нелюбовь

Ливень третьи сутки мешает жить людям в этом маленьком Мухосранске. Сашу он бесит особенно, потому что приходится беречь свой протез от лишней воды, ибо заржавеет еще эта хреновина - с ума сойдешь ее в ремонт сдавать. Дворники на старенькой тойоте тоже устали справляться и потому слегка барахлят. - Гадское гадство. - В очередной раз, когда встречная машина окатила с ног до головы, Саша не выдерживает. До дома ехать еще час, а нервы уже закончились. Давно. Совсем. Когда и стрелка бензина падает вниз, прямо говоря, что до дома тойота уже не дотянет, Саша психует окончательно, сворачивая в ближайшую подворотню. В глаза практически сразу бросается надпись "Клубничка" ярко-неоновым цветом в сгустившихся сумерках. Бросает машину с краю тротуара, лишь бы эвакуатору она не приглянулась до тех пор, пока погода не наладится и Крючкова не соизволит ее забрать. В подвал спускается по мокрым ступенькам. Сигаретный дым утренним маревом висит в воздухе, подобно хозяину положения. Саше голову кружит сразу. Народу в небольшом помещении предостаточно, хоть и пару свободных стульев на баре она замечает сразу. Плюхается радостно, понимая, что здесь очень тепло. Куртку вешает на спинку. - Что желает красивая девушка? - бармен тут же подскакивает, вертя в руках начищенный стакан. - Красивая девушка желает оказаться дома в теплой постельке, но пить она будет пиво. 0,5 пожалуйста! - Саша немного улыбается своей же шутке. Через пару минут пиво оказывается перед ней, а взгляд машинально ловит имя на бейджике "Кира". Саша глаза поднимает выше, ведь какая ж это девушка, если парень. Кира тут же переключается к другому посетителю и Саша забывает об этом. Стакан вертит в руках, задумываясь о том, как она докатилась до такой жизни. Когда в стакане остается половина, спохватывается. От кого Саша 19.13 "Зай,заберешь меня сегодня? машинка сдохла." Кому Саша 19.14 "Сань, я сегодня допоздна на работе, дел куча..." В ответ пиликает, не радуя Крючкову. Девушка лишь вздыхает и залпом допивает стакан, просит барменшу повторить. Алкоголь развязывает мысли, и утаскивает Сашу в пучину воспоминаний. Ласковые руки, что постоянно поддерживали в моменты, когда ноги тряслись от эмоций. Карие глаза, светящиеся любовью и обожанием. Мягкие русые волосы, что скользили, словно шелк, через пальцы протеза. Как нежные губы ключиц касались. От злости и беспомощности кулаки сжимаются, глаза жмурит, будто бы впитывая выступившие слезы внутрь. - Еще повторить? - барменша тут как тут и, получив кивок, вновь обновляет стакан. Саше это пиво вообще не по вкусу, но деваться некуда - домой один хрен на такси добираться. Чего тогда терять возможность поныть над завядшей любовью, словно помидоры в том известном стишке. Она давно еще знала, что любовь живет три года, и когда их любовь перевалила за четыре - начал чувствоваться подвох, а почему так долго? Причем Саша любила и любит до сих пор, невзирая ни на что. Соня, может быть, тоже. Но сердце чует, что что-то не так. Чует, но объяснения не дает никакого. Просто потому что оно слепо. Как и хозяйка его. Саша и без этого считала всю жизнь себя неполноценной, а тут, когда любимый человек рвет сердечную мышцу в клочья, и подавно. К девяти вечера народу в баре еще прибавляется, музыка становится громче, а смех задорнее и веселее. - Ой, простите, - Сашу кто-то задевает локтем, тут же стараясь в толкучке двинуться. Крючкова от скуки оборачивается, улыбаясь по-доброму. Девица с темными волосами, что лезут везде и всюду, танцует самозабвенно, глаза прикрыв. Подпевает несложные слова. Саше тоже хочется быть такой безбашенной, беспардонной, молодой. Машинально проверяет телефон на наличие входящих, но тот ничем не радует. Саша прекрасно знает, что если бы Соня была действительно на работе, она б писала каждые десять минут. По крайней мере, так было раньше. - Эй, не сиди как капуста кислая, го танцевать? - девица, в очередной раз