Цена помощи

ГЛАВА XXV

Глубокая ночь. Луна и звёзды сияли так ярко, освещая дорогу, что казалось, будто фонари и не нужны совсем. Парочка молодых людей медленно прогуливалась по освещённой луной дорожке вдоль реки Хан. Время было глубоко за полночь, вокруг не было ни души. Сон со счастливой улыбкой повернулась к своему парню. С ума сойти! В её голове никак не укладывалось, что они с Минхо по-настоящему вместе. Он ответил ещё более сияющей улыбкой, от которой в сердце девушки разгорался пожар каждый раз, стоило только их взглядам встретиться. - Контракт кончается, — задумчиво прошептала девушка, будто боясь нарушить тишину вокруг. - Да и ладно, — отмахнулся Минхо, — ничего же не изменится. Я тебя люблю. - И я тебя люблю. Но вдруг руководство посчитает нужным разорвать наши отношения хотя бы для общественности? – опасения не покидали Сон. - Если они озвучат завтра на совещании что-то подобное, ты думаешь, я буду молчать? Да и остальные встанут на нашу сторону. - Не все, — ещё тише заметила Сон.

*Советую сейчас включить BANG CHAN — i hate to admit*

С того момента, как они начали встречаться, прошло уже почти три месяца. Поначалу они таились от остальных мемберов и в особенности от Чана. Сон избегала его всеми путями. Да и сам лидер ушёл полностью в работу, не обращая внимания на весь окружающий мир. Из-под его рук песни вылетали с молниеносной скоростью. Всё-таки чувства – лучшее вдохновение. Ему было очень больно, он видел всё. Видел, что Сон смотрела на Минхо так, как никогда не смотрела на самого Чана. Видел, как Ли старший изменился до неузнаваемости. Этого не заметил только слепой. Если раньше парень позволял себе колкости, его побаивались остальные мемберы, то сейчас он стал похож на довольного кота, который объелся сметаны. Он даже не обращал внимания на подколы остальных мемберов, хотя раньше никогда бы не упустил возможности засунуть парочку салфеток тому же бедному Хёнджину. Но Чан пытался принять решение девушки. Она так сильно задела его гордость, что он просто не мог даже оставаться в одном помещении с Сон. В нём боролись две бури эмоций: слепая любовь и злость, такая яркая, что прожгла в душе парня огромную зияющую дыру. И лишь работой и музыкой он смог постепенно отвлечься. На удивление, Бан не был зол на Минхо. Их братские чувства, конечно, пошатнулись, и Чан перестал проявлять инициативу в общении с парнем, но и кулаки перестали чесаться. Спал Чан очень мало. Комната, к слову, опустела. Сосед перебрался в комнату к Сон. От этого лидеру хотелось волком выть, но одновременно он был и безумно благодарен бывшему соседу, что хотя бы по ночам он теперь мог снять все маски, будучи в гордом одиночестве. Каждая ночь была похожа на агонию, от которой не скрыться. Стоило закрыть глаза, как перед лицом всплывали их прогулки ночью в парке, как они познакомились, как ездили на побережье во время тура, как она смотрела на Чана, их поцелуи, проведённая вместе ночь на пляже... И даже открыв глаза, это наваждение никак не хотело развеиваться. Чан вскакивал, бил от бессилия подушку, не видя ничего перед собой от слёз. Сердце стучало в ушах, аж дышать было больно и не хватало воздуха. В особо тяжёлые ночи парень просто от бессилия, свернувшись в клубок на полу, засыпал. А через пару часов его будильник заставлял вновь окунаться в работу. Но также в эти тяжёлые ночи писалась музыка. Такая, что трогала до глубины души. Такая откровенная и болезненная, которую никто никогда не позволит выпустить. Чан пытался через неё выпустить хотя бы капельку своей боли. Он принял решение: пусть Сон будет счастлива с Минхо. Он всегда думал о себе в последнюю очередь, так почему что-то должно было измениться? У него есть Стэй, семья и мемберы. Этого должно быть ему достаточно. Любовь – непозволительная роскошь, в которую он чуть было, не поверил. У него слишком много обязанностей, работы. Лидер искренне пытался себя убедить в этом. В таком безумном ритме жизни Чан находился все три месяца. Это не могло не отразиться на его здоровье, внешнем виде, и даже менеджеры забили тревогу, и последнюю неделю Чан проходил лечение. Врачи списывали его состояние на переработку и дефицит витаминов, поэтому заставляли парня ежедневно отлёживаться под капельницами, во время которых парня просто вырубало. Всех очень расстраивало текущее состояние лидера. Очередной камбек не за горами, а значит, работы прибавится, к тому же нужно выглядеть идеально, чтобы фанаты не заподозрили ничего. Чан просто физически не был готов к такому. Минхо периодически пытался поговорить с лидером, но Чан отшатывался, как от огня, стоило Минхо проявить инициативу и начать серьёзный разговор. Он как безумный повторял одну и ту же фразу на все беспокойства окружающих: «Со мной всё нормально. Просто немного устал. Сейчас высплюсь, и всё будет хорошо». Никто ему, конечно же, не верил, но также никто не мог и повлиять на него. Даже разговор с Пак Чинёном не помог. Чан лишь разозлился и закрылся ещё больше. Сон чувствовала свою