Не (?) спорить с Верхним

      Мэттью залипал в телефон, игнорируя свист чайника, когда Итан звонко хлопнул по столу рядом. Мэтти с интересом глянул на нарушителя тишины.       Итан засрански стоял, оперевшись на стол руками, а глаза светились азартом. — Вот что нужно для того, чтобы затащить Вас в кровать?       Мэттью вскинул бровь, окинув Итана спокойным взглядом. — Кровать, — с усмешкой ответил Мэттью, привыкший к озорству своего Нижнего. — А вот меня так просто не затащить, вообще никак не затащить! — воскликнул Итан с гордостью, задрав нос повыше. — Во-о-о-от, я не такой!       Мэттью тихо рассмеялся, смотря на своё чудо в перьях. Опять же тиктоков насмотрелся и завёлся. — Да что ты говоришь. Я уже знаю как минимум пять способов это сделать, — усмехнулся Мэттью. — Иди, завари чай. Солнце. — Это какие же? — Я что-то невнятно сказал? — Мэттью глянул на Итана, вопросительно вздёрнув бровь. — Ой, минутку, простите, Сэр, — опомнился Итан и сразу убежал шебуршать в ящиках на кухне, а вскоре послышался сладкий запах любимого чая.       Итан поставил две горячие кружки на стол, при этом не отрывая бесстыжий взгляд с Мэттью, так и грузящий немым вопросом. — Потом скажу, солнце, — Мэттью чмокнул Итана в нос. Тот довольно прищурился и уткнул нос в чашку, заняв место рядом с Верхним.       За домашними делами вечер наступил быстро, а разговор забылся. — Чудо в перьях, чипсы возьми и дуй в комнату! — Мэттью сидел на кровати с двумя джойстиками, а на телевизоре был начальный экран «Мортал Комбат». Тот самый ретро вариант, в который рубились ещё в детстве.       Итан появился на пороге спустя минуту, застыл, а потом с радостным писком прыгнул на кровать. Отдал снеки Мэттью и схватил джойстик, начав выбор персонажа. Боль в плече прервала мысли о преимуществе ледяных атак. — Один, — вплотную приблизившийся Мэттью сидел с очень довольной улыбкой, пока на руке Итана проступали следы от зубов. — Ай, больно вообще-то! Чего один?! — Уже один способ затащить тебя в кровать мы узнали. — Мэттью, растянув ещё более хищную улыбку, взял свой джойстик и рассмеялся при виде надутого Итана.       Игра была напряжённой, до последнего непонятно было, кто выиграет, и тут одновременно со звуком победы прозвучал и крик Итана. — Ура-а-а-а-а-а-а, я выиграл! А говорили, что хорошо играете. Кто тут ло-о-ох! — и тут же Итан зажал рот, поняв, что только что ляпнул. — Ой, простите, Сэр, я совсем не это имел в виду, я нечаянно…       Мэттью усмехнулся и мягко потрепал по голове Низа, приподнял бровь. — Стек на верхней полке, — Мэттью ещё добрее улыбнулся, отчего у Итана мурашки пробежали по спине.       Немного припугнутый Итан аккуратно слез с кровати и на цыпочках пошёл доставать упомянутый девайс. У кровати замешкался, но, увидев ласковую улыбку Мэттью, тут же, пусть не слишком элегантно, но как умел, опустился на колени. Протянул стек на раскрытых ладонях сидящему на кровати Верху, и тому стало видно, как расслабились у Итана плечи. — Умница мой. — Мэттью взял стек, потёр большим пальцем рукоять. — Всё лишнее на стул, а сам на кровать давай.       Мэттью с удовольствием наблюдал за смущённо раздевающимся Итаном, на всякий случай проверил, в порядке ли стек, и переложил джойстики и мусор на комод.       Когда Итан улёгся на живот, уткнувшись носом в подушку, он снова почувствовал боль в ноге, чуть ниже колена. — Ай! — Итан дёрнулся всем телом. — Что это вообще за вампирские замашки?! — Сладкий, — довольно хмыкнул Мэттью и погладил место укуса.       Мэттью приложил стек к заднице Итана, примеряясь для первого удара. Замахнулся, со свистом разрезал воздух, протянул по коже, оставив набухающий розовый след. С удовольствием прислушался к писку от боли, погладил по напрягшимся мышцам.       Милый, приятный, такой нежный временами! — Ты всё помнишь, считай вслух и держи лапки у груди, — Мэттью скользил стеком по бедру до шеи и обратно по спине вниз.       Настоящий первый, мягкий, начинающий удар пришёлся на середину ягодицы, а на выдохе прозвучало страдальческое: — Один, — Итан высунул нос из-за плеча, рассматривая Мэттью: одетого, со стеком в руках… Властного и до неприличия горячего. — Слюни об подушку не вытирай только, — заметив взгляд Итана, Мэттью хлестко ударил чуть ниже, рисуя идеально параллельные линии. Смотреть, как полосы набухают, было сплошным удовольствием. — Два. — Умница мой, — Мэттью, играясь, прошёлся по внутренней стороне колена стеком, улыбнулся на изменение в дыхании и продолжил класть удары под тихий счёт с придыханием. — Девять! Десять!.. — пискнул Итан, но в голосе было слышно довольство. Понравилось.       