Судьба прокладывает путь

Что бы ни говорила Хунит, за время знакомства с миром Сумеречных охотников Мерлин многое понял о себе. Он почувствовал в себе скрытые силы, которые пугали его и одновременно поддерживали в трудных ситуациях. Но как ребенок, делающий первые самостоятельные шаги, Мерлин колебался, выбирая путь: как бы не споткнуться и не сломать голову раньше времени. А самое главное— он не хотел принимать чью-то одну сторону, а всех других считать врагами. И пока его сила не проявилась по-настоящему, ему нужна была помощь, потому что события развивались с пугающей быстротой, а Мерлин предпочитал быть участником процесса, а не сторонним наблюдателем. Встретиться в «Пандемониуме» предложила Моргана. Зная неугомонный характер сестры, Артур заподозрил очередную интригу, и лишь когда Ланселот успокоил его, мол, ничего такого не предполагается, согласился. — Моргана часто там бывает, — нейтрально заметил Ланселот. — Не волнуйся, в «Пандемониуме» ей ничего не угрожает. — Я чего-то не знаю? — взвился Артур. Он только сейчас понял, как редко видел Моргану после возвращения из Аликанте — у нее все время находились какие-то важные дела. В рейды их практически не направляли: в нападениях демонов наступило необычайное затишье, что, разумеется, было случайностью, не связанной непосредственно с происходящими в Сумеречном мире тревожными событиями. Эту передышку нефилимы использовали каждый на свой вкус. Моргана развлекалась, по крайней мере, Артур надеялся, что она просто развлекалась. Ланселот… уходил ночью и возвращался под утро, и Артур не мог не признать, что отлучки пошли парабатаю на пользу. Втроем они пересекались разве что за завтраком или на ужине. Артур с Мерлином выкраивали каждую свободную минуту, чтобы побыть вместе — и совсем не для того, на что иногда намекала Моргана. Сестрица посмеялась бы, но максимум, чем они могли бы «похвастаться» — горячие мокрые поцелуи взасос, отчаянно торопливые в желании насладиться теплом мягких податливых губ Мерлина, его юрким языком, скользящим Артуру в рот и стыдливо исчезающим через секунду. Артуру хотелось задержать каждое мгновение этой близости, а еще лучше — продлить его до бесконечности, но им приходилось расставаться, потому что запрет Утера был категоричным и определенным: чтобы ноги этого мальчишки не было в нашем Институте! Так что «Пандемониум» был хорошим выбором. Ланселот сразу же привел их к столику, на котором уже стояла бутылка вина и несколько десертов. Мерлин незаметно облизнулся, поглядывая на что-то розовое и воздушное в креманке, и Артур не стал его одергивать. Большего сладкоежки, чем Мерлин, ему не приходилось видеть, но правило — не есть ничего, пока не узнаешь, из чего оно сделано — было усвоено Мерлином крепко. Артур всего лишь рассказал ему несколько веселых историй превращения в разных зверушек примитивных, попробовавших здешнюю стряпню. — Моргана скоро будет, — посмотрел на часы Ланселот. — А Гавейн? — не удержался от шпильки Артур. Где парабатай проводил ночи, он не спрашивал, но иногда завидовал, что у них с Мерлином нет такой возможности. — Может быть, — улыбнулся Ланселот, ничуть не задетый. Появление Морганы вышло эффектным и ярким. Когда большинство присутствующих в клубе мужчин — от толстенького старичка-келпи до парочки вампиров в углу — с горящими глазами обернулись к входной двери, стало ясно, кого они там увидели. В обтягивающем зеленом с переливами платье, делающем ее похожей на змею, Моргана прошествовала к их столику, по дороге благосклонно кивнув нескольким представителям нежити. — Почему не пьете? — спросила она, усаживаясь во главе столика. — Вино отличное. Моргана провела пальцами по горлышку бутылки, на котором осталось несколько нитей паутины — значит, до появления на столе эта бутылка хранилась в каком-то древнем погребе. Что это было: подарок очередного поклонника или подношение постоянной клиентке — никто не стал спрашивать. — Агравейн знает толк в хороших винах, — облизнулась Моргана и подозвала официанта, чтобы он открыл бутылку, после чего подвинула Мерлину креманку. — Это тебе. Клюквенно-малиновое суфле. — Клюква, надеюсь, не от болотных баньши? — кисло заметил Артур, глядя, как Мерлин зачерпывает полную ложку суфле и жмурится от удовольствия. — Ты общаешься с Агравейном? Почему я ничего не знаю? — Не хочу, чтобы ты проговорился Утеру, — непочтительно фыркнула Моргана. — Я… — возмущенно начал Артур. — Знаю, знаю, братец, ты никому ничего не скажешь. Но