вину. Но никак не могла даже поймать парня. Он буквально испарялся, стоило ей появиться в одном помещении с ним. На телефон он не отвечал. А если так случалось, что они сталкивались (а живя в одном доме такое исключить просто невозможно), парень пролетал мимо, отворачиваясь и если Сон пыталась поймать его за руку, грубо вырывал её, всё так же несмотря на девушку. Она тоже плохо спала, плакала всеми ночами. Не потому, что жалела о своём выборе, а потому что ей было больно видеть Чана в таком состоянии, и она молилась, чтобы его чувства поскорее прошли. Минхо видел, как было больно этим двум. Ему и самому было очень тяжело. Он, как и другие мемберы, пытались достучаться до Чана, окутать его заботой, попытаться вывести из этой глубокой депрессии, но пока что всё было тщетно. Минхо разрывался между лидером и любимой девушкой. В тот момент показалось самым правильным съехать от Чана к Сон. Она нуждалась в нём как никогда. Он каждую ночь успокаивал её, вытирал слёзы, уговаривал, что просто нужно время и всем станет легче. Иногда и его сердце не выдерживал, и они обнявшись вместе горько плакали. Становилось легче. Они были друг у друга, это помогало. Очень. Все трое старались проводить дома как можно меньше времени. Чан – на студии. А Минхо с Сон в своё свободное от работы время, кажется, обошли уже весь Сеул вдоль и поперёк. Остальные мемберы были как беспомощные котята, когда дело касалось отношений этих троих. Чанбин временно взвалил на себя все обязанности Чана, заботясь об остальных мемберах. Хану и Феликсу было сложнее остальных, потому что они были достаточно чувствительными в эмоциональном плане, и общая атмосфера в доме угнетала их несколько больше, чем остальных. Остальные держались получше. Но в целом все ребята с головой ушли в работу, чтобы было меньше свободного времени на размышления. Поэтому, гуляя в отдалении от общежития, Сон могла немного отвлечься и позволяла своим чувствам к Минхо выплеснуться наружу. Несмотря на все сложности, с которыми сейчас они сталкивались, Сон не жалела о своём выборе. Её чувства к Минхо крепли с каждым днём. Было очень глупо обсуждать свадьбу и совместное будущее, спустя три месяца отношений, но Минхо с Сон с удовольствием это делали, глупо хихикая. Они были по-настоящему влюблены, особенно когда прогуливались наедине глубокой ночью. Сон постаралась прогнать мысли о Чане и вернуться в разговор с Минхо: - Не все… — вновь повторила она. - Когда-нибудь он тебя отпустит. Он не будет вечно страдать из-за этого, — парень ободряюще сжал руку девушки. - Я знаю, — согласилась Сон, — но так больно смотреть на него и не иметь даже шанса как-то помочь. - Всё пройдёт, любимая, — Минхо повернулся и поцеловал в лоб девушку, объятием закрывая от внезапного порыва холодного ветра, — ты только не грусти. Знаешь же, я всё сделаю, чтобы ты была счастлива. - Прям всё-всё? – прижалась Сон, кутаясь в уютных и ставших родными объятиях. - Ты даже не представляешь, Сон-а, — прошептал Минхо.

*Воспоминания Ён, когда мемберы прилетели в Сидней к Сон*

Ён очень беспокоилась о подруге. Та вскочила и убежала во время лекции. Как только за ней закрылась дверь, Ким так же вскочила со своего места, извинившись перед преподавателем за двоих, и отправилась на поиски беглянки. Первым делом она проверила коридоры поблизости, но не найдя там подругу, отправилась в туалет. Там-то уж точно она найдёт Сон. - Сон, я знаю, что ты тут. Что случилось? Ты так резко убежала посреди лекции, — обеспокоенно прошептала Ён. Ей никто не ответил. Девушка слышала перед тем, как открыть дверь, что кто-то всхлипывал. Но как только дверь открылась, некто замер, видимо, даже не дыша. Ён постояла пару минут, ожидая, что подруга откликнется, но в туалете стояла тишина. Ким подумала, что Сон не хочет сейчас никого видеть и ей нужно побыть наедине, поэтому сделала вид, что не заметила знакомые кроссовки за закрытой кабинкой. Вздохнув, она растерянно вышла из туалета, находясь в раздумьях, как же лучше поступить. Последняя лекция Ён уже кончилась, и не было смысла возвращаться в аудиторию, поэтому девушка побрела к выходу из университета в растрёпанных чувствах. Очень хотелось помочь подруге, но она понимала, что у той было личное пространство, и если бы она хотела, то позволила бы Ким утешить себя. Они дружили уже очень много лет, и Ён знала подругу, что в моменты грусти, если Сон отдалялась – её лучше не трогать. Если бы она нуждалась, прямо бы позвонила или пришла бы к подруге. Но раз этого не произошло, Ён оставалось только ждать. Выйдя из учебного корпуса, девушка увидела около ворот одиноко припаркованный автомобиль, за рулём которого сидела девушка, безумно похожая на Бан Чана. Ён знала, что у лидера есть младшие брат с сестрой. Это обеспокоило девушку. Сомнений почти не было в том, кто сидел за рулём. Но Ким не могла же подойти к абсолютно незнакомой девушке с вопросами, что она делает около её университета. Поэтому Ён вздохнула и побрела к себе домой. Вечером, если Сон так и не