задев Сашу и сто раз извинившись, все же спрашивает. Видимо, надоела ей Саша со своими пиздостраданиями. - Не хочу, - отмахивается, - слишком устала. - Танцы придуманы для того, чтобы отдыхать. Ты давно последний раз танцевала? Вот просто так, без повода, отрываясь на всю катушку? - девчонка наклоняется ближе к Саше, чтобы перекричать музыку, при этом и танцевать не перестает. Крючкова даже теряется на какое-то время, понимая, что вообще никогда не танцевала. Сначала из-за протеза, потом из-за Сони, которой не нравились все эти сборища алкашей и проституток. - Давай, идем. Хоть пять минут потрясешь своими прелестями, и уже жизнь засверкает необычными красками. Я тебе обещаю. - Девица все же стягивает Сашу со стула, освобождая маленький кусочек пола. - Я Лейла. - Саша, - кивает, а после к музыке прислушивается. - Ой, это же Reflex? - улыбка сама растягивается по мере узнавания песни. - Ага, я за это и люблю этот бар, что здесь ставят старые песни, ведь я уже, как видишь, совсем не молода. - Лейла с этими словами опускает голову, выразительно глядя куда-то вниз, где подразумевалось то самое "немолодое". Саша механически смотрит тоже и, обнаружив лишь совсем не маленькую грудь, краснеет и поднимает взгляд. - "Музыка громче, глаза закрыты"... - Саша начинает подпевать, стараясь скрыть свое смущение, оглядывает весь танцпол, где реально яблоку не упасть, даже если постараться. Молодежь, в большинстве своем девчонки, визжат, подпевая словам, и прыгают, ломая каблуки. - Давай, танцуй! - Лейла за руки хватает Сашу, раскачиваясь. Замирает на долю секунды, чувствуя что-то не то. Молча оглядывает протез, прощупав его получше. - Протез? - спрашивает. Алкоголь не дает права не задавать таких вопросов. Саши лишь кивает, даже немного удивившись реакции. Обычно люди пугаются и шарахаются, как от прокаженной. Отвлекается, чтоб пива глотнуть, освежить мозги. Лейла же вообще, кажется, не устает и Сашины руки не отпускает, вновь затягивая в танцы. Полчаса примерно спустя Крючкова понимает, что еще чуть-чуть и она умрет, с трудом вырывается от девицы и в туалет идет, чтоб остыть банально. Ледяной водой умывается, едва не стонет от удовольствия. Дверца кабинки вдруг открывается и являет на свет слишком знакомую фигуру. - Соня? - Крючкова так и замирает с руками у лица. - Саша? - шокированно, будто в мыльных бразильских сериалах, бормочет та, заливаясь краской вмиг. - Ты что тут делаешь? - как будто тоже непонятно. - Это ты что тут делаешь, ты ж типа на работе. - Саша слова находит, но пока только нецензурные. - А я тебе писала, что здесь, потому что машинка приказала долго жить. - Эм, я... - Кульгавая судорожно пытается что-то придумать, но литр выпитого тоже не особо способствует этому. В этот момент из-за этой же дверцы показывается еще одна девица, судорожно собирающая длинные светлые волосы в хвост. Рубашка криво застегнута, а лицо слишком красное, как и шея. Саша не дура, она быстро складывает два плюс три. - Понятно теперь, какая у тебя работа... - вздыхает, уже жалея, что вообще пошла остыть. - Как хоть зовут-то ее, работу твою, а? - подходит к девице, у которой глаза в кучку то ли от алкоголя, то ли от оргазма. - Звать-то тебя как? - Софа, - та ничего не понимает, но отвечает, пошатываясь. Саша не знает, нахрена ей эта информация. - Домой не приходи, вещи через неделю отдам через Оксанку. - Слова жгут каленым железом, но сердце разорвано в клочья и восстановлению не подлежит. Пробегается взглядом полным боли по родному и знакомому лицу, а после целует, слабо, в краешек губ. И выходит. - Все в порядке? - Лейла тут как тут, всучивает Саше ее стакан с пивом да обеспокоенно вглядывается в серо-голубые глаза в полутемках. - Да, просто небольшой казус произошел. - Саша все же оборачивается на дверь туалетную, видя как оттуда выходят обе девушки под ручку. - И он сейчас валит на все четыре стороны. - Крючкова практически рычит, чем