рябина, на которой красовалось несколько скворечников разного качества. Самый лучший был сделан из дерева и был скорее похож на маленькую избушку из сказки, покрашенный в яркие цвета и даже покрытый лаком, отчего слегка блестел в лучах солнца. Рядом с ним постройки качества немного хуже - старая коробка из-под молока, тоже покрашенная, судя по мазкам, гуашью, и ещё одна более простая, сделанная из бутылки минералки "Святого Источника". Далее, под окном шли уже уставшие от холодов цветы в красивой композиции, и какая-то сценка, сделанная из кучки детских игрушек. Они выглядели немного потрёпанно, но не слишком. Видно, что за данным местом ухаживали. Ей было не сложно представить милую старушку, которая согнулась в три погибели ради несчастных бутонов, которыми она радовала собственные глаза и глаза своих соседей, поскольку в её жизни радости уже не осталось. Дети уехали, муж давно почил, царство ему небесное, а пенсия не радует. Виндсонг не сильно понимала увлечение русской души делать клумбы из не пойми чего, с кучей мягких игрушек, словно это было какое-то маленькое детское кладбище. С другой же стороны, Август сейчас чуть ли не прыгал от увиденного. Выходит, увлечение какой-то местной бабули ему понравилось, а для исследовательницы этого было ой как достаточно. Как говорится, чем бы дитя не тешилось... - "Красиво." - Ответила она, вынуждая себя улыбнуться. Признаваться младшенькому, что данное искусство не для неё было глупо и бессмысленно. - "Думаешь тут можно играть?" - "Хм..." - Долгая пауза, поскольку Виндсонг уже залезла в телефон, ища и набирая контакт арендодателя. - "Не думаю. Это как представление в театре, понимаешь? Тут всё на своих местах, даже зрители." Август не ответил на слова сестры, поскольку трубку взяли сразу и ей пришлось начать диалог с другим человеком, его взгляд был прикован к данной чарующей композиции, разглядывая каждую детальку, словно он видел что-то большее, чем просто игрушки в почти жёлтой траве. Повесив трубку, Виндсонг вздохнула полной грудью и слегка улыбнулась от волнения. Дверь подъезда запищала и открылась. Из неё показался мужчина в фуражке и телогрейке, хмурый и слегка крупный. - "Екатерина?" - Спросил он, рукой зазывая идти следом. - "Да..." - Кивнула она, беря Августа за руку и ведя за собой в тёмный подъезд. Мальчик до последнего не сводил взгляд с игрушек на земле и только когда дверь за ними закрылась, прищурился от резкой темноты. Квартира оказалась на первом этаже, справа от лестничной клетки. Хозяин гостеприимно впустил семейку внутрь и те неловко зашли, явно волнуясь. Старый советский ремонт, немного пожелтевшие под потолком обои, скрипучий пол - вот их богатство на ближайший год. - "Ну тут вот одна комната..." - начал мужчина, явно желая побыстрее закончить с этим, чтобы не возвращаться в собственный дом под покровом ночи. Гостиная была не очень большой, с диваном у одной стены, телевизором у другой, столом и большим ковром, который, как было принято, находился не на полу. Спальня была поменьше, включала в себя лишь шкаф, кровать и стол. Ах да, окна обеих комнат любезно выходили прямо к подъезду, дабы подслушивать сплетни и смотреть на целующихся на прощание подростков было проще. Кухня обычная, уютная, с белыми занавесками и всякими узорами, с потрёпанной на столе клеёнчатой скатертью, которая была самой новой в данном интерьере. Этих удобств было уже достаточно для Виндсонг, поскольку жила она в условиях и похуже. А тут маленький город, в который никто не хочет приезжать. Такая квартира была отличным вариантом, а главное не сильно дорогим. - "Как мальчишку зовут?" - Спросил он, глядя, как ребёнок неловко ходит за сестрой, словно хвостик, прилипший к ней сзади. Она так привыкла к этому, что иногда забывала, что сзади вообще кто-то к ней прижимался. - "Ах... Это Август." - Виндсонг