напишет, она сама обязательно позвонит подруге и выяснит, чего хотела сестра Чана. Ён почти не сомневалась, что девушка ждала Сон. Близился вечер, звонка, или хотя бы сообщения от подруги, так и не было. Ён была вся на уголках и нервно поглядывала на телефон, пока готовила ужин. Как вдруг раздался звонок. Девушка бросила нож и овощи, ринувшись к телефону, не глядя смахивая для ответа: - Ён-а! Здравствуй, — на другом конце слышался голос госпожи Ри. - Здравствуйте! – тепло улыбнулась девушка. - Извини, что беспокою, но Сон с тобой? – голос её мамы звучал немного обеспокоенным. Ён постаралась не выдать себя голосом, поэтому как можно спокойнее ответила: - Она как раз вышла в магазин, а почему вы спрашиваете? - Её телефон выключен, занятия давно уже кончились, а её нет дома. Сон такая опечаленная вернулась из Кореи, что я переживаю за неё. - Не переживайте, время лечит. Мы, наверное, переночуем сегодня вместе. Завтра выходной, в университет не нужно, — Ён старалась подумать наперёд, если Бан и правда объявился в городе, то стоило прикрыть подругу. - Хорошо, спасибо, милая. Будьте аккуратны и знаешь… – выдохнула Ри Пансок, — хотя нет, ничего… Хорошо отдохните и… До свидания! - Эммм… - Ён была в замешательстве от странного поведения мамы Сон, — До встречи, госпожа Ри! – быстро попрощавшись, девушка отключилась и выдохнула с облегчением. Не успела она обдумать поведение госпожи Ри или выпустить телефон из рук, как вновь раздался звонок и высветился незнакомый номер: - Ким Ён? – послышался в телефоне смутно знакомый голос. - Всё верно. Кто это? – рыжеволосая сдвинула брови к переносице, недовольно поджав губы. - Ли Минхо, — его голос звучал обеспокоенно. - Ли Минхо? – повторила Ён, не веря своим ушам, — И что же тебе от меня нужно? - Ты поможешь мне найти Сон? – вот так с ходу заявил айдол. - Ни «здравствуйте», ни «пожалуйста»! – возмутилась девушка. – С чего мне тебе помогать? - Прости, пожалуйста, — стушевался парень, — я просто в отчаянии, ты – моя последняя надежда. Ён ухмыльнулась. В жизни бы не подумала, что ей позвонит Ли Минхо из Stray Kids и будет упрашивать о помощи. Мнение об этом парне у Ён было не самым радужным и приятным, поэтому ответ не заставил себя ждать: - Нет, — грубо ответила девушка и сбросила звонок, бросая телефон обратно на стол. Как только Ён вернулась к готовке, раздался звонок в дверь. Девушка раздражённо начала ворчать, что сегодня всё против того, чтобы она в спокойствии готовила покушать, но всё-таки пошла к входу. Открыв дверь, Ён потеряла дар речи: перед ней стоял её недавний нарушитель спокойствия. - Минхо? Ты что тут забыл? Откуда адрес узнал? – в голове Ён было слишком много негодования и вопросов. - Я же сказал. Отчаянные времена требуют отчаянных мер, — пожал плечами парень, нагло протискиваясь в квартиру девушки. - Эй, куда? – опешив от наглости, вскрикнула хозяйка квартиры, — я тебя не пускала! - Ким Ён, пожалуйста! Кроме как к тебе, больше не к кому обратиться. Помоги найти Сон. Её телефон выключен, её родители сказали, что она у тебя. Дали твой номер и адрес. Но судя по всему, её здесь нет, — резюмировал парень, не найдя взглядом ещё одной пары обуви у входа. - Я не буду тебе помогать. Уходи, — настаивала девушка, выталкивая парня. Теперь в голове пазлы сложились, и стало понятно поведение госпожи Ри и мотив её внезапного звонка. В голове стояли сцены, которые так ярко описывала подруга, каким жестоким и бесчувственным может быть этот наглец. Сочувствия не было никакого. Даже если бы Ён знала, где Сон, никогда бы не сказала. Как только девушка вытолкала незваного гостя, тут же захлопнула дверь и выключила звонок, крикнув напоследок: - Уходи! Иначе вызову полицию. Парень настолько сильно растерялся, что так и остался у закрытой двери. А хозяйка квартиры без сожалений вернулась на кухню. Когда приготовления были закончены, а посуда вымыта, Ён взяла телефон в руки, который был теперь в беззвучном режиме. Сон так и не объявилась, зато Минхо настрочил кучу сообщений: - Ким Ён. Пожалуйста, помоги найти Сон. Ну, или хотя бы выслушай меня. Я представляю, почему ты можешь меня так ненавидеть, Но это с одной стороны, даже на суде выслушивают обе стороны! Пожалуйста, пусти. Я проделал такой долгий путь и очень устал и голоден. Если ни родители, ни ты не знаете, где Сон, А её телефон выключен, Не значит ли это, что пора волноваться? Ён со злостью пнула стоящий перед ней стул. Конечно, она переживала за подругу. Она оставила её в таком состоянии в университете, а теперь от неё нет новостей. Но появление около ворот мисс Бан говорило, что и Чан прилетел в Австралию. Появление Минхо только укрепило её домыслы. Но, если они оба здесь, значит, прилетели одним рейсом, скорее всего, вместе. Так какого чёрта тогда Минхо ошивается у Ён, а не разносит особняк семьи Бан? Видимо, этот вопрос девушке стоило задать не себе, а парню за дверью, что так и не ушёл. Ён вернулась к входной двери, открывая её. На полу возле обувной полки скромно сидел айдол