Мэттью ответил мягким кивком. Он выдал ещё два удара по внутренним частям бёдер, но лишь хлопушкой. Хотя Итан всё равно дёрнулся. — Одиннадцать… Двенадцать! — Из глубин подушки прозвучал то ли стон, то ли писк. — Прелесть ты моя, — стек был убран на комод, а Мэттью подошёл к изголовью кровати и заправил Итану влажные волосы за ухо.       Тот уже расслабился и отпустил одеяло, которое сжимал в кулаке, повернул абсолютно довольную и расслабленную моську к Верху, слабо улыбнулся и пробубнил искренние благодарности.       Да, пусть было больно, но эта боль была всегда особенной. Она расползалась по телу теплом и приятным чувством, которое Итан не мог описать, но, кажется, это была любовь к Мэттью.       Мэтью потёр красноватую задницу, понимая, что Итану самому хочется это сделать. Жаль только, что после одного случая Итану было запрещено тянуть руки куда-либо во время всей сцены.       Пока Мэттью привычно доставал из запасов комода успокаивающую мазь, Итан перекатился на спину — не без шипения — и смотрел, выпрашивая поцелуй.       Мэттью подарил ему короткий чмок и, постучав двумя пальцами по бедру, велел перевернуться.       Мэттью присел рядом, прошёлся ногтями по спине и заднице Итана, но подарил ожидаемую приятность — тонким слоем нанёс прохладную мазь. — Ты умница, сегодня потрясающе вытерпел, — Мэттью хвалил после, чтобы поддержать. И после каждого раза у Итана действительно получалось всё сдержаннее. Было чем гордиться. — Я кое за чем схожу, жди.       По возвращении Мэттью застал своё «несчастье» пытающимся натянуть шорты и уже справившимся с бельём. — Ну и что это такое? Я разрешать одеваться? — Мэттью смирился на первое время со стеснением Итана, не наказывал за это по всей строгости, но и с рук не спускал. — Чудо в перьях, оставь как есть, мазь ещё не впиталась, ляг как было, снова нанесу. — Ну чего вот Вы, это… — Может я ещё хочу на тебя такого красивого посмотреть, а? Будешь своему Верху отказывать? — Мэттью, смеясь, поставил на комод бутылёк массажного масла и постелил полотенце рядом. Увидев такое счастье, Итан стянул всё снова и аккуратно уместился на полотенце.       Мэттью снова нанёс мазь, но уже чуть сильнее втерев. А Итан уже предвкушал и расслабился. Мэттью же, воспользовавшись моментом, слегка прикусил за ухо, потянув наверх, и тихо рассмеялся. — Это третий способ, солнце.       Тёплые руки Мэттью, немного холодящее масло, мягкие движения, приятная атмосфера… Всё расслабляло. Особенно тихое напевание Мэттью. Итан готов был часами так лежать и кайфовать.       Мэттью остановился, чмокнув Итана в ухо. — М-да, уснул похоже. — Я не сплю. Я, походу, умер, а Вы — ангел, — пробормотал уже накрытый тёплым пледом Итан. — То вампир, то ангел, ты уж определись, — Мэттью усмехнулся, вытирая руки салфеткой. — Не спи, давай-ка быстренько в душ сначала. — А если я вставать не хочу-у-у… — Значит, я захочу, чтобы ты кушал на коленях.       Итан понятливо кивнул. — Ага, хорошо, Сэр, — и, показав сердечко двумя пальцами, скрылся в ванне.       К приходу Итана на кровати уже стоял столик с фруктами и тёплые напитки на комоде. — Это мне?! Ва-ай! — счастливый писк Итана огласил комнату. — Так, сначала в пижаму переоденься, потом аккуратно в кровать. Не прыгать!       Итан забрался под одеяло со своей стороны и аккуратно взял у Мэттью из рук одну кружку с чаем, а после и вторую. Но поесть вкусненького хотелось, так что свою кружку Итан поставил между ног, а вот принадлежащую Верхнему — покорно держал.       Итан взял последнюю дольку яблока и чуть завис, глянув на чай, а Мэттью не упустил такой шанс. Он клацнул зубами, откусив большую половину и чуть захватив пальцы. Довольно улыбнулся. На что Итан удивлённо ойкнул, чуть не разлив чай. — Четвёртый, чудо моё. — Вампир из добрых сказок.       После ночного перекуса они вместе убрали столик и тарелки, оставив мытьё посуды на завтра. Мэттью притянул Итана к себе у кровати и спросил: — Доволен? — Да-а-а-а-а, — счастливо протянул Итан. — Это лучший выходной в моей жизни, я Вам так благодарен, спасибо огромное, Сэр, я Вас люблю. — Я тебя тоже, солнце. Спать хочешь уже? — Есть немного. — Ложись тогда давай, — Мэттью кивнул на кровать, разрешая. — А Вы, Сэр? — Итан заглянул Верхнему в глаза, привстав на носочки. — И я.       Как только голова Итана коснулась подушки — Мэттью крепко его схватил и укусил за шею, оставив синяк. Итан втянул голову в плечи и хмыкнул. — Я так понимаю, это пятый, Сэр? — Правильно понимаешь. Что ты усвоил за сегодняшний вечер, чудо? — Сэ-э-эр, — протянул Итан, уткнувшись в руку Мэттью. — Что спорить с Вами — это хорошая идея, но я всё равно буду не прав и не то чтобы мне это не нравилось.       Мэттью мягко потрепал Итана по голове и выключил свет. Да, именно за такое озорство и засранство он его и любит. — Спи, солнце. Доброй ночи.