одной рукой сняла с него шапку и уложила непослушные волосы, которые до этого торчали в разные стороны, боковым зрением замечая непонимающий взгляд арендодателя. - "Авксивий его зовут." - Быстро поправила она себя. Мужчина лишь подозрительно громко вздохнул, но ничего не сказал. Видимо, это была лишь попытка в вежливую беседу и не более. - "Тут стены тонкие, так что по вечерам лучше потише быть, и телевизор громче 20 не ставить." - Уже как-то более строго сказал он, словно предупреждая. - "У соседей тоже дети есть. Может подружатся." *** - "Знаете, я понимаю, что ваш ребёнок очень талантлив..." - "Мой брат." - Поправила Виндсонг мужчину в толстых круглых очках, отчего он лишь немного покачал головой, держа в руках документы и читая их. - "Да, конечно. Так вот, талантлив и спокоен, но в школе нет подходящих педагогов, для таких детей." Да для таких, это каких? Виндсонг сидела в кабинете директора, напротив него и старалась вести себя спокойно, что было сложно. Даже очень сложно. Она не могла расслабиться, от чего её брови сдвинулись к переносице ещё три минуты назад, когда этот диалог только начался. Нога была закинута на другую ногу и тихо, но нервно, болталась. - "Послушайте, Августу не нужны никакие "специальные" педагоги. Он обычный и простой ребёнок, как и все в этой школе." - Голос старшей сестры перешёл на тон выше, хотя она очень старалась вести себя подобающе. Но как её сердце могло такое выдержать, когда ей так прямо говорят гадости о младшем брате? Мужчина глубоко вдохнул, в голове явно подбирая слова отказа, пытаясь быть как можно более мягким. - "Учебный год уже начался и классы сформированы." - "Он начался три недели назад, это практически ничего. Он вольётся в коллектив." - "Дети уже сдружились друг с другом. Сами понимаете, новенькому будет тяжело." - "Ничего страшного, я уверена в нём. Это в любом случае не проблема." Девушка пыталась парировать любой ответ вредного, по её мнению, старикана, словно сейчас они не обсуждают возможность принятия Августа в школу, а дерутся на мечах. И последний удар Виндсонг пропустила, отчего с позором вылетела с арены. - "Извините, школа забита. Не можем взять никого нового." - чётко сказал он, ставя жирную точку в диалоге. Уже будучи на улице, она почти со всей силы ударила железную мусорку у входа, в надежде что та сделает тройное сальто и всё её содержимое украсит парадный вход старенькой школы, но, видимо Виндсонг была не первая, кто срывал на ней свою злость, потому что бак прикрутили к бетону и тот не сдвинулся с места. Отлично. Теперь помимо ужасного настроения, паршивой погоды и брата на её шее, у неё был дополнительный урон от ударенного, скорее всего, в будущем - синего, пальца на ноге. Рукой она провела по волосам, зачёсывая кудри назад и делая пару глубоких вдохов. Ситуация была такой: незнакомый город, съёмная квартира и Август, который теперь будет находится на домашнем обучении, потому что какой-то урод с прошлой школы добавил один важный пункт о том, что мальчик часто убегал и был, цитата: "Сильно витающим в облаках и нелюдимым". Полная чушь! У Августа были друзья в школе, он общительный, но его социальная батарейка не отличалась высоким зарядом, за что Виндсонг его не винила. Её батарейка села только от одного 10 минутного общения с директором. Это полный провал. Засунув руки в карманы, девушка медленно потопала прочь от этого уродливого здания обратно в новый дом, который находился за несколькими поворотами отсюда. Она и без того ощущала себя белой вороной, но за вчерашний и сегодняшний дни, Виндсонг встречала тут только мужчин определённого возраста, словно все Раяшки в один момент просто дружно решили не размножаться. Молодых людей тут будто не было, либо были, но где-то на окраине города возле заводов, куда она ещё не добиралась в силу того, что сначала нужно было