одной из самой известной группы во всём мире. Ён устало фыркнула: - Ладно, заходи, бедолага. Парень победно улыбнулся, и, увидев эту нахальную улыбку, Ён тут же пожалела о своём решении, но дверь открыта, а парень уже в квартире. - Чего ты забыл у меня? Поезжай к своему лидеру, выясняйте отношения, только Сон не трогайте, — раскладывая теперь уже две пары столовых приборов, зло фырчала девушка. - Ты думаешь, Чан тоже прилетел? – Минхо помрачнел на секунду, но быстро взял себя в руки, стараясь не показывать свои чувства девушке. - Хочешь сказать, вы не вместе прилетели? — спросила Ён. Минхо лишь удивлённо приподнял брови. Он явно о чём-то задумался и анализировал свой полёт в Австралию. По его виду девушка поняла, что если парни и прилетели одним рейсом, то точно не были в курсе этого, по крайней мере, один из них точно не был. - Садись есть, — раздражённо бросила Ён, усаживаясь за стол. - Спасибо за еду! – на автомате поклонился парень. Ён лишь фыркнула на это. Корейские традиции и привычки были уже чужды ей, поэтому казались несуразными и странными, но озвучивать это Ли она не планировала. Ужин прошёл в полной тишине. Казалось бы, Минхо должен был испытывать хоть какой-то дискомфорт от своего нахального поведения, но, казалось, будто ему было абсолютно всё равно на все рамки приличия, и он самозабвенно наслаждался жареным стейком, изредка бросая взгляд на хозяйку квартиры. - Я уберу, должен же я хоть как-то поблагодарить тебя за доброту, — голос Минхо прозвучал немного с издёвкой, отчего Ён лишь закатила глаза, в очередной раз проклиная себя, что позволила слабость, пустив этого наглеца. Ён молча ушла к себе в комнату и от нечего делать включила ноутбук и бесцельно листала ленту в соцсетях, пока Минхо не вернулся с кухни: - Ён, неужели ты за неё не переживаешь? - Я думаю, что Чан тоже тут, и она с ним, — не отрываясь от монитора, ответила хозяйка квартиры. - Почему ты так думаешь? – главный танцор не отставал, усаживаясь рядом. - Не твоего ума дело, — устало выдохнула Ён, захлопывая ноутбук. - Что ты от меня хочешь? На ночь не оставлю, поезжай в отель. - Я переживаю за неё и думал, ты тоже. Думал, ты поможешь с поисками, — обиженно и немного с разочарованием ответил Минхо. - На каком языке тебе ещё сказать, что она с Чаном? - Ты прям уверена? – Ли оказался тем ещё упёртым парнем. - Ну, это предположение. И оно очень похоже на правду, — засомневалась подруга. Всё же беспокойство Минхо передалось и Ён в некоторой степени. - Давай поищем её? Куда она ещё могла пойти? Ты же её лучшая подруга и знаешь её, как облупленную. - Я пойду с тобой на её поиски, только если ты расскажешь, зачем явился, — Ён пошла на компромисс, заранее ругая себя за это. - Давай начнём поиски, и в процессе я тебе расскажу. - Боже, какой ты упёртый, — девушка была раздражена, но переживания за подругу были сильнее, поэтому она согласилась. Последующие пару часов они бесцельно бродили по пустынным ночным улицам Сиднея. Телефон Сон был всё так же выключен, а тревога за неё была всё больше. Они даже доехали до дома семьи Бан, но свет горел только на кухне и Минхо разглядел грустного Лукаса, который мыл посуду. В остальных комнатах было темно и ничего не видно. Заявиться сейчас к ним было бы очень глупо, поэтому, немного помявшись около их дома, молодые люди продолжили свои скитания по ночному городу. Ён думала, что Минхо и сам уже понимал, что Чан тут и Сон с ним, но упёрто не хотел в это верить, и единственным способом отогнать эти мысли была только ходьба. Ён уже устала и очень хотела спать: - Минхо, мы так и будем ходить бесцельно? Ты же понимаешь… - Он ей изменил. Как она может его простить после этого?! - Чан сам рассказал вам? - Угу, — неопределённо кивнул парень. - Ревнуешь? – Ён нравилось играть на нервах парня. - А сама как думаешь? - А ты обещал рассказать, чего приехал-то. - Знаешь, а я расскажу, — парень резко повернулся к девушке, отчего она чуть не врезалась в него, недовольно зашипев, — Сон слепо любила Чана, не видела ничего вокруг. А потом он переспал с Мией… - Погоди, ты её лично знаешь? – удивилась Ён. - Да, конечно. Мы все её знаем, — кивнул Минхо, — я раньше занимался в танцевальной студии, она занималась там же. Мы дружили достаточно долгое время даже после нашего дебюта, собирались с мемберами и танцорами. Чан её знал ещё с тех далёких времён. - А она никогда не вешалась на него? – решила уточнить девушка. - Да я не обращал внимания. Ён, сейчас это не важно. Важно, что Чан ей больно сделал и она сбежала и от меня тоже! - Ну, пока что я услышала только факты, а не причины твоего присутствия здесь, — Ён сложила руки на груди, ноги её на автомате несли домой, в тёплую кровать. - Я очень дорожу ей. Знаешь, как больно наблюдать, как она тянулась к Чану? А ведь Сон, возможно, даже и не знает, что я её люблю. Если она решила остаться здесь, то пусть хотя бы знает о моих чувствах. Если это не убедит её вернуться, что ж, тогда я сделал всё, что мог. - Ты ей столько раз делал