заставляет Лейлу замедлиться в своем вечном движении. - Красивая, - Ключевская за взглядом следит, оценивая ту, что повыше. - Ты про кого? - Сашина ревность реагирует быстрее, чем мозг. - Да вон ту, что выше. Твоя что ли? - улыбается. - Не, моя вторая. - Саша даже немного выдыхает, - изменяет с той высокой. - Охренеть. - Только и произносит Лейла. - Пойдем-ка покурим. - И тянет Сашу за руки наружу. На улице погода все та же гадская и противная. Лейла подкуривается, осматривая двух девиц, что у дороги стоят. - Такси ждут, что ли? - Да не, сначала мою машинку осмотрят, а потом уж покатятся куда-нибудь потрахаться. - Саша почему-то спокойна внешне, хотя внутри ураганы. - Ты сюда на тачке пригнала? - спрашивает, едва не уронив сигарету в лужу. - Угу, - Крючкова кивает, - только обсохла и забрать получится теперь хрен знает когда. - Вздыхает, мало ей проблем было, надо ж еще добавить. - Так завтра и заберешь. - Лейла улыбается, все же выкидывая бычок в урну. - Я живу за светофором. Канистру же не пожалею для такой прекрасной девушки. - И подмигивает. Саша и не замечает, ведь все мысли вокруг одной девицы, что скрылась за углом. Возвращаются в тепло и пиво допивают все же. - Ладно, я домой. Что-то совсем разморило. - Саша немного душой кривит, но Лейла ее отпускает лишь после обмена номерами. Такси ловит чисто механически и едва не засыпает на переднем. В квартиру общую врывается, надеясь, что все, что было в баре, ей приснилось, показалось, привиделось... Но увы, реальность слишком жестока. Соня оказывается дома, сгребает вещи в сумку дорожную, размазывает тушь по щекам. Новая девица горделиво развалилась на диване и тянет вино прямо из горла. - Ты сука! - Саша выхватывает бутылку слишком резво, пролетев всю комнату за долю секунды. Отвешивает пощечину. - Свали нахрен от нее. - Бутылкой показывает на Кульгавую, что замирает и отвлекается от сборов. - Свали, чтобы я тебя больше не видела. - Я никуда не свалю. - Хрипло отвечает девица и тянется за бутылкой. - Ты вали. - Я? Да ты охренела в край. Квартира -то моя. - Саша чуть не задыхается от эмоций. - Поэтому свалишь ты и никогда у нее на горизонте не появишься. - Саш, - Кульгавая подныривает под руку, осторожно забирая бутылку и ставя на столик рядом. - Саш, послушай меня... - Чего мне тебя слушать? Ты наконец-то придумала оправдание? Или что? - Крючкова рычит, вытаскивая младшую из-под руки и, взяв за плечи, встряхивает. - Сонь, давно? - слова заканчиваются, уступая место слезам. - Давно, Саш, давно. - У Кульгавой глаза тоже на мокром месте, но держится. - И чем она лучше меня? - хриплым шепотом, но пальцы не разжимает. - Тем, что пальцы настоящие? - Нет, Саш... - Так что, Сонь? Что? - рычит, вновь встряхивая тощее тельце. - Деньги? Она миллионерша что ли? Тачки? Да тебе всегда на них насрать было. - Любовь, Саш, у нее есть любовь и она меня любит... - и жмурится, готовясь поймать удар. - То есть я тебя не люблю? - крышу сносит, мозг практически отключается. - Да я всю жизнь тебя, дуру, люблю, - на шепот сходит. - Ты не любишь меня и никогда не любила. Как и я тебя. Ты мной лишь наслаждалась и руководила. Я была твоей собственностью. Как и сейчас. - Соня обводит их взглядом. Он натыкается на новую девицу и теплеет сразу. Саша отпускает ее и, резко обернувшись, с размаху фигачит в стену кулаком. Кровь выступает тут же. Григорьева испуганно моргает, не ожидав такого поворота событий, пока Кульгавая как ни в чем не бывало продолжает собирать вещи. - Идем, Соф. - За руку ту поднимает с дивана. - Саш, остальное Оксанке отдай. Прощай. И обе скрываются за дверью, прикрыв ту. А Саша добивает кулак в кровь и переходит на протез, благо, ему не больно и вмятин не будет. И лишь спустя долгий час и допитую бутылку вина, заходится в истерике, опускаясь на пол и размазывая слезы с кровью по лицу. - И нахрена я поперлась в этот бар... - шепчет обессиленно. - Дальше бы жили нормально...