сделать все дела и обустроить гнёздышко. Слегка быстро дыша от отступающей волны гнева, учёная шла по навигатору обратно в сторону пятиэтажки, думая, что делать дальше. Сколько хлопот вообще может доставить младшеклассник? В голове было много вариантов, но почти все они не подходили под Августа. Теперь нужно решить, как совместить работу, исследования и, плюс, обучение брата на дому. Придётся что-то ужать, где-то делать быстрее, крутится как белка в колесе... Виндсонг внезапно остановилась, громко стукнув ногой по земле и выдохнув. Хватит! Хватит. Это не единственная школа в Раяшках. Наверное... Пальцы быстро набрали в навигаторе слово "школа" и поиск лениво выдал это проклятое заведение в пяти минутах от дома, обрубив ей все варианты и растаптывая последнюю надежду. Сука. Ключи, дверь, она заходит в квартиру и скидывает сапоги. Те в свою очередь слегка беспорядочно ложатся на коврик возле входа. Август выглядывает из "своей" комнаты и широко улыбается. Виндсонг тает и злость отступает на второй план, когда тот обнимает её и тащит за собой. - "Я могу жить в большой комнате??" - Август радостно спросил, после того как избавился от верхней одежды и, не без помощи сестры, повесил её на крючок у выхода. Большая комната, большая комната... Речь шла про гостиную, где мальчик уже нашёл какую-то щель между диваном и шкафом и даже залез туда, дабы проверить поместится ли его маленькое тело. Поместилось. Виндсонг устало облокотилась на дверной косяк, видя, как уже вечереет. - "Конечно. Я не против. Но ты уверен? Тебе придётся спать на диване." - Она слегка улыбнулась, затем села на пол напротив нового логова брата, дабы видеть его. - "Я люблю диваны." - Август улыбнулся, не найдя что ответить. Вот так вчера вечером они и поделили комнаты. Виндсонг досталась спальня, а Августу его, практически личная, комната. Девушка не разбирала свои вещи до самой ночи, всё надеясь, что мальчик передумает и попросит себе комнату поменьше, с кроватью и личным пространством, но когда она увидела, что он разложился, заняв весь шкаф и часть дивана, а игрушки и книги затащил к логову, то поняла - он не изменит своё решение. - "Ты будешь учиться дома. Со мной. Ладно, чемпион?" - Виндсонг постаралась сказать это как можно более весело, но лёгкое недовольство от недавнего разговора с директором давало о себе знать. Август даже не высунул голову из нового любимого места, и после этого сама девушка уселась на диван, слушая как он копошится внутри. - "Это как?" Хороший вопрос. Даже отличный, 5 баллов за любознательность. Только вот исследовательница и сама не знала как. - "Ну... Я буду читать с тобой, и мы будем делать задания..." - Как-то вяло и неловко слова покинули её горло. - "Но ты и так мне читаешь." Не поспоришь. Она откинула голову назад на спинку дивана, глядя на белый потолок. Нужен был план и как можно быстрее, но переезд высосал из неё все силы, не позволяя мозгу активно думать. - "Да... Да, я читаю..." Глаза начали закрываться сами по себе от усталости и потраченных за последнюю неделю нервов. Ещё немного она сопротивлялась сильному чувству, которое обволакивало её как одеяло и молило остаться, но по итогу сдалась и окончательно провалилась в сон. *** Когда Виндсонг открыла глаза, часы на стене показывали пол второго. С тихим стоном она потянулась, вспоминая, что, когда пришла домой, было около одиннадцати дня. Сон никак не хотел уходить из её головы, отчего она зевнула и потянулась. - "Мхм...!" - Захрустели костяшки её пальцев, возможно и колени. Эх, возраст. - "Август, ты ещё там?" Ответа не последовало. Виндсонг взъерошила свои волосы двумя руками и сползла с дивана на пол, заглядывая в щель между ним и кроватью. Пусто. Девушка поднялась и прошлась по гостиной, чувствуя, как пол прогибается под ней. Пусто. Она вздохнула. - "Август, не очень вежливо