больно, — скривилась Ён, не особо веря словам парня, — как ты её любить можешь после своих действий? Что-то не особо верится. Может, это просто чувство соперничества с Чаном? - Слушай, я тут распинался перед тобой. А я ведь даже не знаю тебя. А ты ещё и предъявляешь? Да, вначале я просто не принимал чувства, что испытывал. Скорее даже не понимал их. И я раскаиваюсь, что натворил много ужасного, но я теперь тут. Хочу всё исправить. Если бы я был безразличен к ней, разве ходил бы полночи в поисках? Ён устало кивнула, пробормотав только едва понятное: - Смысла нет никакого в наших поисках таких. Я домой. Рассвет уже скоро начнётся, а я ещё даже не легла. Девушка не заботилась о том, где будет ночевать парень. Его словам она поверила, но это не отменяло того, что он делал больно Сон, пусть хоть и осознал всё. В душе Ён жалела парня, но она не показала этого, сохраняя невозмутимость и равнодушие. Проснувшись утром, Ён обнаружила сообщения только от надоедливого Минхо: - Привет, Ён! Как только проснёшься, попроси Сон о встрече. Она же включит сегодня свой телефон? Я пойду с тобой на эту встречу. Пожалуйста. Последнее сообщение парень прислал через час, после всех остальных. Ён ухмыльнулась. Но она, правда, переживала за подругу, поэтому набрала ей в очередной раз. Бездушный голос вновь говорил, что абонент выключен. Ён полежала ещё некоторое время в кровати, раздумывая о том, насколько хорошая идея заявиться к Банам, и каков шанс не выглядеть, как сумасшедшая фанатка их сына. Посмотрев на время, девушка поняла, что нужно вставать: на часах третий час дня. Ну, конечно, после бессонной ночи на ногах, было бы удивительно, если бы Ён проснулась рано. Пока девушка умывалась, раздался звонок, девушка кинула взгляд на экран: «Сон-и», после чего моментально ответила: - Ну и где ты, скажи мне, пропадаешь?! Я даже разговаривать с тобой не хочу! Я всю ночь не спала из-за тебя! Чтобы через час была на пляже рядом с моим домом. Встретимся там. С этими словами подруга бросила трубку, не дав даже слова вставить. Ён решила, что хотя бы просто поговорить с бедолагой Хо Сон просто обязана. За прошлую ночь она даже посочувствовала парню, к своему удивлению. Поэтому, как только сбросила подругу, набрала страдальца: - Чтоб через час был у моего дома как штык! – быстро протараторила девушка, всё так же сбросив вызов, не дав ничего ответить парню.

*Воспоминания Ён, когда мемберы улетали из Сиднея*

Парни в суете собирались. Настрой Сон сбил их обоих с толку. Ён наблюдала за ними весь прошлый вечер. Чан нравился всё меньше, с каждым взглядом. Девушка не видела в нём раскаяния, как будто он вообще не испытывал вину за измену. А Минхо так смотрел на подругу, что Ён прониклась его чувствами к Сон, но её напрягала его скрытность. И девушка решила прижать Ли, добиться ответов без увиливаний. Она дождалась, пока Сон с Чаном будут заняты, и, схватив за запястье Минхо, потащила на балкон. У хозяйки квартиры сложилось впечатление, что только в этом месте за последние сутки происходили искренние разговоры. - Что ты скрываешь? Я же не слепая, — рыкнула Ён, как только за ними закрылась дверь, отрезая от случайных слушателей. - Что? – Минхо был испугал резким поведением девушки, — О чём ты говоришь? - Ты сам знаешь о чём, — Ён блефовала, но уже не оставалось времени выуживать более филигранно информацию. - Так Сон тебе что-то рассказала? – потерянно начал парень, но это не смягчило намерений Ён ни на грамм. Она молча уставилась на парня, ожидая его дальнейших слов. - Что ты хочешь услышать? Ну, да. Мы с тобой переспали тогда в клубе. Это не меняет моих чувств к Сон. Мы с тобой были до беспамятства пьяны, так что можно сделать вид, что ничего и не было. Если ты не заметила, я именно такой вид и делал до текущего момента, — Минхо испытывающе уставился на Ён, но увидя её ошарашенные глаза, понял, что сболтнул лишнего, и пока девушка приходила в себя, быстро вышел обратно в комнату. «Что? Тогда в клубе? Это был Минхо? Но как же так? А Сон знала?» — проносились мысли в голове девушки. Ей нужно было время, чтобы переварить полученную информацию. Сон была загружена своими мыслями, поэтому девушка решила не грузить подругу своими. В конце концов, изменить что-либо она была неспособна, оставалось только принять как факт. От этого было очень неприятно и гадко на душе. Отношение к парню резко поменялось. Пока ещё Сон не улетела, Ён хотела поговорить с подругой на эту тему, но пугали мысли, вдруг та не знала о Ён и Минхо. Тогда эта новость могла совсем добить подругу. Сон решила всё выяснить, попытаться как-то убедиться, найти доказательства, прежде чем бередить душу подруги. Должны же быть фотки парня с той ночи в клубе, несмотря на то, что он айдол. Должны быть хоть какие-то доказательства, что это именно Минхо был в том же самом клубе в ту самую ночь. Поэтому после отлёта Сон, Ён вплотную занялась изучением инстаграма Минхо. Учитывая популярность парня, занятие предстояло не из лёгких, но Ён так просто не сдастся.

