Неважно.

Хэ Сюань никогда не смог бы предположить, что кто-либо сможет вызвать у него на душе настолько тёплые чувства. После смерти своей невесты, он решил сам для себя, что больше никогда и ни за что не сможет полюбить. И действительно, не любил несколько веков, сохраняя верность своим принципам и желанию мести злополучному Ши Уду. Пока в его жизни не появилось одно совершенно несносное бедствие. В прямом и переносном смысле этого слова. Сверкающие детским задором глубокие зелёные глаза безвозвратно приковывали к себе. Тонкие губы постоянно искажала улыбка, будь она безумной, насмешливой, саркастичной, или, крайне редко, искренней, и от неё хотелось улыбаться самому. Стоило изящным ладоням с длинными пальцами прикоснуться к чужому плечу, тело сразу же пробирало мурашками. Хотелось схватить тонкое запястье и заставить прикасаться к себе без перестану. Лазурный Демон был поистине невыносим и несносен, но при этом будоражил в самой глубине сердца то, что за долгие столетия было давно забыто.

***

Черновод сидел за чужим столом, попивая из дорогой чашки чай, что был так любезно заварен хозяином обители. Ци Жун расположился напротив и буравил в стене дыру одним взглядом. Картина глубоко впавшего в собственные раздумья Лазурного Бедствия была крайне редкой, и Хэ Сюань собирался вдоволь насладиться ею, запечатлев в памяти навсегда. С бледных плеч спадало меховое ханьфу тёмно-зелёного цвета, длинные волосы изящно стекали вниз тонкими прядями, а из под взъерошенной чёлки изумрудным цветом горели глаза. Длинными ногтями демон размеренно постукивал по деревянной столешнице. Они уже не первый вечер сидят в такой тишине, которая для обоих не является чем-то угнетающим. Скорее даже, наоборот. Как правило, сначала они приседают друг другу на уши с очередными жалобами-сплетнями, а потом, в подобной сегодняшней, тишине коротают остаток вечера. Ну, или ночи, это как повезёт. А в последнее время причиной молчания стал ещё и малолетний ребёнок, которого Ци Жун неизвестно где и каким образом нарыл. Вряд-ли это был один из его будущих «обедов», потому что Хэ Сюань знает, что Лазурному Бедствию глубоко наплевать, кого жрать. В принципе, как и Черноводу. Поэтому, было ясно, что появлению этого ребёнка безусловно предшествовала довольно интересная история. Но пока что Зелёный Демон не особо горел желанием её рассказывать. Ну и ладно. —Се Лянь скоро снова вознесётся.-Прервал молчание Ци Жун, на мгновение заставляя Хэ Сюаня вздрогнуть и прекратить сеанс любования утонченной красотой Бедствия. Черноводу это, разумеется, было известно, но он не спешил прерывать демона словами о том, что, мол, я всё и так прекрасно знаю. Кроме Хэ Сюаня у Ци Жуна больше не было достойных слушателей, а тот только и рад выслушать его болтовню. —Ты хочешь, чтобы я вмешался?-Слегка вскинув одну бровь, вопросил он. На это Лазурное Бедствие направило на Черновода насмешливый взгляд, всем своим видом демонстрируя чужую тупость. —Моего брата можно усмирить только бошкой о забор. И то, потом он очухается и всё равно осуществит задуманное.-Хохотнул Ци Жун, но потом резко приняв серьёзный вид, добавил.-Просто будь осторожнее.-Предупредил демон, вызвав у Хэ Сюаня искреннее недоумение, которое тот сразу же подавил. Беспокоится?-На Небесах у всех глаза на заднице, я даже не удивлён, что за столько-то лет никто ничего не заподозрил. Но у Се Ляня шило в одном месте и непрекращающееся с малых лет желание всех спасти и всем помочь, поэтому, он может влезть туда, куда не стоит. Так что, не расслабляйся там давай. —Как скажешь.-Ухмыльнулся Черновод, не отрывая взгляда от Лазурного Бедствия. —Знаешь..-Протянул Ци Жун, теребя тонкую прядь мягких волос.-Мне ваши эти Небеса никогда не нравились.-Он вздохнул, и оперевшись на руку, прикрыл глаза.-Тут же даже идиоту понятно, что там все лицемеры до мозга костей. А Владыка ваш ни одному нормальному из двухмиров доверия и подавно не внушает. Не знаю, кто там ему верит.-Фыркнул демон. —Не мои эти Небеса.-Невольно огрызнулся Хэ Сюань.-Ты сам знаешь, что я там не ради веселья и собственного удовольствия торчу. —Да понятно что ради жратвы.-Усмехнулся Зелёный Демон, в упор глядя на Непревзойдённого. Лазурное Бедствие никогда не упустит возможности пошутить на тему «аппетитов» Чёрной Воды. —У тебя получше будет.-Улыбнулся Черновод, сделав искренне признание. По Небесам, конечно, ходили слухи, что готовка у Мусорного Бога Се Ляня в прямом смысле убойная, и у Хэ Сюаня сначала закрались подозрения, что брат Наследного Принца Сяньлэ недалеко ушёл в познаниях кулинарии, но всё оказалось с точностью наоборот. Ци Жун на это лишь закатил глаза, но всё же, расплылся в довольной улыбке, и тотчас попытался снять её с лица. Хэ Сюаню, честно, наплевать на Се Ляня, его вознесение, слухи и сплетни в Небесной Столице, на надоедливого Ши Цинсюаня, на долг Хуа Чену. Вообще на всё. Пока он сидит здесь, на почему-то, тёплой кухне Ци Жуна, пьёт заваренный им горячий чай и ест приготовленную им еду, слушает его низкий голос, которым он рассказывает обо всём на свете, смотрит на его прекрасные черты лица, и молча восхищается, ничего не важно. Ни-че-го.