игнорировать. Мы же обсуждали с тобой это." - С этими словами она направилась в сторону спальни, двумя пальцами немного сжимая переносицу. Первую ночь брат не захотел спать один, так что попросился остаться с ней. Старшая была не против. Но в комнате тоже никого не было. В этот момент она почувствовала лёгкий приступ паники. Быстро открыла шкаф - никого. Вернулась в гостиную и проверила там шкаф - тоже пусто. Ванная и туалет не отличались признаками того, что там кто-то недавно был. Она даже проверила холодильник, но там не было ни Августа, ни еды. Именно в этот момент паника накрыла её полностью. Куда за несколько часов её сна маленький ребёнок мог вообще деться из закрытой квартиры? Она подошла к двери, дёрнула за ручку, и та с лёгкостью открылась. Вот и ответ на её молчаливый вопрос - дверь и не была заперта. Август и раньше мог без спроса выйти погулять на улицу, но сейчас ситуация была другой. Это новый город, новые люди и никто вокруг их не знает, а самое главное - Август тоже никого из них не знает. Куда бы он ни пошёл, Виндсонг должна была найти его. Быстро натянув на свои ноги сапоги и схватив пальто с крючка, она выскочила в подъезд, а затем уже и на улицу. Паника лишь усилилась, когда она заметила абсолютно пустую детскую площадку. Стало тяжело дышать, в груди что-то защемило, пронзила резкая боль, словно её вот-вот хватит удар. Если в своём родном городе девушка знала любимые места Августа и могла хотя бы предположить, где он, то здесь она не имела ни малейшего понятия о том, куда мальчик отправился. Она побежала по улице, без какого-либо стыда крича его имя, в надежде, что брат отзовётся. Почему-то именно сейчас её мысли вернулись к словам директора о том, что для её брата нет подходящего педагога в школе. Стало страшно. Неужели только в глазах Виндсонг Август был нормальным ребёнком? Да, со своими какими-то заморочками и загадочным поведением, но всё ещё обычным простым ребенком, каких в мире миллионы. Оббежав несколько дворов вокруг и привлекая к себе внимание некоторых прохожих, у которых по пути она, естественно, спросила, не видели ли они маленького худощавого мальчика с белыми волосами, на что получала отрицательный ответ, она продолжила поиски. Рука крепко сжимала телефон. Уже где-то через пять минут Виндсонг всерьёз задумалась о том, чтобы позвонить в полицию, но остановилась, вспомнив о последствиях. Именно инциденты с побегом Августа помогли ей забрать его из семьи, отчего она прекрасно понимала, что может с лёгкостью лишиться брата, если обратится за помощью в правоохранительные органы. За этой паникой прошло около 15 минут с момента, как Виндсонг заметила пропажу в квартире. Её мозг именно сейчас отошёл ото сна, и она быстро решила вернуться обратно, чтобы взять инструменты. Только сейчас учёная вспомнила о том, что вообще-то её дисциплина помогала ей в поисках мелкого сорванца. Пожалуй, как бы ни больно было это признавать, это действительно было самым полезным её умением. Находить детей, котят, чьи-то потерянные эирподсы... Не очень приятно, когда тебя знают как местное бюро находок, но деньги есть деньги. Быстро схватив сумку, внутри которой находились её бесценные исследования, записи и чертежи, а также дальномер с измерителем, Виндсонг выскочила из квартиры, в один огромный прыжок перепрыгнув всю лестницу. Времени на чёткие замеры сейчас не было, но ей не привыкать работать в таких условиях. Август так делал не впервые, а более-менее понятной карты для поиска области его местонахождения ей хватит, чтобы заметить уж сильно примечательную макушку младшего. Тяжело дыша и быстро перепрыгивая через любые препятствия и заборчики, поскольку обходить что-то времени у неё не было, Виндсонг гналась за этим чувством, что вело её. Больше всего она боялась опоздать, ведь часть времени уже была упущена из-за приступа