*Возвращаемся к Сон и Минхо*

- Доброе утро, любимая, — Минхо нежно поцеловал девушку в плечо, шепча хриплым ото сна голосом. - Доброе ли? Ещё так рано… — проворчала Сон, поворачиваясь лицом к парню. - У нас сегодня Энкорный концерт, — потягиваясь сказал Ли. - Наконец-то этот сумасшедший тур кончился. - Да, а через пару месяцев новый камбек, — улыбнулся парень. - Вы когда-нибудь отдохнёте по-человечески? – Сон посмотрела на своего парня с долей осуждения, на что Минхо лишь улыбнулся и сгрёб её в свои тёплые объятия. Вскоре девушке пришлось выбираться из сладкого плена, чтобы приготовить всем завтрак. Она так привыкла ко всем ребятам за эти полгода, что они стали как родные братья, и Сон не могла позволить им голодать или питаться полуфабрикатами. Поэтому быстро вскочив, наспех поправив одежду, девушка зашагала на кухню. В коридоре она столкнулась с Чаном. - Доброе утро, Чан, — прошептала Сон. Парень выглядел, мягко говоря, не очень. Лечение, прописанное докторами, особо успеха не приносили. Сон прекрасно понимала почему, и очень хотела поговорить с ним все три месяца, но он старательно избегал её. Поэтому когда он встретился с ней взглядом, Сон опешила. Они смотрели в глаза друг другу впервые с тех пор, как Сон с Минхо начали настоящие отношения. В глазах Чана как будто не было жизни совсем. Некогда бархатный шоколад, лоснящийся в карих радужках, ласкал взгляд, но сейчас там были лишь острые жёсткие чёрные скалы. Лицо осунулось, но при взгляде на Сон, его зрачки невольно расширились, а руки напряглись, как и весь парень. Он молча смотрел на неё, ожидая, что ещё может сказать девушка. - Пожалуйста, Чан-и, позволь поговорить с тобой, — взмолилась Сон. - Думаешь, ты сделала недостаточно больно? Что ещё можешь мне сказать? – его голос прозвучал жёстко, он был таким же, как и его взгляд. Не выдержав больше этой пытки, парень развернулся и, не дожидаясь ответа, зашёл в свою комнату, закрывая за собой дверь, оставив растерянную Сон в коридоре. Её надежды, что со временем Чан оттает, разрушались каждый день, но сегодняшнее утро, кажется, окончательно убедило девушку, что им с Минхо нужно переезжать из общежития. К тому же сегодня тот самый день, как заканчивается контракт. А значит, Сон больше ничего не связывает с компанией, кроме как любимый человек. Конечно, она будет скучать по парням, по их шумным вечерам, но так хотя бы у Чана будет шанс восстановиться. Потому что смотреть на него было больно всем. И если на концертах, под тонной косметики, он отыгрывал более менее радость и веселье, то дома выглядел как приведение. Как раз из-за Чана Сон перестала посещать концерты парней, в надежде, что её отсутствие помогает ему сосредоточиться и хотя бы выглядеть счастливым. Сон зашла на кухню, поглощённая своими мыслями, и не заметила там Феликса с Хёнджином, которые уже боролись с кофемашиной. - О, наша спасительница проснулась, — улыбнулся Джинни, — Что на завтрак? - Омлет будете? – Сон привычно потрепала по волосам брюнета. - Мы будем всё, что ты приготовишь, не слушай этого привереду – пробасил Феликс. По утрам его голос был ещё более низким, хотя, казалось бы, куда ниже. Сон всегда удивляли возможности его голоса. С тёплой улыбкой девушка принялась готовить завтрак на шумных ребят. На кухню вскоре подтянулся и Минхо, подойдя к девушке, поцеловав целомудренно в макушку. Вскоре на кухне собрались все мемберы, кроме Чана. Но все уже привыкли. Сон готовила на всех, а Сынмин учтиво относил завтрак лидеру в комнату, молча ставил на стол и так же молча удалялся. Возможно, именно поэтому Чан впускал только Сынмина. Тот никогда не вмешивался и не пытался залезть в душу. Остальные ребята знали, что недавно Чан сам предложил ему сходить поужинать вдвоём, но о чём они там говорили, Сынмин так и не рассказал. Чем только вызывал ещё больше доверие у лидера. Казалось, он был единственной ниточкой между Чаном и остальными мемберами. Все скучали, но Бан просто не давал возможности приблизиться хоть кому-то ещё. Даже Чанбин с Ханом были выгнаны посреди рабочего процесса, стоил им заикнуться о чём-то, кроме работы. Поэтому за столом сидели семь мемберов и Ри Сон. Но спасибо всем за то, что не осуждали девушку, хотя все чувствовали её вину. Накормив шумную компанию, а также собрав им с собой обеды, Сон на прощание поцеловала Минхо: - Дай знать, когда у вас кончится концерт. Надеюсь, сегодня всё пройдёт так же хорошо, как обычно! - Конечно, даже не переживай. Люблю тебя. - И я тебя, — улыбнулась Сон. - Фу, ребята, вам не надоело, — скривился Хан усмехаясь. - Не «фу», Ханни, — похлопал по плечу Минхо, — вот влюбишься, посмотрим, как запоёшь. Джисон лишь многозначительно улыбнулся и скрылся на улице, оставляя парочку наедине. Закрыв дверь за парнями, Сон потянулась за телефоном, на который пришло оповещение. Это была Ён и её длинное сообщение: - Сон-и, привет. Я пытаюсь написать тебе уже больше недели. Но если я этого сейчас не сделаю, буду жалеть всю оставшуюся жизнь. Ты должна всё знать. Начну издалека, налей чай и присядь. Когда Минхо с Чаном улетали из Сиднея, мы с Ли поговорили. Я узнала, что мы переспали. Я не знаю, в курсе ты или нет. Это случилось тогда в клубе, в Корее, помнишь? После этого я не могла найти себе места. Боялась тебе позвонить. Я не в курсе, знала ли ты об этом. Прости меня, пожалуйста, что не сказала раньше. Сон немного выдохнула, ведь когда она начала читать, напряглась, потому что Ён обычно не пишет длинных сообщений, но увидя, что это только начало сообщения, Сон нервно села на пол рядом с дверью, взволнованно листая сообщение дальше: - После твоего отъезда я много думала. Минхо не так прост, как тебе кажется. Ты его не поняла до конца. А мне потребовалось на это немало времени. Не буду тебе рассказывать весь следственный ход. Суть в том, что я перерыла все его соцсети, нашла всех бывших коллег по танцам. Да и он сам обмолвился. Та блондинка – Миа, она его очень близкая подруга. Но до этого года она совсем не интересовалась Чаном. Мне это показалось странным, я связалась с ней. В общем, Сон. Прости, пожалуйста, что ты узнаешь обо всём от меня и вот так. Минхо подговорил Мию переспать с Чаном. Чан правда не спал с ней. Она вела себя слишком настойчиво и по плану Минхо сделала всё, чтобы ты подумала, что они переспали. В голове Сон сразу всплыли воспоминания, как блондинка вилась вокруг Чана, как старательно делала это при Сон. Как Минхо сам акцентировал её внимание на Чане с Мией. В голове буквально громом был слышен любимый голос: «Если ты откроешь свои очаровательные глазки, то увидишь, как твой любимый Чан зажигает с этой блонди». В груди затянулся тяжёлый узел, не дающий вздохнуть. Сон задыхалась от осознания, от слёз, но она дочитала послание подруги: - Чан, правда, не виноват. Мне так жаль, милая. Её руки затряслись, как и вся девушка в целом. Слёзы рекой полились из глаз. Она просто не могла поверить, что Минхо поступил так подло. Как он мог смотреть ей в глаза, зная, что сотворил. Как он мог смотреть на то, как мучается Чан. Он же знал, что лидер ни в чём не виноват. Сон стало невыносимо. В душе всё горело от невыносимой боли, и она уже не могла сдержать крик отчаяния. Ей было так больно. Гораздо больнее, чем когда она думала, что Чан ей изменил. Осознание навалилось с такой силой на девушку, что она просто не могла даже слова сказать. Еле вздохнув хотя бы раз, Сон прикрыла рот рукой, который открылся в безмолвном крике. «Господи, что же я натворила. Бедный Чан! Он же не заслуживает всего этого. Как он держится вообще, зная всю правду. Какого же он мнения обо мне после всего?» Сон на ватных ногах встала и, держась за стену, направилась в комнату лидера. Ей не было ничего видно от застилающих слёз, но она твёрдо знала, что должна сказать Чану то, что просто горело в её сердце и душе. Дверь в его комнату оказалась не заперта. Сон знала, что он ещё не ушёл, но собирался вслед за остальными мемберами. Открыв дверь, она предстала перед Чаном вся заплаканная, с глазами, полными боли. Всё её тело сотрясалось от слёз, переполнявших девушку. Она упала на колени прямо в проходе. Их взгляды встретились. Его взгляд, точно такой же колючий и отрешённый, не живой, скользнул безразлично по девушке. Он был как звонкая пощёчина для Сон. Она открыла рот, хотела так много сказать ему, но ни один звук не мог соскользнуть с её языка. Чан прикрыл глаза, кусая до крови губы. Он боролся со своими чувствами в глубине души. Он их давно похоронил, закапывал ежедневно, закапывал своей болью, мечтами. Его руки тоже затряслись, по щеке скатилась слеза, кадык заходил ходуном. Несмотря на всю боль, что она ему причинила, он не мог смотреть на то, как она мучилась. Он буквально физически ощущал её боль. Не в силах сдержать себя, он медленно встал, его тело пробивало такой дрожью, что казалось, он вот-вот потеряет сознание. В его душе был такой ураган, в который он за долю секунды превратился из лёгкого ветерка от одного взгляда Сон. Он не знал, что могло так повлиять на неё, да ему и неважно это было. Даже если это убьёт его окончательно, он готов пожертвовать собой ради неё. Все старания Чана на протяжении трёх месяцев счастливых отношений Минхо и Сон разрушились в одну секунду, но лидер был готов пожертвовать всем, лишь бы Сон было счастлива. И если ради этого Чану придётся пожертвовать собой – он готов. Парень присел на колени рядом с девушкой. Их глаза опять встретились. Сон их закрыла, и из неё полился такой поток слёз, что было не остановить. Ей было невыносимо больно смотреть на него. А осознание, что во всём виновата она – добивало окончательно. - Что случилось? – безжизненным голосом прохрипел Чан. Он не смел её коснуться, только смотрел