ごめんね

🅐 | 僕の愛 в сети – Мне плохо ㅤㅤㅤㅤㅤ ㅤㅤㅤㅤㅤㅤ – Я сейчас прийду, не ㅤㅤ ㅤㅤ ㅤㅤ ㅤㅤ ㅤㅤ ㅤㅤзакрывай дверь ________________________________________ Телефон тихонько потухает в кармане кардигана, так и норовясь выпасть при беге. Руи резко останавливается, спрятавшись в кустах рядом со школьными воротами, и осматриваясь по сторонам, на ощупь берет телефон, боковым зрением проверяет выключен ли он, а после кладёт в брюки. Если его сейчас спалят будет максимально неприятно. Сообщение Камиширо получил прямиком на уроке, и будь эта смска от кого-то из друзей парень бы так не спохватился, но отправил ее он, а значит откладывать на потом было нельзя. Отпросившись в туалет старшеклассник молча вышел из кабинета и, отойдя на нужное расстояние, рванул на первый этаж. Конечно, можно было попробовать сбежать и через окно туалета, но в прошлый раз улизнуть незамеченным не удалось и поэтому все окна в туалетах "заколотили", но это и не важно. Минута и парень уже выходит с территории школы. Сейчас ему нужно быть как можно быстрым и выносливым, что бы успеть добежать как можно скорее. Он бежит сломя голову, отталкиваясь своими длинными ногами, что в этой ситуации только помогали. Руи уже успел натренироваться, убегая от учителей и дежурных с его мест преступления. Некоторые прохожие смотрели на него с удивлением, а некоторым было всё-равно, но Камиширо было абсолютно плевать на них сейчас. Сейчас его волновал только один человек. Остановившись лишь на минуту перед светофором парень наконец-то встал отдышаться. Слегка дрожащей рукой он тянется к телефону, что бы глянуть время и новые смски. Сообщений нет, общего времени прошло 5 минут. Нужно пробежать еще два квартала, а после один поворот и он будет у его дома. Главное успеть. Секунды на светофоре тянулись, кажется, целую вечность от чего сознание начинало рисовать неприятные картины. Камиширо старается отвлечь себя, но его самого накатывает волнение. Ему плевать, что сейчас его наверно уже начинают выжидать в классе, а через пару минут вообще пойдут искать учителя, зная, что этот "чудик" мог учудить. И учудил же! Сбежал посреди учебного дня, даже оставил портфель в школе, и ведь убежал непонятно куда! Ну это ученикам и учителям непонятно, главное, что сам Руи знает куда. И сейчас ему это "непонятно куда" важнее чем школа. Плевать на выговор, плевать на предупреждения, плевать на наказания, ему важно сейчас быть с ним, ведь потеряв его Руи просто не сможет оклематься. Свет загорается зеленым и парень в ту же секунду срывается с места. "Я обязан успеть" *** Ручку двери дёргают и та поддается. Затаив дыхание юноша входит в дом. Сердце колотится после 10-ти минутного бега, легкие жжет, а сам он так и хочет отдышаться, но если он выдаст то, что спешил, то только сильнее потревожит возлюбленного. Выравнивая дыхание, делая это как можно тише, Руи подходит к комнате и стучится в закрытую дверь. – Я могу войти? Из комнаты в ответ слышится лишь тихое шебуршание и не менее тихое "мгм". Камиширо открывает дверь и заходит в комнату. На кровати, под одеялом и свернувшись калачиком лежит Мизуки. Спиной к двери, а сам смотрит в стену. В комнате звучит новый альбом More More Jump, а на столе, рядом с включенным компьютером (на котором и играет песня), лежит новенький канцелярский нож с My Melody. Руи молча подходит к кровати и садится на край, поглаживая плечо парня. Тот поворачивается и словно льнется к руке Камиширо. – Ты как? - Руи искренне переживает за возлюбленного. Его потерю он пережить не сможет, кажется, никогда. Акияма медленно переворачивается на другой бок, что бы посмотреть на Камиширо. Ему стыдно и страшно показывать себя таким уязвимым и жалким, но сейчас было так плевать на всё это, было так плохо. Уставшими глазами он смотрит на возлюбленного и пытается сесть. Он не ел уже, кажется, двое суток, просто лежал в кровати, и даже такие простые действия давались ему с трудом. Руки Руи подхватывают его, что бы тот не упал, а после аккуратно поглаживают. Мизуки так стыдно смотреть в глаза Камиширо. Сердце словно сжимается, стоит старшекласснику посмотреть на Акияму. Бледное, не от макияжа, лицо болезненного оттенка с синяками под глазами, явно измотанное и уставшее тело – перед ним сейчас, некогда жизнерадостный и вечно весёлый, его Мизуки. Руи старается не выражать свое волнение, лишь бы не усугубить состояние партнёра. Юноша никогда не думал, что смотреть в потухшие глаза может быть так больно, что сердце начнёт ныть от увиденного. – Прости, - осипшим от слез голосом говорит Мизуки, стыдясь смотреть в глаза возлюбленному. - Прости, я не смог сдержать обещания... – Милый, о чем ты говоришь? - в голове появляются сотни отвратных мыслей о том, что мог сделать его мальчик, но старшеклассник старается не подавать виду, лишь бы не спугнуть доверие сидящего перед ним. – Прости... Прости меня, прости, прости, - с губ слетает одно и то же слово, словно пытаясь залечить боль где-то внутри, в голове только и крутятся извинения, не давая соображать и мыслить, - Прости, что потревожил тебя, прости. – Котёнок, тебе не стоит переживать, я всегда прощу тебя, несмотря ни на что Камиширо обнимает парня и нежно-нежно целует его в щеку. Руки обхватывают Мизуки и прижимают его к себе, словно пытаясь согреть его своим теплом и заботой, которую пара привыкла выражать разными способами. Юное тельце содрогается от слез в его объятиях. По его почти что ледяным щекам текут горячие капли слез, которые согревают и ранят одновременно. Они сидят так еще несколько минут, пока Акияма не перестает плакать. Его глаза чуть опухли, но теперь его лицо кажется более живым благодаря раскрасневшейся коже. Ладонью Руи гладит возлюбленного по щеке, пока еще сердце болит от всей этой картины. Несмотря на всё произошедшее Камиширо приоткрывает рот, держит несколько секундную паузу, а после, собравшись с мыслями спрашивает. – За что ты извинялся? Акияма сейчас сидит словно безжизненная кукла. Его опять пробивает на дрожь, но рука машинально сама собой хватается за собственный край грязной футболки и тянет его вверх, оголяя перед парнем тело. Камиширо тушуется, ожидая явно не этого от возлюбленного, а после смотрит на него и резкая боль в голове пронзает его, словно стальным молоточком ударили по виску. Его лицо, его взгляд, ничего не показывает того ужаса, который предстал перед глазами Руи. Всё ребра Мизуки изрезаны, а из некоторых порезов до сих пор сочится кровь. Красные полосы легли друг на друга под всеми возможными углами. Какие-то царапины были ровно параллельны, какие-то были им перпендикулярны, какие-то шли наиськось, а еще из нескольких словно вырисовывалось слово. "ごめん–" – Прости... - безжизненным голосом сказал Мизуки.