паники, а значит сейчас вовсе нельзя медлить. Звук волн и моря, крики чаек – Виндсонг обнаружила себя недалеко от порта. Вдали виднелись разноцветные ящики с разными грузами, машины и корабли. Её сердце чуть не встало от увиденного. Он залез внутрь ящика? Август любил уединённые места, так что это было не невозможно, а даже весьма вероятно. Голова загудела, особенно когда она услышала, как зашумел один из паромов, стоящих возле бетонного сооружения. Девушка ринулась вперёд, моля бога, того самого в которого она не верит, чтобы брат не сделал глупость. Поворот вслед за линиями, ещё один и вот она оказалась у небольшого парка, где было всего пара скамеек и прекрасный вид на море, который Виндсонг не могла оценить в силу своего состояния. Всё в голове шумело, словно телевизор потерял сигнал и выдал чёрно белые полосы. Она ничего не слышала, кроме собственного дыхания, и ей казалось, что она будет первым человеком в мире, который умрёт от того, что так сильно и быстро дышит. - "О, у тебя талант." Можно сказать, будущая чемпионка по бегу на длинные дистанции, не ожидала услышать что-то подобное. Обращение было явно не к ней, но она инстинктивно обернулась на приятный женский голос. На скамейке сидела девушка в окружении четырёх детей и что-то им показывала. Или делала? Виндсонг никак не могла сфокусировать взгляд, но её глаза сразу же расширились, когда она заметила знакомую шапку. - "Август!" – Прокричала она, побежав навстречу тому. И правда. Август сидел на скамейке с альбомом для рисования на коленях и что-то рисовал там цветными карандашами. Услышав знакомый голос, он быстро отложил художественные принадлежности в сторону и вскочил со скамейки. Виндсонг свалилась на колени перед ним, крепко прижав к своей груди, пальцами быстро перебирая его волосы, стараясь успокоится. Всё в порядке. Это точно он, он жив здоров и не уплыл в каком-то контейнере в сторону Мадагаскара. - "Ты здорово напугал меня!" – Взволнованно, но всё же радостно, заговорила старшая, отстраняясь от брата, проводя рукой по его щеке, а затем немного грубо поворачивая его голову в разные стороны, чтобы проверить, цел ли он. Цел, здоров и рядом. - "Мы же договаривались, что если ты хочешь куда-то, то говоришь мне про это." Август спокойно принимал все действия Виндсонг, чувствуя небольшую вину за сделанное, отчего опустил голову вниз. - "Прости. Просто ты заснула." - "Тебе стоило разбудить меня." - "Так нельзя, ты ведь устала." – Он отрицательно помахал головой, зажмурившись. - "К тому же, ты всегда знаешь, где меня найти." Маленький засранец знал, как заставить Виндсонг успокоиться. Конечно, она знала! Она ведь всю свою жизнь изучала лей линии, но явно НЕ для того, чтобы потом искать это иногда до ужаса несносное дитя. -"Так это его сестра?" – Послышался шёпот, и исследовательница вспомнила, что вообще-то Август был не один, когда она его обнаружила. Виндсонг встала с колен, которые теперь были испачканы городской пылью и осмотрела людей рядом. Её дыхание вновь перехватило, но на этот раз по другой причине. Длинные светлые волосы, алая косынка и мягкая, словно лучик солнца в летний день улыбка, от которой на юном лице были лёгкие ямочки. Таких девушек Виндсонг видела лишь один раз, и даже точно может сказать где – в библиотеке, когда случайно наткнулась там на стопку советских журналов. Любопытство взяло вверх, когда под кучей потёртых страниц обнаружился журнал моды. Была ли Виндсонг модницей? У неё даже косметички не было, что уж говорить о платьях. Да, времена СССР уже прошли, но любовь к новой интересной информации в ней жила всегда. Так вот - на обложке "Мода стран социализма" она и увидела тогда воистину красивую молодую женщину, в таком же красном платке, на который кудрявая пялится уже несколько секунд. Ужасно долгих секунд. Молодая девушка сидела на скамейке рядом