своими пустыми глазами, стараясь унять слёзы и вибрацию по всему телу. Он был настолько разбит, что не мог совладать с собой. - Чан-и, господи, ни одних извинений в этом чёртовом мире не хватит, чтобы выразить, насколько я виновата перед тобой, — слова Сон смешались с её рыданиями, она сотрясалась в слезах, боясь вновь заглянуть парню в глаза. - Почему сейчас? – у Чана был только этот вопрос. Почему перед концертом, почему спустя три месяца, почему в последний день их контракта… - Мне Ён написала, прости, я не могу… - Сон была на грани истерики. Она корила себя, что даже извиниться нормально не может. Что Чан её успокаивает, хотя это Сон сделала ему больно, а она сейчас вскрывает его ещё не затянувшуюся рану на душе. Поняв, что она не сможет больше связать и двух слов, молча протянула трясущейся рукой свой телефон с открытым диалогом, шепча одно и то же: - Прости меня, умоляю, ты не виноват, прости меня. Чан взял телефон из её рук, пробегаясь лихорадочно по длинному сообщению. Минхо. Чан знал, чувствовал, но не мог доказать. Он же говорил, что ничего не было. Но ему не верили. От этих слов Ён, парню стало почти физически больно. Он закрыл глаза, крепко сжал телефон и отвернулся от девушки. В нём сейчас загорелась такая сильная ненависть. От всей этой несправедливости он сгорел уже дотла за это время, боль настолько стала привычной, что он почти не замечал её, живя на автомате. Но то, что сейчас творилось в его душе, не поддавалось описанию. Сон взяла его лицо в свои руки, заставляя повернуться: - Чан-и, умоляю тебя. Я не знала. Я не представляю, как тебе было больно. Я за всю жизнь не расплачусь за каждую твою слезинку. Ты самый невероятный человек из всех, что я знаю. Я уеду сегодня же. Я столько боли тебе причинила. Ты не заслуживаешь и сотой доли того, что пришлось тебе пережить. Пожалуйста, ну, не плач, — Сон сама не могла остановить свои слёзы, но упорно старалась вытереть со щёк Чана горячие солёные слёзы. - Уходи, пожалуйста. Я больше не выдержу, Сон-а. Я так просто больше не могу. Меня уже не осталось, — прошептал Чан, накрывая её руки своими, убирая от своего лица. Сон безумно боялась, что так и будет. Это была их последняя встреча. Последний раз она смогла прикоснуться к самому благородному человеку, который всю свою жизнь делал всё для окружающих, но только не для себя, который пожертвовал собой ради Сон. Он платил своей болью за её счастье. Сон понимала, что своим приходом сделала Чану лишь больнее. Что ему теперь заново придётся собирать себя по кусочкам, но он должен был знать правду. Сон встала, собираясь выйти из комнаты и из его жизни. Обернулась в последний раз. Бан Чан, лидер самой успешной группы 4 поколения, мечта миллион девушек по всему миру, сидел на полу в своей комнате абсолютно разбитый, по его щекам текли слёзы, всё тело тряслось, будто в судорогах, а во взгляде было столько боли, сколько обычный человек просто бы не вынес. Сон отвернулась, не в силах на него смотреть, и вышла из дома, захватив только оставшиеся заработанные деньги и документы. Она больше не могла находиться в этой стране. Но в этот раз всё было совсем по-другому. Сон на автомате поймала такси, назвала адрес аэропорта. Уже на месте она купила билет до Сиднея, который нужно было ждать целых 6 бесконечных часов. Девушка устроилась в самом углу зала ожидания. Она никак не могла успокоить поток слёз, люди озирались на неё, кто-то явно узнал и без стеснения бездушно фотографировал чужую боль, собираясь выставить эксклюзивные фотографии. Сон было всё равно. Она этого не видела. Из оцепенения её вывел звонок. Минхо. Сон не могла даже смотреть на его имя в своём телефоне. Как можно быть таким подлым? Как можно было поступить ТАК со своим, по сути родным человеком, с которым они жили 7 лет под одной крышей? Сон сбросила его вызов и заблокировала. Сначала она хотела ответить ему и сказать всё, что было в душе, но потом поняла, что он не достоин объяснений. Следом позвонил Хан, потом Хёнджин, Сынмин, Чанбин, Феликс и Чонин. На последнем Сон уже не выдержала: беспокойство за Чана взяло верх. Девушка вскочила на ноги, со страхом смахнула для ответа и услышала обеспокоенное: - Чан с тобой? В этот момент Сон обернулась, и её глаза встретились с глазами чернее ночи. Чан шёл ей навстречу, его губы были искусаны в кровь. Сон просто скинула вызов, выронив телефон из рук. Чан подошёл медленно, будто боясь самого себя или Сон, она не понимала. И в следующую секунду крепко прижал девушку к себе. - Я больше никогда не отпущу тебя, что бы ни произошло. Я не могу без тебя, — хрипло шептал на самое ухо Чан. В этот раз его голос не был безжизненным, сквозь толщу боли слышался голос надежды. - Я так тебя люблю, — прошептали в унисон двое израненных необдуманными поступками человек, что стояли посреди шумного аэропорта, среди толпы незнакомых людей.