мало ли… Агравейн поведал мне много интересного, — Моргана склонилась к ним, — не хотите послушать? Возможно, для этого разговора им стоило найти более уединенное и спокойное место. Здесь их могли подслушать, а затем донести подслушанное до нежелательных ушей; не нарочно, а случайно или из природного любопытства, неважно. Практически все расы Нижнего мира отличались очень тонким слухом, и лишняя осторожность не помешает. Все так. Но эти разумные доводы отступали перед перспективой близкой войны — очередной войны, грозящей смертью всем без исключения представителям Сумеречного мира. И Мерлин не хотел быть балластом в этом противостоянии. Кроме того, он доверял своим друзьям, которые собрались здесь, чтобы обсудить, как лучше ему помочь. — Агравейн готов снять заклинание, блокирующее силу Мерлина, — продолжила Моргана. — Это сложно, — слово «опасно» она благоразумно пропустила, — но чем скорее Мерлин будет инициирован, тем лучше он научится владеть своими способностями. Агравейн говорит… — Агравейн? Меня это пугает, — вмешался Артур, и на этот раз он не шутил. За последние пять минут Моргана столько раз произнесла имя Верховного мага, что Артур сбился со счета. — Что у тебя с ним? — спросил он, нахмурившись. Моргана не посчитала нужным ответить, потому что давно уже не позволяла никому вмешиваться в свою личную жизнь. — Сейчас речь не обо мне. Нужно расспросить Хунит и узнать у нее подробности. Главное, от кого Мерлин получил свои способности? Агравейн говорит, что необученный Сумеречный охотник не смог бы так удачно открыть портал, как это сделал Мерлин. Инстинктивная магия бывает только у тех, кто несет в себе кровь магического создания. Вы представляете, что это значит? И что это нам дает? Когда Моргана бралась кому-то помогать, она шла напролом с упорством бешеной бегемотихи. Иногда это пугало. — Пока не стало слишком поздно, мы должны освободить Мерлина и помочь ему освоиться. Без Хунит мы этого не сделаем. — Мерлин — маг? — из всех многословных объяснений Артур выхватил то, что волновало его больше всего: Мерлин не такой, как они, хотя его мать и является Сумеречным охотником. — Как это возможно? Всем было известно, что маги стерильны, у них не бывает детей, потому что кровь демонов не смешивается с кровью ангелов. Но сейчас эти очевидные вещи перестали быть такими очевидными. Совсем недавно на их глазах Мерлин, сын Сумеречной охотницы, никогда раньше не видевший магических предметов, интуитивно использовал один из них, чтобы перенести их в Аликанте. Что с ним не так? Артур очень хотел бы это узнать. — Агравейн говорит… — снова начала Моргана, и Артур стукнул кулаком по столу. — Ни слова больше об Агравейне. Меня уже тошнит от него. Ты веришь этому магу? Он и тебя заколдовал, что ли? — Верховному магу Сумеречного мира, — высокомерно вскинула голову Моргана. В упрямстве и настойчивости она не уступала брату и свое мнение отстаивала до последнего. — Да, я ему верю. А что предлагаешь ты? — Подождать Хунит и расспросить ее, — ответил Артур, не слишком уверенный в действенности этого шага. Хунит опять куда-то исчезла под предлогом «мне надо ненадолго отлучиться» и бросила сына в полном неведении. Кажется, она все еще воспринимала его как неразумного ребенка, которого следует ограждать от малейшего «дурного влияния». — Я не позволю ничего сделать с Мерлином, пока мы все не выясним, — заявил Артур. — Инициация слишком сложное испытание. — Эй! Я все еще здесь, — напомнил о себе виновник этого спора. Все остальное время он сидел молча, разрываемый противоречивыми чувствами. — Меня никто не хочет спросить? Это был риторический вопрос; и даже Ланселот отвел взгляд. Еще совсем недавно Мерлин был среди тех, кого они называли «примитивными», да и теперь, при всем его потенциале, по меркам Скрытого мира он мог считаться всего лишь кем-то вроде неумелого новичка. — Никто не собирается насильно подвергать тебя магическому воздействию, — успокоила его Моргана. — Разве тебе не хочется самому узнать, насколько ты силен? Мерлин кивнул, бросив на Артура смущенный взгляд, не оставшийся незамеченным. — Ты не понимаешь, как это опасно, — тронул его за плечо Артур. Он все еще не рисковал открыто проявлять свои чувства, когда они были не одни, и ограничился сдержанным жестом поддержки, понятным только Мерлину. — Я этого хочу, Артур. — Тогда сообщи, когда вернется твоя мать. Мы с ней поговорим, — пообещал Артур. — И знай, что мы всегда на твоей стороне, чтобы ты не решил.