с ещё двумя детьми – девочкой постарше Августа и мальчиком, возможно уже его возраста. Второй мальчик, был крупнее всех и стоял рядом, что-то шепча второму на ухо. Заметив такой пристальный взгляд (боже, теперь она ощущает себя полной дурой!), незнакомка улыбнулась и встала, прижимая к себе альбом для рисования и пачку карандашей. - "Это твой брат?" – Голос звучал так чарующе и мелодично, что Виндсонг показалось, что земля уходит из-под её ног. - "Прости, кажется он потерялся. Мы с ребятами…" - Она показала на детей позади. Те заинтересованно пялились на новое лицо в городе. - "…хотели помочь ему и отыскать его дом." - "Д-да…" – Виндсонг наконец задышала. Казалось, что она сейчас смотрит на девушку с советского плаката, призывающего тебя идти трудиться. Пропаганда действительно работала. Девушка собрала мысли, которые беспорядочно суетились в голове, мешая ей говорить, и, прочистив горло, ответила: -"Спасибо. Правда, спасибо, что решила помочь, и что присмотрела за ним." – Она немного кивнула, отчего вызвала у незнакомки ещё большую улыбку. - "Мне не сложно. Август хороший мальчик, мы с ним рисовали." – Девушка открыла альбом, показывая рисунки мальчишки, сделанные за это время. - "Рисовали? Он… он рисовал… с тобой?" - "Да, а что?" Виндсонг с трудом находила слова. Август любил рисовать, сестра бы даже сказала так – у него был талант. Талант, который, при должном контроле и развитии, засияет в будущем. Но только он не любил рисовать, когда кто-то был рядом, отчего оценки по ИЗО у него были нулевые. Спасала только домашка и тот факт, что при сестре он тоже мог "художничать". Странная особенность, к которой она уже давно привыкла так же, как к жалобам от посторонних, что так не пойдёт, и мальчик совсем от рук отбился. Она взглянула вниз на Августа. Тот с лёгкой улыбкой смотрел прямо на сестру, явно гордясь собой. - "Как ты…" – Взгляд вновь упал на девушку, позади юбки которой теперь стоял самый крупный из детей, держась за неё, словно она единственное, что у него есть. - "Как ты заставила его?" - "Ах, что?" – Незнакомка засмеялась, возможно самым прекрасным и искренним смехом, который Виндсонг слышала в своей жизни. - "Детей не нужно заставлять. Они либо хотят, либо нет. Твой брат очень милый. Я рада, что ты нашла нас, и мне жаль, что мы заставили тебя волноваться." – Она поправила непослушную косу, которая упала ей на плечо, убирая её за спину своими тонкими пальцами. - "Мне стоило сразу начать искать кого-то, но Август слегка расстроился, и пришлось его успокаивать. Прости." -"Нет-нет, не извиняйся! Ты и так многое сделала, присмотрев за чужим ребёнком!" Она ещё и извиняется. Это точно не настоящая девушка, скорее видение, которое мерещится исследовательнице из-за адреналина в крови и перегрузки мозга. Да, так и есть. - "Вила, мы ещё порисуем с Августом?" - "Да-да, он обещал закончить для меня картинку!" – Затараторили дети один за другим, вынуждая их, так названную Вилу, вновь хихикать, и переводить взгляды то на одного ребёнка, то на другого. - "Ну и ну… Это нужно спрашивать у…" – Вила посмотрела на девушку, с лёгким прищуром. Это…намёк? - "А, да. Да, если захотите поиграть с ним, то пожалуйста." – Быстро ответила беловолосая, отчего Август радостно запрыгал в сторону новых друзей. - "Я Виндсонг. Спасибо ещё раз." Исследовательница протянула свою руку вперёд, слегка прикусив нижнюю губу от волнения. Когда она в последний раз хоть с кем-то знакомилась? Она немного призадумалась, но так и не смогла вспомнить. - "Вила. Очень приятно познакомится, товарищ Виндсонг." – Вила мягко пожала её руку, отчего по телу пробежали мурашки. На пару секунд она даже перестала ощущать холод от ветра, дувшего со стороны моря. - "Вила…" – чуть тише повторила Виндсонг за девушкой, словно пытаясь запомнить, хотя точно знала, что запомнила это имя навсегда.